Глава 9. Роджес

Два месяца спустя

Давно мое сердце не билось так яростно. Я возбужден мыслью, что вот-вот заберу свою Мелисанту. У нас будет пышная свадьба, а потом незабываемая брачная ночь.

Я целенаправленно не следил за ней после нашей единственной мимолетной встречи. Мучился любопытством, но терпел. Хотел подогреть свой интерес к ней, взрастить в себе ревность. Даже других девиц не имел, хотя некоторые предлагали мне мою любимую оргию. Я попросту не хочу никого, кроме Мелисанты. Хочу познать ее дерзкие поцелуи, шаловливые ноготки, острые зубки. Хочу, чтобы ее дивный голосок ласкал мой слух. Чтобы ее прекрасное молодое тело извивалось подо мной, покрытое тонкой пленкой пота. Чтобы она плакала от желания и дрожала от моего взгляда, моих прикосновений. Хочу заглядывать в ее глаза, когда она будет своими губками ласкать мой член. Наматывать ее волосы на кулак. Вторгаться в нее грубо, жестко, бескомпромиссно.

Рисуя в своем воображении искристые картины нашего ближайшего будущего, я вхожу в тот самый зал, где два месяца назад впервые лицом к лицу встретился с Мелисантой.

Никакого раздражающего меня шума гостей, угощений, цветочных гирлянд. Никто не празднует эту знаменательную дату. Двадцать лет Вирас устраивал целое представление из дня рождения своей единственной дочери. А сегодня на нем лица нет. Сидит в кресле понурый и бледный. Он дрожит, так и не смирившись с жестокостью, которую сам породил.

Я обвожу до омерзения пестрый зал взглядом и задерживаю его на Мелисанте. Моя девочка, все такая же прекрасная, лежит на диване, удобно уложив голову на коленях… проклятого зеленого дракона!

Джерон… С этим умником я давно знаком. Есть у нас с ним общее прошлое, которое не умаляет моей неприязни к нему и его клану. Он гладит волосы моей Мелисанты и кормит ее сочными ягодами, окрашивающими ее губки в алый.

Но на этом сюрпризы для меня не заканчиваются. Сидящий у камина фиолетовый дракон монотонно натачивает лезвие своего клинка, высекая искры не только сталью, но и глазами. А в зал входит подопечный Вираса Мариус, которого я помню еще ребенком. Ставит кувшин на столик перед Малисантой, с бесстрашием таращась на меня.

Похоже, мой старый друг недопонял моих угроз. Я же сказал, что убью любого, кто встанет у меня на пути!

— О, милорд, мы вас с утра ждем, — улыбается мне Мелисанта, поднимаясь с дивана и кончиком язычка слизывая красную капельку в уголке своих губ. — Задержались в пути?

Мои глаза опускаются на ее пышную грудь, выпирающую из тугого корсета, и в моем пахе начинается пожар. Я готов прямо здесь и сейчас трахнуть ее промеж сисек, а потом грохнуть ее морально униженных и оскорбленных мужей.

— Что это за цирк? — рычу я Вирасу, с трудом отводя взгляд от Мелисанты.

— Никакого цирка, — отвечает он со сквозящим в голосе отчаянием. — Мы помним об условиях договора, и Мелисанта готова отправиться в твои земли.

Не нравится мне все это. Очень не нравится. Чувствую подвох в издевательских огонечках в глазах моей опасной девочки.

— Что ж, тогда идем, моя сладкая, — скалюсь я, протягивая ей свою ладонь, но на всякий случай концентрируя энергию хаоса в другой руке. Спалю любого, кто хоть дернется.

Мелисанта легким движением руки откидывает за спину свои пышные волосы, обнажая тонкие плечи и длинную шею с пульсирующей от страсти венкой. Я закусываю губу, сдерживая своего оголодавшего дракона, но замечаю рисунок обвившего ее руку дракона и зверею. Чувствую, как кровь приливает к голове. Материализую всепоглощающий шар на своей ладони, решая, в кого его запустить. С кем она себя связала? С Мариусом? Вряд ли. Молод, трусоват. С Винсом? Слишком самовлюблен. С Джероном? Нет, он умен. С кем же?! Где эта тварь?!

Все трое выстраиваются за ее спиной. Джерон и Мариус смеют приобнять ее, а Винс лязгнуть убираемым в ножны клинком.

— Свадьба состоялась, милорд, — шелестит Мелисанта своим чарующим голоском. — Это мои мужья, с которыми я связана душами. Хотите получить меня, придется смириться с ними в нашей жизни.

— Нет! — рявкаю я, увеличивая шар в руке, но начиная соображать, что убивать этих недоделанных драконов нельзя. Моя девочка погибнет, а я не могу это допустить.

Почему?! Почему я не следил за ней?! Недооценил мелкую мерзавку! Эх, Мелисанта, раздраконила ты меня.

Тушу магию, вздыхаю для успокоения и отвечаю:

— Хорошо. Не убью. А не будешь меня расстраивать, возможно, иногда буду позволять видеться с ними.

Зачем я даю такие обещания? Что это со мной? Неужели околдовывает, ведьма?!

Мелисанта улыбается уголком губ, заявляя:

— Они отправятся с нами, милорд. И будут жить в равных со мной условиях. Останутся со мной в супружеских отношениях и не будут ни в чем ущемлены.

— Нет!

— Иначе, — продолжает Мелисанта, протягивая руку к Винсу и вынимая из его ножен клинок, — они покончат с собой, и я умру, не доставшись ни им, ни вам.

Она поднимает на меня взгляд, полный вызова. В ее руке сверкает острое лезвие. На лице блуждает победная улыбка. И мне хочется спалить здесь все. Уничтожить, превратить в пепел, раздавить этих букашек, решивших, что обставили меня.

Ну уж нет! Плохо они меня знают. Даже вида не подам, что я в бешенстве. Я ведь черный дракон, хранящий магию хаоса и разрушения. Разве я не найду способ разбить привязку, о которой до рождения Ансиель никто не знал? Мой ход, девочка. Смотри не пожалей.

— Хотя я тут подумал… Впятером у нас будет более насыщенная постельная жизнь, чем вдвоем…

Да-а-а… Та самая тень, что пробегает по лицам этих «мужей», кружит мне голову больше, чем крепкое вино. Надеялись, что я сдамся? Будут вам условия! Ровно до того момента, как я найду способ от вас избавиться, не навредив моей девочке. Ликуйте, ваши дни уже сочтены.

— Вот и договорились, — улыбается мне Мелисанта, единственная, кто не дрогнул. Хочет поиграть, моя дикая зверушка. Ладно, я согласен. Обожаю азартных девушек!

— Можешь попрощаться с папой, — позволяю я ей, но она даже не оборачивается к нему.

— А мы уже попрощались.

Ох, врешь, лгунья. Думаешь, что у меня быстро сдадут нервы, и ты скоро вернешься домой? Боюсь тебя разочаровать, но это будет полет в один конец.

Она проходит мимо меня, ведя за собой своих защитничков. Я ноздрями втягиваю ее пьянящий запах, еще ярче представляя, как мы будем развлекаться. Моя девочка полна огня и страсти, и не думаю, что кто-то кроме меня может потушить этот пожар.

Джерон, остановившись возле меня, протягивает мне свою лапу. Смотрю в его глаза, испытывая непреодолимое желание двинуть ему в челюсть, но вместо этого отвечаю рукопожатием. Сколько же лет прошло с нашей последней встречи, а он совсем не изменился. У меня даже назревает вопрос, как он отнесется к моим бойцам-грифонам? Пожалуй, мы с ним «поладим».

Потом пожимаю руку Мариусу и Винсу. Последний менее дружелюбен в лице, да и ладонь сжимает с заметным отвращением. К счастью, меня этим не разозлить. Мы, черные, привыкли, что нас ненавидят. Впрочем, нас тоже тошнит от остальных. А от таких, как это фиолетовый, в особенности. За ним придется приглядывать и устранить первым.

Они выходят из зала, а я смотрю на убитого горем Вираса. Ему тоже не нравится вся эта затея с привязкой. Думает, что я могу причинить боль его дочери. Глупец! Да я люблю ее больше, чем он! Я всю жизнь ждал такую, как Мелисанта, а с ее рождения грезил этим днем! Разве могу я уничтожить свою мечту? Только идиот пошел бы на это.

— Понадобится еще помощь, обращайся, — ухмыляюсь я, оставляя этого недобросовестного партнера наедине с его муками совести.

А меня ждет азартная игра, которая наконец-то развеет мою скуку, и великолепное будущее с моей отважной Мелисантой…