Глава 27. Лиана

Я прихожу в себя на сыром холодном полу. Борясь с головокружением, поднимаюсь на ноги и взглядом исследую пещеру. Посреди нее Арнет пытается разжечь костер, а Мара в стороне слушает причитания Фрейры.

— Я же просила собрать все мои вещи!

Служанка вздрагивает, сжимаясь под натиском обвинений.

— Ни на кого нельзя положиться! — Фрейра рукой ощупывает каменный стол и устало опускается на скамейку. — Долго я буду ждать огня?

Арнет волнуется, и искры гаснут в его руках, не добираясь до сухих листьев.

Я с расстояния запускаю в сложенные ветви разряд молнии, и они вспыхивают пламенем. Арнет, отскочив, падает на спину.

— Прости! — я примирительно поднимаю ладони. — Я не хотела тебя напугать.

Побарахтавшись, он встает и отряхивается, глядя на меня с недоверием и боязнью.

— Очнулась? — Фрейра поворачивает голову в мою сторону. — Не бойся, мы тебя не обидим. Твое похищение — часть плана.

— Чьего плана?

— Моего. Но Роджес в курсе. Так что можешь успокоиться и просто ждать.

— Ждать чего? — спрашиваю я.

— Не многовато ли вопросов для девчонки, двадцать лет прожившей под моим крылом? — Она жестом указывает мне на стул.

Я наслышана о характере Фрейры. Знаю, как она любит власть и в какой дичайшей депрессии пребывала после воскрешения. Резервация помогла ей выкарабкаться и окончательно сойти с ума.

— Ты напоминаешь мне меня, — говорит она, когда я усаживаюсь напротив нее, а Мара отходит к костру, где они с Арнетом готовят ужин. — В юности я тоже скрывала свою силу. Родители так хотели.

— Я свою силу не скрываю. Я уберегаю от нее тех, кто слабее, — отвечаю я, задетая сравнением. Не хочу быть чьим-то подобием или отражением. Тем более — Фрейры.

Она слабо улыбается.

— Не зря меня не покидало ощущение, что Роджес рожден половинкой истинной пары. Как-то не срасталось у него с женщинами.

— А у вас — с мужчинами. Я слышала, что вас бросили у алтаря. Слышала, как жестоко поступил с вами Джерон. Но разве месть что-то исправит?

— От мести обычно становится легче, — признается он. — Я чувствую себя значимой. Напоминаю миру, кто в нем самый могущественный.

— Самый могущественный — свет. Он прогоняет тьму и дает жизнь. Повернитесь к нему, пока не поздно. Потому что Мелисанта ни за что не отдаст вам ваше сердце и своего мужа. Она неустрашимая и отважная.

— Ей бесполезно тягаться с Роджесом. А он сделает так, как нам с ним выгодно. Ты думаешь, я дала им три дня на раздумья и сборы? Я дала три дня на их войну, из которой твой возлюбленный выйдет победителем. Ты должна радоваться, ведь Мелисанта стала бы помехой в вашем будущем. — Фрейра бросает на стол сумку и вынимает из нее разные магические атрибуты, а в последнюю очередь кладет между ними щетку для волос, от которой веет энергетикой моей сестры. — Ничего, ты еще поблагодаришь меня, когда…

Я понимаю, что она собирается зачитать какое-то заклинание над Мелисантой, и действую по наитию — огнем дую на щетку, спалив все ее волосинки.

Фрейра замирает, отстраняется от стола и произносит:

— А ты дерзкая. Убить бы тебя, да я Роджесу тебя пообещала.

— Моя сестра беременна. Я не позволю вам причинить ей вред. У вас личные счеты с Джероном, а не с Мел.

— Видишь ли, Лиана, у меня личные счеты со всеми вами. Это же ваша с Мел мама нанесла Роджесу незаживающую рану, повлекшую за собой проклятие не только клана, но и всего рода драконов.

— Вам не кажется, что это глупо? С детей брать плату за ошибки родителей?

— Это суровая правда жизни. Но тебе нечего бояться: ты защищена своей связью с Роджесом, которого я очень люблю.

— А Мел?

— Мел? Если она умная, то отречется от Джерона. Если дура, то сдохнет вместе с ним. Хотя не буду лукавить, мне не нравится твоя сестра. Слишком самоуверенная, стервозная, избалованная эгоистка. Она мнит из себя ту, которую даже отдаленно не представляет. Думает, что околдовывает мужчин чарами. Смешно, — Фрейра зло усмехается. — Их околдовывает ее единичность: первая красная драконица за последние сто лет — настоящее чудо.

— Госпожа, ужин готов, — окликает Фрейру Мара.

Та игнорирует ее зов, вертя в руках непонятный искрящийся шар.

— Без паники, Лиана, — улыбается она. 152e1bc

— Я и не паникую. И вообще не собираюсь здесь задерживаться.

— А что ты сделаешь? Убьешь нас? Они — расходный материал, — шепчет она, чтобы Арнет и Мара не слышали. — А меня без сердца не убить.

— Но я могу просто обезвредить вас и сбежать, лишив вас козыря, — говорю я, уже поглядывая на выход из пещеры, за которым шумит завеса дождя.

— От Роджеса ты не сбежишь. Против меня его тоже не настроишь. Он знает меня с рождения, а тебя всего два дня. Как думаешь, на чью сторону он встанет? Просто подыграй нам, и я обещаю, что пальцем не трону твою сестру.

— В вас и правда нет ничего светлого, — отвечаю я и встаю. — Я ужинать не хочу. Аппетита нет.

Ухожу вглубь пещеры, укладываюсь на ветошь и, отвернувшись к стене, думаю о Роджесе. Неужели он пошел на эту подлость, чтобы заполучить меня, сердце Фрейры и Джерона? Неужели наша связь ничего для него не значит? Мне казалось, я почувствовала от него что-то теплое. Во мне зародилась надежда. Однако одержимость отомстить клану красных драконов в нем даже превыше нашей связи.

От этих мыслей у меня щиплет глаза. Я вспоминаю его поцелуи, взгляд, улыбку, танец с ним, его прикосновения. Вспоминаю, как он остановился, когда узнал о моей невинности, и как смотрел на меня там — в резервации. В нем будто борется два разных Роджеса. Один мечтает о простом покое и счастье. Другой ведом Фрейрой и уже не может ей противостоять.

— Кто же ты, — задаюсь я вопросом, — загадочный лорд Роджес? Справедливый правитель, знающий всему цену? Или раб той, что считает себя богиней?