1. Алина
К хорошему привыкаешь быстро. Слишком быстро…
Наверное, однажды я задам себе этот вопрос — действительно ли всё происходящее так уж хорошо, как кажется на первый взгляд? Или мне просто хочется думать, будто моя жизнь изменилась в лучшую сторону?
Когда-нибудь я непременно подумаю на эту тему, но не сейчас. Пока я лишь привыкаю… И мне это нравится.
***
— Доброе утро, Алина Евгеньевна! — Дмитрий Сергеевич, идущий навстречу по коридору, замедлил шаг, насмешливо оглядывая меня с ног до головы. — Опаздываете опять… Ай-ай-ай…
Он в курсе. С самого первого дня в курсе, что я стала любовницей его друга и по совместительству директора этой компании. И кроме презрительной усмешки и жалостливого отвращения в его глазах нет ничего. Как и в глазах многих других сотрудников, кто знает или догадывается…
— Здравствуйте, — я привычно попыталась проскочить мимо, но он стремительно шагнул в сторону, преграждая мне путь.
Вот же…
Ещё два месяца назад, когда я работала уборщицей и так искренне и глупо была влюблена в Романа, этот человек смотрел на меня как на пустое место, справедливо полагая, что зам. директора не обязан даже здороваться с персоналом столь низкого уровня. А теперь — вот, ищет любой повод, чтобы докопаться по каждому пустяку и лишний раз напомнить мне о том, что своим нынешним положением в компании я обязана исключительно нашим с Ромой отношениям.
Впрочем, какие там отношения… Секс. Холодный, расчётливый, грубый, жёсткий, иногда на грани насилия. И деньги… Неплохие деньги, благодаря которым я в свои тридцать пять наконец могу посещать салоны красоты, покупать брендовую одежду, в третий раз переделывать ремонт в своей квартире и даже планировать покупку нового жилья… А что ещё надо одинокой женщине?! Совсем недавно я даже не мечтала о подобном, а теперь — пожалуйста. Жизнь одна и она слишком коротка, чтобы в моём возрасте отказываться от денег.
Это в молодости можно и нужно думать о чести и достоинстве, беречь свои принципы и блюсти мораль, а мне теперь просто всё равно. Если не сейчас, то уже никогда. Я хочу жить именно так — красиво одеваться, чувствовать себя уверенно, хочу знать, что могу отложить часть денег на будущее. На то самое будущее, когда Роме в конце концов наскучат наши отношения, и он заменит меня более молодым телом…
Рано или поздно это всё равно случится, чтобы там не утверждал сам Роман. И тогда я снова упаду с небес на землю, буду ходить опустив голову, побоюсь поднять глаза в присутствии того же Димы…
Но это потом.
А пока Дмитрию Сергеевичу ничего не остаётся, кроме как засунуть подальше своё презрение и молча принимать тот факт, что его лучший друг и руководитель фирмы трахает в своём кабинете прямо на рабочем столе бывшую уборщицу, да.
— Всё равно уже опоздала, Алин, — Дима заговорил тише, делая осторожный шаг в мою сторону. — Лишние пять минут погоды не сделают…
Он протянул руку, коснулся моего виска, будто поправляя выбившуюся из причёски волосинку…
— Дмитрий Сергеевич… Можно я уже пойду? — я закусила губу, глядя на него настороженно и напряжённо.
Пару секунд он просто смотрел мне в глаза…
Резко подался вперёд, мгновенно сжимая прядь моих волос и больно стягивая её в кулаке…
Зашипела, машинально выставляя вперёд ладонь и упираясь в гладкую ткань пиджака на его груди… Впилась пальцами в его локоть, пытаясь оттолкнуть от себя грубые мужские руки…
— Ты кем себя возомнила, мразь? Я бы на месте Гава с тобой не церемонился…
Начинается… Как будто сам Рома со мной особо церемонится. До сих пор не могу понять, почему Дима его Гавом называет…
Стиснула зубы, дожидаясь, пока мужчина разожмёт ладонь и отпустит мою растрепавшуюся причёску. Наверное, я не боюсь этого человека даже в такие моменты — не первая вспышка ярости с его стороны. Но его презрение всегда бьёт на поражение с такого близкого расстояния, и это надолго дезориентирует. За что он меня так ненавидит? Я же не пытаюсь увести Рому из семьи, не требую ничего, кроме денег.
— Меня ждут, — процедила сквозь зубы, всерьёз опасаясь того, что кто-нибудь сейчас откроет дверь соседнего кабинета и станет свидетелем этой позорной сцены.
— Подождут… — Дима дышал надсадно и тяжело, словно сдерживая себя из последних сил, чтобы не свернуть мне шею. — А почему бы нам с тобой не попробовать, м?
Потому что я всё-таки не проститутка и не умею достойно ублажать мужчину? Потому что мне вполне хватает Романа Арнольдовича? Потому что вокруг полно молодых девиц, с кем можно скоротать длинную ночь? Потому что я банально сама не хочу?
Промолчала, закусив губу.
— Ну что ты молчишь?! — его светлые льдистые глаза, лишь слегка окрашенные холодным голубым оттенком, смотрели слишком провокационно, вынуждая ответить грубостью. — Ну?!
Да твою мать! Ненавижу…
— Что попробовать? — я скривилась от боли, когда он дёрнул мои волосы, вынуждая повернуться лицом к нему.
— Секс в кабинете попробовать, — Дима стянул кулак ещё сильнее. — До тебя Гав тут таких вольностей не допускал…
Из глаз брызнули слёзы…
— Дмитрий… Отпустите… — горячо зашептала сквозь зубы. — Меня Роман Арнольдович убьёт за опоздание и внешний вид…
Подействовало — пальцы мгновенно разжались, и я машинально приложила ладонь к волосам, отступая на шаг от рассерженного зам. директора. Всегда почему-то действует… Так друга боится? Или правда понимает, что если Рома не в духе, то мне достанется, и по-своему жалеет? Чисто по-женски хочется верить, что да, именно жалеет…
— Дмитрий Сергеевич я для тебя. Иди. Дура…
Острый презрительный взгляд полоснул по моему лицу, и я отошла ещё немного, пытаясь выровнять дыхание и сдержать слёзы, опасаясь за макияж.
Дима отвернулся, поправляя распахнутый пиджак, и зашагал в конец коридора к лифту.
Выдохнула. Развернулась в другую сторону, поспешила к директорскому кабинету, на ходу расправляя волосы и осторожно промокая подушечками пальцев глаза…
Перед дверью остановилась. Покусала губы, расправила подол чёрного короткого платья, ещё раз пригладила причёску…
Всё чаще последнее время ловлю себя на мысли о том, что заходить к Роману мне тяжело… Я не могу предугадать его настроение, и это всегда нервирует и в какой-то степени раздражает.
Крайне редко, но бывали моменты, когда Роман Арнольдович прямо с утра бросал все дела, хватал меня за руку и тащил подальше отсюда — ресторан, кино, поход по магазинам и подарки, моя квартира и тихий неторопливый секс… Эти дни были сродни празднику, давали возможность почувствовать себя если не любимой, но по-настоящему счастливой…
Но зачастую отношения не отходили от установленных изначально рамок — быстрая близость прямо здесь, в кабинете, несколько ровных аккуратных купюр взамен, солидная премия в конце месяца к и без того приличной по моим меркам зарплате… Идеально, да.
Но только секс на рабочем месте тоже бывает разным…
И каждый раз я просто не знаю, чего ждать от Романа…
Глубоко втянула носом воздух, успокаиваясь окончательно и выбрасывая из головы неприятную встречу с зам. директора. В конце концов, Дмитрий Сергеевич — единственный, кто может на правах Роминого друга позволить себе назвать меня шлюхой прямо в глаза. Остальные только за спиной…
Осторожно постучала в дверь, взялась за ручку…
Только бы Валентина Фёдоровна не спалила…
— Роман Арнольдович… Здравствуйте… — я с фальшивой улыбкой проскользнула в кабинет. — Можно?
— Привет, — Рома поднял глаза, отрываясь от экрана компьютера. — Опять опоздала, Алин? Знаешь же, что подаёшь дурной пример другим…
Вроде настроение сносное…
— Прости, — моя улыбка стала более искренней. — Больше не буду.
Я торопливо прикрыла за собой дверь. Прошла к столу, вглядываясь в сосредоточенное мужское лицо.
Рома бросил ручку на стол, откинулся на спинку кресла, потянулся за сигаретой…
Сердце привычно бухнуло в груди, разнося по телу тёплую бурлящую волну…
— Я сегодня уеду после обеда, — он чуть сощурил глаза. — Жена просила… Неважно. Так что если хочешь — можешь тоже уйти пораньше.
— Хорошо, — я кивнула, снимая с плеча сумочку, обходя стол и приближаясь к его креслу. — Спасибо…
Положила ладони на широкие мужские плечи, вставая за его спиной, несколько раз надавила разглаживающими массажными движениями… За эти два месяца я успела многое, в том числе закончить курсы расслабляющего массажа — вполне неплохие навыки, когда нужно соответствовать статусу любовницы большого начальника.
И всё же мы не были любовниками в прямом смысле слова: Роман Арнольдович всегда оставался директором фирмы, взирающим на всех с Олимпа, а я — бывшей уборщицей, толпящейся с остальными у подножия. Впрочем, всех всё устраивает…
Рома оттолкнулся от стола, поворачиваясь лицом ко мне вместе с креслом. Перехватил мою ладонь, потянул на себя, привычно вынуждая опуститься на колени между его ног…
— Что с лицом? Плакала? — сталь в его голосе всегда пугала.
Поспешно помотала головой, устраиваясь поудобнее — минет меньшее из зол, и этим надо пользоваться, пока Рома не передумал. Потянула пряжку ремня, расстегнула ширинку…
— Алин, я задал вопрос.
Руки едва заметно задрожали…
— Господи, Ром, ну конечно нет, — я беспечно взмахнула ресницами. — Просто я только что с улицы, а там ветер какой…
Он кивнул, удовлетворённый моим ответом. Чуть сдвинулся вперёд, принимая расслабленную позу и наблюдая за мной из-под полуприкрытых век.
Чёрт, дверь не заперла…. Впрочем, никто без стука всё равно не войдёт. Кроме Дмитрия Сергеевича… Но он, вроде, только что был здесь, так что вряд ли вернётся. Да и Димка прекрасно знает, чем мы тут занимаемся, мешать не станет…
Обхватила губами член, медленно провела языком по гладкой напряжённой коже… Подняла глаза, мельком оглядывая красивое мужское лицо с хищно заострёнными в этот момент чертами… Роман Арнольдович безумно нравился мне таким — никуда не спешащим, позволяющим мне самой проявлять инициативу, умиротворённым каким-то…
Знала, что это долго не продлится, лишь торопливо набрала в грудь воздуха, едва крепкая ладонь легла на затылок. Попыталась расслабить связки, когда член грубо толкнулся в горло — иногда у меня даже получается… Сжала кулаки, цепляясь за прохладную ткань брюк…
Я больше не контролировала процесс, просто ждала, зажмурившись, пока всё закончится. Вот сейчас можно не сдерживать слёзы — Роме даже нравится, когда мой идеальный макияж растекается во время орального секса. Иногда мне всерьёз кажется, что чем больнее мне, тем больше возбуждается он…
Захрипела, с силой отталкиваясь от его бёдер, прекрасно зная, что он сам не даст мне глотнуть воздуха…
Привычная паника ледяным потоком обрушилась на тело, заставляя бороться за каждый вздох…
Роман лишь сильнее сдавил мой затылок, приподнимаясь с кресла и с явным удовольствием толкаясь глубже… Слишком глубоко…
Почти не почувствовала вкус спермы, только захлебнулась, отсчитывая секунды до того момента, пока он оставит меня в покое. Отшатнулась назад в попытке сдержать тошноту и подавить спазм, едва ладонь на затылке ослабла, и Рома, тяжело дыша, запустили пальцы в мои волосы, хаотично перебирая пряди, выражая своеобразную ласку. Закашлялась, вытирая подбородок от слишком обильной слюны и пытаясь отдышаться…
Роман Арнольдович уже успел застегнуть брюки и привести себя в порядок, с интересом наблюдая за тем, как я прихожу в норму. Его серый игривый взгляд светился насмешливым одобрением, и я неловко улыбнулась в ответ, поправляя волосы…
— Нравишься ты мне такая, — он лукаво улыбнулся, доставая из кармана бумажник. — Иногда даже жаль…
Чего жаль, он не договорил. Небрежно отсчитал несколько купюр и бросил их на стол.
Мне тоже жаль… Наверное, мне бы эгоистично хотелось жить с ним вместе, просыпаться рядом каждое утро, заниматься сексом не вот так, а в нашей общей кровати… Возможно, всё-таки родить ребёнка…
— Спасибо, Ром, — я улыбнулась, сгребая деньги и пряча их в сумку. — Я пойду?
Он лишь кивнул, закидывая ноги на стол и прикуривая сигарету — ему явно требуется ещё пять минут, чтобы войти в рабочий режим.
— Шагай. Я позвоню…
Махнула рукой, исчезая за створкой двери…
Огляделась, высматривая вездесущую Валентину Фёдоровну. Нет никого. Обошлось…
Торопливо зашагала в сторону туалета — осталось подправить макияж, убрать волосы, и можно приступать к рабочим обязанностям…