Глава 30

Ольга: Большой переезд наконец-то состоялся. И во дворце воцарилась уже привычная тишина. Ну как тишина. Пушок гонял по коридорам Ирика. Мы с Динарой болтали ни о чем за чашкой чая. Если к нам присоединялась свекровь, то начинались жаркие обсуждения земной моды. Послы, слуги, придворные – все они вносили свою лепту в жизнь здесь. Но уже не было турниров моих братцев, указаний божественной родни и прочего шума. И всё было идеально. Пока мой обожаемый супруг не явился в спальню с видом завоевателя всех миров и не объявил: – Охота. Я отложила книгу, медленно переводя на него взгляд. – Охота? – переспросила я, давая ему шанс одуматься. – Какая охота? Зачем? В подвалах не хватает мяса? У тебя там морозильные пещеры ломятся от туш! Арчи поморщился, как будто я только что предложила ему доесть вчерашний салат. – Женщины… – это слово прозвучало с той самой драконьей снисходительностью, от которой у меня сводило скулы. – Охота – благородное искусство. Испытание силы, ловкости, терпения. Нечто большее, чем просто… заготовка провизии. Отправляемся через три дня. Я уставилась на него. Он сказал это с такой серьезностью, будто объявлял о начале крестового похода, а не о поездке в ближайший лес пострелять оленей. – Куда отправляемся? – въедливо начала я. – В каком составе? Что нужно брать с собой? Мне, например, теплые сапоги? Или вы там всех зверей магией убьете, а мы будем в балетных туфельках на поляне тусоваться? Арчи только раздраженно передернул плечами, его благородный профиль выражал крайнее нетерпение. – У Динары спроси, – отрезал он. – Она все знает. Развернулся и вышел, оставив меня в одиночестве разгребать последствия своего великого объявления. Ну, вот и поговорили. Черт бы побрал все эти «благородные искусства»! Пришлось идти на допрос к Динаре. Я застала ее в гостиной как раз за тем самым чаем. – А, охота! – ее глаза сразу же заблестели азартом. – Это же весело! Едем в соседний заповедный лес, всем двором. Мужчины выслеживают и забивают животных, а мы, женщины, ждем их с победой на специальной поляне. Будет пикник, музыка… Я смотрела на нее, чувствуя, как у меня медленно ползут вверх брови. – Погоди. Сейчас холодно. Скоро зима. Какая поляна? Мы что, будем сидеть на промерзшей земле и ждать, пока вас просквозит? Динара махнула рукой, словно я заикнулась о какой-то ерунде. – Так магия же, Оль! Вокруг поляны установят кучу амулетов, полностью заряженных. Будет тепло, уютно, даже цветы распустят искусственные бутоны. Не замерзнем. Отлично. Просто превосходно. Значит, мы едем непонятно куда, непонятно зачем, просто чтобы мужчины могли всласть поорать, погоняться за несчастными животными и распустить перья перед своими семьями, вернувшись с окровавленными трофеями. А мы, тем временем, будем сидеть в магическом пузыре, жевать пирожки и делать вид, что это верх блаженства. Чудно. Просто чудно. И самое главное – Арчи даже не потрудился мне это сам объяснить. «Спроси у Динары». Ага, щас. Может, мне у нее же и разрешение на выход из дворца спрашивать? Или на то, чтобы дышать? Я вздохнула и допила чай. Что ж, раз уж это так «благородно» и «традиционно», придется играть по их правилам. Арчибальд: Три дня. Целых три дня потребовалось, чтобы всё было готово. И, Бездна, это того стоило. Наконец-то что-то привычное, что-то настоящее, а не все эти бесконечные кафе, разговоры о моде и сладкие пирожные. Охота. Искусство, которое не подвластно времени. С первого же дня дворец зажил другим, правильным ритмом. Знакомым и дорогим сердцу. В воздухе пахло не духами и кофе, а кожей, металлом и волнением. Портные несли ко мне на утверждение эскизы охотничьих костюмов – строгих, функциональных, лишенных глупых украшательств. Я одобрял только те, что соответствовали суровому духу предстоящего действа. Никаких кринолинов. Никаких шелков. Только практичность. Слуги сновали с ящиками оружия, и звон клинков о сталь был музыкой, куда более приятной, чем их приглушенные шепотки. Маги в библиотеке заряжали амулеты тепла и защиты – синие всполохи магии озаряли коридоры, и я вдыхал этот знакомый запах озона с наслаждением. Да, вот так и должно быть. Появились и они, конечно. Её семейство. Своим шумным, бесцеремонным вихрем ворвались в отлаженный механизм приготовлений. Её родители с их дурацкой повозкой, нагруженной бог знает чем. Её братья, которые тут же устроили потасовку во дворе, привлекая недоуменные взгляды моих аристократов. Но даже их присутствие не могло испортить мне мой настрой. Пусть себе дурачатся. Главное, что они будут в конечном итоге не здесь, не у меня во дворце. Пусть их энергия направлена в леса, а не на разрушение моих покоев. На третий день, когда караван был готов тронуться, я вышел на парадную площадь. Морозный воздух щипал щеки, пар от дыхания упряжных грифонов клубился в предрассветной мгле. Я окинул взглядом построившиеся повозки, сверкающие гербами, собравшихся аристократов в моих любимых, строгих охотничьих одеяниях. Сердце сжалось от давно забытого, знакомого чувства – предвкушения власти, вызова, чистого азарта. Ольга стояла рядом, кутаясь в плащ с «утеплителем», как она выразилась, и смотрела на всю эту суматоху с немым вопросом в глазах. Я помог ей подняться в повозку, чувствуя под пальцами тонкую ткань её рукава. Хрупкая. Не для этого мира. Но это моя хрупкость. И сегодня она увидит, что такое настоящая традиция. Не их земная суета, а нечто древнее, уходящее корнями в саму суть этого мира. Прозвучал рог. Глухой, низкий, вибрирующий в костях. Точно такой же, как звучал при моем отце, и при его отце. И мы тронулись. Под аккомпанемент скрипа полозьев по снегу, ржания грифонов и приглушенного говора охотников. Я глубоко вдохнул морозный воздух, полный запаха хвои, снега и свободы. Впереди был лес. Тишина. Азарт погони. И долгожданный, честный отдых от всего этого сумасшедшего, сладкого, невыносимого мирного быта. Я чувствовал, как с плеч спадает тяжесть короны, уступая место простому и ясному закону охоты.