Глава 48

Как и задумывала изначально. Ровными рядами положила мешочки с готовыми изделиями. А ближе к покупателям сложила заготовленные образцы. Улитки, лапшу и длинные макароны.

С храмовниками мы договорились продавать один мешок за две медные монеты. Чтобы удобно было делить.

Возле меня встали два молодых храмовника. По задумке, они должны научится от меня продажам и тому, как представлять товар. А после торг полностью будет переложен на их плечи. Потому как мне не пристало самой стоять на рынке. Это еще Марко не видит, а то отправил бы меня домой без разговоров. И кроме того, товар преподносился как храмовый, поэтому и торговать им должны соответствующие люди.

– Подходите пробовать новое кушанье.

Ох, зря я выкрикнула призыв в толпу.

Все зеваки были свидетелями спора храмовников со знатью. Видели, как те подходили и пробовали сухое тесто. И не успела я договорить, как образцы смели с прилавка, и они ушли в народ.

– Фу…

– И зачем это…

– Не вкусно…

Слышалось с разных сторон. Люди морщились, кто-то сплевывал и отворачиваясь уходил от прилавка.

– Послушайте, это не так следует есть, – перекрикивая презрительные реплики, я кинулась исправлять положение. – Необходимо вскипятить воду и опустить в нее макароны до размягчения. А затем добавить чеснок, зелень, морских гадов, да все, что пожелаете.

Но народ меня не слушал. Первое впечатление оказалось обманчивым. Бросая на меня презрительные взгляды, люди расходились по своим делам. Даже цену никто не спросил.

Спустя еще полчаса на площади и вовсе все вернулось на круги своя. Покупатели подходили к прилавкам и выбирали кому что требовалось. Осенние корнеплоды или свежую спаржу. Придирчиво осматривали рыбу, оставшуюся с утреннего улова, принюхивались к молюскам, даже у торговцев оливковым маслом случилось оживление. Но не у меня.

Новые посетители, кто переделал домашние дела и потянулся на рынок пополнить провиант, глазели на статую и меня в окружении храмовников округлившимися глазами. Но их интерес тут же охлаждали торговцы, которые со всех сторон услужливо рассказывали, что я продаю сухое тесто для лепешек. Тут же завязывались разговоры, мол, для чего это? И вслед сыпались ответы – жевать как есть. И понятное дело, что каждый добавлял свое мнение о продукте, отчаянно морщась и плюя на землю. Кто после такого вступления подойдет к прилавку?

Мои пояснения о способах приготовления все пропустили мимо ушей.

В общем, оно и понятно. Кому нужен конкурент на рынке? Да еще с новым товаром. Вот и наговаривали кто как мог.

Еще некоторое время спустя из храма показались довольные и сытые чиновники гильдии. Значит, накормили их от души. Судя по настроению, пребывали они в расслабленных чувствах. Но не могли отказать себе в удовольствии подойти и сказать гадость.

– Ну и как вам, дорогой барон Джианни, сухое тесто? – с издевкой, нарочито громко обратился к товарищу герцог.

– Хуже ничего не пробовал. И впредь не собираюсь. А еще всем расскажу, как храмовники травят людей.

Оба расхохотались и направились в сторону постоялого двора. Оскорбили мою придумку просто так, ради развлечения. Потому что я отстояла свой товар и свою точку зрения. А они обязаны показать свою власть и указать мне на мое место.

Но противопоставить им я ничего не могла. Во всяком случае, сейчас.

В первый день торговли никто даже не спросил цену на товар. Так и я простояла еще примерно час, после чего отправила помощников, чтобы относили товар обратно, да и статую тоже.

Но так просто я сдаваться не собиралась.

Собрала всех вовлеченных храмовников и предложила план на завтра. Они с неохотой встретили мое предложение. Кто-то обмолвился, что пора заканчивать с торговлей макаронами. Тогда я вызвалась все расходы завтрашнего дня взять на себя.

Просто я уверена, что мы завоюем рынок не только в нашей деревне, но и во всем королевстве. А для этого, как показал первый день, нужна хорошая рекламная акция.

– Продолжайте готовить макароны. Завтра с утра я прибегу и все устрою.

Храмовников удовлетворило такое мое решение, и мы разошлись по своим делам.

Вернувшись домой, я отправила Клето и Сэвино за спаржей. Она уже отходила, но, если постараться, можно было еще набрать нежных сочных побегов.

После я направилась к Марте. И тут меня ждала радость.

Не знаю, что повлияло на ее поведение, может, она устала сидеть сложа руки, а может, в мое отсутствие почувствовала себя хозяйкой? Трудно сказать. Но она организовала пошив мешков. Показала кухарке образец. Объяснила, как мы шили, и дело пошло. Сама же ловко вышивала подобие ромашек на мешках. И так у нее быстро получалось. Вот только нить в иголку продернула, а уже перекусывает ее зубами и откладывает в сторону вышитый мешок.

– Какие вы молодцы! Сами смогли столько сшить. Горжусь вами! – Я хвалила их обеих и цокала языком.

– А у тебя как прошло? – в ответ поинтересовалась загордившаяся Марта.

– Полный провал. Начиналось все хорошо. Но потом откуда ни возьмись появились горожане и распекли меня во всеуслышание. В общем, никто не заинтересовался.

Врать не хотелось. К тому же она должна понимать, что бизнес это большой труд. И само в руки редко что идет. Пусть поймет, что зарабатывание денег всегда сопряжено с трудом и сложностями. Вдруг осознает, как много мы в нее вложили.

– Так, значит, это мы зря готовили, – огорченно опустила Марта руки, оглядывая готовые мешки.

– Да как ты такое могла подумать! Первый день еще ни о чем не говорит. Мы лишь увидели недочеты в своей работе. И завтра их исправим. Мешки нам потребуются, и очень скоро в огромном количестве.

Как могла, я успокоила и приободрила ее. На все вопросы относительно своих планов уклончиво отвечала, что завтрашний день покажет, да и нужно будет наблюдать своими глазами и гибко менять стратегию. Поэтому пока ничего сказать не могу. Все завтра.

А наутро, подхватив все запасы спаржи, что принесли накануне Сэвино и Клето, и еще немного из запасов Гии, мы втроем торопливо направились в деревню.