Глава 15. Неожиданная встреча

— Милорд… вы снова в… библиотеку? — удивился Фингар, но в его удивлении прозвучало как-то слишком мало искренности.

— Ты находишь это странным? — Дитамар отвернулся от зеркала и посмотрел на своего ученика.

— А вы… не находите? — осторожно спросил Фингар.

— И что же по-твоему в этом странного?

— Ну… во-первых, вы собираетесь словно на бал, — Фингар указал рукой на чёрный с серебром камзол джарта, — но вы же всё равно это снимите и натянете мантию мэтра. И даже лицо у вас будет другое…

— Ты к чему клонишь? — спросил Дитамар, криво усмехнувшись.

Но на самом деле ответ ему был не нужен. Он знал, на что намекает Фингар, и более того, в глубине души он был с ним согласен. То, что он делает — глупо.

— Я ни к чему не клоню. Я помню правило номер три. Ну и то, что иногда лучше прикинуться дураком, даже если твой джарт делает очень странные вещи, — ответил Фингар, как ни в чём не бывало, и Дитамар от души расхохотался.

— Ещё полгода со мной и Оорд тебя не узнает! Ты учишься на удивление быстро, — Дитамар стянул камзол и швырнул его на кресло. — Может ты и прав, но тебе всё-таки стоит заткнуться, потому что правило номер три пока что никто не отменял. И вместо того, чтобы пялиться на меня, упражняйся лучше с яргом. Ночью мы с тобой заберёмся в университетскую библиотеку, а потом снова пойдём в порт, и ты мне понадобишься. Я обещал Оорду научить тебя плохому — думаю самое время приступить к этой части. Может быть нам придётся подраться, а может и убить кого-нибудь. Надеюсь, ты не удерёшь в самый неподходящий момент, как в прошлый раз с девчонкой.

Дитамар снова усмехнулся, провёл по волосам пятернёй, и быстрым шагом направился в парк, на ходу закатывая рукава рубашки.

Ещё Фингар будет над ним подтрунивать! Что-то он совсем размяк.

В садовом домике его ждал ненавистный наряд престарелого мэтра, и переодевшись, Дитамар выскользнул в маленькую калитку. Он направлялся к университету, думая над словами Фингара и понимал, что всё-таки его ученик прав. Это зашло слишком далеко. Всё это глупо и очень небезопасно. Даже больше: всё это очень и очень опасно и чем дальше, тем всё опаснее становятся его встречи с этой девушкой.

Дитамар не думал, что их отношения зайдут так далеко.

Отношения! Девчонка и старик сидят на лавке под липами! Какие к Дуарху это отношения!

Всё чего он хотел в их первую встречу — исправить оплошность Фингара с его внезапным бегством. Он мог бы уйти почти сразу. Но… остался. Он мог бы не приходить на следующий день. Но… пришёл.

Он не должен был этого делать, но нарушил все свои правила ради этих встреч. И сам не понимал, что такого в них было. Что заставляло его снова и снова надевать личину старика и возвращаться в аллею под липами. Он нашёл себе оправдание. Раз судьба устроила им новую встречу, может быть это какой-то знак? Может у этой девушки есть то, что поможет осуществлению его плана? Он ведь не зря просил у Каменной Девы отмщения для себя, для брата, для Лааре и даже для Кайи, хоть ей это и не нужно…

Он поклялся, что станет орудием мести. Он просил дать ему средство, показать способ, а уж он не остановится ни перед чем. И он хорошо помнил эту клятву: «Любой ценой…»

Так может эта девушка и есть способ?

Вот только эта мысль ему теперь совсем не нравилась. Не нужен ему такой способ. Не стоит впутывать Лею в его план мести. И входя в арку ворот университета, Дитамар твёрдо решил — эта встреча будет последней. Каталея Лафорт опасна для него. Если она способ и средство, то она же и его слабость. А у него не должно быть слабостей.

Он пришёл чуть раньше оговорённого срока. Стоял, прислонившись к стеллажу, и думал о том, что сегодня Лея обещала принести ему книгу на ашуман, чтобы он мог выяснить, что означает слово «Сарангасса». А вечером он снова наведается в порт, или может быть к леди Борас, а потом уже в порт. Вчера Лея обмолвилась о том, что самые ценные книги парифик Сирд запирает в Хранилище и Дитамар осторожно выяснил у неё подробности. Теперь он знает, где ему искать ответы. Так что сегодня они увидятся с Леей ещё раз, а потом мэтр Альд исчезнет навсегда.

Дитамар стоял, раздумывая над этим, и даже не понял, как внезапно почувствовал приближение Леи. Почти так, как если бы они были связаны общим источником. Почти кожей ощутил её присутствие и резко обернулся. Отчётливо услышал стук её каблучков ещё до того, как она появилась. И ещё до того, как увидел её, внутри всё наполнилось теплом.

Она сбегала по широкой лестнице, расходящейся двумя крыльями в стороны, и торопясь, бежала почти вприпрыжку. В длинной синей юбке слушательницы с широким поясом-корсетом, в белой блузке с верхом из плотного кружева и рядом маленьких жемчужных пуговиц. Тёмные волосы собраны на затылке в серебристую сетку… Лея была такой серьёзной и сосредоточенной, но вот поймала его взгляд и расцвела лучистой улыбкой. Задорно помахала ему рукой, другой прижимая к груди книгу в кожаном переплёте. И он не смог удержаться, улыбнулся ей в ответ, ощущая, как предательски дёрнулось сердце, и лишь в самый последний момент успел себя остановить от внезапного опрометчивого поступка.

Ему до безумия захотелось, раскинув руки, шагнуть ей навстречу. Поймать ладонями за талию прямо на предпоследней ступеньке лестницы, поднять, закружить и поставить на пол. Услышать, как она засмеётся. А потом взять её лицо в ладони и поцеловать.

Это мелькнуло перед глазами вспышкой, такой яркой, как будто он уже это сделал. Губы обожгло и пальцы почти ощутили это фантомное прикосновение. Прикосновение, которого не было, но он точно знал, каким оно могло бы быть.

— Мэтр Альд! Как я рада вас видеть! — воскликнула Лея, подходя быстрым шагом и приседая в кокетливом реверансе. — Я стащила у парифика для вас одну книгу, надеюсь, вы меня не выдадите. Возьмёте с собой и вернёте, как станет не нужна.

Наверное, в этот момент он окончательно понял, что прав. Эти встречи ведут их обоих к гибели. Если королева узнает — она использует эту слабость против него. Но раньше он этого не боялся. Что значит какая-то девчонка-кахоле! Любая девчонка-кахоле. Королева могла ему назло перевешать их хоть два десятка, ему не было до этого никакого дела. Но сейчас он внезапно осознал, что боится того, что королева узнает об этих невинных встречах. Узнает о том, что где-то в мире есть Каталея Лафорт…

Проклятье!

Он должен бросить всё это немедленно и убраться отсюда. Сжечь одежду мэтра Альда и забыть об этой алее под старыми липами! Но вот день клонился к вечеру, а они всё сидели на скамье и говорили о том, как победить Зверя. О свойствах чёрной ртути и серебряной воды. Сегодня Лея рассказывала ему о своей жизни в Милгиде, и никогда Дитамар ещё не чувствовал себя так неуютно, как в тот момент, когда соглашался с ней, осуждая деяния совершённые Зверем в Предгорьях.

Всё между ними ложь. Он должен уйти…

Он сидел, держа в руках книгу, которую она ему отдала и чувствовал, как внутри звенит, натягиваясь, струна. И когда Лея встала, сказав, что ей пора, ему показалось, что струна эта острее лезвия и вот-вот разрежет что-то внутри. И это было совершенно незнакомое для него чувство.

— Но… Как же вы пойдёте, найрэ Рут ведь ещё не пришла за вами, — Дитамар тоже встал. — Давайте, я вас провожу. А то солнце уже садится, мало ли что…

Но Лея лишь рассмеялась, красноречиво посмотрев на его трость, покачала головой и ответила:

— Мэтр Альд, я не настолько жестока, чтобы злоупотреблять вашей заботой.

— Эх, миледи, зря вы обижаете старика, — пожал он плечами, чувствуя, как сильно эти слова задели его за живое. — Эта палка прекрасное оружие от недоброжелателей.

И он красноречиво помахал тростью.

— Простите, я не хотела вас обидеть. Я живу всего в двух кварталах от этого места, мэтр Альд, — улыбнулась Лея. — Но дорога отсюда идёт в гору и мне бы не хотелось обременять вас этим утомительным подъёмом и спуском. Вы можете не переживать — меня и Джемму проводит милорд Дорцо с другом. Вот они, кстати, уже идут, — она помахала кому-то рукой. — Но, тем не менее, спасибо за вашу заботу! И за интересную беседу! Завтра, как обычно?

Она протянула ему руку в кружевной перчатке и улыбнулась.

— Как обычно, миледи. Доброй ночи! — ответил Дитамар, осторожно сжимая её пальцы и понимая, что никакого завтра уже не будет.

Лея ушла, в компании двух молодых людей и девушки, очевидно её подруги Джеммы, а Дитамар остался в саду под липами. Он чувствовал, как внутри у него бьётся набатом глухое раздражение, как вибрирует натянутая струна ярости и эта ярость не находит выхода. Всё, чего ему хотелось — сбросить эту дурацкую личину старика, которую он уже ненавидел всеми фибрами своей души, догнать удаляющуюся пару и объяснить этому милорду Дорцо, чтобы убрался отсюда, как можно быстрее.

А потом…

Он сломал трость об колено, как прутик, забросил её куда-то в аккуратные квадраты фигурного сада. Содрал себя мантию, зашвырнул туда же, и широкими шагами пошёл прочь, ощущая только, что ему нужно, как можно быстрее покинуть это место, иначе он что-нибудь уничтожит. Или кого-нибудь…

Иногда ему казалось, что он всё ещё слышит внутри себя голос Зверя, который приказывает ему… Но с того дня, как Кайя разорвала связь, это ощущение постепенно угасало, а вот сегодня вдруг вновь стало таким явственным и сильным. Как будто кто-то постучал в запертую дверь, а Дитамару нужно было лишь её открыть.

Ему хотелось вернуться, проследовать за Леей и узнать, где она живёт. Впрочем, он бы и без этого обошёлся. Узнать, где она живёт не проблема. Два квартала вверх по улице, девушка-слушательница и приметная зафаринка Рут… Любой лавочник объяснит куда пройти. Но… он не пойдёт за ней. Всё это ему не нужно.

Фингар сразу понял, что джарт не в духе. Он мигом принёс бутылку кальди и кубок, и вопросов задавать не стал. Дитамар молча взял бутылку, решив, что кубок ему без надобности и открыл принесённую с собой книгу. Ту самую, которую Лея взяла для него у парифика Сирда. Надо бы потом её вернуть. Может быть стоит…

— Не стоит, Дуарх бы тебя побрал! — пробормотал Дитамар отхлёбывая прямо из горлышка.

Нет, он не пойдёт больше к ней. И не стоит искать предлогов.

Но книга особенных ответов ему не дала. Он полистал её, нашёл нужное слово. «Сарангасса» — место силы. Так ашуманцы называют любую священную землю. Это может быть храм или башня, драконье дерево или камень, это может быть даже человек. И захлопнув в ярости книгу, Дитамар снова приложился к бутылке.

И что ему искать? Этих священных земель в Ашумане, как на собаке блох! Впрочем, команда корабля должна знать маршрут, должна знать, что они везут и как это выглядит. Сундук, тюк, бочка? Что можно везти из Коринтии в священное место?

Проклятье! Он столько времени в Рокне и ни на шаг не приблизился к своей цели. Вместо того, чтобы убить проклятую тварь, он рядится стариком и ухлёстывает за девчонкой! Идиот!

Дитамар со злости швырнул бутылку в камин. Пламя вспыхнуло, взметнулось оранжево-синим и он смотрел на него не понимая, да почему же он так зол! Зол, кажется, вообще на всё на свете. Посмотрел в окно — сумерки уже сгущались.

Нечего ждать, нужно достать Фингару книги, чтобы разобрался с этим кулоном, а потом идти в порт. Он нанял пару оборванцев, проследить за тем самым домом, в котором в прошлую их встречу останавливался генерал с Кайей. Этот дом важен для королевы, в нём бывают особенные гости. Может быть, хоть там ему повезёт. А ещё надо поговорить с матросами с «Кэтрионы», он нашёл пару человек на другом корабле, которые хорошо знали маршрут королевского галеона и сегодня они будут в порту.

— Вы уже делали такое раньше, милорд? — спросил Фингар шёпотом.

— Лазил ли я через окно в библиотеку университета, чтобы украсть книги? Хм… Ну… Всё бывает в первый раз, — буркнул Дитамар, взламывая топором замок на окне и запрыгивая на подоконник. — Зажги фонарь.

Фингар забрался следом и зажёг фонарь, прикрывая свет полой плаща. Дитамар хорошо ориентировался в помещении, и они быстро прошли вдоль стеллажей к Хранилищу.

— Хм… Странно, — прошептал Дитамар, осторожно толкая дверь. — А ведь должно быть заперто…

Дверь поддалась легко, и открылась, чуть скрипнув. Пальцы непроизвольно сжали рукоять кхандгара. Но внутри Хранилища было тихо и темно, а значит, скорее всего, это просто старый парифик забыл запереть дверь. Такое объяснение было бы самым логичным.

Фингар вытащил фонарь из-под плаща и поднял его вверх, осветив полки.

— Ну, надеюсь, ты найдёшь то, что нужно, — прошептал Дитамар, забирая фонарь и цепляя его на крюк. — Да поторопись, тут воняет мышами и вечностью.

— М-м-милорд? — Фингар коснулся плеча джарта.

— Чего?

— Тут кто-то есть, — Фингар приложил палец к губам.

Дитамар тоже это ощутил. Мраморный пол передал вибрацию страха. Он прикоснулся, и Дитамара обдало невидимой волной ледяной воды. Он почувствовал это прикосновение так отчётливо, как будто эта волна была живой. Она отпрянула, сжалась в тугой клубок, готовясь к прыжку. А затем в темноте слева от него кто-то сорвался с места и бросился к двери. Но Дитамар был быстрее. Он опередил беглеца, преодолел расстояние в три прыжка, выхватывая на ходу кхандгар, и сбил невидимку с ног у самой двери. Они упали на пол вдвоём, и он зацепил плечом шкаф. Сверху посыпались книги, беглец взвизгнул, попытался вскочить, вырывался, отчаянно отбиваясь ногами, и острый каблук ударил Дитамара в грудь. Но убежать не успел. Дитамар поймал его за щиколотку, пытаясь хоть что-то разглядеть в темноте.

Щиколотка оказалась тонкой и пальцы ощутили скользкий шёлк штанины. Беглец взвизгнул, но прежде чем смог хоть что-то сделать, Дитамар потянул его за ногу, навалился сверху всем телом, и подмял под себя. И понял окончательно, что это женщина.

Проклятье!

Мелькнула мысль, что, наверное, нужно зажать ей рот, и придётся её связать, иначе визгу будет на три квартала, но он ничего не успел сделать — ему в шею впились острые зубы женщины. А следом холодная волна ударила его куда-то пониже рёбер, выбивая воздух из лёгких. Иглы боли прошили тело насквозь, и под кожей потекли холодные струи, опутывая и заставляя стекленеть мышцы, а руки скрючиться в жестокой судороге. Почти как тогда, когда он прыгнул, не задумываясь, в бурные воды Суры.

— Проклятье! — прорычал Дитамар сквозь стиснутые зубы, пытаясь бороться с этой невиданной силой, но пальцы разжались сами, выпуская добычу.

И едва он её отпустил, тут же получил удар по лицу наотмашь чем-то тяжёлым. Железные скобы оцарапали ему щёку, и за первым ударом сразу же последовал второй, не менее сильный. Женщина оттолкнулась от него ногами и стремглав бросилась в темноту. А Дитамар остался лежать на полу, хватая воздух мелкими глотками и отчаянно пытаясь распрямить пальцы, но ледяные струи вились под кожей, заставляя тело сжиматься от боли в тугой клубок.

— Джарт Дитамар?! Джарт Дитамар?! Вы меня слышите? Простите… м-м-милорд! Да что же с вами? Мирна-заступница!

Фингар бегал вокруг и кудахтал, как наседка, размахивал фонарём, спотыкался о рассыпанные книги, и того и гляди мог спалить всю библиотеку. Он не понимал, что произошло, а у Дитамара только и хватило сил, чтобы привалиться спиной к стене, чувствуя, как по вискам течёт холодный пот и расслабляются стянутые судорогой мышцы.

— Заткнись, Фин! Заткнись! — наконец процедил он сквозь зубы, когда дыхание медленно восстановилось и, схватив наклонившегося Фингара за шиворот, рыкнул ему прямо в ухо: — Поставь фонарь, идиот, спалишь тут всё! Бери книги и убираемся! Живо, понял?!

— П-понял, милорд!

Пока Фингар метался, сгребая книги в холщовый мешок, Дитамар пошарил рукой по полу, нащупал рукоять кхандгара, и поднялся, держась рукой за стену. Осторожно выглянул из дверей Хранилища. В библиотеке было темно и тихо. Кто бы здесь ни был, он уже убежал.

Кто бы ни был…

Дитамар не мог в это поверить, но знал, что его чувства не лгут. Его нос не лжёт. Сейчас он ощущал ноздрями аромат её духов, оставшийся в затхлом воздухе Хранилища. Он слишком хорошо изучил этот аромат сидя под липами во дворе университета. А ещё он видел струящееся по стене голубое свечение, совсем слабое, похожее на отражение лунного света, но луна сюда точно не заглядывала, а свечение было очень похоже на то, которое окружало Лею в тумане на Суре. Тонкая лодыжка в шёлковых штанах, ощущение её тела в его ладонях… Ошибки быть не могло.

Вот только он понял всё это слишком поздно, когда она уже сорвалась с места и исчезла. Дитамар мог бы её остановить, но в тот момент его уже связало тугим узлом боли, и будь он проклят, если вообще когда-либо встречал подобную силу!

— Дуарх бы тебя побрал! Кто же такая, Каталея Лафорт?! — пробормотал он, вытирая лоб тыльной стороной ладони. Лицо было разодрано в кровь, и он, облизав солёные губы, добавил с кривой усмешкой: — Скромная слушательница университета!

Дитамар был ошарашен и обескуражен, а такое в его жизни было очень давно… Да и было ли? Было. Однажды женщина с фальшивым именем Лейса вот также обвела его вокруг пальца. Выдавала себя за другую, умело скрывая свои истинные мотивы. И вот, извольте, всё повторяется! Странная цепь случайностей, которая началась со встречи на Суре…

«— Ты просто мне завидуешь, брат, завидуешь тому, что она выбрала не тебя.

— Я просто хочу, чтобы ты знал, — говорит тихо Эйвер, — она совсем не та, за кого себя выдаёт.

— Мне всё равно, кто она, я люблю её.

— Ты её любишь, а она тебя нет. Дитамар, любовь — это не слова! Ты бы почувствовал. Но скажи честно, ты её чувствуешь?

— Да ты совсем не в себе, Эйвер! Ты, может быть, завидуешь мне, а может быть, ты сам её любишь? Может быть, поэтому ты говоришь мне всё это здесь?

— Ты хочешь, чтобы я доказал тебе, что она лжёт? Я докажу…»

так некстати вспомнил сейчас тот давний разговор с братом, и тот вечер, восемнадцать лет назад, который изменил их жизнь навсегда. И сейчас, всё ещё ощущая в теле затухающие отголоски боли, Дитамар чувствовал себя одураченным.

Он снова увлёкся женщиной, которая скрывает кто она такая на самом деле. И как искусно скрывает! Он спас её из реки. Он провел с ней рядом несколько дней, будучи абсолютно уверенным, что перед ним обычная девчонка-кахоле. Пусть красивая, умная, весёлая, притягательная… но девчонка, не более. И вот эта девчонка только что едва не отправила его в светлые сады Миеле!

А он едва не полоснул ей по горлу кхандгаром. Ещё бы немного…

Дитамар и сам не знал, чего испугался больше, собственной слабости перед этой неведомой силой, которая едва не убила его или того, что чуть сам не убил эту девчонку одним неосторожным движением. Он жадно втягивал ноздрями воздух и сжимал рукоять кхандгара.

Проклятье! Проклятье!

Надтреснутый звук колокола вырвал его из мрачных размышлений. Судя по всему, кто-то из стражи либо заметил свет, либо открытое окно в библиотеке. Вслед за университетским колоколом зазвонил другой, третий… В Рокне именно так оповещали Тайную стражу о покушении на королевскую собственность. И вот уже зловещий горн отозвался где-то со стороны Нижнего города.

Дитамар шагнул к одному из стеллажей и опрокинул его, затем ещё один. Разбил стекло в одном из шкафов у стены, вытащил несколько книг в дорогих переплётах, с инкрустированными золотом обложками и сунул их в руки Фингару.

— Держи!

А сам схватил со стола светильники, они были тяжёлыми, но их цена стоила того, чтобы взламывать Хранилище библиотеки. Что бы там ни было дальше, здесь всё должно быть похоже на обычное ограбление.

Мелькнула мысль, что может стоит поджечь Библиотеку, тогда уж точно все будут заняты пожаром, а не их скоропостижным бегством, но что-то остановило Дитамара от такого шага. Как-то отдалённо вспомнилось, как он встретил здесь Лею, как она спускалась по лестнице, как стояла среди этих книг… И он рявкнул на Фингара, чтобы тот он затушил фонарь.

Простое ограбление забудут через три дня, а о пожаре будут болтать пару лет. Им это не нужно.