Глава 11

Одиннадцатая глава

Слова отца не давали покоя. Что если он прав, и все вокруг находится во временной петле, которой заправляет демон? Феликс говорил, что ищет его. Мне нужно с ним поговорить, но как это сделать, если Ленар не отходит от меня ни на шаг? Кажется, приняв меня в ряды зазывал, полоз решил сделать меня своей собственностью. Строго-настрого запретил даже близко приближаться к крылу циркачей. Во время перелета моей основной работой стал зверинец, и я уже не могла дождаться, когда мы приземлимся в город. Одно радовало — чем дольше мы летели, тем сложнее отцу будет меня найти.

Еще одним минусом было проживание в одной комнате с Ленаром. Он мне не докучал и вел себя как джентльмен, но я испытывала неудобства от его вопрошающих взглядов. Даже незначительные комплементы вызывали у меня отторжение, но я тактично старалась этого не показывать.

Хотела поговорить с Ленаром, чтобы переехать в другую комнату. Звери ко мне уже привыкли, и пропала необходимость жить вместе. Но я переживала, что этот разговор может оголить другие вопросы, и откладывала до последнего.

На третий день изоляции от артистов я не выдержала и решила встретиться с Феликсом. Это была рискованная идея, но я уже не могла ждать. За полночь, когда Ленар крепко заснул на софе, я осторожно поднялась с кровати и беззвучно вышла из комнаты.

В это время по коридорам почти никто не ходил. Поторопилась в крыло циркачей и незаметно подошла к комнате Феликса. Взялась за ручку двери. В голове промелькнула странная мысль, а вдруг он не там. Санти и Жером встречаются вопреки запрету на отношения, может, и у него есть тайная возлюбленная? Отогнала странную мысль. Меня это не должно волновать, между нами сугубо деловые отношения. Те поцелуи, что были раньше, ничего не значат.

Тихонько скрипнув дверью, я вошла в комнату. Темнота скрадывала очертания мебели, и было сложно определить, где что находится.

— Феликс, ты спишь? — прошептала тихонько и сделала шаг к кровати.

Крепкие руки обхватили меня за талию припечатывая к стене.

— Ты пришла, — прошептал тоном, от которого по телу побежали мурашки.

Губами мазнул по щеке в поисках моих уст. Все слова вылетели из головы, уступая место нахлынувшему желанию. И мир исчез, оставляя нас наслаждаться друг другом. Прикосновение губ, удары сердца, рваное дыхание — в кромешной темноте происходящее обрастало какой-то магией, и все воспринималось ярче и острее.

Внезапный шорох за дверью заставил замереть. За ним последовал негромкий разговор. Нельзя, чтобы нас застали вдвоем в это время суток. Почему-то меньше волновало общественное мнение, чем реакция Ленара.

Очень скоро голоса стали стихать и удаляться, но волшебного мгновения было уже не вернуть. Я уже и забыла зачем пришла — страстный порыв Феликса опять перевернул все с ног на голову.

Фокусник щёлкнул пальцами, и в комнате загорелся свет. Я зажмурилась. Маг это заметил и сделал освещение более мягким.

— Я хотела поговорить… пока ты не… — запнулась, подбирая слова.

— Пока я не поцеловал тебя. Ты это хотела обсудить?

— Да… то есть нет… совсем другое.

— Значит, и дальше будешь делать вид, что не влюблена в меня?

От его наглости я даже потеряла дар речи.

— Что? Это ты меня поцеловал первый! Я никогда не приставала с поцелуями.

— Но ты и против никогда не была.

— Это происходило исключительно в интересах дела! — искала, как от него отделаться, хотя сама не верила в сомнительную отговорку.

Мои возмущения вызывали у Феликса довольную улыбку, захотелось его треснуть. Но как-то неудобно бить свое руководство, пусть и такое надменное.

— Какие «интересы дела» ты еще хотела обсудить? — продолжал он насмехаться надо мной.

Разозленная его тоном, я выпалила все на духу.

— Временную петлю, в которой находится цирк, и демона, что ей управляет…

В его взгляде пропало озорство, и на мгновение мне стало страшно.

— Тебе нельзя этого знать. Кто тебе рассказал?

— Отец. Он хотел силой забрать меня в день предоставления в Санта-Бэлон, сказал, цирк проклят, и все мы во временной петле.

— Почему раньше не рассказала, что тебя пытались похитить? — нахмурил брови фокусник.

— Ленар сказал, что невозможно сбежать из цирка. Он меня обязательно вернет. Я и решила, что не стоит волновать из-за такой ерунды.

— Ленар идиот. Ты должна была мне сразу все рассказать! — негодовал он. Я притихла, подавленная его напором. Феликс понял, что перестарался, и продолжил спокойным тоном: — В следующий раз, если у тебя возникнут малейшие подозрения, что тебе может угрожать опасность, ты должна сразу же сказать об этом мне.

— Хорошо.

Феликс подошел к столу, налил из графина воды и осушил стакан до дна. Я ждала ответов, которые несколько дней не давали мне покоя. Он достал из внутреннего кармана небольшой блокнот и протянул его мне.

— Можешь взглянуть.

Записная книжка была исписана аккуратным почерком. В ней собраны цыганские поверья и былины о демоне дорог. На некоторых страницах изображены жуткие зарисовки рогатого монстра с длинным языком.

— Этот демон всем здесь заправляет?

— Да. Мы колесим по миру, показывая представления, а он всем распоряжается.

— Он в Лютике?

Феликс улыбнулся.

— Нет. Лютик появился не так давно. Лет сорок назад, уже после моего появления.

Его слова шокировали.

— Феликс, сколько тебе лет?

— Было тридцать два, когда я согласился работать в «Квезаль». А случилось это семьдесят три года назад.

— Значит, это правда…

— Отчасти. Временная петля работает, когда цирк находится в состояние покоя. Меняются лишь города и зрители, остальное остается прежним: порядок номеров и их содержание, ежедневные ритуалы, одинаковая еда. Мы осознаем, что происходит. Живем в одном временном отрезке, когда ты знаешь наизусть последовательность событий.

— Почему я этого не замечаю?

— Когда приходит новичок, временная петля разрывается, и мы возвращаемся в нормальный временной поток.

— Я рада, что привнесла в вашу рутину разнообразие, — не удержалась от иронии.

— Все намного сложней, Адель. С твоим появлением привычный уклад изменился. В петле каждый знал свое место и ничего не боялся. Теперь канатоходец может оступиться, животное пораниться, а кухарка порезать руку. Если с такими травмами мы снова окажемся во временной петле, то бракованным сотрудникам не будет в ней места. Демон чистит ряды цирка. Поэтому так недолюбливают новичков.

— Зачем ему эти петли?

— Демон дорог — покровитель бродячих артистов и музыкантов. Он питается положительными эмоциями, которые дают зрители. Поэтому представления должно быть на самом высшем уровне, иначе он недополучит положенную энергию. Но артистам свойственно уставать и ошибаться.

— Он сохраняет день с самым лучшим выступлением и заставляет вас жить в нем, — ужаснулась я собственной догадке, — Феликс, это можно как-то прекратить?

— Если поймать демона дорог, что я пытаюсь сделать уже семьдесят три года. Его невозможно узнать, он может принимать любой образ. Одно время у меня были подозрения на его счет, но я ошибся. Сейчас же у меня нет ни единой догадки, как его найти.

— Нас уже двое, я тебе помогу.

— Как только ты определишься со своим местом в цирке и подпишешь контракт, временная петля закроется. Демон будет недосягаем. Только сейчас можно его поймать, но времени очень мало. Если мы не успеем, придется ждать следующего новичка.

— Как давно пришел мой предшественник?

— Ребекка вошла в состав цирковой труппы двадцать лет назад.

Мне стало дурно — несколько десятилетий жить в одном и том же дне ради того, чтобы цирк давал первоклассные представления. Нет, я этого не выдержу! Понятно, откуда у Лютика такие приступы тоски.

***

Лютик приземлился в Рэйнайте — горном городке к северу от островной системы Саламин. В небольшом поселении от силы наберется тысяча горожан. Здесь было непривычно после залитых солнцем островов. Климат сырой, прохладный и дождливый. Край цирковой площади уходил в сосновый бор, и вековые деревья откидывали на разноцветные шатры густую тень. На прохладной земле уже не поспишь, как во время нашей непредвиденной стоянки.

— Адель, пока идет строительство, займешься лошадьми Ребекки, — нагрузил меня работой Ленар.

В этом городе я была его подчиненной, и только с отбытием цирка переходила к Феликсу. Полоз внимательно следил, чтобы у меня не было свободной минуты, которую я могла потратить на общение с конкурентами. Даже когда я не была занята в зверинце, вокруг меня крутилась Санти. Порой мне казалось, девушку специально приставили за мной следить — других причин навязчивого общения я не могла найти.

— Ребекка не любит, когда я приближаюсь к ее лошадям.

Звезда арены не раз мне это напоминала в весьма агрессивной манере. Боялась, что травма одной из лошадей могла лишить ее номера.

— Кони застоялись в стойлах. Так дойдет до того, что у них разовьется артрит. Их нужно выгулять.

— Я не справлюсь с четверкой лошадей одна! — возмутилась я.

— Будешь брать по одной и гулять с ней по округе. Не забудь закреплять им крылья, иначе она улетят.

— Почему Ребекка сама не выгуляет своих животных? — напирала я.

— У нее какие-то дела с Феликсом. Они вместе покинули цирк еще в обед. — Я почувствовала укол ревности. — Наверное, решили возобновить отношения.

— Какие отношения? — не сразу поняла я Ленара.

— Ребекка носила метку Феликса, а потом пришла в цирк. У нас есть запреты на отношения между работниками, кроме тех, кто связан меткой.

Я с непроницаемым лицом слушала его. Знала об этой особенности, но предпочла не замечать скрытого намека Ленара.

— Как познавательно. Хорошо, что мы просто друзья, и не будем усложнять ничего какими-то метками. Я пошла к лошадям, — быстро произнесла под его ошарашенным взглядом и поторопилась к зверинцу.

Нужно быть полной идиоткой, чтобы не замечать симпатию Ленара. К сожалению, его чувства не взаимны, и я предпочту рубить на корню, чем давать необоснованные надежды. Так для всех будет лучше.

Вокруг кипела работа — возводили павильоны, шатры и торговые палатки. Я зашла в зверинец, взяла ремни для лошадиных крыльев и уздечку. Из транспортировочной коробки достала уменьшенную копию белого жеребца. Животное в нетерпении отбивало копытом на моей ладони, но стоило ему ступить на землю, он приобрел свой привычный размер. Закрепив крылья защитными ремнями и набросив уздечку, вывела жеребца из зверинца. Он спокойно шел рядом, не создавала мне проблем.

Я думала о Феликсе и Ребекке. Значит, они были вместе, но расстались. Странно, почему Ленар решил, что они опять решили сойтись, или он специально это сказал, чтобы меня задеть?

По узкой тропинке я все дальше уходила в чащу. Внезапно за спиной раздался шорох. Я обернулась на звук, и перед моим лицом пролетела необычная полупрозрачная бабочка. С ее крыльев спадали золотистые частицы, оставляя магический след в воздухе. Она сделала круг над головой и осторожно приземлилась на мою раскрытую ладонь.

— Прелесть, не правда ли? — ко мне подошел творец волшебного создания. Было неожиданностью встретить Феликса в лесу.

— Ленар сказал, что ты занят. Ушел куда-то с Ребеккой, — старалась говорить ровным голосом.

— Решал организационные дела с местными властями.

— А Ребекка помогала?

Феликс взглянул на меня с полуулыбкой.

— Хвостатый мерзавец рассказал о Ребекке? — догадался он.

— У меня нет к тебе никаких претензий. Я тебе ни невеста, ни жена. И ты волен проводить время с кем захочешь.

— Как любопытно… — в его глазах промелькнули игривые огоньки. — Значит, несмотря на твою влюбленность…

— Я в тебя не влюблена, — одернула его.

— Ты сама в себе не разобралась. — Я громко вздохнула. Его самоуверенность ничем не пробьёшь. — Несмотря на влюбленность, ты разрешаешь мне… проводить время с другими девушками.

— Я в тебя не влюблена, и мне абсолютно все равно, с кем ты проводишь свое время.

Мы все дальше удалялись от цирковой площади.

— Значит, ты не будешь против, если Ребекка переедет ко мне жить?

От неожиданного вопроса я ошарашенно уставилась на него. Лишь потом поняла, что он специально это произнес, чтобы проследить мою реакцию. И снова эта победоносная улыбка, а я задыхаюсь от злости, и мне хочется стереть это выражение с лица фокусника.

— Делай что хочешь. Ты, вообще, зачем за мной увязался?

— Увидел, что тебя отпустил твой тиран, и решил поболтать… исключительно в профессиональных целях. Как артист с артистом.

— У меня нет времени на болтовню. Можешь поговорить с Ребеккой…

Он схватил меня за руку, заставляя замереть на месте.

— Не шевелись, — прошептал, вглядываясь в линию горизонта.

Я не сразу поняла причину. Конь возбужденно заржал и стал вырываться из поводьев. Его что-то сильно испугало. С тихим рыком из кустов вышил волк.

— Не дергайся, — приказал Феликс, в его руки загорелся магический всполох.

— Может, попробовать на него воздействовать, как на Сахарка? — предложила я.

— А что делать будешь с остальными?

За спиной хищника вышла тройка зверей. Боковым зрением заметила еще с десяток вокруг нас. Мы были окружены.

— Спрячься за меня, — приказал Феликс, и я выполнила команду.

Лошадь крутила головой, выдергивала поводья из моих рук. Волк кинулся в атаку — Феликс магическим всполохом отбросил хищника в сторону. Это не отпугнуло животных, а обозлило ещё сильней. Я не успевала следить, как один за другим он отбивался от нападок. Один волк попытался подойти со спины, но конь ударил копытом его по морде — зверь заскулил и отступил. 

После первой волны нападения животных. Казалось, они сдались, но это оказалось уловкой — за нами увязалась погоня. Феликс поднял меня на коня и сам залез следом. Волки гнали скакуна, фокусник отбивался. То и дело слышалось клацанье зубов.

Уже виднелись вершины шатров, когда вожак выскочил впереди нас из-за куста. Испуганный конь поднялся на дыбы, сбрасывая нас на землю. Я не успела сообразить, что произошло, когда волк вцепился в ногу Феликса. Фокусник взвыл и со всей силой ударил его магическим всполохом такой мощности, что волки убежали, поджав хвосты. Поверженный вожак безжизненно лежал у куста. Лошадь зацепилась поводьями за ветку, и далеко не унеслась.

— Феликс! — я подошла к нему. — Ты ранен!

— Все в порядке.

Но едва поднялся на ноги и оперся на раненую конечность, как его лицо исказила гримаса боли. Разорванная штанина намокла от крови.

— Тебе нужен врач. Я позову на помощь!

— Нет. Никто не должен знать, что я ранен. Лучше помоги мне добраться к себе.

Перекинув его руку через плечо, я помогла ему дойти до цирковой площади, прячась за скакуна. Хотела помочь ему с обработкой раны, но он отказался, сказав, что Ленар кинется меня искать и обязательно заявится к нему в комнату. В его словах была логика. Кто-нибудь увидит лошадь Ребекки возле его шатра, и возникнут ненужные вопросы. Вопреки желанию остаться, я ушла и выгуляла остальных лошадей, не выходя за границы цирковой площади. В голове крутились тревожные мысли. Я переживала за Феликса, волновали не только последствия укуса. Что будет, если он не поправится до момента, когда закроется временная петля? Мне даже страшно предоставлять, куда демон отправляет разочаровавших его артистов. Во что бы то ни стало ему нужно прийти в строй до завтрашнего представления, иначе последствия могут быть непредсказуемые.

Как назло, Ленар в этот вечер от меня не отходил. Может, сказались последствие нашего разговора, и полоз решил от терпеливого ожидания перейти к активным действиям? Пиком его внимания стал ужин. Наша компания сидела за одним столом и вела шумный дружеский разговор. Зазывалы обсуждали город, некоторым удалось сходить в центр и разведать обстановку.

— Адель, сегодня совсем ничего не ешь. Ты не заболела? — поинтересовался глава зазвал.

Я не притронулись к еде, мои мысли были совершенно в другом месте.

— Нет аппетита. 

— Мы можем выйти в город, говорят, там есть хороший ресторан. Я люблю Бернадет, но иногда ее однообразная еда не лезет в горло.

Компания взорвалась живым смехом. В моей тарелке лежала фасоль в томате и куриное крыло. Я представила, что мне придется это есть каждый день в течение двадцати лет, и последние проблески голода как рукой смело.

— Нет. Я не хочу никуда идти, — отказ огорчил Ленара, но сейчас меня меньше всего заботили его чувства, — Я пойду к себе. Наверное, действительно простудилась.

Я отодвинула стул и покинула столовую. На улице смеркалось, но повсюду слонялись рабочие и артисты. Сейчас нельзя идти к Феликсу. Только когда все уснут, можно будет пробраться незаметно.

***

Каким-то чудом мне даже удалось уснуть. Сон был тревожный и обрывочный, я постоянно от кого-то убегала. Лица преследователя не видела, но перед самым пробуждением ему удалось меня догнать.

Я проснулась в холодном полу в темной комнате, пытаясь сообразить, что произошло. Ленар спокойно спал на софе. Это был идеальный момент, чтобы навестить Феликса. Тихо поднялась с кровати, но когда вышла за дверь, показалось, что Ленар проснулся. Пришлось вернуться, чтобы убедиться в своей правоте. К счастью, я ошиблась — Ленар спал как младенец.

Я не замечала ничего на своем пути, мчалась узнать, что с Феликсом. Воображение рисовало печальные картины. Что если у него открылось сильное кровотечение, и он умер? В считанные секунды оказалась возле его двери. С усилием надавила на ручку, но дверь оказалась заперта. Тогда я легонько постучала.

За дверью раздались шаги, и мне открыли — передом мной оказалась Ребекка в тонком халате на голое тело и с изумленным лицом. Она явно не ожидала меня здесь увидеть, как, впрочем, и я ее.

— Мне нужно поговорить с Феликсом.

На лице блондинка сияла довольная улыбка. Она запахнула халат и расслабленным голосом произнесла:

— Феликс устал и уже спит. Приходи утром.

— Как спит? — я растерянно пыталась сообразить, что происходит.

— Адель, ты что, маленькая? Не заставляй меня называть вещи своими именами.

От осознания я залилась краской. Феликс с Ребенком. Они вместе, а значит… значит, с ним все в порядке. А я, как дура, неслась сюда, переживала за него, а он развлекался со своей подружкой.

— Доброй ночи, Адель, — сказала артистка и захлопнула перед моим лицом дверь.

Ошарашенная, я пошла прочь. В груди словно насыпали битого стекла, каждый удар сердца отдавать резкой болью. В полубреду я выскочила из жилого шатра циркачей, и меня уже ждало очередное потрясение.

— Так вот ты куда бегаешь по ночам? — из тени мне навстречу вышел Ленар.

— Уже не бегаю, — произнесла настолько жалким голосом, что Ленар тут же смягчился, и уже не выглядел обозленным.

— Я предупреждал о Ребекке, — догадался он о причине моего расстройства. — Зря ты с ним связалась. Он артист, любимчик сцены. Сегодня у него одна девушка, завтра другая. Он меняет их как перчатки, и ты не стала исключением. Я даже знаю, как это произошло — он предлагал тебе номер в цирковой программе, говорил, что ты особенная, что видит в тебе потенциал. Но это не так, Адель. Он игрок. Хочет всего лишь переманить тебя на свою сторону и не стесняется грязных уловок. Ты не первая, кто попался в его сети.

Его слова отзывались болью в сердце.

— Больше на его уловки я не попаду!