Глава 26

Ольга: Возвращение было… резким. Один миг – мы стояли в изумрудных сумерках леса дриад, где воздух дрожал от магии, а время текло лениво, как мёд. Следующий – нас выплюнуло обратно в привычную реальность с ощущением, будто тебя швырнули в ледяную воду. Мы материализовались посреди тронного зала. Воздух здесь пах не цветочной пыльцой и озоном, а пылью, воском для полов и лёгким запахом гари – видимо, братья всё-таки устроили свой турнир. Тишина, царившая секунду назад, взорвалась. – ОНИ ВЕРНУЛИСЬ! – пронзительно взвизгнул чей-то голос – вероятно, одной из моих многочисленных новых фрейлин, которых мне грозилась набрать бабушка. Арчибальд, стоявший рядом, вздрогнул и судорожно выпрямил плечи, мгновенно надевая привычную маску холодного лорда. Но я успела заметить, как его рука непроизвольно потянулась к моей, прежде чем он спрятал её за спину. Неделя среди дриад не прошла даром – даже его кожа казалась менее бледной, а под глазами почти исчезли тёмные круги. Я же, должно быть, выглядела как вытащенная на берег русалка – всё ещё заворожённая, с запахом чужих снов в волосах и лёгкой улыбкой, не сходившей с губ. Моё платье – лёгкое, сотканное дриадами из живых лоз и паутинок – начало медленно увядать на глазах, теряя магический блеск. – Оленька! – это кричала мама, пробираясь через толпу придворных. – Где вы пропадали?! За ней, ковыляя и спотыкаясь о собственные ноги, бежали братья. Кирилл с закопчённым лицом и дымящимся рукавом (точно турнир!), Антон – с огромным фолиантом в руках, на ходу пытаясь что-то объяснять. – Там портал в библиотеку эльфов открылся! – выдохнул он, запыхавшись. – Они используют шестнадцатеричную систему исчисления! Представляешь?! Пушок, появившийся будто из ниоткуда, смерил нас обоих универсальным взглядом кота, который видел всё это уже тысячу раз. Он обошёл нас кругом, обнюхал подол моего платья, фыркнул (видимо, учуяв запах дриад) и устроился на троне, словно говоря: «Моё место занято. Разбирайтесь сами». Арчибальд вздохнул – глубоко, так, что тень былого раздражения промелькнула на его лице. – Дворец ещё цел? – спросил он у ближайшего слуги, и в его голосе прозвучала редкая нота усталой надежды. – В-в основном, ваше величество, – запинаясь, ответил слуга. – Только западное крыло… немного пострадало от опытов с левитацией. В этот момент из-за колонны выскочила Динара с сияющими глазами и комком пушистого существа в руках. – Вы вернулись! – обрадовалась она. – А мы тут без вас… – её взгляд стал виноватым, – немного развлекались. «Немного», – подумала я, глядя на закопчённый потолок и перевёрнутый гобелен. Арчибальд провёл рукой по лицу, но… не взорвался. Не закричал. Он просто посмотрел на меня, и в его глазах читалось что-то новое – не покой дриад, а скорее… принятие. Принятие этого хаоса, этой семьи, этого безумия, которое теперь было его жизнью. – Ладно, – сказал он тихо, больше для себя, чем для других. – Покажите мне это «немного». И найдите кого-нибудь, кто умеет тушить магические пожары. А я поймала себя на мысли, что впервые за долгое время мне не хотелось сбегать обратно в другой мир. Потому что этот, со всеми его дырами в потолке, сумасшедшими родственниками и вечно ворчащим мужем, наконец-то начал по-настоящему напоминать дом. Арчибальд: Мы сидели в глубоких кожаных креслах у камина в главной гостиной, но привычная атмосфера дворцового спокойствия и так любимой мной тишины в этот раз была безнадежно нарушена. Отцовский грог пах не просто специями, а явной иронией, а мой остывал в кружке, забытый из-за шквала абсурдных новостей. – Они что?! – мой голос сорвался на пол-октавы выше, чем обычно. Плащ на моих плечах взъерошился, чешуйки на запястьях нервно зашелестели. – Пап, ты шутишь, да? Отец лишь хмыкнул, медленно вращая массивную хрустальную рюмку с грогом. Его глаза, обычно суровые, сейчас светились разноцветными веселыми искорками. – Динара теперь сама назначает свидания в саду с принцами, – он отхлебнул напиток, смакуя каждый слог. – Отказала уже трем. Говорит, у одного чешуя криво растет. Братья твоей жены… – он качнул головой, – превратили нижний двор в тренировочный полигон. Ортис им помогает. Говорит, молодежь перспективная. Я провел рукой по лицу, чувствуя, как реальность уплывает. Мы отсутствовали всего несколько дней! Но главный удар был впереди. – …и самое главное, – отец поставил рюмку с таким видом, будто закладывал бомбу, – твоя теща и ее мать, богиня, открыли два заведения. «Кафе». В купеческом квартале. Я уставился на него, пытаясь понять, не испортился ли грибной соус с прошлого ужина и не галлюцинирую ли я. – Зачем… – я сглотнул внезапно появившийся ком в горле. – Зачем моей теще и ее матери открывать два кафе в столице?! – мой голос снова поднялся выше, чем я того ожидал. – Для чего?! Простой люд ест в трактирах! Аристократы – дома! Кому, во имя Бездны, нужны эти… «кафе»?! Отец откинулся на спинку кресла, сложив руки на животе. Его ухмылка стала еще шире. – Сам пойдешь к богине и ее дочери это объяснять? – он артистически поднял правую бровь, показывая тем самым, что думает насчет подобной идеи. – Вперед. А я посмотрю на вас. Издалека. С безопасного расстояния. Запишу на хрустальный шар, на память. В ушах зазвенело. Я представил себя, пытающегося втолковать богине любви и ее дочери основы экономики столицы. Они бы посмотрели на меня своими радужными глазами и… и, скорее всего, предложили бы мне попробовать «эклер» или «капучино», что бы это ни значило. – Аршарах харранташ шортарраш! – вырвалось у меня, и от ругательства в камине вспыхнуло зеленое пламя. Отец рассмеялся, глубоко и искренне. – Привыкай, сынок. Твоя жизнь теперь – это сплошное «капучино». С двойной порцией безумия. Я мрачно зыркнул в его сторону и промолчал. Мне чего было ответить этому миру.