Глава 24. Роджес

— За ними!!! — приказываю я своим трусливым подчиненным. Только тогда они шевелятся и взлетают.

Не могу поверить. Она предала меня! Она изначально была заинтересована только в собственной выгоде.

Раздражающий смешок фиолетового дракона окончательно выводит меня из себя, и я снова кидаюсь на Винса. Он отлично отражает мои удары и даже умудряется наносить свои, пока Мелисанта не вскрикивает:

— Прекратите!

Я прерываю бессмысленную драку, расправляю крылья и взлетаю выше туч. Все мое тело изнывает, сердце рвется на куски, душа тоскует по моей истинной. Я ищу ее, кружа над горами и озерами, над равнинами и лесами, но Фрейры и след простыл.

Она будет ждать нас на Горе Скорби. Все предусмотрела, гадина бесчешуйчатая!

Я возвращаюсь в резервацию, где уже переводят дух остальные, тоже не нашедшие Фрейру, и едва мои ноги касаются земли, как я взмахом руки припечатываю последователей ведьмы к отвесной скале. Плевать на их стоны и хрипы. Я наслаждаюсь их трепетом.

— ГДЕ ЕЕ СЕРДЦЕ?! — реву не своим голосом.

— У них его нет, — слышу за спиной голос Мелисанты.

Оборачиваюсь, материализуя на руке шар всепоглощающего хаоса. Она стоит в обнимку с Винсом, сдувая с лица льющуюся с неба воду.

— Ты хотел купить у Фрейры свое будущее, а теперь она намеревается купить свое у тебя, — усмехается фиолетовый дракон. — Судьба бывает жестокой, не так ли, Роджес?

Только привязка Мелисанты к Джерону останавливает меня раздавить эту парочку. Зеленый нужен мне живым, иначе Фрейра убьет мою Лиану.

Я перевожу взгляд на плачущую в стороне старуху и узнаю в ней Шейалу. Никто из других кланов, кроме нее и Ливиаса, не знал, что Фрейра жива. Так же, как и я не знал, что все эти годы Шейала жила здесь.

— Как вам удалось скрывать Лиану? — шиплю я через плечо, гася энергетический шар.

— Удивительно, но Лиана очень сильна. Она красная драконица, но маскируется лучше любого хамелеона. Фрейра никогда особо не интересовалась, кто живет в ее резервации, и не чувствовала здесь чужой дух. А если какие-то вибрации и ощущала, списывала их на Шейалу.

— А вы смелые. Я же могу вас сейчас с землей сравнять.

— Тогда вы никогда не найдете сердце Фрейры, а у вас всего три дня, — вступается за старейшин Мелисанта. — Знаете, милорд, меньше всего я хочу связываться с вами, но кажется, сейчас нам придется сотрудничать, раз уж Лиана так вам дорога́.

Меня едва ли не выворачивает от ехидной ухмылки Винса. Они загнали меня в тупик, сделали беспомощным, а я ненавижу это.

— Похоже, придется поступиться принципами, милорд, — добавляет Мелисанта. — Нам нужны ваши солдаты. Вам — наша сила. Только вместе мы…

— Заткнись! — рявкаю я, утратив интерес к этой самонадеянной драконице. — Мне нужно только сердце Фрейры и твой зеленый муженек!

Винс делает шаг вперед, желая возобновить нашу драку, но Мелисанта останавливает его.

— Дай ему время, любовь моя. Трудно признать себя никчемным после долгих десятилетий власти.

Какая заботливая!

Я бросаюсь к Шейале, подхватываю ее на руки, пока она не простудилась, сидя в луже, и фыркаю старейшинам:

— Где она живет?

— Я покажу, — вызывается Мелисанта, и мне приходится следовать за ней и ее мужем.

По пути я велю своим воинам рассредоточиться по периметру и не сводить глаз с неба.

Вношу Шейалу в убогую хижину, где Мелисанта помогает ей переодеться, Винс разжигает камин, а я грею чай.

— Какой вы участливый, — замечает Мелисанта, когда я подаю кружку ее бабушке.

— У нас с Шейалой давняя история, — отвечаю я, садясь напротив старой подруги. — Ну и зачем? Неужели ты думаешь, я причинил бы ей вред?

— Когда-то ты жаждал заполучить мою дочь, — припоминает она, все еще всхлипывая.

— Маму? — удивляется Мелисанта, которой, похоже, Вирас совсем ничего не рассказывал.

— Она выбрала твоего отца, успокойся. Я им не мешал.

— Я была уверена, что отняв их дочь, ты лишь хочешь отомстить, — шмыгает носом Шейала.

— Может быть, так и было, — не спорю я, припоминая, как ненавидел Вираса, когда он приполз ко мне, и хотел сделать ему как можно больнее. — А потом она, — я киваю на Мелисанту. — Как какое-то наваждение. И только сейчас я понимаю, что дышать без Лианы не могу. Она нужна мне, Шейала. Но без тебя я ее не спасу.

— Опять «я», — закатывает глаза Мелисанта. — А мы? Она так-то моя сестра!

— И ты, конечно же, планируешь использовать меня, чтобы спасти ее, а потом спрятать подальше от меня, так?

— Какой ты сообразительный, — прыскает Винс.

— Я тебя сейчас башкой в камин засуну, — шиплю я ему.

— Милый, — обрывает его Мелисанта, едва он раскрывает пасть, — отойдем ненадолго?

Надеюсь, перепихнуться пошли.

Стоит им выйти за дверь, как я потираю тонкие сутулые плечи Шейалы.

— Я понимаю, почему ты не доверяла мне. Но я хорошо помню, как ты выступала за уравнение прав черных драконов со всеми остальными. Таких, как ты, осталось совсем немного. Нас презирают… — Странно, но с Шейалой я становлюсь самим собой и могу позволить себе мгновенье слабости. Слова так и летят с языка. — Я совсем рехнулся на фоне всего происходящего. Не жизнь, а калейдоскоп переломных событий. Но ты должна знать, что Лиана…

— …твоя истинная. Да, она мне сказала. Она предала тебя, Роджес, и это ее убивало.

У меня в груди кольнуло от услышанного. Моя девочка тоже испытывала ко мне чувства, я не ошибся!

— Я должен спасти ее, Шейала. Но без твоей помощи это будет проблематично. Расскажи мне о ней. О том, что она может, каким даром обладает.

Она делает глоток чая и смотрит на меня поверх кружки.

— Ты не собираешься идти с Фрейрой на сделку, да?

— На Джерона мне плевать. Я выдал бы его ей, не раздумывая. Но у него привязка к Мелисанте, а она сестра Лианы. Я не хочу, чтобы всю жизнь Лиана ненавидела меня за это.

— А если привязку уничтожить? — хитро добавляет она, и я вспоминаю заявление Фрейры, чтобы я доверился ей, потому что у нее есть план, как заставить Ансиель снять заклинание.

— Ты так подозрительно говоришь, будто помогаешь Фрейре заполучить желаемое.

— Я? Нет! — твердо отвечает Шейала. — Она угрожает убить мою девочку. Я никогда не заключила бы с ней сделку, хоть и скрывала тайну ее воскрешения от своего клана. Мне просто любопытно, как далеко ты готов зайти, спасая Лиану? Вижу, что есть в тебе еще что-то светлое. — Она вдруг берет меня за руку так, как даже мать никогда не брала. — Пожертвуешь ли ты миром ради нее? Или найдешь в себе силы дать ей отпор и покончить с ней раз и навсегда?

Занимательный вопрос, учитывая, что у меня есть соблазн заставить Ансиель уничтожить привязку, отдать Фрейре Джерона и проклятую шкатулку и найти счастье с Лианой. Но будет ли оно долгим и безоблачным, когда самая могущественная ведьма в мире пробудит свою драконицу?

Я кладу ладонь поверх сухой руки Шейалы и заверяю ее:

— Я буду бороться.

— Возможно, кто-то погибнет, Роджес. И я не хочу, чтобы среди них оказались мои внучки. Ни Лиана, ни Мелисанта. Они не должны расплачиваться за наши грехи. Поклянись, что убережешь их даже ценой своей жизни.

Я смотрю в ее глаза и понимаю, что впервые в жизни готов на эту жертву.

— Клянусь, Шейала. В этот раз с Фрейрой будет покончено.