Глава 38

Меня трясло, как в лихорадке. Слезы катились по лицу и никак не хотели останавливаться. Я стирала их, а они горячими дорожками вновь текли по щекам. Я была в шоке, в самом настоящем. Я никогда не видела Костю в таком состоянии. Он жутко меня пугал, и самое страшное – я верила, что он исполнит все свои угрозы в реальности.

Что мне делать?

Может, обратиться к юристам? Есть ли у меня основания отсудить Любу? Думаю, Таня будет на моей стороне, пойдет свидетелем… Господи, ужас какой-то. Я чувствую такое опустошение внутри.

Нужно быть сильной. Костя может быть сильнее физически, но морально этот ублюдок меня не сломает. Ненависть к брату отравляющим ядом несется по моим венам. Я даже не думала, что могу испытывать настолько негативные эмоции к родному человеку. Могу. И сделаю все, чтобы он снова исчез из нашей жизни.

Захожу в дом, и Таня сразу замечает, что что-то не так. Я качаю головой и говорю одними губами “потом”, она кивает, но по взгляду вижу, что она обеспокоена. Люба показывает все свои рисунки отцу, захлебывается радостью. А он практически не обращает на нее внимания, просто кивает и все. Я иду в нашу комнату и прячу все самые ценные вещи, все складываю в сумку, которую не выпущу из рук. Слышу шаги и быстро оборачиваюсь, на пороге стоит Танюша. Женщина закрыла за собой дверь, проходит внутрь и садится на диван.

– Что происходит?

– Костя вернулся, – шепчу я.

– Я вижу, – кивает на мою шею.

Я тут же подхожу к зеркалу и замечаю уродливые отметины на нежной коже.

– Что собираешься делать?

– Я пока не знаю… Он наговорил страшные вещи, Тань, – я рассказываю ей обо всем, что произошло, и про операцию Любы.

Таня вздыхает и качает головой.

– Он нестабилен. Нельзя, чтобы он оставался с Любой. Тем более, любой стресс может помешать ее восстановлению.

– Я понимаю, но что делать?

– Поговори с Русланом.

– И что он сделает? Я не могу просить его разобраться еще и с братом. Он столько всего уже сделал. Я обращусь в полицию.

Конечно, первой моей мыслью было позвонить Крестовскому и умолять, чтобы он помог. Но я не могу! Он реально столько делает для меня, оплатил полностью операцию Любе, мою учебу… Он все делает для меня! А я прошу все больше и больше. Это неправильно.

– И что ты скажешь полиции? Он ее родной отец, Татка.

– Он ее бросил! Не заботился! И вообще мне кажется – он что-то принимает… Что-то запрещенное.

– Я тоже заметила по его зрачкам и поведению. А полиция… Ты сама знаешь, как все у нас происходит. Пока трупа нет, никто не будет этим этим заниматься.

– Я не знаю, что делать… – шепчу я, устало опускаясь на кровать рядом с женщиной.

Она обнимает меня за плечи, поддерживая.

– Давай отметим день рождения Любки, а потом уже будем думать, – предлагает она.

Я согласно киваю. Будем решать по одной проблеме за раз.

В ресторан мы приезжаем, и атмосфера праздника совсем не чувствуется, конечно, племянница не замечает напряжения, мы стараемся вести себя как обычно. Я заранее выбрала красивое место, с видом на море, но и оно не радует. Я ковыряюсь в салате и с отвращением смотрю на Костю, который хлещет водку, словно воду. Боже, как я раньше не замечала, что он такой? Не мог же он измениться в один момент! Настолько слепая ко всему была. А ведь давно были звоночки. Я даже вспоминаю их совместную жизнь с Жанной… Может, и она не виновата? Ведь столько раз она пыталась принимать участие в жизни дочери, а он не позволял. Крыл ее таким трехэтажным матом и меня убедил в том, что она бросила Любу. Может, мне стоит связаться с ней? Ведь она официально не отказывалась от малышки… Мне может понадобиться любая помощь. Да, я так и сделаю. Свяжусь с Жанной.

– Эй ты, – свистит официанту Костя.

Люди за соседними столиками начинают коситься на нас.

– Веди себя тише, – говорю брату.

– Ты мне что, указывать будешь? Х*ли я должен ждать, когда он подойдет? Я такие бабки здесь оставлю, он должен караулить возле стола.

– Ты оставишь? – не могу сдержаться. – Спасибо за ужин.

– Слышь, не п*зди.

– Константин, выбирайте выражения, – делает замечания Таня.

– Ой, простите, блть, какие все, сука, культурные. Из галош на каблуки – и другие люди. Я видел, где ты живешь, так что не строй из себя королеву Англии, – ржет этот ублюдок.

– Папочка, не ругайся, – тихо просит Люба со слезами на глазах.

– Я не ругаюсь, тыковка. У моей красотки день рождения, и папа отдыхает. Тебе же весело.

– Нет, мне не весело. Я хочу домой. Мы можем пойти домой, Тата? – спрашивает трясущимся голосом.

Мое сердце разбивается на миллион осколков. Я хотела подарить малышке праздник, а этот урод его портит.

– Конечно, мы сейчас поедем домой, – мягко улыбаюсь.

Мы втроем начинаем вставать.

– А ну сидеть, – рявкает и ударяет по столу брат. – Мы приехали отдыхать! Посадили жопы на место.

К нам спешат официант и администратор. Люба начинает плакать и прижимается к моему боку. Администратор в вежливой форме просит нас быть потише, потому что другие посетители жалуются. Костя ведет себя как быдло, посылает всех на три буквы и вылетает из зала, попутно перевернув стул. Я извиняюсь и говорю, что все оплачу. Мне неловко, ужасно стыдно и обидно. Я вытираю слезы со щек малышки и говорю, что папа просто устал…

Когда мы выходим, Кости нигде не видно. Мы все выдыхаем. А потом едем домой. Люба немного расстроена, но подарки поднимают ей настроение. День был слишком насыщенный, вскоре она ложится спать. А я прислушиваюсь к каждому шороху, я знаю, что Костя вернется. Пьяный и, скорее всего, обдолбанный.

И я делаю то, что должна была сделать несколько лет назад.

Набираю номер Жанны.