Глава 7

— Ален, можно к тебе? — я вошла в кабинет, где у незажженного камина привычно сидел брат, и медленно подошла к нему.

Мне было необходимо хоть немного тепла. На душе было так гадко, как никогда. И хотя я не останавливаясь прокручивала события ночи, вместо радости при воспоминаниях о произошедшем между мной и Марком, хотелось плакать.

— Я думал, ты готовишься к балу, — кивнул мне брат.

— Мне недолго одеться, — заметила я и жалко улыбнулась. — Можно я посижу здесь?

— Конечно. Почему ты спрашиваешь? — нахмурился брат, а я, не обращая на это внимание, подошла к нему, села на пол и положила голову ему на колени, почти сразу ощутив, как пальцы брата перебирают мои волосы. — Все в порядке? — взволнованно спросил он.

— Мы так давно не играли с тобой в шахматы, да и, что там, просто не говорили, — улыбнулась я. — Ты даже перестал экзаменовать меня и не проверяешь, выучила ли я домашнее задание.

— Как-то не до этого в последнее время, — вздохнул брат. — Не думал я, что круговорот событий так закружит нас.

— Позавчера я отдала последний долг кредиторам, — тихо сказала я, доставая расписки и протягивая их Алену. — Мы свободны, как птицы и необходимости в деньгах Сеферов нет.

— Но откуда…?

— Брайс отдал мне всю долю за драконовый сок, — пояснила я. — Сказал, что возьмет свое при ограблении.

— Это весьма благородный поступок, — заметил Ален. — Хотя, что-то подобное я мог ожидать от него. Знаешь, они в чем-то похожи с Марком. Одинаковое упрямство и периодические приступы неслыханной щедрости и благородства.

— Есть такое, — согласилась я, припоминая случай в борделе, когда Сефер взял и выкупил Алию, отдав ее кэпу, решив, как мне показалось, что она важна для него. Да и в саду… он согласился и пошел навстречу мне… Предположил, что мое сердце отдано другому и не захотел калечить жизнь. Да, они оба благородны, что нельзя сказать обо мне… О, боги, зачем вы так переплели нити наших судеб и я вынуждена отказаться от обоих мужчин, которых люблю, хотя и по-разному?

— О чем задумалась?

— Я боюсь, — тихо призналась я. — Я безумно боюсь будущего.

— Оно будет блистательным, — тихо сказал Ален, продолжая перебирать мои волосы. — Ты займешь то место, для которого была рождена.

— Мне не нужен трон Антарии, — повторила я в очередной раз.

— Хорошо, — усмехнулся Ален. — В любом случае, все решится сегодня. Но, я сделал все, чтобы ты была счастлива, поверь.

— Отдав меня Сеферу? — горько усмехнулась я.

— Ты зациклилась на очевидном и не видишь того, что скрыто, — даже не смотря на лицо брата, я поняла, что он улыбается. — Порой мне кажется, что я недостаточно занимался с тобой. Хотя ты просто более эмоциональна, что понятно.

— Ален, — я встала с ковра, прошлась по комнате, засунула руку в карман, судорожно сжимая лунный камень, но, так и не решилась взять и надеть его брату на шею. — Представь на мгновение, что ты снова обрел способность ходить. Что бы ты сделал первым делом?

— Не будь жестокой, Лер.

— Просто на мгновение представь, — упрямо повторила я, продолжая сжимать амулет.

— Вскочил на лошадь и пустил бы ее галопом. Чтобы она летела быстрее ветра… А может, просто гулял… Я давно не думаю об этом.

— Это физические желания, — тихо сказала я. — А ты бы попытался вернуть себе трон Антарии?

— Несомненно. Я бы все для этого сделал, клянусь. Но к чему эти разговоры? Не понимаю…

— Потом поймешь, — прошептала я, вынимая руку из кармана и решив отдать камень Алену после бала.

То, что он работает, я убедилась еще сегодня утром. Надела амулет на шею и ножом порезала себе руку. Рана моментально затянулась, не оставив и следа. Так и увечье Алена пройдет, как и обещал мне Алдар…

— Миледи, — в дверь постучал Ренард. — К вам леди Мирализа.

— Сейчас выйду, — сказала я и посмотрела на брата. — Не сердись, пожалуйста. Им тоже сегодня предстоит непростая ночь, а раз Лисичка решилась нарушить твой запрет, значит это что-то серьезное.

— Все в порядке.

— Спасибо.

Я вышла из кабинета и нашла Лису в холле. Мы поднялись ко мне в комнату, я закрыла дверь и повернулась к подруге, которая казалась грустной, хотя и с улыбкой смотрела на меня.

— Все в порядке? — взволнованно спросила я.

— Если ты про то, что предстоит сегодня, то да. Все проверено для мелочей и не раз, — улыбнулась она, достала из кармана небольшую бутылочку и протянула мне, пояснив. — Полнолуние. Твоя защита вот-вот исчезнет и тебя сможет найти любой страж с ловцом на шее.

— Я больше не буду его пить, — покачала головой. — Мне не под силу выдерживать такой накал чувств. Это слишком…

— Просто пусть находится у тебя, — решительно засунув флакон мне в потайной карман платья, сказала Лиса. — Ситуации бывают разные, и тебе понадобятся или чувства, или надо будет скрыться от преследования. Тим сделал зелье универсальным. Выпьешь и станешь невидимкой для любого поиска. Я не всегда буду рядом, да и Тим тоже.

— Уезжаете.

— Сразу после ограбления, — подтвердила Лиса. — Дерек уже покинул Тарион. К утру останется только кэп и его новое имущество.

— Как Алия? — рассеянно спросила я, боясь спросить то же самое про Брайса.

— Сама невинность, — рассмеялась Лисичка. — От дерзости не осталось и следа, старается угодить всем и каждому, но меня не проведешь. Похоже, ей нравится кэп, — смущенно призналась она.

— А она ему?

— Заботится. Кэп в привычной для него роли защитника несчастных, — рассмеялась Лиса и добавила серьезно. — Но это ничего не значит, Сел. Он все равно любит только тебя.

— Я буду рада, если он обратит свой взгляд на кого-нибудь еще, — улыбнулась я. — Честно, Лис. Я никогда не перестану молить богов о том, чтобы и Брайс стал счастлив.

— А сама? Для себя ты счастья не хочешь?

— Я уже получила маленький кусочек. С меня и его достаточно.

— Он оправдал твои ожидания? — подмигнула мне Лиса.

— Откуда… — начала я и усмехнулась. — Чувства оборотней, как я могла забыть.

— Именно. Расскажи мне, — с любопытством попросила она.

— Я никогда не забуду его. Никогда, Лис. Если есть на свете момент наивысшего блаженства, то я испытала его этой ночью. Я бы хотела, чтобы он длился вечно, но боги не будут столь щедры, я знаю. И оттого, что сегодня он возненавидит меня, больно так, что сердце кровью обливается.

— Расскажешь ему все?

— Я не могу его больше обманывать. Конечно, могла бы открыться после свадьбы, но… не могу, Лис. Надо было давно сделать это. Но лучше поздно, чем никогда.

— Мне кажется, ты недооцениваешь Марка так же, как не смогла оценить Брайса. Они еще удивят тебя, причем оба.

— Он слишком горд, Лис. Он не простит…

— Посмотрим, — улыбнулась Лиса. — В любом случае, как мы с Тимом устроимся, я пришлю тебе весточку и надеюсь, ты не забудешь меня.

— Лис, — укорила я подругу, — как ты могла подумать такое?

— Буду рада, если так оно все и будет, — смутилась Лиса, замолчала и закончила уже довольно бодро. — Ладно, Сел. Мне пора возвращаться. Была рада тебя увидеть, но ты обещала, что это не в последний раз.

— Спасибо за все, Лис, — я обняла подругу. — Никогда у меня не было и не будет подруги, что стала сестрой.

— Хватит, а! Я же сейчас расплачусь, — буркнула Лиса и шмыгнула носом. Отстранилась и улыбнулась. — Пока.

— Пока, — повторила я, когда проводила и закрыла за ней дверь.

* * *

Дворец наместника сиял ярко освещенными окнами, а площадь перед главным входом была заполнена таким огромным количеством людей, что я на мгновение растерялась. Довольно быстро взяла себя в руки, поправила маску и, удостоверившись, что о брате позаботились, двинулась вперед. Я была рада, что Ален со мной, несмотря на его поступки в последние дни. Волновал меня другой момент. На бал меня должен был сопровождать Марк, но он прислал записку, что мы встретимся позже, и принес извинения. Мне ничего не оставалось, кроме как прикусить губу от волнения. Наш разговор откладывался и я не знала, радоваться мне или плакать.

Раскланиваясь с гостями, я искала в толпе двух человек и даже не допускала возможности, что не найду. И первый нашел меня сам.

— Леди Элера, — вполголоса позвал меня де Вайтер, которого я узнала не сразу, так что он был вынужден приподнять на мгновение маску.

— Как вы меня угадали? — спросила я.

Меня крайне удивило это, ведь решение о том, какой наряд надену, я приняла буквально за час до выхода. Тот самый, что нашла в сундуке мамы, поражавший своей смелостью, хотя я постаралась сделать его немного более приличным. Под алую юбку из драгоценного галгарийского шелка, разрезы которой по бокам открывали ноги почти до бедер, надела оранжевую, немного прозрачную, но зато прикрывающую ноги и единственную, подходящую по цвету. А вот с кофточкой увы… Она смело оголяла плечи, открывала грудь и даже живот, так что мне пришлось повязать на талии широкий шарф, расшитый золотыми нитями и украшенный драгоценными камнями, вполне имитирующий пояс. На ногах — легкие шелковые туфельки на тонкой подошве, а из драгоценностей только кристалл, не позволяющий читать мысли. И чтобы никто не посмел с меня его снять, я захватила с собой разрешение, выданное мне Марком. Впрочем, эта бумага могла пригодится мне и для другого, если все пойдет не совсем так, как я задумала… Был еще один амулет, сейчас хорошо упрятанный в лифе расшитой драгоценными камнями кофточки… Но с ним я попрощаюсь до того, как наступит рассвет и начнется непосредственно празднество, посвященное пробуждению Интры… Волосы привычно скрывал парик, а лицо маска. И, правда, как де Вайтер узнал?

— Вы надели костюм вашей матери, — прорвался сквозь ненужные мысли голос де Вайтера, который выглядел крайне мрачно в костюме охотника и маске волка. — Если меня не подводит память, она была в нем в тот день, когда объявили об их помолвке с вашим отцом. Надо сказать, есть в этом некая символичность, ведь ваш брат грозился сегодня сделать то же самое.

— Надеюсь, этого не произойдет, — тихо сказала я.

— Я тоже.

— Вижу, вы хотите поговорить со мной?

— Это так, — отозвалась я и оглянулась в сторону, чтобы убедиться, что Ален не слышит меня. — Вы говорили, что хотели бы пригласить меня в Ройгар. Ваше приглашение не потеряло силу?

— Нет, — довольно сказал де Вайтер. — Но, наш корабль отправляется завтра на рассвете. Хотя, я готов подождать, все же делать это нежелательно. Маги сдерживают волнение моря, но не хотелось бы напрягать их сверх меры.

— Я буду на рассвете, — тихо сказала я, с некоторым ужасом думая о том, как переживу нахождение в открытом море. Ничего, справлюсь…

— Элера, я правильно понимаю, что ваш брат не в курсе этого решения?

— Все верно, — почти прошептала я.

— И надо полагать, вы не собираетесь его посвящать? Что ж, меня вполне устраивает такой расклад. Я буду ждать вас на рассвете. Наш корабль вы не перепутаете ни с каким другим. Название — «Киара».

— Так звали мою мать, — зачем-то сказала я.

— Его величество Сайлиар очень нежно относился к ней. Поэтому, ничего удивительного, что в ее честь назван один из его кораблей.

— Вы расскажете мне про маму? Как она жила до того, пока не вышла замуж за отца, — попросила я.

— Плавание займет не один день. Мы успеем поговорить обо всем, — пообещал де Вайтер и развернулся, чтобы приветствовать Алена.

А я… у меня мысли метались так, что я сходила с ума. Вот так, первый шаг сделан и назад дороги нет. Я прошла дальше по залу. Теперь надо было увидеться с Марком и поговорить с ним до того, как Валар и Ален объявят о помолвке. А они сделают это, как только появится наместник и лорд — охранитель.

Я уже заметила Сефера — старшего, который подошел к Алену и о чем-то разговаривал с ним, и продолжала осматривать зал в поисках Марка, справедливо решив, что раз отец здесь, то и сын где-то рядом.

Я увидела его сразу, когда он вошел через двери в зал. Да и как было его не узнать! Он затмевал каждого и, казалось, что кроме него в зале нет никого. Сердце в очередной раз пропустило удар и бешено забилось. И пока не пропали последние силы, я решительно двинулась через зал к Марку.

— Господин Сефер, — позвала я, когда подошла почти вплотную, не обращая внимания, что в зале появились наместник, лорд — охранитель и Клеандра, под неизменным зеленым покрывалом, словно демонстрирующая, что и сама Интра среди гостей в лице ее верховной жрицы. И тут, де Керр дал сигнал к началу бала, сразу же зазвучала музыка и гости начали танцевать.

— Леди Элера, — удивленно воскликнул Марк.

— Господин Сефер, мне нужно сказать вам нечто важное.

— Это может подождать? — спросил Марк, уходя с дороги очередной танцующей пары.

— Нет!

— Элера, вы выбрали неподходящее время, — недовольно заметил Сефер.

— Марк, — быстро начала я говорить, ибо он был прав, и место посередине танцзала было неподходящее, — прошу, не объявляйте о помолвке. Умоляю. Мне нужно кое-что сказать, точнее… — я запнулась на мгновение, — признаться. Вы же мой сопровождающий, — повысила я голос. — Уделите мне, наконец, минуту своего демонового времени! Это важно!

— Элера, я все понимаю, но, в данный момент, я не принадлежу ни себе, ни вам. Меня ожидают для важного разговора. И кстати, мы мешаем остальным танцевать, — напомнил Марк задумчиво разглядывая меня и словно принюхиваясь.

— Леди де Ансар, позвольте я стану первым, кто пригласит вас на танец, — послышался голос де Керра и я поспешила склониться в реверансе. — Марк, ты слишком медлителен, так что я забираю леди. И де Вайтер уже дважды спрашивал о тебе.

Лорд-охранитель подал мне руку и, мне не осталось ничего, кроме как принять ее. Но, перед тем, как сделать первое движение танца, я еще раз взглянула на Марка, который уже повернулся ко мне спиной, и прошептала:

— Не объявляйте о помолвке, умоляю.

А дальше де Керр закружил меня под музыку. Он молчал, уверенно ведя по всем па танца, и пристально разглядывал меня.

— Я рад, что вы надели наряд вашей матери, — наконец, сказал он. — Благодаря ему, я сразу узнал, кто скрывается под этой маской.

— Де Вайтер тоже узнал меня, — тихо ответила я.

— Не хватает некоторых деталей, но это поправимо, — усмехнулся лорд — охранитель. — Ангус сказал, что вы решили посетить родину вашей матери? Я крайне рад, потому что ваш брат не нашел эту идею разумной.

— А мне есть, чего опасаться? — прямо спросила я.

— Вы в полной безопасности, клянусь вам. Поверьте, я лично прослежу за этим.

— Вы немного успокоили меня, — ответила я. — Знаю, человек вашего положения не будет разбрасываться словом направо и налево.

— Вы все правильно поняли, — подтвердил он и склонился, ибо музыка этого танца закончилась и звучали аккорды следующей. — Мне было приятно танцевать с вами. Тешу себя надеждой, что вы подарите мне еще один танец.

— Непременно, — склонилась в реверансе, снова осматривая зал в поисках Марка, но он уже кружил в танце девушку в костюме весны, судя по обилию зеленого и живым цветам в волосах.

— Милорд, вы не уступите следующий танец мне? — прозвучал голос, от которого мне захотелось съежиться и стать невидимой.

— Конечно, Халид, — вложил мою руку в лапу Карризи лорд — охранитель. — Увы, мои годы заставляют меня отдыхать намного чаще, чем мне того хочется, — извиняющимся голосом произнес де Керр, еще раз склонил голову и направился обратно в сторону помоста, где на троне восседал наместник.

Мне ничего не оставалось, как скользить по волнам нового танца, хотя от такого партнера откровенно тошнило.

— Прекрасная Элера, вот я и поймал вас, — довольно заявил Карризи. — Никогда еще мне не приходилось проявлять столько настойчивости, хотя, надо признать, никогда мне не встречалась и такая непреклонная девушка.

— Мне не нравится подобное преследование, — резко сказала я. — Оно отталкивает окончательно и бесповоротно.

— А меня сейчас интересует совершенно другой вопрос, — с любопытством сказал галгарец. — Вы оделись так специально для меня?

— С чего вы это взяли? — искренне удивилась я.

— Я единственный уроженец Галгарии в этом зале, тем для меня ценнее, что вы надели костюм жрицы Сааяры. Конечно, некоторые элементы — лишние, а кое-чего не хватает, но это нисколько не умаляет моего удовлетворения от вашего выбора.

— Поверьте, милорд, — резко отбросила его руку, пользуясь тем, что танец закончился, — если бы я знала, что вы сделаете подобные выводы, то никогда не отдала бы ему предпочтение. Прошу простить, но следующий танец я обещала другому.

Я обернулась, поймала за руку первого попавшегося молодого человека, улыбнулась ему и почти заставила танцевать со мной, чувствуя, как взгляд галгарца буравит мне спину. Я продолжала оглядываться, но Марка не было видно. Но, стоило мне только закончить очередной танец, как Карризи решительно направлялся ко мне, так что приходилось танцевать вновь и вновь. Партнеры сменяли друг друга, я не обращала внимания ни на лица, ни на имена, но Сефер — младший как сквозь землю провалился.

И так продолжалось до тех пор, пока музыка не смолкла, все гости не остановились и посмотрели в сторону, где сидел наместник и лорд — охранитель. Де Керр поднялся, обвел взглядом присутствующих и весело провозгласил, что наступила полночь, а значит, пришла пора объявить ту, кто станет королевой сегодняшнего бала — маскарада. Я продолжала оглядываться по сторонам, но проклятого Марка Сефера так и не было.

— Леди Элера де Ансар, — услышала я свое имя из уст де Керра. — Несомненно, все присутствующие мужчины оценили самый необычный наряд, грациозность, неутомимость и красоту молодой леди, которая не пропустила ни одного танца.

Послышались одобрительные возгласы, а я растерянно смотрела на лорда — охранителя.

— Мы встретимся с нашей королевой немного позже, как и украсим ее голову короной, а пока, продолжим праздник, — закончил он речь и сел обратно, дав сигнал музыкантам, которые тут же заиграли следующую мелодию.

Ко мне подошла статс-дама, состоявшая при жене наместника, и пригласила последовать за ней. Судя по выражению ее лица, выбор де Керра ей не нравился, но и деваться было некуда. Я послушно последовала за ней, продолжая смотреть по сторонам, но вот, за мной закрылись двери, отделяя шум и музыку, и мы оказались в одной из комнат, примыкающих к танцзалу.

Статс-дама почти сразу вышла, а ко мне подошли две девушки. Судя по зеленым накидкам на головах — жрицы Интры из Храма. У них в руках были кисточки, флаконы с краской и ларец, в котором находились браслеты, если припомнить рассказы мамы, которая в свое время и сама была королевой праздника пробуждения Интры. Все символично. Да уж, иначе и не скажешь. Но я рада, что хоть так немного прикоснусь к ее жизни…

Я закрыла глаза и приподняла руки, чтобы девушкам было удобно раскрашивать их. Узор на коже означал, что весна передает права лету, и начинается время года, за которое отвечает сама мать всего сущего. И та, кто была самой неутомимой в день, предшествующий ее пробуждению и возвращению к жизни, получает право носить на себе рисунок, сотканный из лучей самого солнца… А потом, мне на голову наденут убор, что символизирует капли крови, которые отдает Интра каждый год, чтобы на земле царило плодородие и процветание. И как ни странно, я имела право все это носить, ведь со вчерашнего дня, я больше не могла поклоняться Селене…

Через полчаса, я снова посмотрела на девушек, которые закончили свою работу. Еще немного посидела, чтобы краска окончательно высохла и взглянула на руки. Их покрывал растительный узор, подобно молодым побегам оплетая руки от ладоней и выше локтя.

— И последнее, — сказала одна из них и раскрыла ларец. Ловко вытащила и застегнула браслеты мне на руках и ногах.

На мгновение, я похолодела, терзаемая непонятным предчувствием и странным ощущением, что уже видела подобное… Но где и когда? Не помню…

— Миледи, пора возвращаться, — улыбнулись мне обе жрицы.

Я медленно встала, подошла к дверям, ведушими в зал и застыла. Холодок предчувствия неизбежного и страшного, сжал сердце в тисках ледяного ужаса. Хотелось развернуться и бежать без оглядки, но… двери уже открылись и, мне ничего не оставалась, как шагнуть в толпу гостей и подойти к тронному помосту. И снова я оглядывалась, но Марка так и не было в зале.

— А вот и наша королева, — громко оповестил о моем появлении де Керр. — Верховная, прошу вас закончить и украсить ее прелестную голову символом плодородия и процветания.

Клеандра приблизилась ко мне, открыла еще один ларец, который ей поднесла жрица, и достала из него странную диадему с множеством золотых нитей, украшенных рубинами. Да, именно рубины, теперь я определяла их безошибочно. Но рассмотреть подробно украшение я не смогла. Верховная приказала мне опуститься на колени, демонстрируя покорность Интре, и я закрыла глаза.

— Я рада буду видеть тебя в обители моей богини, девочка моя, — тихо сказала она. — Но Интра не одобряет притворство и искусственность, а значит, этому на тебе не место.

Она замолчала, а затем, не успела я ничего сделать, как… Клеандра резким движением сняла с меня парик, хотя и оставила маску, в секунду растрепала локоны, заставляя их упасть на спину, и надела на голову украшение.

И как-то стало тихо. Я отчетливо понимала, что гости продолжают разговаривать, но для меня наступило оглушающее безмолвие. Словно во сне, опираясь на протянутую де Керром руку, я поднялась и повернулась в сторону зала.

Лорд — охранитель что-то говорил, но я не слышала слов. Я уставилась на Марка Сефера, который, наконец, появился в зале и теперь пристально смотрел на меня. Почему именно сейчас? Я не могла ничего понять по каменному выражению лица и плотно сжатым губам. Но глаза… даже со своего места я видела, как они потемнели, и какая буря бушевала в их глубине. И эти глаза, которые вчера ночью с такой любовью смотрели на меня, теперь уничтожали, обливая презрением и замораживая сердце льдом…

— Прости, — прошептала я одними губами и шагнула в его сторону.

А он… развернулся и вышел прочь.

— Миледи, — весело сказал де Керр, — я в ожидании второго обещанного танца.

Он взял меня за руку и повел на середину зала, где закружил под музыку. Я танцевала и продолжала смотреть туда, куда ушел Марк, беззвучно молила богов, чтобы они вернули его и мы смогли объясниться, но понимала — надежды нет. Случилось то, чего я так боялась, и Марк возненавидел меня за обман. А боги… я всегда знала, что они часто остаются глухи к просьбам и мольбам.

Когда закончилась музыка, я вымученно улыбнулась лорду — охранителю и извинилась перед ним, за то, что вынуждена оставить его, но мне необходимо поговорить с братом. Де Керр улыбнулся, поцеловал мне руку и вернулся на тронный помост, а я пошла к Алену, не обращая внимания на всех тех, что приглашали меня на следующий танец. Пришло время для последнего дела, которое я запланировала на сегодня.

Приблизилась к брату и остановилась, изо всех сил радуясь, что на мне маска и он не видит моих слез. А то, что от сердца осколки… Смею думать, что я хорошо научилась скрывать свои чувства от всех.

— Ален, — прошептала я, присаживаясь перед его креслом, доставая лунный камень и застегивая цепочку на шее брата, — это мой дар тебе. От всей души и чистого сердца. И маленькая просьба — никогда не снимать.

— Подарок? — удивленно спросил он, разглядывая подвеску. — Я забыл про свой день рождения?

— Сегодня праздник пробуждения Интры и мне хочется сделать тебе приятное, — подчеркнуто весело заметила я. — Могу я сделать брату подарок или нет? — притворно возмутилась я.

— С тобой все в порядке? — нахмурившись, взволнованно спросил брат.

— Слишком много танцев, — улыбнулась я. — Пойду немного подышу свежим воздухом.

— Возвращайся скорее. Мы еще не объявляли о вашей с Марком помолвке.

— Непременно. А ты… всегда помни о клятвах! — едва сдерживая новые рыдания, сказала я, быстро поцеловала брата в щеку и быстрым шагом вышла через те же двери, что и Марк.

* * *

— Всегда знал, что ты сокровище, прекрасная Элера, — раздался голос Карризи, — но и в самых своих смелых мечтах не мог представить, что в твоей крови такой огонь.

Я резко обернулась и оказалась почти прижата телом галгарца к парапету, около которого стояла, решаясь на последний шаг к тому, что задумала. Карризи протянул руку, коснулся локона и довольно улыбнулся.

— Не трогайте меня, — резко сказала я, пытаясь отстраниться.

— О, нет, — осклабился он, — теперь ничто и никто не остановит меня.

— Оставьте меня в покое, — повысила я голос, поднырнула под его руку и снова пошла в сторону зала, надеясь, что при скоплении людей Карризи не рискнет проявлять свою настойчивость.

Но ему было наплевать на все. Галгарец резко схватил меня за руку, останавливая, и дернул на себя.

— Хватит. Мне надоело соблюдать приличия, — рявкнул он.

— Карризи, оставь леди в покое, — прозвучал голос де Вайтера.

— Кто ты такой, чтобы указывать мне? — высокомерно заявил галгарец, продолжая удерживать меня.

— Для начала, не тыкай мне. Не дорос еще, — спокойно сказал Ангус, снимая морок с лица и являя другую внешность, под которой видно и был известен в Алеаре. Одновременно, подчиняясь движению ладони мага, пальцы галгарца разжались, и моя рука стала свободной. — А по возвращении в Ройгар, я пересмотрю твой статус.

Карризи побледнел, и низко склонился перед первым магом Ройгара и всего Алеара, признавая свой проигрыш и выказывая необходимое уважение.

— Иди в зал, Элера, — мягко сказал де Вайтер.

И я пошла. Словно во сне, на несколько минут оказалась среди гостей, но сразу поняла, что слезы снова душат меня и тогда… я выскочила на улицу через другие двери и бросилась бежать. Куда, не понимала. Лишь плакала безостановочно и бежала вперед.

* * *

И только, когда я оказалась во дворе Антарийского Храма, я вспомнила. Это все уже было. Моя богиня предупреждала меня, явив пророческий сон и приоткрыв на секунду вуаль, за которой скрывалось будущее. Я не прислушалась и не запомнила его.

Медленно подняла руки, разглядывая рисунок на руках, коснулась бархатной маски, а нежный ветерок донес до меня в этот момент аромат поздних первоцветов. И тут раздался он. Волчий вой, который так напугал меня и во сне. Вспомнила, что тогда, в моем сне, я побежала к статуе Селены, где находился Сефер. Может, он и сегодня ждет меня там…

Резко развернувшись, я бросилась внутрь, чувствуя дыхание зверя за спиной. И… никого не увидела, когда оказалась перед статуей. В отчаянии, упала на колени, обратилась к Селене так, как всегда это делала, но она осталась безучастна к моим молитвам. Впрочем, и это я понимала, и лишь робко надеялась на ответ, ведь я потеряла право обращаться к ней с той минуты, как так решительно развязала завязки плаща в пещере и шагнула в объятия того, кого любила…

— Но ты ведь покровительствуешь влюбленным, — прошептала и осеклась.

Я не имела права на претензии и недовольство. Я не заслужила любовь Марка… И Брайса, и, возможно, даже Алена. Мой путь отныне лежит в Ройгар. Буду надеяться, что раны на сердце со временем затянутся и я снова смогу дышать…

— Я больше не прошу счастья для себя, — тихо сказала я, обращаясь к Селене. — Но услышь меня в последний раз, свою глупую и недостойную прихожанку. Пошли Брайсу ту девушку, ради которой он забудет меня, и Ален… твой амулет отныне на его груди. Подарен от всей души и с чистым сердцем, как и условлено. Дай счастья и ему…

— Леди, — раздался мужской голос, и я резко поднялась с колен, поворачиваясь в сторону… стража, со знаком волка на груди, — назовите себя.

— Элера де Ансар, — тихо сказала я.

— Леди де Ансар, вам следует пройти с нами в крепость для выяснения всех обстоятельств, по которым вы находитесь в розыске.

Я медленно оглянулась, отметив, что выход из башни перекрыт и два волка сидят в проходе, ожидая команды от своих хозяев, хотя второго и не было видно. Горько усмехнулась, осознав, в какой ситуации мне придется воспользоваться разрешением, выданным Марком…

— У меня есть право не подчиниться вам, — тихо сказала я, доставая бумагу и протягивая ее стражу. — Право, предоставленное мне господином Маркусом Сефером.

— Вам требуется наша помощь? — спросил страж, ознакомившись с документом.

— Нет, — покачала головой. — Благодарю за предложение.

— Проводить до дому или что-то еще? — уточнил страж.

— Нет, — снова покачала головой. — Прошу простить за беспокойство.

— Всего доброго, леди, — мягко сказал страж, низко поклонился, и через пару секунд его уже не было в храме.

— И мне пора, — тихо сказала я.

* * *

В доме было тихо. Оно и понятно, Ален во дворце наместника, а слуги спят. Я быстро поднялась наверх, не зажигая света, практически сорвала с себя маскарадный костюм, надела платье, в котором была днем и взяла сумку с несколькими нарядами, драгоценностями, деньгами и прочими необходимыми мелочами. В последний раз взглянула на свою комнату, решительно шагнула в коридор, спустилась по лестнице и вышла на улицу.

На мгновение пришла мысль, что, скорее всего, Брайс уже закончил с визитом в особняк Сефера, а значит, я смогу застать его в трактире. И Лиса возможно еще там… Она поможет мне советом, ведь я не представляю, что делать дальше. Точнее, знаю, но безумно боюсь… Бросившись в конюшню, я быстро оседлала Грозу и пустила ее галопом в сторону Прибрежного.

Добралась быстро. Спрыгнула с лошади, едва не запутавшись в подоле платья, и только хотела войти внутрь, как внимание привлекло движение за окном. Не понимая, почему я это делаю, подошла к нему и заглянула. И тут же отшатнулась, поразившись острой боли в груди. Опустилась на землю, не веря в увиденное, но и ошибиться я не могла. Брайс… он обнимал ее. Алию. А она доверчиво прижималась к нему. Целовала… Невольно я улыбнулась, сквозь предательские слезы, поблагодарила Селену, что она все же исполнила часть моей просьбы, а значит и у Алена все будет хорошо. А у меня не осталось не единой причины, чтобы снова просить о помощи кэпа…

Медленно поднялась с земли, вернулась к Грозе и, взяв ее за повод, потянула к воротам, стараясь сильно не шуметь.

* * *

— Бежишь как воровка посередине ночи, — раздался мужской голос, когда я немного отошла от трактира, я вздрогнула и машинально остановилась. — Всегда хотел узнать, каково это аристократке заниматься воровством и контрабандой? Гордость и особая кровь не мешала?

— Ран? — уточнила я, узнавая голос, но не видя говорившего.

— А кто еще? — усмехнулся он, подходя ближе и беря Грозу под уздцы с другой стороны. — Так, ты ответишь мне, Элера?

— Не вижу смысла разговаривать с тобой, — резко бросила я.

— Зря, — усмехнулся он. — Как видишь, мой братец нашел себе другую игрушку. И, что крайне удобно, она рабыня, так что не посмеет дерзить.

— Тебя долго не было, — заметила я. — Можешь валить еще на столько же и даже дольше.

— Зря огрызаешься, Элера, — на мгновение мне показалось, что он с непонятным удовольствием повторяет мое имя. — Теперь ты лишилась той защиты, которую давал тебе Брайс. Но, ее могу дать тебе и я.

— Ран, тебе до брата, как до Галгарии пешком через море, — усмехнулась я. — Или ты на мгновение осмелился подумать, что я… и ты. Не смеши меня. Ты низок и жалок. Так что, отпусти мою лошадь и прочь с дороги, пока еще жив и здоров. Мне достаточно только слово сказать, и Брайс подробно тебе объяснит, что ты такое есть.

— Аристократка, гордая и недоступная, — прошипел он. — Да ты знаешь, с кем спала шесть лет? С тем, кто организовал убийство твоих родителей и не добил тебя, только потому, что захотел поиметь…

— Что? — растерянно переспросила я.

— Что слышала, — развеселился Ран. — Я долго хранил эту тайну, но она слишком жжет мой язык. И жаль, что не сказал раньше. Не могу передать, насколько огромное удовольствие я сейчас испытываю, видя выражение шока на твоем лице.

Он что-то говорил еще, но я не слушала. В памяти всплывали все те моменты, на которые я не обращала внимания. Появление Брайса не просто в доме, а непосредственно в моей спальне, находившуюся на втором этаже… его признание в пещерах, когда он вырвал у меня обещание понять его, и рассказ о заказе, который он не смог выполнить… Оговорка в кабинете Алена, когда он перечислял свои занятия и назвал себя убийцей. И потом… что он с легкостью убьет и женщину, и ребенка… И что семь лет ждал, пока я созрею… Я вспоминала это все, и… верила этому червяку, сейчас стоявшему рядом со мной и довольно ухмыляющемуся. Ненависть поднималась изнутри такой волной, что сметала на своем пути все барьеры и условности. Кровавая пелена застила глаза и в голове билась только одна мысль — убить. Но не того, кто, несмотря на все совершенное, был рядом со мной и заботился, а ту мразь, что посмела запятнать образ дорогого мне человека обвинениями, в которые я поверила…

Я протянула руку к сапогу, но кинжала там не было и не могло быть. Он остался в пещере, той пещере… О, боги, помогите мне в последний раз! Обойдя лошадь, я выхватила кинжал из ножен, что висели на поясе у Рана, и вонзила острие ему в грудь.

Гроза заржала, поднялась на дыбы и шарахнулась в сторону, вырывая повод из моих рук. А я еще некоторое время стояла над хрипевшим на земле Раном. Сколько я так стояла — не знаю, но осознала, что сделала, только когда увидела, как открывается дверь трактира и на пороге появляется кэп. И тут мне стало так плохо, как никогда в жизни. Я окончательно осознала, что это была последняя капля, которая окончательно разбила меня и всю мою жизнь на мелкие осколки. Я больше не понимала, кому могу верить и что мне делать. В голове оставалась только одна мысль, которая казалась спасением. Бежать. Прочь из Тариона. В Ройгар. Возможно там, я смогу прийти в себя и научиться жить заново. Но больше никогда и никого не подпущу и близко к сердцу. Оно навсегда останется закрытым и опустошенным, но может быть, я смогу его собрать в подобие целого.

И я побежала. Кажется, слышала, как меня зовет кэп. Но видеть его… после того, что узнала. Нет, не могу.

* * *

Я остановилась, когда поняла, что не могу дышать, а ноги отказываются двигаться. Остановилась и очутилась в том кошмаре, что так часто снился мне. Пустынная улица, звенящая тишина и марево тумана, из-за которого совершенно невозможно было понять, где я нахожусь. И только луна, огромная и полная, во всем своем великолепии спокойно и уверенно разгоняла тьму.

Я протянула руку, поводила ее перед собой, а потом коснулась лица. Оно было мокрым из-за слез, но теперь мне было понятно, что вызвало их. Облизала пересохшие губы и рухнула на колени, ибо ноги отказались держать. Закрыла глаза и снова заплакала. Навзрыд, не обращая внимания ни на что. Стараясь через слезы избавиться от той боли, что переполняла грудь. А потом, слезы закончились, и я смогла только всхлипывать.

И когда я смогла остановиться, то поняла, что где-то вдалеке слышится шум моря и редкие крики чаек, которые приветствовали начало нового дня, который занимался медленно, но неотвратимо. Луна покинула небо, освобождая место солнцу, подгоняя меня вернуться на единственный путь, что оставили мне боги. Ройгар. Я все решила, и корабль де Вайтера ждет меня. Вперед, забыв про все. Я еще поплачу. Потом. А пока, прочь из Тариона.

Я медленно поднялась, сделала шаг вперед, потом остановилась, не в силах решить, куда мне двигаться дальше. На мгновение закралась предательская мысль, что стоит вернуться домой и поговорить с Аленом, объяснить ему все… Нет, здесь остается Марк, а значит, мне тут больше нет места. Я сделала следующий шаг и вновь остановилась, не зная, что предпринять. Решить проблему с Марком или позорно сбежать?

И тут, краем глаза заметила высокую темную тень совсем рядом со мной. Фигура — мужская и запах… такой знакомый и совсем близко… Интуиция просто завопила от чувства опасности. Я попятилась назад от того, кто несомненно нес истинную угрозу для меня… и тут же ощутила, как туман затягивает меня куда-то, все вокруг темнеет и потеряла сознание.