Глава 21

На следующий день Тино ушел в новое плавание, прихватив мешки с листьями и соль, что мы успели заготовить к этому времени.

За примерно два месяца он появлялся дважды. И всегда наскоками. Отдавал нам с Марко деньги за соль, навещал невесту и отправлялся в следующее плавание.

Я слишком поздно осознала нашу с Марком ошибку. Тино считал, что помощь ему оказывает покойная матушка, а вовсе не мы. Поэтому и не думал делиться с нами деньгами со своих походов. А деньги он начал зарабатывать хорошие.

С его слов, выкуп за невесту он полностью подготовил. Сейчас копит на свадьбу и подарки для любимой.

Я никак не могла придумать способ, чтобы решить эту проблему. Марко, по всей видимости, тоже об этом подумывал, но не поднимал эту тему. А я не хотела вносить раздор между братьями. Безусловно, мы с каждым приходом Тино становились все богаче, но изначально я рассчитывала на другие деньги.

В итоге решила не омрачать радость подготовки к свадьбе, а оставить этот разговор на потом. К тому же Тино перевезет к нам молодую жену. Может, мы с ней подружимся, и мне удастся через нее намекнуть на братскую поддержку.

Недели здесь отделялись одна от другой походом в храм. И эта традиция была незыблема. В один из дней, про себя я называла его воскресеньем, мы всем домом, включая слуг, направлялись на мессу в деревню.

Когда я увидела первый раз, сколько собралось народа, то легонько присвистнула. Практически вся площадь была заполнена людьми, каретами и телегами, на которых издалека приехали крестьяне. По словам Марко, пропустить службу можно было, лишь находясь в глубокой болезни.

Суета, все здороваются и обмениваются новостями. У кого какой урожай или каков улов. Кто приболел, кто умер, кто не вернулся из моря. Новостей хватало.

Единственное, о чем попросил Марко для похода в храм, это чтобы я надела колпак и убрала под него волосы.

– В деревне ты можешь ходить с непокрытой головой, но в храме это недопустимо.

Но я решила проблему по-своему. Кухарка помогла уложить косу вокруг головы, а сверху я надела платок и завязала его сзади. Получилось свежо и необычно, на мой взгляд.

Марко одобрил мой вид и в очередной раз отметил, что я самая прекрасная из всех девушек, с которыми ему довелось встречаться. Подозреваю, что видел он не так чтобы много молодых особ, но все равно, мне приятно получить такой комплимент. А он их отвешивал каждый день и не по разу.

Стоило мне задуматься, потянувшись за очередным листом лимона:

– Ты прекрасна, будь я художником, рисовал бы твои портреты.

Так вот, в первое свое посещение храма я произвела фурор. Мало что невеста Марко, с этим уже ничего не поделать, так еще и в таком необычном головном уборе.

Едва мы ступили на площадь, разговоры смолкли. Люди пожирали меня глазами, расступаясь и сразу начинали обсуждать мое появление.

– Невесту привел в дом, – шептала одна.

– Так она вроде из простых, а он-то настоящий барон, – вторила товарка.

– Видать, любовь меж ними большая, – завистливо подытожила первая, и вторая с ней согласилась.

Первыми входили в храм знатные семьи, даже мы разделились. Отец Марко, он сам и я зашли, а кухарка с няней остались дожидаться на улице. Храм внутри был украшен картинами в золоченых рамах с изображением молодой женщины. Везде она была изображена с покрытой и чуть склоненной головой.

После короткого притвора прошли в просторное помещение храма. Большой радостью для меня явились лавки для знати. Простолюдином полагалась выслушивать мессу стоя, а вот мы занимали сидячие места.

По продолжительности длилась она совсем недолго, около часа. Молитвы пели монахи на незнакомом языке.

Там я впервые и увидела брата Марко. Он выходил на небольшое возвышение перед всеми в самые торжественные, как мне казалось, моменты. Иногда присоединялся к пению, но зачатую просто прикасался рукой ко лбу, к губам и груди.

Одет он был в многослойную одежду до пола. При ходьбе проглядывали и белые наряды, и коричневые, и зеленые. На голове высокая конусообразная шляпа. Мне показалось, что он совершенно не похож на Марко. С его отцом, если приглядеться, схожесть есть. Но не с братом.

Отче Джузеппе, так его звали, обладал невысоким ростом и крепким телосложением. Или надетые на него широкие одежды давали такой эффект?

Нас он никак не выделял из толпы во время мессы. Только по окончании, когда вместе со всеми мы подходили на благословение, тепло улыбнулся отцу и покосился на меня.

В один из дней он попросил Марко задержаться для разговора. А когда мой спаситель вернулся, то вопреки обычному настрою был хмур и ничего не говорил до самого дома. И лишь там поделился.

– Он поставил условие. Либо мы с тобой объявим о помолвке, либо ты должна уйти из нашего дома.

Вот это поворот!

– А какое ему дело?

Я сочла такой ультиматум как вмешательство в личную жизнь и, вообще, попрание свобод.

– Нарушение устоев. Плохой пример для остальных. Почему нам с тобой так можно, а другим нельзя? Насмотрятся и будут поступать так же. А мы при этом будем виноваты, дескать, подали пример.

Он виновато отводил взгляд в сторону, будто стеснялся местных традиций.

– И что делать?

– Объявлять помолвку. От нее до свадьбы должно пройти время, и в редких случаях ее можно разорвать. Времени нам дали до следующей мессы.