29

Первые секунды не верю своим глазам.

Когда стекло ползет вниз и я вижу улыбку сестры, меня перетряхивает.

Глеб приподнимает бровь, чуть наклонив голову так, чтобы меня видеть.

— Ты что-то хотела? — спрашивает максимально отстраненно.

— Я… — мямлю, теряясь в собственных мыслях.

Чего я хотела? Чего же?

Алина в этот момент поджимает губы и округляет глаза. Они у нее сейчас такие по-детски наивные.

Ну вот куда она лезет? Зачем? Как вообще тут оказалась?

— Глеб предложил меня подвезти. Сам написал, — отвечает на мой немой вопрос. — Наверное, мы можем подкинуть и тебя, да? — смотрит на Стеклова.

— В машине только два места, если ты не заметила.

Алинка оборачивается и негромко смеется.

— Блин, точно! Алис…

— Алина, выйди из машины, мы доедем на автобусе.

— Алиса, — сестра повышает голос в знак протеста.

— Выйди! — кричу на нее на всю улицу. — Живо вышла из машины!

— Ты мне не нянька. Хватит ко мне цепляться, я поеду с Глебом!

Ловлю себя на мысли, что мне хочется тюкнуть Алинку по голове чем-нибудь тяжелым. Она абсолютно не понимает, куда ввязывается. Дурочка. Какая же она дурочка!

— Ростовецкая, — Стеклов ухмыляется и откидывается затылком на подголовник, — че ты к ней пристала? Девочка хочет расслабиться. Правда, крошка? — обращается уже к Алинке. — Я сегодня еду в одно место, там закрытый формат вечеринки, заеду за тобой в десять. А пока, — подается ближе к Алине, — не расстраивай сестренку. — Касается губами Алининой скулы. — Хорошо?

Алина часто кивает, расплываясь в дурацкой, блаженной улыбке.

— Хорошо. Конечно, буду тебя ждать. Алис, прости. — Выбирается из машины. — Поехали, — хватает меня за руку и тянет к остановке.

— Что ты творишь? — выдаю громко, на бушующих внутри эмоциях.

— Алис… Прости-прости, но ты сама сказала, что Стеклов тебе не нравится. А мне, мне очень. Он такой классный. Мечта просто. Можно я буду с ним? Пожалуйста, тебе же плевать на него. А он, он сам мне написал, обратил внимание. Даже если назло тебе, я сумею ему понравиться, и он от тебя отстанет, как ты и хотела, Алиса.

— Да он же псих! Он никого не любит, кроме себя самого, ему никто не нравится, — продолжаю орать на всю улицу. — Он просто тебя использует. Он специально это делает, мне назло, ты разве не видишь?

Алина останавливается.

— То есть я не могу ему понравиться, по-твоему, да? Тебе самой на него пофиг, но отойти в сторону, чтобы я была счастлива, тебе гордость не позволяет?!

— Что ты несешь вообще? Я говорю совершенно о другом.

— Ну да, конечно, еще сестра называется, не ходи за мной, я сама доеду.

— Алин…

— Отстань.

Алинка ускоряет шаг, и в автобус мы заходим через разные двери. В общаге она тоже убегает от меня вперед, а меня перехватывает коменда, чтобы рассказать про свою внучку. Слушаю ее вполуха и про себя молюсь, чтобы она побыстрее закончила. Мне нужно как можно скорее оказаться в комнате и попробовать объяснить Алинке все еще раз.

Правда, сколько я ни пытаюсь достучаться до сестры, у меня ничего не получается. Она встает в позу и ничего не хочет слышать, с каждой минутой злясь на меня все сильней, а мой рассказ о том, что говорил Стеклов сегодня, вводит ее в еще большее бешенство. Она мне не верит.

— Пойми, — практически молю ее от досады.

— Отстань! Ты несешь какой-то бред. Он, по-твоему, маньяк, что ли? Или у тебя все насильники теперь? Не повезло тебе, другие тут при чем?!

Окончательно осознав, что сестра меня не услышит, переодеваюсь и иду на кухню. Пока готовится ужин в виде тушеной картошки с мясом, доделываю курсач и пишу Семёнову, что все готово. Через пятнадцать минут высылаю ему файл и получаю на карту свои заработанные деньги.

В семь возвращаются девчонки. Мы ужинаем втроем. Алина к нам не выходит, зато выплывает из комнаты без десяти десять при полном параде. В короткой юбке и с ярко-красной помадой на губах.

— Ого, — приподнимает брови Настя.

— Ага, — вздыхаю.

Ну вот что она творит?

Дождавшись, пока Алина выйдет, срываюсь с места и, быстро натянув кроссовки с курткой, иду за ней следом.

Выбежав из общежития, машину Стеклова вижу сразу. Он еще сидит внутри, а вот Алинка стоит на улице и что-то увлеченно ему рассказывает через открытое окно.

Делаю шаг вперед из темноты, обхватив ладонями плечи. Стеклов замечает меня практически сразу. Я вижу, как его взгляд отрывается от Алинки и фокусируется на мне. Все это как в замедленной съемке.

Стеклов выходит из машины, огибает капот и замирает рядом с моей сестрой, которая продолжает что-то тараторить, улыбаясь во все тридцать два зуба.

Чувствую себя в этот момент так паршиво…

— Подумала? — спрашивает, отталкивая от себя Алину, немного преградившую ему путь, и быстрым шагом подходит ко мне вплотную.

Киваю.

— Тогда поехали, — хватает меня за руку и тащит к машине. — Ты, — тычет в Алину пальцем, — вали отсюда.