Глава 36

Вопрос родов – это такой интимный момент. Мужчинам ни к чему знать подробности и уж тем более присутствовать на них. Пусть ограничатся рассказами о боли и муках, но не вникают в сам порядок и уж подавно не видят процесс своими глазами. Это мое глубокое убеждение, несмотря на отсутствие детей и семьи в той, уже порядком подзабытой жизни.

– Доброго дня! – я приоткрыла дверь и громко поздоровалась в темноту дома.

На голос вышла девочка лет десяти-двенадцати. В сером платьице до пят. Из небеленого льна, но чистом и без заплат. На голове повязан платок.

– Красавица, мне нужно поговорить с травницей Жилдой, – ласково обратилась я к девочке.

– Бабка ушла к старику Ромо. А вам чего? – девчушка, не стесняясь, разглядывала меня во все глаза.

– Да помощь ее нужна, – честно ответила я.

– А это ведь вы у баронов живете? – признала меня малышка.

– Да, я.

– Так ведь вам надо у лекарей помощи искать, а не у моей бабки.

Посмотрите-ка на нее! Такая маленькая, а порядки знает.

– Все сложно с лекарями. А вопрос очень важный для всех нас.

– Угу.

По реакции ребенка было непонятно, она выразила согласие с моими словами или кивнула из вежливости.

– А давно ли ушла Жилда? Может, мы ее дождемся?

На этих словах девчушка выглянула за дверь, в проеме которой мы стояли, и остановила взгляд на Марко.

– У старика Ромо спину прихватило. Бабка к нему через день ходит. Потом хотела еще к кому-то зайти, скоро она не вернется.

– А когда прийти, чтобы застать ее наверняка?

– Не знаю. По-разному бывает.

Получается, мы зря потеряли время. И самое главное – неизвестно, когда лучше застать травницу в следующий раз. Так и будем к ней каждый день ходить?

Видимо, поняв мое затруднение, девчушка предложила:

– Я скажу бабке про вас. Она сама к вам домой придет.

Ну наконец-то! Решение вопроса подоспело.

– Спасибо тебе. Буду очень признательна.

– А почему вы так странно говорите? – Любопытство раздирало мою собеседницу.

Ах, да. Домашние привыкли к моим словам, а с посторонними я не общалась. А малышка заметила.

– Не знаю. Я же не из этих мест. И ничего не помню о себе, – я пожала плечами, произнося заготовленные на этот случай слова.

Девчушка еще внимательней в меня вгляделась, но не найдя, что еще спросить, или просто поверила в мои слова, пообещала наш разговор передать бабке. На том и простились.

На обратной дороге я пересказала Марко наш разговор, и он согласился со мной, что такой выход, когда травница к нам пожалует, к лучшему.

И она пришла уже на следующий день. Одета в опрятное светлое платье, чистое, без заплат. На голове – косынка. Сама розовощекая и улыбающаяся. Слегка полноватая, словоохотливая и крайне приветливая. А через плечо у нее перекинут мешок.

– Доброго дня, господа бароны. Мне внучка передала, приходили за мной?

Мы с Марко выбирали место во дворе для винограда и заметили ее первыми.

– Вы травница Жилда? – уточнила я.

– Она и есть, – поклонилась та в ответ.

– Как хорошо, что вы пришли. А можно вначале я с вами посекретничаю, а потом уже…

Едва увидев ее, я решила быть честной и рассказать, чем вызвано это приглашение, поэтому отвела травницу на скамейку и все рассказала с самого начала. Про Марту, ее беременность, встречу с лекарем и свои подозрения о его некомпетентности.

Травница мне сразу понравилась своими вопросами. Как давно Марта на сносях? Что ест, от чего отказывается? Много ли гуляет или дома сидит? Какие изменения мы заметили? О чем тревожимся?

На все вопросы я подробно ответила и попросила ее осмотреть роженицу.

– Это конечно, но вначале мне бы смыть с себя пыль и грязь, – попросила травница, чем окончательно меня покорила.

Принесли ей ведро с водой, она сняла платок и стряхнула с него пылинки, умыла лицо, шею, руки. Вернула платок на голову и сообщила, что готова.

– Мы не предупредили Марту о вашем приходе. Она может вспылить.

Я топталась на месте, теребя подол платья. Зная характер жены брата, будет честным предупредить такого хорошего человека о ее поведении.

– Они всегда такие, я привыкла, – отмахнулась Жилда.

Но Марта смогла ее удивить. Уже с порога она обрушилась на нас с криками:

– Меня лекарь осматривал! Зачем ты ее притащила? Что она понимает? Пусть идет у деревенских девок роды принимает.

– Непременно пойду, истинная госпожа, покажите язык?

В ответ Марта скорчила рожицу с высунутым языком.

– А сейчас приподнимите подол платья, я на ножки ваши гляну, – ласково, с почтением и поклонами приваривала травница, а сама уже ощупывала лодыжки строптивицы.

– Не хочу, не буду, – отпинывалась Марта.

Но зато перестала орать, чтобы мы ушли. Она напоминала своим поведением капризного ребенка. Но благодаря мудрости и выдержке травнице все же удалось добиться своего.

По окончании осмотра она поклонилась Марте и, пожелав здоровья младенцу и маме, вышла.

За дверью высказала свое мнение:

– Застой у нее.

Затем достала из мешка аккуратно завязанный узелок.

– Травки вспомогающие. Заваривайте и давайте ей.

– А как вы думаете, скоро роды? – задала я главный вопрос.

– И десять дней не пройдет, как ягодка отвалится.

Ответ меня шокировал. Всего десять дней? Я стояла и хватала ртом воздух. Катастрофа!

– Но вы не переживайте. Как все начнется – пошлите за мной, я помогу.

Травница коснулась моей руки, будто успокаивая.

Я протянула ей три серебряные монеты, но она взяла только одну. Поклонилась и ушла.

Я кинулась к жениху, делясь новостями.

– Пресвятая Дева! – всплеснул он руками. – А как? У нас же ничего не готово?

– Успеем. Время есть, – не слишком, как мне самой казалось, убедительно успокаивала я его.

А еще через день нагрянули храмовники.