Глава 20

Алиса

Я проснулась резко – воспоминание о подвале, и главное – страх за Ректоров – в один миг поднялся во мне и взорвал мой странный, тревожный сон изнутри!

Я вскрикнула и села на кровати, но тут же оказалась в объятиях Эйдана!

Проморгалась.

Моя комната в новых апартаментах в общежитии. Обтекаемая светлая мебель и дневной свет – успокаивают. Вдох-выдох. И мои лёгкие наполняются терпким манящим запахом тела Эйдана – тело тут же отзывается мягким, тёплым сокращением где-то внизу, за лоном.

Объятия шиарийца горячи, остатки сна окончательно растворяются. И кровь бежит по моим венам быстрее…

За окном ясный день, я в длинной пижаме и Эйдан – также полностью одетый, в чёрных домашних штанах и полурасстегнутой рубашке (почему-то мысль, что все одеты, отметилась лёгким разочарованием). Светловолосый Ректор просто сидит на краю кровати и обнимает меня, ласково поглаживает волосы.

Кошмары после солдат в подвале, Фистера, а главное – чёрных вен на лицах Ректоров – всего этого нет. И липкий страх, что Тэрона и Эйдана не станет – рассеялся вместе с остатками сна.

Всё что было вчера — осталось в прошлом. Мои Ректоры в порядке, я помогла им всем чем смогла. А Фистер под следствием — я очень хорошо помню слова вианы Пушинки. Опасности больше нет…

Но я вдруг цепляюсь за другую мысль…

А то… что говорил мне светловолосый Ректор тогда, на балконе – это правда было? Или мне приснилось?

“Вот это тебя занесло, Алиса”, – ворвалась в мой разум мягкая, но уверенная чужая мысль. Мысль Эйдана…

– Давай ещё раз, малышка, – светловолосый Ректор чуть отстранился от меня, ласково погладил пальцами мою щеку, а затем и вовсе взял моё лицо в свои ладони. Его хвост уютно обвил мою талию, а я тут же накрыла его руками сверху. Такой нежный и тёпленький…

– Алиса, – усмехнулся Эйдан, отвлекая мои мысли от его хвоста. – Фистер под следствием. Больше никто не угрожает ни тебе, ни нам… Но надо и с остальным разобраться. Я понял, что слова ты разумно подвергаешь сомнению. В том числе признания в любви. Так что я сейчас скажу тебе на языке фактов. Постарайся припомнить, как вели себя с тобой наши с братом хвосты?

– Хорошо вели… – недоумённо уставилась я в золотистые смеющиеся глаза Эйдана, – а что?

– Двойка вам, виана адептка, – тихо рассмеялся Эйдан и пересадил меня на свои колени. Кольца хвоста обвили мою талию чуть крепче, а я как-то по инерции обняла Эйдана за шею, – хвосты к тебе привязаны. Никогда не проявляют агрессии, позволяют прикасаться. Постоянно обвивают твоё тело при малейшей возможности…

Я заворожённо киваю: Эйдан во всём прав.

– … Притом что прикосновение к хвосту шиарийца у большинства гуманоидов ассоциируется с быстрой смертью. Есть очень редкие исключения из этого правила. Например…

Эйдан многозначительно замолчал, давая мне возможность проникнуться этим выводом:

– Исключение – это мианесса, – послушно договариваю я и понимаю, что губы сами собой растягиваются в улыбке. Я просто не могу её сдержать!

Но ведь… Ректоры управляют хвостами, а мы разыгрывали спектакль…

– Игра на публику — это одно, – Эйдан прижал меня к себе, выдохнул мне в волосы и продолжил разрушать мои аргументы, – но хвосты шиарийцев – не лучшие актёры. Любопытный факт: даже шиарийские деятели искусств, когда снимают кино-ролики, потом в нейросетях подправляют движения шиарийских хвостов. И хотя язык их невербалики читают только “свои”, очевидная агрессия жеста считывается интуитивно.

Я улыбнулась шире. А Эйдан продолжал:

– …Например, знаешь ли ты, Алиса, что знаменитая шиарийская экранизация земной “Ромео и Джульетты” монтировалась рекордно долго, потому хвосты киношных возлюбленных на самом деле всё время дрались?..

Я рассмеялась. Эйдан всё-таки умел управлять моим настроением. И продолжал напалмом выжигать остатки моих страхов:

–…Поэтому когда Миранда Норд увидела, как ты обнимаешь мой хвост – всё для неё окончательно прояснилось. Что помолвка настоящая. А ты – наша будущая жена. Если ты хочешь этого также как мы – сделаешь нас абсолютно счастливыми…

Я вжалась в Эйдана крепче, кажется, на глазах у меня выступили горячие слёзы радости.

“Да! Да! Да!!! Я хочу...” – стучало в висках, обжигало в груди и отдаваясь тягучей сладкой теплотой за лоном.

– Где Тэрон? С ним всё в порядке? – тихо выдохнула я в шею Эйдана, почему-то смущаясь слёз, от которых подрагивал мой голос.

– Тэрон уже полностью здоров, благодаря тебе, в том числе. Поехал давать официальные объяснения комиссии Союза, – Эйдан улыбался, его голос посерьёзнел: – Будет очная ставка с Фистером. Уж поверь… атлантианец хорошо запомнит встречу с моим братом.

Эйдан замолчал, но я зацепила и считала его следующую мысль-образ. Получалось, что обычно именно Эйдан как балансирующий близнец в псионической паре, ходил на подобные мероприятия. Ведь там нужно аргументировать. И не нужно “случайно” бить оппонента лицом об стол…

Бить об стол???

Но тут образ размылся, и я даже не поняла — придумала я окончание мысли или всё же там правда такое было. Впрочем… раньше меня напугала бы жестокость, но после пережитого — Фистер вызывал во мне только отвращение. Надеюсь, он получит по заслугам! Вот только…

– …а у Тэрона не будет неприятностей? — тихо спросила я.

Эйдан сощурил глаза и судя по взгляду понял, что я перехватила его мысль.

– Не беспокойся, Алиса, — ласково сказал он. — Тэрон знает, что делать… К тому же есть и вторая причина почему там именно он.

– Какая?..

Золотые глаза Эйдана вдруг стали очень глубокими, а взгляд – обволакивающим.

– Потому что в шиарийской близнецовой паре важен баланс, – лукаво улыбнулся светловолосый Ректор, и у меня вдоль позвоночника пробежали мурашки.

Ну конечно. Тот случай, когда я с Тэроном… когда мы… ох. А от Эйдана я потом пряталась! Сгорала от стыда и желания, но не смела приблизиться… Я ведь тогда думала, что всё это игра. И если, после того как поддалась страсти с Тэроном, брошусь и Эйдану на шею, – сделаю только хуже.

“Это не игра. Теперь ты точно знаешь…” – раздался всё тот же голос в моей голове.

– Не игра, – по инерции согласилась я вслух.

– Я просто буду рядом, Алиса, – шепнул Эйдан. – это ни к чему тебя не обязывает… Можем позавтракать, прогуляться…

– Нет, – перебила я и пересела на Эйдана иначе – как наездница. И горячо прошептала своему жениху на ухо: – я не хочу завтракать, виан-Ректор.

Напряжение предыдущего дня ещё покалывало пальцы — до дрожи хотелось сбросить этот нервозный заряд — вновь почувствовать себя полностью живой. И ощутить Эйдана глубоко в себе. Чтобы окончательно принять — мы правда вместе. Я мианесса Ректоров. По настоящему. Навсегда.

Поэтому я просто надавила на грудь моего мужчины.

И Эйдан завалился спиной на кровать, выполняя мою невысказанную просьбу.

Я подалась вперед, наклонилась к его лицу.

Положила руки на мощную грудь и начала расстёгивать его домашнюю рубашку.

А серебристый хвост Эйдана пополз по мне вверх и параллельно просто срезал пуговицы с моей пижамы. Щёлк-щёлк-щёлк. И через пару мгновений – ни пуговиц, ни самой пижамы. Я осталась на Эйдане абсолютно голой...

Поискала в душе смущение – но не нашла даже его тени.

Мне не захотелось ни прикрыться, ни сбежать.

Вместо этого я с удовольствием вдохнула полной грудью запах своего будущего мужа и провела ладоням по обнажённой мощной груди Эйдана, заскользила пальцами по рельефному прессу… Вот теперь всё будет правильно.

Я не успела моргнуть.

Миг – и я уже не сижу на Эйдане как наездница.

А лежу под ним.

Дышу часто и глубоко.

И не могу отвести глаза от пылающего золотом взгляда моего шиарийца.

Ещё миг – и губы Эйдана уже горячо прижимаются к моим, язык будущего мужа проскальзывает в мой рот. А я принимаю его в себя. Покоряюсь этому сладкому вторжению. Отдаюсь без остатка.

Вдыхаю полной грудью запах моего мужчины, прикасаюсь языком к его языку...

– Алиса – выдыхает Эйдан мне в губы, а его хвост как бы невзначай касается моей промежности, я вскрикиваю, рефлекторно пытаюсь увернуться от горячих прикосновений – но Эйдан жёстко фиксирует мою талию руками.

Меня захлёствыет жар, выгибает. Мне нравится всё, что Эйдан со мной делает.

И вот я лежу на кровати, деликатно прижатая телом Эйдана. Мои ноги широко разведены – талия в тисках горячих ладоней моего шиарийца. Я беспомощна, и мне не сдвинуться и на сантиметр…

Я замерла в трепетном ожидании. Что ректор сделает дальше?

Хвост, немного поласкав меня, размазывает выступившую женскую влагу по нежным складочкам… И входит в меня! Проскальзывает внутрь. Я вскрикиваю, когда хвост слегка разводит кончики внутри меня – задевает какие-то чувствительные точки в глубине моего тела. И это – восторг. Не мягкая раскачка – я в ней сейчас совсем не нуждаюсь. И Эйдан чувствует это! – и действует жёстко и глубоко. Ровно так, как надо.

Хвост имеет меня, имитируя движения члена, ввинчивается, разводит концы шире – заставляет меня изнывать. Срывает своих губ мольбу о продолжении.

Я уже вся дрожу.

Я уже вся – готова к большему.

Я уже почти – и вдруг…

Он покидает моё тело. Сразу становится пусто и холодно.

– Эйдан… – шепчу вслух.

“Эйдан” – дублирую на пси-волне, – “вернись…”

“Желание мианессы – закон…” – отзывается Эйдан на этой же волне, прожигая меня глубоким взглядом цвета тёмного золота.

Кончик хвоста давит на мой анус. Нежно, медленно растягивает. А головка обнажённого члена шиарийца уже почти вошла в меня спереди.

Это как танец на грани, как качаться на носочках на краю пропасти.

Я сжимаюсь вся – сжимаю все мышцы в своём теле.

Я готова, и даже больше чем готова…

И в следующий раз желаю сжаться также, когда Эйдан переполнит меня собой.

И он наконец исполняет мою просьбу: врывается, языком в мой рот. И одновременно – членом и хвостом овладевает мной снизу. Я ахаю. Меня простреливает чувственный взрыв.

Я сжимаю его в себе, как и хотела. И чувствую, как хвост прижимает меня к члену будущего мужа сильнее – удивительное чувство, ошеломляющее.

А потом Эйдан начинает двигаться во мне. Делать выпады членом и такие же ритмичные рывки хвостом.

И это выносит меня на какой-то новый чувственный уровень.

Я переполнена.

Я горю.

Я целую Эйдана с каким-то остервенелым отчаянием, кусаю его губы, пока он имеет меня сразу и своим великолепным членом и не менее великолепным хвостом.

Мы мечемся по кровати словно в лихорадке, перекатываемся на простынях, то один из нас оказывается сверху, то другой.

И, наконец, замираем в той позе, в которой всё это начали – я сижу верхом на своём светловолосом шиарийце. Оторвалась от его губ и сильнее прогнулась в талии, чтобы ему открывался лучший вид на мою грудь, и проваливаюсь в чувственную бурю глубже – сама насаживаю себя на тело жениха сильнее.

Мир разражается золотыми вспышками. Я особенно сильно сжимаю тело Эйдана в себе. Он с рычанием выдыхает сквозь сжатые зубы…

Так хорошо…

…В какой-то момент в этой лихорадке секса, похожего, то ли на сражение, то ли на стихийное бедствие, мы вдруг находим баланс и покой…

И я, повинуясь нашему с Эйданом общему порыву – начинаю двигаться на нём иначе. Плавно, размеренно, и меняются и его толчки во мне – они становятся словно морская волна, я качаюсь на них. Мой кайф – плавкий, медленный и… неизбежный.

Мы медленно наращиваем силу, амплитуду, и энергетическая струна во мне словно натягивается – через позвоночник и макушку – навылет, куда-то вверх. А жаркая пружина сексуального напряжения за лоном напротив – сжимается туго, как никогда.

В голове словно отщёлкивает.

Миг – и Эйдан снова сверху.

И снова входит в меня часто. Членом, хвостом, предугадывая каждый мой порыв, прикасаясь ко мне изнутри идеально – плавно наращивает скорость. И наконец это становится – дико, жёстко, недоступно для понимания. Только так.

…Получается, я сама себя не знала, а он – только что мне обо мне же и рассказал.

Вот в такой форме.

И оргазм с Эйданом – как выстрел, как шок. Неожиданный (для меня, но не для него) – потрясающий до основания весь мой мир! Эйдан несколько раз врывается в меня – поражённую спазмом удовольствия потрясающей силы – словно ударом атмосферного электричества! И мой будущий муж изливается в меня мощной струёй горячего семени.

Лишь после этого мой оргазм достигает пика и, проходя через высшую точку, – отпускает меня, медленно уходит, как вода с отливом – принося дикое облегчение.

Я заваливаюсь Эйдану на грудь, в его объятия. Его мужская плоть всё ещё пульсирует во мне.

… Я не понимаю, что это был за дикий секс.

Что за наваждение.

Понимаю, что Эйдан уже какое-то время что-то говорит мне, распластавшейся по его груди, и нежно поглаживает меня по волосам.

Но не понимаю смысла речи. Только слышу звук его очень красивого бархатистого низкого голоса…

–... Алиса…

– Эйдан? – выдыхаю, скорее всего, беззвучно. Но Эйдан всё равно понял: мои мысли вернулись.

– Алиса, девочка моя… моя мианесса. Кое-что произошло.

– А? – я приподнимаюсь на дрожащих руках, уперев предплечья в горячую грудь Эйдана.

– Я только что это понял, любимая, – ласково продолжает Эйдан, – и Тэрон понял. Это произошло после нашего первого раза…

– А я вот тебя не понимаю, Эйдан…

Эйдан укладывает меня, обессилившую рядом с собой, на своё мощное горячее плечо.

– Это хорошая новость, – улыбается Эйдан, – не переживай. Не догадываешься, о чём я?..

В голове блаженно пусто. Вот прям ни одной мысли.

– Нет, – честно сознаюсь я и попутно открываю разум Эйдану, насколько умею: на, смотри, у меня ноль догадок.

Эйдан мягко смеётся.

– Тогда у меня к тебе просьба, Алиса. Пообедай сегодня со своими женихами. Например, в том ресторанчике, где мы завтракали после нашей “публичной помолвки”…

– Ладно, – растерянно соглашаюсь я и утыкаюсь в мощную грудь Эйдана, с удовольствием вдыхаю его запах.

– Отлично, – Эйдан приобнимет меня, кольцо серебристого хвоста бережно накручивается на мою талию, – мы с Тэроном должны тебе кое-что сказать.

***

Мои ноги ещё подрагивали (после того, что я пережила с Эйданом – немудрено!) Так что по террасе ресторана, стилизованного под земную кафешку на морском побережье, я шла не очень уверенно…

Тёплый ветерок, как будто бы с запахом моря нежно касался лица, на просторной открытой площадке среди белоснежных колонн, перевитых плющом, пустовал с десяток уютных столиков.

И никого, кроме…

Накрыт только дальний столик, и рядом с ним замер Тэрон в своей парадной форме, изогнув поблескивающий на солнце чёрный хвост в приветственном жесте. Жених смотрел на меня с нежностью.

Я старалась идти ему навстречу быстрее – белые струящиеся юбки лёгкого белого платьица приятно касались моих бёдер, а вот мои колени – на каждый шаг предательски хотели подогнуться!

Должно быть, я смотрелась смешно – наивной влюблённой девочкой…

И как так вышло, что мне достались такие невероятные мощные мужчины?..

Хорошо, что Эйдан вёл меня, обвив хвостом талию, так что мои трудности при ходьбе со стороны было не так-то просто распознать.

Но только не Тэрону.

На его губах играла понимающая улыбка.

И я светло улыбнулась ему. Так странно – быть абсолютно открытой перед двумя великолепными мужчинами и ничуть не стесняться такой близости телесной, мысленной, эмоциональной. И знать, что со временем она будет только крепче…

И оглядела наш столик.

Длинный диванчик полумесяцем окружал столешницу – будто специально для нас, чтобы мы могли сидеть рядом. Чтобы хвосты женихов беспрепятственно накручивались на мои голени, запястья, талию… Я мельком оглядела другие столы – вокруг них были расставлены изящные кресла… Я улыбнулась: значит, и впрямь – диван здесь специально.

На белой скатерти уже сервированы закуски: на так шикарно, как на нео-бале – а куда лучше! Проще и милее моему сердцу! Маленькие бутербродики, очень похожие на земные, какие-то квадратные канапешки и нарезка сыров-колбас… И тут я осознаю, что дико голодна, и эйфория желания, из-за которой я недавно и подумать не могла о завтраке – совсем меня не сдерживает.

Я бы даже сказала, что испытываю волчий голод…

И лишь одно способно отвлечь меня – чтобы я не кинулась на всю эту великолепную еду точно я с голодного края!

Как только мы подходим достаточно близко, хвост Эйдана ослабляет кольца и теперь обвивает мои бёдра, а освободившуюся талию тут же накручивается хвост Тэрона.

– Любимая, – чуть не мурлыкает Тэрон, притягивая меня к себе для глубокого поцелуя, и я с наслаждением подчиняюсь.

Обнимаю за мощную шею моего шиарийца.

– А как у тебя прошло?.. – шепчу в губы своего черноволосого жениха.

Тэрон бросает за моё плечо взгляд на брата.

– Я никому не разбил лицо об стол, – хмыкнул Тэрон. – разве что слегка…

Я встревоженно заглядываю в золотистые глаза Тэрона, но облегчённо выдыхаю: эти глаза смеются, в них танцуют озорные золотистые лучики.

“Шутка”, – одними губами произносит Тэрон, и я расслабленно выдыхаю.

Женихи галантно помогают мне сесть на полукруглый диванчик и усаживаются с двух сторон от меня…

Так хорошо, так безопасно…

Одарив меня парой невесомых поцелуев, Тэрон и Эйдан начали заботливо накладывать мне еду и наливать ароматный травяной чай.

Братья перекидывались не значащими репликами о работе, а я… пробовала кусочки тающего на языке сыра, ароматной колбасы, а затем навалилась на вон те вот бутербродики с паштетом, напоминающим утку. А это? Это что, шиарийский медовик?! Мне надо! Именно сейчас. А потом, можно кусок мяса средней степени прожарки! Огромный! А потом, мороженое, мятное, с лавандовой пастилой, а потом крем-суп…

Я отложила микро-корочку от микро-бутербродика.

Что это со мной?

На секс-марафон с Эйданом потратила столько сил, что готова съесть все кафе вместе с поварами?

Или я чем-то заболела?!

Я взглянула сначала на Эйдана, затем на Тэрона, и снова на Эйдана и снова на Тэрона.

Они молчали.

Нежно улыбались и смотрели на меня, неспешно попивая кофе из маленьких чашечек.

– Велеть уже подавать стейк по-шиарийски? – хмыкнул Тэрон.

Я кивнула.

– Кажется, я заболела… – тихонько выдохнула я.

– Я бы это так не назвал, – мягко рассмеялся Эйдан, подливая мне травяной чай.

Странно. Что мне не предложили кофе, и что я и сама его не захотела. Разве что понюхать. Но не попить. Как бы слегка изменились вкусовые пристрастия, а мои женихи это предугадали…

– Мы хотели кое-что обсудить с тобой, Алиса, – Эйдан убрал выбившуюся прядь волос мне за ухо, пока Тэрон распоряжался про стейк.

Но уже через миг одна моя рука была в ладонях Эйдана, а другую мягко целовал Тэрон.

Да что происходит?

– Ты беременна, – выдохнул Тэрон с новым поцелуем.

А?!

– У тебя будут от нас близнецы, – подхватил Эйдан и также припал с поцелуем к другой моей руке.

Я всхлипнула, но не заплакала. Вообще – это было что-то неведомое. Эмоциональный комок из радости, удивления, недоумения.

Те сексуальные эпизоды, что были у нас с ректорами – вмиг промелькнули перед глазами, вспомнились, расцвели неловкими и великолепными подробностями: кто из них меня брал, как… куда…

Вспомнился самый первый раз – который был точно в дурмане аффекта, горячее пульсирующее ощущение в промежности и как семя одного из шиарийцев смешалось на моём теле с семенем другого.

А потом в памяти невольно начали всплывать научные статьи о шиарийском репродуктивном потенциале.

Особенности зачатия близнецовых пар. Повышенные показатели выживаемости шиарийских клеток, более высокая скорость, чем у человеческих, лучшее преодоление биохимических барьеров…

От шиарийцев – если не принимать специальных мер контрацепции – самки всегда беременеют в первый цикл совместной жизни. Потому что шиарийские половые клетки “умеют ждать и выживать”, – как с неприятным хихиканьем рассказывал на лекции профессор по биологии альфа-рас, – “на то они и альфа, деточки. Такие характеристики – залог выживания вида. Присмотритесь к хвостатым однокурсникам, барышни…” и он снова хихикал.

А потом начинались шутки про то, что есть женщины с высокой совместимостью, с которыми шиарийцам на одном диване сидеть противопоказано, если они не хотят зачать немедленно.

Бррр.

Никогда так не радовалась, что курс закончен и зачёт сдан, как после биологии альфа-рас. В основном из-за того, что вместе с курсом закончился и сомнительный юмор нашего биолога…

Но по итогу – исключительно из-за этих шуточек я так быстро вспомнила, что к чему. За них цеплялась информация по существу – как за гадкие, но мощные маленькие якоря. Хм, так может, это был психологический ход для запоминания? И профессор не был озабоченным толстым старым драконоидом, а делал всё специально?.. И зря мы смеялись над профессором? А мой друг Альв закатывал серебрящиеся глаза и цедил сквозь зубы, что это "позор его расы"?... А, уже неважно.

Ведь я забеременела, несмотря на положенную контрацепцию – которую принимала раз в период по уставу, хотя и не жила половой жизнью. Как это вышло?..

Видимо, недоумение отразилось на моём лице.

– Общеупотребимые контрацептивы не рассчитаны на комбинацию твоего омега-гена с критическим выбросом гамма-волны, который мы испытали в перегрузке, – сжалившись, начал мягко объяснять Эйдан, – предположу, что твоё отчаянное пересечение барьера нашего пси, подстегнуло омега-ген. А продукты распада после нашей перегрузки нейтрализовали контрацептив. Такая теория. Но лучше пообщаться со специалистами репродуктивной медицины… У нашей семьи большой исследовательский кластер. Если ты согласна, наблюдать беременность будем там…

…И тут до меня окончательно дошло.

БЕРЕМЕННОСТЬ.

Дети.

Традиционные мальчики-близнецы – генетическая мозаика. От двух отцов. Или всё же от одного из них?

“Эти дети от нас обоих, Алиса”, – мягко ворвалась в мой разум мысль Тэрона

“Тебе не о чем волноваться, милая. Ты теперь шиарийка – наша мианесса. Это для тебя естественный и безопасный процесс…”

Я нервно задышала:

Два ребёнка от огромных шиарийцев и предстоит их вынашивать и рожать мне – маленькой землянке…

– Всё будет хорошо, Алиса, – ласково притянул меня в свои объятия Тэрон, а затем и вовсе пересадил к себе колени.

Официант-андроид как раз подал мясо.

Тэрон шептал мне успокаивающие нежности на ухо, пока Эйдан нарезал стейк на кусочки и кормил меня с вилки.

И я и впрямь успокоилась: сытость, теплота рук и хвостов моих шиарийцев, комбинация из их запахов… Моё сердцебиение замедлилось почти до нормы. И дальше – я просто наслаждалась…

Надо будет почитать спецлитературу, о том, что со мной будет происходить.

Но это потом. А сейчас – только я и мои будущие мужья. Наше время вместе.

…После десерта, супа, чая и ещё одного десерта – я с трудом могла сообразить, отчего вначале так разволновалась.

Полностью расслабилась и упустила момент, когда в руках Эйдана появилась белая бархатная коробочка. Он с тихим щелчком открыл её и извлёк пылающее в солнечных лучах своими гранями колье – тонкое и лаконичное – с центральным камнем-капелькой. Несомненно, из сгаэлита и чистейших бриллиантов.

– Это маленький подарок. – защёлкнул колье на моей шее Тэрон, пока Эйдан расправлял подрагивающую подвеску-каплю на моей груди, – мы не совсем так вручили тебе помолвочные браслеты, как хотелось бы. Были журналисты, ты была напугана, да и мы… не во всём верно себя вели.

– Но если примешь это колье от нас как от будущих мужей и отцов твоих детей… И примешь нашу любовь. Вот так просто между нами без камер…

И снова эти внезапные слёзы – душат.

Но нет ни страха, ни сомнений.

– Ты выйдешь за нас, Алиса?

– … и мы будем любить тебя и наших детей. И оберегать твоё счастье каждый день…

Первая слеза заскользила по щеке, прочерчивая по коже горячую дорожку.

В горле стоял ком.

Я не смогла ответить.

Просто кивнула.

И будущие мужья заключили меня в двойные объятия. И ком в моём горле куда-то пропал. Не знаю, сколько мы просидели так, замерев в этих двойных объятиях – сплетясь мыслями и псионическими энергиями…

– Алиса…раз ты согласна…– выдохнул мне в губы Тэрон, заставляя вернуться к реальности, коротко и нежно поцеловал.

– …Обсудим свадьбу, – подхватил Эйдан, перетягивая меня с колен брата на свои.

А Тэрон достал из внутреннего кармана планшет и улыбнулся:

– Всё будет, как ты пожелаешь, наша Алиса…