33

По правде, я понятия не имел, как выглядят лавки в условном средневековье. Представлялось что-то вроде сельпо, которое смутно запомнилось со времен все той же поездки к бабушке. Бревенчатая изба, темная, тесная, пахнущая мышами. Прилавок, полки, где рядом хлеб, байковые панталоны и лопаты, а по углам мешки и ящики. Для человека, который привык к чему-то подобному, даже небольшой поселковый супермаркет должен был стать нелегким испытанием для нервов.

— Тайра, одна просьба, — сказал я, обозревая недра холодильника и мысленно составляя список покупок. — Нет, даже две. Во-первых, тащи сюда свою жабу.

— Зачем? — удивилась она.

— Затем. Если она просто лопнет — туда ей и дорога. Но, знаешь, от энергетических объектов… от сгустков энергии можно ждать чего угодно. Вернемся — а дома нет. А заодно и половины поселка.

— И что ты хочешь сделать?

— В колодец посажу. Думаю, не замерзнет.

В углу участка притаился старый колодец, давно пересохший. Вода оттуда ушла еще лет десять назад. Вместо него пробили артезианскую скважину, а колодец засыпать никто так и не почесался. Да и у меня руки не доходили. Раньше в поселке часто отключали электричество, и колодец использовали вместо погреба, опуская туда продукты в ведрах на веревке. Потом я купил маленький генератор, и проблема отпала. Каждое лето собирался заказать грузовик песка, но все что-то мешало. И вот теперь колодец пригодился.

Хотя… если это такая мини-атомная бомба… Можно куда угодно ее спрятать, не поможет. Или все-таки накормить ее — чем там она питается? Эмоциями? Воспоминаниями?

Но для начала я все же засунул клетку в ведро и опустил в колодец на всю длину веревку. И закрыл металлической крышкой. Заметив при этом, что ларна уже не белая с желтизной, а чуть красноватая. Что-то мне все это напоминало, какие-то смутные ассоциации, но сформулировать их не получалось.

— А какая вторая просьба? — спросила Тайра, забравшись в Поджера.

В джинсах и теплой толстовке, с заплетенной косой она выглядела самой обыкновенной девушкой, ничем не отличающейся от миллионов других. Ну, если, конечно, не брать в расчет красоту и необычный цвет глаз. И то, что мне постоянно хотелось смотреть на нее и дотрагиваться.

— Если тебя что-то удивит, постарайся удивляться не слишком громко.

— Ну, Андрей! — надулась она. — Я же не… как ты говорил? Дурочка? Зачем обращать на себя внимание?

— Ты не дурочка, ты умничка, — я дотянулся и поцеловал ее. — Я так, на всякий случай.

Хотя предупредил, конечно, не напрасно. Потому что глаза у Тайры действительно были как у совы. Особенно когда тележка наполнилась доверху. Но поскольку рядом постоянно оказывались люди, она помалкивала.

— Может, тебе что-то надо? — спохватился я, уже повернувшись в сторону кассы.

— Андрей, — застонала она. — Я не представляю, что из всего этого мне может быть надо. Кажется, ничего. Ты мне все привез в прошлый раз.

— Ну, это тебе так кажется, — я с трудом сдержал улыбку. — Ладно, разберемся позже. И точно не здесь. Это просто маленький деревенский магазинчик.

— Это?! Маленький?! — ахнула Тайра. — Что же тогда большой?

— Еще увидишь.

— Андрей… — она опустила глаза. — Мне все-таки нужно что-то делать. Какую-то работу. Я не могу жить у тебя просто так. Я ведь…

Тайра смущенно замолчала.

Понял, понял. Ты ведь мне не жена, чтобы я тебя содержал. Просветить на этот счет, как тут у нас с этим обстоит, или не стоит?

— Я подумаю. Чтобы работать официально, нужны документы. Где написано, кто ты, где и когда родилась. Ну и всякое разное. У вас есть такое?

— Нет. Когда кто-то рождается, женится или умирает, записывают в специальные книги в городском правлении. И все. Только у высшего сословия есть бумаги от лордов. О том, что владеют титулом и землями.

— Получить документы ты не сможешь. Ну, во всяком случае, законным путем. Но многие работают и без них. Так что я подумаю. Хотя пока не представляю, чем ты можешь заниматься.

Когда мы вернулись, я оставил ее разбирать на кухне продукты, а сам наведался к колодцу. Ведро вытаскивал не без опаски. Похоже, слабоумие и отвага — наше все. Ларна еще подросла и теперь заполняла собой всю клетку. И была уже определенно красного цвета.

Опустив ее обратно, я зашел в дом, сел в кресло на веранде и забрался с телефона в интернет. Бредовая идея, конечно, но…

Статья об эволюции звезд заплела мне мозг в косу. В школе я как-то умудрился обойти астрономию стороной. Карлики, гиганты… Желтые и оранжевые карлики сначала распухают до красных гигантов, а потом… по-разному. Или усыхают до белых, а потом черных карликов, или взрываются сверхновыми. А то еще превращаются в нейтронные звезды. Или в черные дыры. Красота.

Ларны — звезды? Да ну, глупости. Но черт его вообще знает, что они собой представляют. И почему бы каким-то процессам не идти в них так же, как в звездах. Или хотя бы похоже.

Я зашел в кухню, где Тайра с совершенно очумелым видом разгружала сумки, и рассказал ей о том, что прочитал, максимально упростив информацию.

— Нам надо решить, что с ней делать. Прямо сейчас. Пока еще не поздно. Знаешь, что-то мне подсказывает: даже если ты этой ночью будешь спать рядом с ней, это уже ничего не изменит.