Глава 20. Ник

Нике плохо. Тут не надо быть дофига телепатом, чтобы понимать это. Она ещё когда папку у меня забирала, готова была рыдать. Оно и понятно, ей нужно время.

Но ждать просто невыносимо — такое ощущение, что только хуже становится. И вроде разрывает от желания что-то сделать, как-то помочь, но с другой стороны останавливает чёткое понимание, что только испорчу всё. Я ведь вообще думал о то, чтобы свалить из универа, временно тем самым скрыться из её жизни — может, хоть так Нике станет проще справляться, чем от моего каждодневного мельтешения перед её взглядом.

Понятное дело, что мой перевод в другой универ лишь временной разлукой бы для нас был — отступать я не собираюсь. Нужна она мне. И я ей тоже, чувствую ведь. Нам без друг друга уже нельзя.

Но в итоге всё равно перевестись не смог. Оставлять Нику одну, без присмотра и возможности даже понять, как она? Ну не сталкерить же за ней. Удобнее, когда каждый день, кроме выходных, так или иначе видимся. Да и она вроде бы больше не с мокрыми глазами на меня смотрит.

Хотя если уж честно, никак она на меня не смотрит. Бросает редкие и пустые взгляды. От каждого надлом какой-то в душе.

Два дня Ники не было в универе, и я охренеть с каким трудом преодолевал желание приехать к ней и убедиться, что всё в порядке. Не знаю, как продержался, да и вряд ли дольше бы смог — но вот девчонка пришла. Хотя всё равно как будто не здесь. Совершенно безразличный и отрешённый взгляд перед собой. Хотя у нас сегодня довольно важные тесты, которые много на что в дальнейшем повлиять могут. На оценку итоговую уж наверняка.

У нас три варианта. Мне достаётся первый, и я пишу Антону — парню, который сидит сзади Ники. Даю ему задание узнать, какой у неё и написать мне. С авторитетом, благо, до сих пор порядок и ребята без лишних вопросов выполняют любое моё поручение. Тем более что и Ника больше не бунтует. И Марк, видимо, обговорил с ними, как собирался.

Что ж, план простой: обменять свой вариант с кем угодно на тот, который у Ники, решить его. Потом, когда сдавать будем, посмотрю по листочкам, что там девчонка нарешала. Если нормально в целом, оставлю всё, как есть. Если накосячила, пока загруженная такая — поменяю наши листки, на своём пока никак себя не обозначаю, а её имя ластиком сотру. Благо, мы карандашами всё заполняем, совсем как в школьные времена.

Надо будет у кого-то перехватить ластик — но тоже не проблема. Как и провернуть всё это незаметным для препода способом. Они вообще ко мне лояльны все, уверен, этот даже вникать не будет, чем я там занимаюсь и почему задержусь возле сданных листков, а потом ещё и заберу типа свой, потому что «вспомню кое-что».

М-да, давненько не проворачивал таких трюков — даже в школе было всего пару раз. Но повышенная стипендия Нике всяко важнее, чем мне. Не знаю, где она сейчас подрабатывает: квартиру они с Аней сняли с накоплений, но вряд ли любые деньги девчонкам лишними будут. Учитывая, что и младшая сестра на Нике сейчас.

Вариант у нас оказывается один. Что ж, подфартило: и менять ничего не надо будет. Остаётся только безошибочно решить. Вникаю в каждое задание, подключаю все свои знания в башке, вооружившись телефоном под партой заодно. Ловлю себя на мысли, что чуть ли не впервые в жизни аж парюсь о том, чтобы всё хорошо решить.

Потому что Ника вот явно не парится — сидит совсем разбитая над своим листком и явно не о заданиях думает.

*****

Как оказалось, она реально так себе решала. Кое-где наугад понатыкала, а там, где более развёрнутые ответы требовались, вообще пропустила.

Это было предсказуемо, да и провернуть задуманное не составило труда. По итогам не сомневался, что Ника в выигрыше будет. Но сам факт, что пришлось к такому прибегнуть… Значит, девчонка совсем разбитая. До последнего надеялся, что в какой-то момент включится, хрен там — раз даже в важном для себя не вывозит, значит, дела реально плохи.

И вот как помочь Нике, не дербаня её своим участием сильнее? Просто ждать и плыть по течению для меня не вариант. Но стрёмное чувство, что любое действие может стать ошибкой и только добьёт её, зарождалось почти страхом. Мешало.

Ещё и Андрей стал чаще поглядывать на Нику. Небось опять хотел подключить её в свои замыслы, если те ещё были.

В итоге решил, что стоило ещё пару деньков пересидеть, особо не рыпаясь — до объявления результатов теста. Ника тогда сразу поймёт наверняка, что это не её по большей части не решённая работа максимальные баллы набрала. И тогда всё будет зависеть от реакции — если девчонка взбесится, значит, надо повременить с какими-либо шагами.

Эти пару деньков выдались непростыми. Чтобы совсем не слететь с катушек, занялся укреплением порядка — подключил всех доверенных ребят с других групп и курсов, чтобы выяснили, кто ещё помимо Андрея мечтает о возвращении былых времён. Наверняка такие есть. Раньше не придавал значения угрозам, знал, что большинство держится за меня, а я и без этого козыря мудака победил. Но теперь, когда Андрею явно что-то именно от Ники нужно и её могут задействовать… Лучше быть начеку.

Максимально забивал себе этим время и ребят не оставлял в покое. В итоге через два дня у меня уже был и список составлен, и Ника услышала результаты тестов. В этот момент специально к ней повернулся, чтобы на реакцию посмотреть — да, девчонка сразу догадалась. Тоже на меня кинула взгляд, удивлённый, но почти равнодушный, ещё и плечами зачем-то пожала.

Странно, но меня даже это отсутствие реакции воодушевило. Оно лучше, чем категоричное неприятие. Хотя раньше думал, что её апатию выносить хуже всего. Безжизненная Ника — та ещё пытка.

Но ведь она не такая уж неживая. Удивление проскользнуло, недовольство — нет.

Потому последующий месяц я занимался скопившимися проблемами на оба фронта. Со стороны «мятежников» — засада на каждого с подобным и доходчивым объяснением, почему рыпаться не стоит. Со стороны Ники — обеспечение ей максимально комфортного выхода из стресса. Как бы ни хотел действовать сам — решил пока её не бесить, а вот воспользоваться своим авторитетом тут оказалось не лишнее. И похер, что все ребята от этого в очередной раз убедились, насколько мне небезразлична эта девчонка, что я к ней слабость питаю.

Зато весь этот месяц они максимально окружали Нику вниманием и заботой за меня. Мне только докладывали о результатах и советовались, как действовать дальше. Прикрывали её перед преподами, когда надо, помогали мне с тем, чтобы за неё все пробелы закрывать, провожали её до дома как бы невзначай, предлагали ей разные движухи, общались, не оставляли одну. Лера вот вообще преуспела настолько, что и на одну и ту же работу с Никой устроилась. Официантками в неплохом ресторане. Не сказать, что я в восторге от таких нагрузок для девчонки, но, видимо, в деньгах уже прижимать начало, а поддержать финансово пока не могу. Так что тоже своеобразное отвлечение — может, поможет ей забыться.

Улыбаться Ника начала чаще. Со мной так и не заговорила ни разу и вообще всячески делала вид, что я не существую. Но к жизни возвращалась — и это главное. Да и ребята ею прониклись. Уже и без меня к ней тянулись. С Лерой так вообще подружилась.