Глава 6

Ринат

Вот так неожиданно и быстро я напросился в гости. И пока Лада находилась под шоком, оплатил заказ, накинул ей на плечи легкую курточку и потащил с собой к выходу.

– Веди, Сусанин! – решил разрядить обстановку, но сотрудница моя побрела вперед так, словно ей ноги тяжело переставлять. Так понимаю, историю своей непростой жизни они никому и никогда не рассказывала. А может, и сегодня не расскажет.

Подстроившись под шаг, взял Ладу за ладошку и побрел с ней рядом.

– Просто… не очень мне хочется еще раз проходить все те круги ада, что удалось пережить.

– Так можно все и не рассказывать сразу! Начни с того, что тяготит сильнее всего.

Осторожно сжал тонкие пальчики в своей большой руке, но отступать уже было некуда. Все, что расскажет Лада, останется в стенах ее квартиры. Правда, по пути мы зашли в магазин, а уже после к небольшому девятиэтажному дому, где женщина снимала квартиру.

– Мама, ты пришла?! – в коридор выскочила невысокого роста девочка, которая резко затормозила, рассматривая меня.

– Пришла, – отозвалась Лада, – это Ринат Тимофеевич, мой начальник.

– Который не умеет кричать, как наш директор? – уточнила Агата.

– Чего? – удивился, – умею я кричать! Только не хотел Ладу Альбертовну пугать!

Первой рассмеялась Лада, которая даже уселась на небольшую табуретку в коридоре, за ней следом рассмеялась Агата, пряча милое кукольное личико в ладошках.

– Извините, – пропищала она, скрываясь в комнате.

– Так! – я даже нахмурился, как самый настоящий начальник.

– Ничего личного, – замахала на свое лицо Лада, чтобы хоть как-то успокоиться, – я до этого работала в школе, так там директор был настолько громким, что привыкла к крикам. Он просто иначе разговаривать не умел.

– И вы рассказали про меня? – Лада уткнулась в ладошки, как несколько секунд назад ее дочка, и кивнула.

– Ладно, – протянул, примирительно махнув рукой, – я даже не обижаюсь.

– Точно? – уточнила высунувшаяся из-за двери девочка.

– Точнее не бывает! Пошли пить чай. Мы с тортом!

Конечно, при постороннем ребенке Лада ничего рассказывать не стала, зато девочку довольно быстро сама Агата отправила домой под тем предлогом, что дома начальник мамы, надо вести себя прилично.

И вот мы втроем сидим в кухне, Лада уже трижды намекнула дочери, что у нас будет серьезный разговор, но Агата сделала вид, что не услышала. Трижды.

– Милая, – со вздохом произнесла моя помощница, – я хотела бы рассказать Ринату Тимофеевичу…

– О папе? – уточнила девочка, – тогда вам от меня точно нечего скрывать, я же все знаю.

– Знаешь, но вдруг тебе будет неприятно, да и зачем? – прошептала Лада.

– Затем, что я тебя одну не брошу. А Ринат Тимофеевич нам же поможет?

– В чем? – уточнил, подаваясь вперед.

– Наказать папу, он нам угрожает!

Лада захлопнула рот и низко опустила голову, Агата прижалась к матери, а я стал ждать, когда же мне наконец все расскажут.

– Мы в разводе давно, – пояснила Лада, грея ладони о стакан с чаем, – но так получается, что Леонид не дает нам прохода. Сначала просился обратно домой, потом выкрал деньги, которые я откладывала на отдых, потом…

Лада не смогла больше ничего сказать. Поднявшись из-за стола, она вышла, а после я услышал звук льющейся воды из ванной. Агата же нахмурила брови, достала из домашних штанов телефон и протянула его мне.

– У меня есть некоторые записи и фотографии.

– Пришлешь? – уточнил и дождался утвердительного кивка, хотя дрожь в маленьком теле тоже была мне заметна.

– Я боюсь, что он нас и здесь найдет.

Кивнул, записал в телефон свой номер и пошел вызволять Ладу Альбертовну из заточения. Сама она точно не выйдет: постесняется или испугается, сложно точно сказать. Так что ей в этом нужно помочь и всячески показать, что я не враг, а друг!

Постояв пару минут у двери, я тихонько постучал.

– Пошли пить чай и есть торт. Больше никаких разговоров.

– Извините, – пробормотала женщина и открыла дверь. Глаза на мокром месте, легкий макияж уже частично смыт.

– Не за что извиняться, – потянул ее к себе и крепко обнял. Вот, как же можно было так пугать, что она сидит в нашем городе как мышка, боясь высунуть нос?

Агата же тем временем быстро съела свой небольшой кусочек, и совсем скоро я стал получать от нее сообщения в мессенджер. Благо додумался отключить звук, потому что информации было много. Изо всех сил терпел, чтобы прямо сейчас не заглянуть в приложение, но понимал – не время. И мне нужно настроиться перед тем, как окунусь в эту воду, и Ладу лишний раз огорчать не хочется, итак сидит вся взвинченная.

Вечер прошел вполне неплохо, про не получившийся разговор так никто больше и не вспоминал. Вслух, я имею в виду. Мы-то с Агатой теперь будем вести тайную переписку, раз девочка готова поделиться со мной всеми или почти всеми секретами. Она искренне переживает за маму и боится, что объявится отец.

А причину страха я узнал после, когда сел дома за стол и стал просматривать фотографии разбитой машины и пояснения к этой фотографии.

«Папа украл у мамы ключи, когда приходил мириться. Сделал дубликат и через несколько дней ночью уехал на нашей машине. Даже звонил и смеялся, а потом не справился с управлением».

Машина по факту восстановлению не подлежала, а я прикрыл глаза, собираясь с мыслями, потому что дальше шли записи, которых было немного, всего лишь семь, но суть ясна была сразу.

«Это папа нам звонил. Мама все на диктофон сохранила, даже написала на него заявление, но нам не помогли».

И до самой глубокой ночи я вслушивался в хриплый и неприятный голос, который угрожал собственному ребенку. Нет, я понимаю, ты ненавидишь жену, в порыве гнева можешь что-то не то ляпнуть, но в этом случае было серьезное запугивание, давка, угрозы, которые вполне могли быть реальными.

Курить захотелось мгновенно, накатило так, что хоть впору идти в магазин и покупать необходимую пачку. Вместо этого я отложил свой телефон и задумался о том, как же быть. Я больше чем уверен, что этот ненормальный найдет Ладу с Агатой. Встанет на ноги и будет штурмовать старых друзей, родственников, недругов, прошлое место работы. Обязательно найдет зацепку и приедет сюда. И что тогда?

«Не удаляй мой номер», – прошу Агату, которая присылает в ответ улыбающийся смайлик.

Утром встаю поздно, благо понимаю, что воскресенье – мой законный выходной день, а значит, я имею полное право полежать хоть до обеда. Но вместо этого тянусь к телефону и размышляю о том, уместно ли будет позвонить своему секретарю или нет. Мой порыв, это чистой воды симпатия, чего уж скрывать. Понравилась она мне почти сразу, как только глаза свои на меня подняла – пропал. Вот только душа у нее «сломанная», вряд ли в мои искренние намерения поверит, больше отпугну, чем к себе подманю. Значит, нужно выбрать другой план действий…

И додумать я его не успел. Телефон в руке завибрировал, а я с ходу принял звонок, даже не посмотрев, кто звонит.

– Привет, – пропела Полина, а я повалился на кровать, – ты не передумал?

– Нет, – строго отчеканил, понимая, что спать расхотелось мгновенно.

– И что ты какой нудный, – вздохнула женщина и вдруг выдала, – открывай, я пришла.

– Куда? – не понял, а потом услышал стук в дверь.

– К тебе!

Сказать, что я разозлился, значит соврать. Я находился в неконтролируемом бешенстве.

– Уходи, – видимо, по моему голосу Полина сразу все поняла, но попытала удачу в последний раз.

– Я торт принесла, как ты любишь…

– Уходи! Проваливай! – телефон чудом не полетел в стену, зато туда с большой радостью отправил подушку, потом вторую.

Сев на кровать, схватился руками за голову и сжал пальцами волосы.

Как она тогда гордо уходила, переступив через мои слова о любви, заявив, что такие, как я, на эту самую любовь попросту не способны. А я ведь все к ее ногам готов был положить, терпел скандалы, которые с каждым годом входили в привычку, ловил на лестничной клетке с чемоданом в руках, возвращал обратно. Но в тот раз я просто отошел в сторону и безразличным взглядом провожал ее фигуру, понимая, что ни детей у нас нет, ни общих интересов, ни традиций. Отдельно я и она, два разных полюса.

Раздел имущества прошел быстро. Я отдал машину, взял расписку, что ко мне не имеют никаких претензий, и переехал из нашей маленькой квартиры. Со временем купил новую квартиру, старую продал, вложился в бизнес, который на тот момент как-то неожиданно полез в гору. Часть денег отправил на строительство дома, не зря же я занимаюсь поставкой стройматериалов в любом количестве. Так что на сегодняшний момент я поднялся очень высоко. А Полина, кажется, все падает и падает, вот и ищет себе угол, где можно забиться и изображать из себя радушную хозяйку и хранительницу домашнего очага.

Только я-то ее знаю от и до. Она поняла, что годы уходят, и, как ни печально это звучит, найти хорошую корову, которая будет спонсировать ее и многочисленные желания, уже не выходит. Вот и решила вернуться к проверенному варианту. И очень зря, я старых обид не прощаю никогда.

После обеда я все же не выдерживаю и набираю номер помощницы, которая принимает вызов почти сразу же.

– Здравствуйте, Ринат Тимофеевич.

– Доброго дня, Лада Альбертовна, – отвечаю, прокашлявшись, – вот звоню узнать, есть ли на завтра какие-то важные встречи.

– Сейчас посмотрю, – отвечает женщина, совсем не понимая, что предлог для звонка был совершенно иным. Но хоть так.

– Нет, – раздается голос через некоторое мгновение, – зато вторник и среда будут очень насыщенными.

– Понял, – вздохнул, – пришлите мне по возможности расписание на первые три дня, я хоть с мыслями соберусь.

– Хорошо!

Вот такой незамысловатый разговор у нас вышел, но хоть что-то.

Однако просто так отпускать женщину мне не хотелось, поэтому предложил самую бредовую вещь, которую только мог придумать за те считанные секунды до завершения разговора.

– Лада Альбертовна, еще один вопрос, – спохватился.

– Да?

– Я вот думаю, может, в приемной поставить несколько комнатных растений? Чтоб живее было?

Женщина задумалась и утвердительно сказала:

– Да, было бы неплохо. И угол у двери пустует, может, туда поставить что-то для гостей, которые вас ждут?

– Надо подумать, – теперь шла моя очередь думать, – а вы не хотели бы этим вопросом озаботиться сегодня? Могу за вами заехать через час или два. Доехали бы до нужного магазина и на месте сделали свой выбор.

Произошла заминка, а после вопрос:

– Я могу взять с собой Агату?

– Конечно! – даже выдохнул.

– Тогда через сорок минут мы будем готовы.

– Отлично!

Как я подскочил на ноги, сам не понял, чудом спину не прострелило от резких движений. Так что сначала помчался убираться в квартире, потому что сие купленное нами добро нужно будет куда-то везти. У Лады квартира маленькая, съемная и однокомнатная.

Через сорок минут я был у нужного подъезда, вдруг подумав о том, что даже не знаю, как выглядит отец Агаты. Интересно, девочка сможет мне в этом вопросе помочь или нет?

Лада с дочкой выходят из подъезда и быстро размещаются на заднем сидении моего большого и вместительного автомобиля, пристегиваются, как самые настоящие пассажиры. А я залипаю на этой картине, понимаю, что хочу видеть эту самую женщину с собой каждый день. И ничего не имею против Агаты, которая тоже гармонично вписывается в мой уклад жизни.

Резко отворачиваюсь, спрашиваю, как у девочек прошел день, а я сам задыхаюсь от собственных мыслей, которые совершенно неожиданно приняли какое-то иное русло.

До магазина мы доезжаем быстро, и весь путь проходит под щебетание девочки, что делится с нами своими историями из школы. И как бы невзначай Агата говорит о том, что не поняла тему по математике. Весь ее взгляд направлен на маму, которая немного теряется.

– Так не проблема, – отвечаю, уже выходя из машины, – математику я всегда любил, даже закончил физико-математический класс.

– И мне поможете? – уточняет Агата, как-то по-иному смотря на меня.

– Конечно, – киваю и вижу, как она нервно сглатывает и несмело улыбается, – сейчас только цветы в кабинет купим, а то я в этом деле полный профан.

– О, – тянет дочка Лады, – мы с мамой поможем, да?

– Однозначно, – улыбается моя помощница, беря свою егозу за руку.

В торговом центре, где есть все для дома и квартиры, мы долго рассматриваем комнатные растения, после подбираем целых три цветка для кабинета, и один небольшой кактус Агата выбрала для комнаты. После рассматриваем имеющийся ассортимент разных мини-диванчиков и лавок, пока нам не попадаются два небольших, но очень уютных стула, которые больше походят на кресла. Невысокие спинки, мягкая обивка, даже подлокотники есть.

– И столик бы перед ними круглый и прозрачный, – вздыхает Лада, хмурясь.

– Поместятся все? – вот хоть стреляй, а я не помню, насколько просторный угол в приемной.

– Должно, – говорит женщина, – только он должен быть небольшой.

Мы находим и столик, и вазу на него, и даже небольшую красивую картину, вот только Лада вдруг спрашивает:

– У вас в кабинете очень красивые картины, где вы их брали?

– Нравится Питер? – отвечаю вопросом на вопрос.

– Очень… – кивает. – Была там один раз, но запомнилось на всю жизнь.

– Значит, картины найду сам, вспомнить надо.

На кассе оплачиваю весь товар, замечая, как хмурится Лада. Для нее эта сумма явно большая, но не для меня, и сейчас женщина ведет в своей голове сильный подсчет того, сколько мы потратили.

– Сейчас ко мне все отвезем и поедем математику учить! – воодушевленно сообщаю, двигая перед собой тележку. И, что главное, нет возражений. Девочки согласно кивают и даже помогают мне разложить купленный товар, и аккуратно ставят цветы на дно багажника.

– А может, сразу в офис? – спрашивает Лада, – боюсь, вы завтра утром намучаетесь.

Чешу затылок и согласно киваю, цветы я завтра туда-сюда носить буду долго, а на ночь оставить их в машине не вариант – замерзнут. Так что звоню на пост охраны и предупреждаю о своем скором прибытии. Что ж, по крайней мере, покажу Агате, где работает ее мама.

Когда мы, груженые сверху донизу цветами и стульями, подходим к центральным дверям, охрана спешит на помощь, забирая первый пластиковый горшок из рук Агаты.

– Что еще надо? – интересуются мужчины, когда я одному из них даю еще и стул.

– Столик в приемную привезли, но я его сам принесу.

Так мы все вместе не без помощи двух охранников заносим вещи в приемную и складываем все в тот самый злосчастный угол.

– Действительно, места тут много, – замечаю, пока Лада с дочкой ставят цветы на ее рабочий стол, – собирать все будем завтра.

Женщина лишь согласно кивает и улыбается, когда дочка садиться за стол и удобнее умещается на стуле.

– Нам бы такой домой, – мечтательно произносит она, – купим, когда квартира будет?

– Обязательно! – кивает Лада Альбертовна и смотрит на меня, – что?

– Мне нравится, какие у вас далеко идущие планы. Это похвально!

Женщина чуть заметно раскраснелась и поспешила к выходу, напомнив нам, что математика сама себя не выучит, а сама Лада в ней не сильна. Так что очередной вечер я провел в гостеприимном доме с теми людьми, которые мне оказались приятными.

Я ведь давно заметил, что людное общество меня тяготит. И кроме Антона – никаких близких друзей не осталось. Он со мной шел с самого низа, часто оставаясь до утра, продумывая детали очередного новшества, которое приходило мне в голову с постоянной регулярностью. Поддержал меня, когда до краха оставался один шаг и, конечно же, влетел со мной в эту гору так же стремительно, чтобы окончательно устоять на ногах.

Кроме этого, женщины в моей жизни надолго не задерживались, да и когда им тут появиться, если я поставил довольно значимую цель и всеми силами к ней полз, шел, выгребая из-под себя грязь и отпуская тех, кто в этой грязи собирается долго барахтаться.

И вот, пожалуй, настал тот момент, когда я нашел еще несколько человек, с которыми могу сидеть в одной комнате, валяясь на кровати, и тоном лектора объяснять материал, который Агате оказался не по зубам.

– Вот это да! – восхищенно произносит девочка, когда сама решает несколько заданий и то, что на ходу вспоминаю я. – Мама, ты видела?!

Лада кивает, заворожено смотря на меня, а я ей подмигиваю, поднимаясь с кровати.

– Так, дамы, вас отправляю спать, а сам домой. Рабочий день никто не отменял!

Отправляют меня домой, как героя, только орден на груди не висит, зато Агата на прощание меня крепко обнимает и обещает получить за эту тему хорошую оценку, ведь с таким учителем иначе и быть не может.

А дома после душа мечтательно растягиваюсь на кровати, понимая, что так и не придумал, как буду выручать Ладу Альбертовну из неприятной ситуации, а главное, не узнал у Агаты, как выглядит ее папа.