Глава 17

Анатолий

Следующие полтора месяца я просто упивался счастьем. Олька оттаяла. Дала мне шанс. Сказала, что любит. Оказывается, этого вполне достаточно для того, чтобы сойти с ума от эйфории. Я прекрасно понимал, что часто перегибаю палку, но по-другому просто не мог.

На следующий после банной встречи день, Олькины подруги полным составом пришли сами. Вика притащила дизайн-проект детской комнаты и помчалась ту измерять. Кто-то принес вещи на младенцев, которые не подошли их детям, кто-то (как Машка), просто «поучаствовать в этой клоунаде». У меня было стойкое желание выгнать их всех, но с ними приперся Виталик и утащил меня на кухню, чтобы обсудить какие-то новые договоры по проектам. Отвлекал, короче. Меня хватило ровно на сорок минут, потом я всех выгнал под предлогом, что Оле надо отдыхать. А то понатащили тут всякого. Я, между прочим, сам хотел дочери все купить.

— Толь, но они же, как лучше хотели. — Уговаривала меня Олька не выбрасывать понатащенное. Я сверлил взглядом пакеты, надеясь, что те сами исчезнуть. — Мы просто можем посмотреть, и если нам понравится, то возьмем. Если нет…. Никто нам не мешает передарить.

— Кому? — Мрачно поинтересовался.

Оля пожала плечиком.

— Вике, например. Уверена, что она скоро забеременеет. — Поделилась она своими мыслями.

Я тоже такое предполагал, но…. Блин, посмотрев на Ольку, которая сверлила нетерпеливым взглядом пакеты, махнул рукой. Лишь бы ей хорошо было. Но вот в чем поблажек я не давал, так это в Олькином здоровье. Она теперь и работала по полдня, и гуляла по расписанию (благо, совсем тепло стало), и есть я ее заставлял. Пришлось, правда, однажды ночью ехать к Анне Николаевне и выпрашивать у нее кабачковую икру, потому что Олька даже расплакалась, так ей хотелось этой овощной заготовки. И я ведь видел, что она больше расстроена из-за того, что не хочет меня напрягать, а не из-за того, что ей хочется чего-то, чего в холодильнике нет. Хотя, и хотелось тоже….

А еще я нанял домработницу из деревенских. Крепкая пятидесятилетняя женщина приходила и убиралась два дня в неделю. Олька первое время повозмущалась, но вскоре смирилась, поняв, что ей делать тяжелую работу я не разрешу. Вот только в плане готовки она не отступала. Поэтому теперь я раз в неделю ел что-нибудь… горелое, сырое и недосоленное.

Во всем остальном же… я просто кайфовал. Особенно ночью. Да и вообще…. Я теперь мог дотронуться до нее в любое время. Не в плане секса, нет. Да и ей я обещал, что его не будет. А в том, что я в любой момент могу прижать ее к себе, поцеловать. Да просто потрогать, не боясь, что она тут же слиняет в неизвестном направлении. И от этого было так хорошо, как никогда раньше. Ни за что бы ни подумал, что можно быть счастливым до такой степени от таких простых вещей.

А Олька еще так трогательно смущалась, когда я не мог сдержать свои порывы. На работе, например. Особенно после того, как нас, целующихся в кабинете, застукал Гек. Я ожидал мордобоя, но Корсаров меня удивил. Ухмыльнулся, почесал щеку и ушел, закрыв за собой дверь. Пришел он, когда Олька к Лике в кабинет сорвалась рабочие моменты обсудить. Думал, нотации читать начнет. Не начал. Просто спросил, когда я, «тормоз на всю голову», матери своего ребенка предложение делать буду. Я себя, и правда, тормозом почувствовал. Почему я об этом не подумал? Если бы я тогда Ольку через ЗАГС в деревню крал, у нее столько безумных вопросов в голове бы и не возникло.

— И смотри. Если моя племяшка не будет за тобой замужем, то отцовство дочери будешь устанавливать через суд. — Пригрозил Генка.

— Как через суд? — Моргнул я. — Она же моя!

Он гаденько усмехнулся.

— Вот это и будешь доказывать. — Он вздохнул. — Что ж ты непонятливый такой? Главное, ребенка умудрился сделать, поселил в своем доме, а как жениться так все, в кусты!

— Чего в кусты-то сразу? — Обиделся я, прикидывая, где кольцо по-быстрому купить.

— А того. Девке рожать скоро. А ты все не чешешься. Не хочешь, значит? — Принялся глумиться он.

— Чего это, не хочу-то сразу? — Я припомнил ювелирку, где Дюха Лике своей кольца выбирал.

— А раз хочешь то, чего не женишься? — Гек, прищурившись, наблюдал за мной.

Я растерялся.

— Не думал об этом. — Признался.

— Тормоз. — Окрестил он меня. Я согласно кивнул, не собираясь спорить. — Значит так, — он положил передо мной на стол бумажку. — Здесь номер телефона одного человека, который поможет тебе все организовать. Очень рекомендую с ним связаться и все обговорить.

— Спасибо. — Кивнул.

Генка широко улыбнулся.

— Да ладно. Родственники уже… почти.

В город я поехал на следующий день. Страшно было уже Ольку оставлять одну, правда теперь не из-за родителей, а из-за большого срока беременности. Но и жениться на ней я тоже хотел как можно быстрее. Поэтому наказал Анжелике приглядывать за своей будущей женой. Олька отказывалась сидеть дома весь день, хотя время для декретного отпуска давно пришло. А человека надежнее Анжелики в плане безопасности друзей, я не знал. Даже Машка куда менее опасна для врагов, чем рыжая бухгалтерша. Потому что Марья вся наружу и ее действия, зная противный характер, предугадать еще можно. А вот Лика…. Она с милой улыбкой может роту солдат гонять во все стороны…. Или преступников кокошить. А уж если Вениамина приплетет, так вообще страшно становится. Никогда не забуду, как она, мелкая, над поверженным Темычем с топором стояла. И ведь простила того за нападение. Даже подружиться с ним смогла ради Андрея. Кошмарная женщина, в общем.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Олька куда проще. За последнее время я научился понимать ее с полувзгляда. У меня иногда было такое ощущение, что она пропустила период взросления, сразу став ответственной и серьезной. И сейчас нагоняет это все. Еще и гормоны, видимо, влияют. Я читал об этом. Но самое главное, Олька училась эмоционально открываться. Понемногу. По чуть-чуть. Не заводиться и кричать, как раньше, а иначе. Показывать себя мягкой, нежной, желающей тепла. И я сам при этом абсолютно перестал повышать на нее голос. А как на нее орать, если она на тебя так трогательно глазищами в пол-лица смотрит? Поэтому приходилось обнимать ее и разговаривать. А как еще? Я прекрасно понял свою ошибку в поведении с ней. Не нужно было давить, кричать, пытаться отмахнуться от ее желаний в пользу своих. Нужно было разговаривать. Тогда я бы точно не потерял те полгода ее беременности. Даже не представляю, как ей было сложно в такой ситуации решиться на рождение ребенка от такого, каким я тогда был.

А еще она меня стала красивым называть. Перестала смущенно отводить взгляд, когда я был без одежды. Я даже с Артемом разговаривал по поводу того, как он со своей Татьяной все начинал. Нет, я прекрасно понимал, что Олька намного умнее и пытливее. И там, где Тане помогала Лика, Олька бы дошла сама. Но…. Возраст-то у них похожий….

Темыч поржал надо мной и заявил, что мне все равно уже ничего не поможет, так как если уж так вляпался в какую-либо женщину, то это уже не лечится. Только нужно быть всегда настороже, так как «у девок столько тараканов в голове…, даже больше, чем у нас».

В общем, пришлось до всего доходить самому. И первым делом в городе я завернул в ювелирный магазин. У Ольки в ушах были маленькие золотые сережки. Утром специально посмотрел. Значит, золото она носит. От этого и будем плясать. Выбрал два обручальных кольца, на себя и на нее. Гек размер подсказал. Уж не знаю, откуда он его взял, но мне это очень помогло. Долго выбирал кольцо для предложения, но ничего подходящего не увидел. Все какое-то громоздкое и Ольке совсем не подходит. Она же тонкая, изящная, нежная, а тут булыжники какие-то в паучьих лапках. Да и дочь родится — неудобно будет такое кольцо. Цепляться за все будет. И кого спросить, где нормальное искать? Позвонил Вике, потому что вспомнил, что Артур ей что-то красивое дарил.

— Что ж тебе нормально-то не живется? — Вздохнула она в трубку. — Артур мне кольцо чуть ли не из Европы заказывал. Такие в нашем городе вряд ли найдешь.

— Плохо. — Погрустнел я. — Я уже сегодня вечером хотел предложение сделать, а завтра расписаться. Все равно в больницу на осмотр поедем. — Признался.

В трубку засопели недовольным ежиком.

— Толь, ты в своем уме? — Вдруг спросила она меня.

— Что опять не так? — Настороженно переспросил.

В трубку что-то рыкнули.

— Ты решил жениться между деревней и больницей, потому что так удобно? — Как-то слишком ласково переспросила она.

— А как надо? — Обиделся я.

— По-человечески надо. Платье Ольке купить, гостей… нас позвать….

— Тебя вообще замуж фиктивно выдавали. — Напомнил я. — И это я всю ночь не спал, дом ваш доделывал. — Хмыкнул.

— Так, ладно. — Пошла на мировую Измайлова. — Со свадьбой подожди недельку, мы сами все организуем.

— Я-то что, лишь бы дочь подождала. — Фыркнул.

— А это уж не от нас зависит. Тут с тобой Венька поговорить хочет. — В трубке послышалось шуршание.

— Липовая шестнадцать, ювелирный салон «Юность». Спроси Соню. — Напутствовал Вениамин.

— А что там? — Нахмурился я, потеряв нить разговора.

— Кольцо для Ольги. — Коротко ответил он и в трубке послышались гудки.

Я посмотрел на экран телефона, потер щеку и… отправился по указанному адресу. А что мне терять? Тем более, если Кулаев уверен, что там я найду что-то подходящее. Если честно, то я ему верил.

Липовая улица на окраине города выглядела странно несуразной. Здесь я еще никогда не бывал. Кирпичные здания вековой постройки здесь перемежались с деревянными многоквартирными домами полувековой постройки. Асфальт на дороге лежал какими-то кусками, а тротуаров не было и в помине. С трудом нашел шестнадцатый дом, где висела обшарпанная розовая вывеска: «Ювелирный дом «Юность». Мда, и что я могу здесь найти?

Развернуться и уехать в цивилизацию мне не дало лишь то, что этот адрес назвал Вениамин. Я собрался с силами и толкнул дверь. Внутри помещение было отделано деревом, покрытым потрескавшимся от времени лаком. Рядом с витринами находилась лишь одна девушка, которая полировала подсвеченное изнутри стекло.

— Здравствуйте. — Проявил вежливость, подойдя к витрине. Девушка тут же нахмурилась и вскинула голову и вопросительно посмотрела на меня. — Вы не могли бы мне подсказать кое-что. — Я вздохнул, пытаясь найти слова для того, чтобы объяснить, что же я ищу.

«Чем я могу помочь?» — Неуверенно изобразила девушка… руками.

Я выдохнул. Она немая? Ясно. Возможно, еще и глухая. Вон как внимательно смотрит на мои губы.

«Мне нужна Соня». — Тоже перешел на язык жестов.

Девушка удивленно на меня посмотрела, потом перевела взгляд на мои руки и вдруг улыбнулась.

«Она в соседней комнате. Сейчас позову». — И выпорхнула через боковую дверь.

Оставшись в одиночестве, взглянул на витрину и замер. Ничего себе. Красота какая. Изящные, красивые, неброские украшения, располагавшиеся под стеклом, привлекали внимание. Оглядевшись, быстро нашел кольца. Никаких паучьих лапок. Камни то держали изогнутые лепестки, то обнимали необычные ветви, то что-то похожее на маленькие пики со всех сторон окружали чистейшие прозрачные драгоценности.

— Вы меня искали? — Я так увлекся разглядыванием изделий, что и не заметил, как в помещение вошла молодая и смутно знакомая девушка.

— Да, — кивнул. — Мне посоветовал сюда прийти Вениамин Кулаев. — После произнесения этого имени девушка радостно заулыбалась.

— А я вас узнала. Вы на свадьбе у Вени и Полины были. — Вдруг сообщила она. — Что вы хотели бы увидеть?

— Мне нужно кольцо. Причем такое, чтобы на предложение руки и сердца мне ответили утвердительно. — Развел руками.

Соня задумчиво на меня посмотрела.

— Неужели кто-то посмел вам отказать? — Она приподняла бровь. — С вас же картины писать можно.

Я поморщился. Вот почему все только на внешность смотрят? Кроме Ольки….

— Ладно отказать. Мне пришлось ей ребенка сделать, выкрасть и насильно поселить к себе. — Признался, несчастно вздохнув.

— Бывает же. — Пробормотала девушка себе под нос и подошла к витрине. — Вас уже что-то заинтересовало?

Я кивнул.

— Да. Скажите, Соня, а кто делает эти украшения? — Прищурился я.

Соня смутилась.

— Мой муж, в основном. — Пожала она плечами. Ясно. Хозяйка ювелирного дома. — Что-то я иногда делаю, но в основном он. Большая часть изделий уходит по сетевым салонам. У нас здесь, — она обвела магазин взглядом, — практически один неликвид остается, который трудно в крупных магазинах продать.

Это? Неликвид? Я бросил еще один взгляд на витрину с кольцами. Видно, что все сделано с любовью к искусству. Мастер так заморачивался с деталями, что они получались практически совершенными.

— Ничего они не понимают, — проворчал. — Так, ладно. Давайте посмотрим кольца поближе.

Кольцо я выбирал почти час. Выбрал то, что было обрамлено красивыми лепестками. Мягко, нежно…, как Олька. И сережки еще такие же купил. И часики. Просто комплект оказался настолько гармоничным, что я решил не скупиться. Однако, услышав цену, нахмурился.

— А почему так дешево? — В любом другом салоне все вышло бы в два раза дороже.

— Потому что мы продаем без дополнительных наценок на перекупщиков. Сами делаем — сами продаем. — Пожала она плечами. — На зарплату продавцам хватает.

Я только головой покачал. Странные они. Анжелику бы им в бухгалтера, они бы взвыли от объемов намечающихся перспектив. Надо Андрея сюда как-нибудь отправить, а он уж сам решит, показывать это место жене, или нет.

Коварно улыбнулся, выходя из обшарпанного здания. Нет, кажется, эту улицу пора менять в лучшую сторону.

Человек, которому я позвонил по наводке Корсарова, заседал почему-то в администрации города. Причем в соседнем с мэрским кабинете. Молодой человек внимательно меня выслушал, забрал наши с Олькой паспорта и пообещал, что за неделю все подготовит в лучшем виде. От денег этот экземпляр почему-то отказался, только криво усмехнулся и сказал.

— То, что сделано Корсаровыми для моей семьи — не забывается. И на деньги не меняется.

Ну и ладно. Спорить не в моих интересах. Потом с Геком рассчитаюсь сам.

Я уже выходил из здания администрации, как у меня запиликал телефон. Евгений Лаврентьевич? Странно, чего это он МНЕ звонит?

— Алло? — Ответил.

— Анатолий? — Уточнил командир военной части.

— Да. — Напрягся я.

— Ты это…. Не волнуйся главное. — Попросил он.

Я тут же заволновался.

— Что случилось? Что-то с Олей? — Быстро спросил, побежав по парковке в сторону машины.

— Нет. Ольга у нас тут…, у Анны Николаевны находится. С девчонками. — Он тяжело вздохнул, а я, наоборот, облегченно выдохнул. На заднем фоне послышался голос Артура. Да что там у них происходит? — У нас тут была попытка поджога конторы, а потом и твоего дома. Так что в твоих интересах приехать, как можно быстрее, пока Марья этих самых поджигателей не нашла.