Глава 8 · Кирилл «Это реально?»

Не мог работать.

Сидел за старым деревянным столом, смотрел в ноутбук, а перед глазами вместо цифр и графиков стояла Аглая. Рыжая. В короткой майке. С трактористом Валерой. С его руками на талии.

«Ничего личного», — повторял я себе уже четвертый час. Не помогало.

А потом было воспоминание о нашей встрече у реки, перепалка, моя открытая ревность, взявшаяся из ниоткуда. И поцелуй. Спонтанный, жадный. И ее губы — такие сладкие, мягкие.

— Черт, — тряхнул головой.

Паша зашел в комнату с кружкой чая и поставил ее рядом со мной. Посмотрел на экран, где уже полчаса мигала одна и та же строка сметы.

— Кирилл Михайлович, вы сегодня третий раз открываете один и тот же файл. Может, перерыв?

— Не нужно.

— Понял, — он кивнул и уже почти вышел, но остановился в дверях. — Хотя… рыжая-то какая. Просто секси-штучка. Формы — закачаешься. И характер огонь. Такая и в постели, наверное…

Медленно повернул голову. Паша сразу поднял руки:

— Молчу-молчу. Я просто констатирую факт.

— Иди баню проверь.

Когда он ушел, я откинулся на стуле и закрыл глаза.

Почему я ее поцеловал?

Она же совсем не мой тип. Я всегда выбирал утонченных, холодных, ухоженных. Таких, как бывшая жена. Красивая, стильная, с идеальной улыбкой и идеальной ложью.

Пока не выяснилось, что последние два года она трахалась с моим тогдашним партнером. Прямо в нашей квартире, пока я был в Лондоне на переговорах, а потом они чуть не лишили меня всего.

После этого я дал себе слово: никаких чувств. Только контроль. Только выгода.

А тут… какая-то деревенская пышка с петухом по имени Барон фон Клюв свела меня с ума за… а сколько я тут уже?

Третий день?

ЗА ТРИ ДНЯ! Рекордные, скажу я вам, сроки.

Встал, вышел на крыльцо, уже темнело. Из ее дома доносился запах пирогов и тихая музыка. Валеры рядом не было, и от этого почему-то стало еще хуже.

Надо разобраться сейчас. Не откладывать. Так говорил психолог, которому я платил кучу денег за сеанс.

Через пятнадцать минут я уже стоял у ее калитки. Аглая вышла на крыльцо в простом домашнем платье. Без кокошника, без корсета, без боевой раскраски — и на том спасибо. И от этого у меня в груди что-то неприятно сжалось.

— Чем обязана визиту дорогого барина? — спросила, скрестив руки на груди.

— Пришел поговорить.

— О чем? О том, как у реки на меня набросились?

— Я не набросился. Это был поцелуй. Взаимный, если мне не изменяет память.

Она фыркнула, но щеки слегка порозовели.

— Заходи. Только быстро. У меня… дел у меня полно.

Вошел в дом, кухня была маленькой, теплой, пахла выпечкой, Аглая стояла у стола, смотрела уверенно, руки скрещены на груди. Я смотрел на ее шею, на рыжие волосы, заплетенные в две толстых косы, на грудь…

— Аглая.

— Что?

Я сделал шаг. Потом еще один. Она не отступила.

— Я не понимаю, что со мной происходит, — сказал тихо. — Ты не должна мне нравиться. Ты — полная противоположность всему, что я обычно…

— Обычно ты целуешь холодных моделей? — закончила она за меня с кривой улыбкой.

— Примерно.

— А я — деревенская пышка с причудами и наглым петухом?

— Именно.

Мы стояли слишком близко. Я чувствовал тепло ее тела.

— Тогда зачем пришел? — прошептала девушка.

— Потому что не могу забыть, как ты целуешься.

Господи, что я несу? Я как подросток!

В следующую секунду я уже прижимал ее к себе. Поцелуй вышел яростным, я пожирал ее рот, Аглая ответила так же — вцепилась мне в волосы, прикусила губу. Мы двигались, не разбирая дороги, пока она не уперлась спиной в стол.

— Кирилл… — выдохнула она мне в рот.

— Молчи.

Подхватил ее под бедра и усадил на стол, платье задралось вверх. Под ним не было ничего. СОВСЕМ. Я провел ладонью по внутренней стороне бедра, Аглая резко втянула воздух.

— Ты мокрая, — выдохнул в шею.

— Заткнись и делай уже что-нибудь.

Не стал ждать повторного приглашения.

Спустил спортивные штаны вместе с бельем одной рукой, второй продолжая ласкать ее. Член уже стоял, тяжелый, упругий, яйца поджаты. Аглая развела бедра шире, словно приглашая меня. Вошел глубоко, она выгнулась и тихо застонала, вцепившись мне в плечи.

— Вот же черт… да-а-а… — Аглая выругалась, и это завело меня еще больше.

Брал ее жестко, придерживая за бедра. Стол скрипел, посуда звенела. Она кусала меня за шею, я мял ее роскошную грудь, щипал соски, двигался быстро и глубоко. Каждый толчок выбивал из нее короткие, хриплые стоны.

— Сильнее… — рычала она. — Давай, олигарх… покажи, на что способен… а-а-а… еще… еще…

Я показал.

Когда она, содрогаясь всем телом, сильно кончила, давая еще больше влаги, сжимая меня внутри себя, я не выдержал, последовал за ней почти сразу. Спермы было много, я кончал долго, с утробным рыком.

Несколько секунд мы просто тяжело дышали, я все еще был в ней, чувствуя, как ее киска в пульсации сжимает меня.

Она сидела на столе, платье задрано до талии, волосы растрепаны. Я смотрел на следы от моих пальцев на ее бедрах и понимал, что только что совершил огромную ошибку.

Потом реальность вернулась. Аглая первой пришла в себя. Толкнула меня в грудь, спрыгнула со стола и одернула платье.

— Это было ошибкой, — сказала резко.

— Согласен.

— Тогда зачем ты пришел?

— Я же сказал — поговорить.

— Ну поговорили. Очень продуктивно, — девушка горько усмехнулась. — Теперь уходи.

— Аглая…

— Уходи. Пока я не пожалела еще сильнее.

Поправил штаны, посмотрел на нее еще раз. Она стояла, обхватив себя руками, и в ее глазах было одновременно желание, злость и страх.

— Это не конец, — сказал тихо.

— Для тебя — может, и нет. А для меня — да.

Вышел, деревню уже окончательно накрыли сумерки. Паша курил у крыльца нашего дома.

— Ну, как поговорили? — спросил он с легкой ухмылкой.

— Паша, молчи.

— Да молчу я, молчу.

Молча прошел мимо. В голове крутилась только одна мысль: «Я в полном дерьме».