Глава 16

Ольга

Это он что… серьезно? Нет, я раньше видела, что он странно на меня реагирует…. Но почему-то не воспринимала это все в таком контексте. То есть выходит, что он меня и раньше хотел (а не по пьяни), но ничего не говорил (орал только), потому что я маленькая была? Бред же. Кого когда возраст останавливал? Тем более что после пары месяцев я вряд ли сильно выросла физиологически.

— То есть, я тебе и раньше нравилась? — Переспросила.

Толик как-то непонятно усмехнулся.

— Нравилась — это слабо сказано. — Пояснил он свою реакцию.

— Ты меня гулящей девкой обзывал, стоило мне юбку надеть. — Возмутилась, припомнив.

К моему удивлению он покраснел и опустил взгляд. Неужели вот этот взрослый, красивый, испорченный женским вниманием почти голый мужик умеет краснеть?

— Ревновал. — Признался он со вздохом. — Каждый раз наизнанку выворачивало, когда кто-то на тебя смотрел.

Мда-а. Что-то все совсем не так, как я думала. Помотала головой, пытаясь сопоставить факты. С цифрами у меня это хорошо получалось, в отличие от всего остального. Итак, он меня ревновал, я ему нравилась, и сейчас вызываю в нем желание, в чем убедилась воочию.

— То есть у тебя ко мне…. — попыталась обтекаемо сформулировать, но почему-то все подходящие слова из головы вылетели. — Ты меня любишь? — Пришлось спросить напрямую.

Толик на меня посмотрел, как на идиотку. Блин, зря спросила. Сейчас он будет увиливать, а я неловко себя чувствовать….

— Да. — Тихо сказал он.

Я немного зависла, не ожидая такого ответа.

— Что? — Вытаращила я на него глаза.

— Да, я тебя люблю. — Сказал он так, как будто по сто раз на дню мне это говорит. Обыденно как-то.

Я задумалась, переваривая мысль. Так, он меня любит. Врать он, конечно, может…. Но зачем? У меня ж ничего нет кроме меня. Или из-за ребенка? Но я и так вроде как остаюсь. Уже.

Взглянула на Гарина, который как-то выжидательно на меня смотрел. Эмм. Залипла теперь на него. Блин, да как же можно таким быть? Хоть бы изъян какой во внешности был. Нет, сидит тут такое совершенство, ждет чего-то.

— Ты ничего не хочешь мне сказать? — Несчастно спросил он.

Я резко отвернулась. А что я ему должна сказать?

— Эмм…. Ну…. Я бы не стала с тобой жить, если бы не хотела. — Промямлила.

Толик тяжело вздохнул.

— Ладно. — Через полминуты произнес он. — Я подожду.

Чего он там решил подождать, я понять не успела, потому что у меня пиликнул телефон. Потянулась к тумбочке, схватила и посмотрела на пришедшее сообщение.

«Срочный сбор в бане. Завтра вечером. Должны быть ВСЕ».

— Баня вредна для беременных. — Гарин заглянул мне через плечо.

— Баб Нюра не жарко топит. — Ответила.

— Оль, я бы не хотел….

— Я все равно пойду. — Не дала ему закончить. — Я по девочкам соскучилась, а ты меня совсем никуда не отпускаешь.

Он поджал губы.

— Я завтра отвезу и подожду тебя там.

Я фыркнула, вспомнив тот рассадник из мужчин, которые ждали девчонок у Анны Николаевны на кухне. Кто с детьми, кто один. Только Венька редко приходил, потому что Полю за взрослого и самостоятельного человека считал. Петька тоже редко бывал. А остальные с завидной регулярностью паслись на просторной кухне гостеприимной Ликиной бабушки. Как же я соскучилась по нашим посиделкам.

Толик прижал меня за плечи к себе спиной. Поцеловал волосы, снова заставляя меня сжаться. А ну как снова нападет на меня с поцелуями, а я потом испугаюсь опять…. Стыдно будет.

— Оль, — Гарин не спешил мен отпускать. — Ты меня боишься?

Медленно покачала головой.

— Не знаю. Я… просто….

— Ясно. — Он с сожалением отстранился и развернул меня к себе лицом. — И целоваться боишься.

Я покраснела и опустила лицо.

— Я плохо целуюсь. Не умею…. — Блин, как стыдно это все.

Гарин вдруг фыркнул и громко рассмеялся. Я возмущенно на него посмотрела. Я ему тут… в стыдном признаюсь, а он смеется.

— Олька, ты блин, как скажешь…. — Выдавил он из себя сквозь смех. — С чего ты взяла, что плохо целуешься?

Я насупилась. Чего он издевается-то?

— С того, что кроме тебя ни с кем не целовалась. — Ответила, повысив голос.

Гарин смеяться резко перестал. Посмурнел.

— Ты ни с кем, кроме меня целоваться и не будешь. — Серьезно припечатал он. — А если вздумаешь, то я этому целовальщику зубы выбью, что бы остальным неповадно было. — Добавил он, подумав.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Совсем того? — Я даже отошла от него на пару шагов. — Да не хочу я больше ни с кем целоваться. И не надо никого бить.

Толик тут же расплылся в довольной улыбке. Вот чего он меня все время провоцирует?

К вечеру я от Гарина уже шарахалась. Этот… ненормальный придумал зажимать меня у каждой стенки и целовать. А когда я пожаловалась, что у меня уже губы горят, он приволок из аптечки гигиеническую помаду, намазал мне губы и… тут же поцеловал снова.

Ближе к ночи я уже подумывала над тем, чтобы перебраться на ПМЖ в другую спальню. Вот только я прекрасно понимала, что не усну без него. А еще Толик мне весь день не давал обдумать свои слова. Не оставлял одну и на минуту. Любит, значит…. Или думает, что любит? А я его люблю? Думаю, что да. И от этого так страшно….

Всю ночь ворочалась, даже с Гариным за спиной. Он тоже подрывался на каждое мое движение. Прижимался сильнее ко мне, поглаживая живот. В итоге проспали оба. Впервые порадовалась, что нам не нужно сегодня идти на работу, ибо видок у обоих был тот еще.

— Может быть, не пойдешь? — В очередной раз спросил Толик, прижимая меня к себе.

Я вздохнула.

— Почему ты не хочешь, чтобы я увиделась с девчонками? — Поинтересовалась. — Ты кроме Машки ко мне никого толком не подпускаешь. Даже с Анжеликой общение ограничил рабочими вопросами. — Ну, я же не настолько дура, чтобы этого не увидеть.

— Потому что они тебе всякого наговорят про меня, и ты от меня сбежишь. — Уверенно и серьезно заявил он.

Мда, плохо он девчонок знает. И заметно, что он и понятия не имеет, что мы обсуждаем, когда собираемся в бане.

— Не сбегу, — проворчала. — Я с животом плохо бегаю. — Напомнила ему.

Он тихо хмыкнул, но отговаривать от вечерней встречи с девчонками перестал. Весь день до вечера мы разбирали пакеты, притащенные им позавчера. Оказалось, что он не только на дочь барахла напокупал, а еще и на меня, растущую вширь с каждым днем все больше. Один дорогущий плащ чего стоил….

В доме Анны Николаевны нас уже ждали. Все. Я столько младенцев в одном месте никогда не видела. Даже дядя Гек своих троих притащил «пообщаться». Правда, Дарька-то уже большая. Сидит тихо в углу, с Женькой играет.

— Ну, наконец-то! — Обрадовалась Поля, стоило нам зайти. — Мы уж думали, что не появитесь. — Она отдала сопящий сверток подоспевшему Вениамину, который слишком уж пристально смотрел на мой живот. — Все собираемся и в баню. — Сказала она так, чтобы все услышали.

Мужики тут же поотбирали своих отпрысков у жен и подтолкнули благоверных к дверям. Много ли мужику для счастья нужно? Судя по присутствующим счастливым помятым и небритым мор… лицам, не так уж и много.

— Ну, рассказывай, чего звала? — Спросила Машка у Анжелики, когда мы устроились на полоках.

Лика окинула нас всех веселым взглядом.

— Поводов несколько. Я тут подумала и… придумала. — Мы все напряглись. Если Анжелика что-то придумывает, то работы у нас прибавится. У всех причем. — Будем оптимизироваться. — Закончила она мысль.

— Я, конечно, все понимаю, но я ничего не поняла. — Тут же сообщила Марья.

— Я тоже. — Закивала Вика. — В какую сторону оптимизироваться-то?

— В нужную. У нас не хватает корпоративной организованности. В общем, придется открыть строительный магазин для местных жителей. Все равно же возим стройматериалы всякие. А так и у нас запас будет, и у людей возможность не мотаться в город из-за каждого гвоздя. А так нам поставщики возить и под реализацию будут….

— И кто этим всем заниматься будет? — Ядовито спросила Марья.

Анжелика хитро улыбнулась.

— Андрей будет.

— Он же немой. — Удивились все.

— Вот и пусть деревня находит с ним общий язык. Это и ему и деревенским полезно. А с Женькой мама посидит. Она тут на пенсию собралась, вот и попробует… не работать.

— Злая ты. — Констатировала Машка. — А другой повод какой?

— Ничего я не злая. — Отмахнулась Лика — А второй повод — Олька. — Все уставились на меня.

— А чего я-то? — Почувствовала себя неуютно.

— Того. Рассказывай, что у вас с Толиком. — Потребовала подруга. — А то я даже дышать на вас боюсь, чтобы чего не спровоцировать.

Я вытерла пот со лба и посмотрела на притихших девчонок.

— Не знаю, что у нас. — Созналась.

— Ну, ты же ему про ребенка сказала. — Напомнила Настя.

Я кивнула.

— Сказала.

— А он? — Предвкушающе спросила Полина.

— А он… сказал, что любит. — Призналась.

— А ты? — Ахнула Кира.

— А я…ничего не сказала. — Расстроенно шмыгнула носом. — Нет, сказала, что не жила бы с ним, если бы противно было….

— Корсарова — ты дура. — Высказалась Вика, когда мы обе с Кирой к ней повернулись. Ну да, Кира-то тоже Корсарова. — Тебе что, сложно было сказать, что ты его любишь?

Я шмыгнула носом.

— Сложно. — Огрызнулась. — А если бы он потом сказал, что пошутил? Или, что передумал…. Или еще чего….

Девочки переглянулись. Тут неожиданно ко мне придвинулась Таня.

— Оль, он же тебя к себе привез. Оберегает….

— Кричит на меня. — Вспомнила.

Таня тихо засмеялась. Вроде не намного меня и старше, а ведет себя так, как будто пару жизней уже прожила.

— Артем тоже кричит. Но не столько от моих действий, сколько от опасных для меня ситуаций. Он очень боится меня потерять, как и я его. — С улыбкой проговорила она.

— А я на Хохрикова тоже все время ору. — Вдруг вспомнила Машка. — Это что значит, я его люблю что ли? — Задумалась она.

— А что, если б не любила, жила бы с ним? Ты ж вольнее ветра в поле. — Напомнила ей Виктория.

— Мне приятнее думать, что я живу с ним из-за Кольки. Ну и из-за того, что он меня ни в чем не ограничивает. И, в принципе, в постели неплох. И готовит лучше меня. Короче, плюшек от жизни с ним больше, чем минусов. — Решила она.

— А мы с Виталиком постоянно ругаемся. Но это, потому что он ненормальный. — Надя мечтательно зажмурилась.

— А на меня Петька только один раз голос повысил, когда узнал, что Юрка от него. — Припомнила Наташка.

— А с Артуром мы друг на друга орать не успеваем, потому что нам некогда. — Вздохнула Вика. — И так редко друг друга видим.

— А мы вообще не ругаемся, — пожала плечами Полина.

— Аналогично. — Добавила Лика. — С Андреем особо не поругаешься. УК него руки отсохнут.

— И что ты собираешься делать? — Спросила у меня Кира.

Я задумалась. Если так послушать девчонок, то ни у одной из них нет идеальной жизни, про которую в книжках пишут. А они сидят довольные, перешучиваются. И ведь ни одна из них не кричит на каждом углу, что мужик ее любит. У Лики он, вон, вообще не разговаривает. Но все счастливы. А мне Толик сказал, что любит. И что ему без меня плохо, тоже сказал. А я действительно повела себя не самым умным образом, путаясь в каких-то подростковых комплексах.

— Тоже признаюсь. — Пожала плечами. — Вот только…. А что значит, если у мужчины на тебя… ну… физическая реакция? — Я покраснела, спрашивая об этом.

Все девочки дружно прыснули.

— Ой, — хихикнула Настя. — Это даже я тебе могу сказать, хоть и безлошадная. То есть безмужиковая.

— Тебе реакцию с медицинской точки зрения объяснить? — Спросила Поля.

— Народ, ей это нужно объяснять со всех точек зрения. — Машка почему-то крайне серьезно на меня посмотрела. — Если у мужика на тебя стоит, то он определенно тебя хочет. — Все так же серьезно пояснила она.

— Но я же беременная! — Я нахмурилась. Неужели и они не понимают?

Девочки затихли, но продолжали улыбаться.

— Оль, мы все тут когда-то были беременными…. Ну, кроме Марьи, Вики и Насти. — Напомнила Анжелика. — И знаешь…, мужья у нас на голодном пайке не сидели. Более того, они нас, беременных, еще больше…. Кхм…. — Она вдруг смутилась. — Желали.

Девчонки быстро-быстро закивали головами, подтверждая эти слова.

— Но это же… живот. Он мешается и вообще…. — Я взглянула на свой живот.

— Ничего не мешается. — Хором ответили Лика, Надя и Кира.

— Тем более, есть куча безопасных поз. — Подсказала Поля.

— Ты Толику намекни, что не против, и он сам все сделает. — Посоветовала Вика. — Мужик опытный, должен знать, что делать.

— Опять больно будет. — Поморщилась я.

Девчонки переглянулись.

— Не будет. — Уверенно заявила Кира. — Я тоже думала, что…. Но там все по-другому происходит…. — Она замялась.

— Нормально все будет. — Закивала Вика.

— Это точно. Если мужик знает, что делает, то ничего не бойся. — Добавила Полина.

Меня наставляли по поводу поведения еще минут двадцать, а потом у одних молоко начало подпирать, другие мужей жалеть начали, третьи просто домой заторопились.

В доме Анны Николаевны стояла тишина. Дети, умученные отцами, просто уснули один за другим. Тяжелее всего пришлось дяде Геку, который помимо того, что держал два свертка в обеих руках, так еще и стерег Дарьку, уснувшую на диване. Толик с Колькой и Яковом сидел на кухне и слушал наставления Анжеликиной бабушки.

— И главное, иконку в детской поставь. — Вещала Анна Николаевна. — В восточном углу. Она, обережность-то, никогда лишней не бывает. Ой, вот и девки вернулись. — Всплеснула она руками, увидев, что мы пришли. — Намылись ли.

Толик тут же поднялся и направился ко мне. Внимательно оглядел меня с головы до ног.

— Поедем домой? — Тихо спросил, удовлетворенный осмотром.

Я кивнула. Здесь и так тесно, а мне еще признаваться предстоит. Нервно, конечно, но что делать…. Так как есть оставлять тоже нельзя.

Всю недолгую дорогу домой, Толик косился на меня. Загнав машину в гараж, все же не выдержал.

— Что случилось?

Я затравленно на него посмотрела.

— Все хорошо. — Попыталась быть как можно беспечнее. С дрожащим голосом это вряд ли хорошо получилось.

Гарин нахмурился, но тему развивать не стал. Сразу повел меня на кухню. Кормить. Есть мне не очень хотелось, поэтому я ограничилась травяным чаем с медом. И в спальню ушла раньше, чем он. Спрятаться хотелось от его пристального взгляда.

Он пришел, когда я уже расстелила кровать и собиралась ложиться.

— Оль, в чем дело? — Снова не выдержал он, что-то рассмотрев на моем лице. — Если девки тебя накрутили на счет меня, то я обещаю, что больше пить не буду. Честно. Или еще что-то….

— Я тебя люблю. — Решилась, зажмурившись.

— Про меня нагово…. — он оборвал себя на полуслове, шагнул ко мне и схватил за плечи. — Что?

Блин, ну я же уже сказала все.

— Люблю тебя, говорю. — Повторила недовольно.

И как будто груз с плеч упал. Так как-то легко стало. И нервная система резко успокоилась. И Толик расплылся в улыбке.

— Я тебя тоже люблю. — Счастливо заявил он то, что я уже слышала.

А я решила, что если уж у меня сегодня столько смелости, то я все договорю.

— И я хочу, чтобы ты… со мной…, ну…, сексом занялся. — Выпалила. — Просто ты говорил, что хочешь….. И знаешь, что делать лучше, чем я….

— Нет. — Вдруг отрезал он. У меня внутри все перевернулось. Так я и знала. Что я хотела, толстая и с животом? — Мы с тобой сексом никогда заниматься больше не будем. — Заявил он уверенно, когда я закусила губу, чтобы та не задрожала. — Исключительно любовью. — Добавил он.

Блин, он издевается?

— В смысле, — спросила, когда с меня сняли халат и положили на кровать.

— В самом прямом. Любить тебя буду. — Он предвкушающе улыбнулся, стаскивая с себя одежду. — Всю.

Этот раз был ничуть не похож на прошлый. Толик точно знал, что делать. Где погладить, надавить, поцеловать. И все это с такой нежностью, желанием и трепетом, что даже я прониклась и поняла, что вряд ли то, что происходит сейчас, похоже на обычный секс. И да, оказывается это приятно. Очень даже. И живот совсем не мешается.