47

Перемещаю ладонь ей чуть выше груди, крепче прижимая к себе, и касаюсь губами щеки. Алиса вздрагивает, и я разворачиваю ее к себе, обхватывая ладонью шею под копной волос. Вторую руку пристраиваю на талии, вжимая ее тело в себя.

Она часто и неровно дышит. Смотрит на меня во все глаза и больше не шевелится.

— Можно так? — провожу кончиком языка по Алисиной нижней губе, поглаживая большим пальцем кожу на шее. — А лучше, конечно, так, — прижимаюсь к ее губам своими, а потом медленно проскальзываю языком ей в рот.

Ростовецкая сжимается и группируется, как самый настоящий спецназовец. Музыка долбит. Толпа орет. Кто-то постоянно шныряет мимо. Все это ее явно нервирует, как и моя близость.

Аккуратно отстраняюсь, замечая морок в ее глазах. Цель действительно оправдывает средства.

— Очень давно хотелось сделать это именно так, — шепчу ей на ухо, продолжая обнимать. — Чтобы ты не сопротивлялась, чтобы тебе тоже нравилось. Ты такая красивая, — глажу ее по волосам. — Такая охуенная, Алиса, — заглядываю в глаза и скольжу рукой из-под шеи к щеке, поглаживая горячую кожу костяшками пальцев.

Ее взгляд бегает по моему лицу, но в какой-то момент замирает и становится испуганным.

Моргаю, не сразу соображая, в чем причина.

А причина — в моем вставшем члене.

Серьезно? Оттого что мы с ней посасались, я возбудился?

Че за хрень?

— Прости, — быстро подбираю слова, слегка отстраняясь от нее бедрами. — Физиология. Ты мне нравишься, — пожимаю плечами, а она продолжает молчать.

Только смотрит.

Точно живая?

— Алис?! — заглядываю ей в глаза.

— Глеб, если это какие-то игры, то не надо, — бормочет, и я едва разбираю смысл слов.

— Игры? Я, конечно, периодами вел себя как мудак, — соглашаюсь, потому что так надо, — но я уже говорил почему.

— Почему?

— Потому что я абсолютно не знаю, как с тобой общаться. Со всеми другими девушками раньше, — подчеркиваю, — все было иначе. Ты другая. Особенная, как бы тупо и пафосно это сейчас ни звучало в моем исполнении.

Моей первой стратегией было с ней задружить. Она меня выбесила, и я психанул. Как-то так случайно обличил ей своих внутренних демонов.

Из этого вытекла вторая стратегия: подчиняй, властвуй, пугай, создавай проблемы. На этом тоже не получилось далеко уехать. Сначала она шугалась, потом в ужасе разоткровенничалась про этого чувака из своего города, давить больше было бессмысленно. Если б я ее и трахнул, то тупо, из-за ее же страха.

А хочется иначе. Хочется, чтобы пришла сама. Вся такая гордая недотрога.

Чтобы пришла, раздвинула ноги и похотливо сама оседлала мой член.

Это теперь что-то вроде сексуальной фантазии номер один.

Поэтому теперь у меня третья стратегия. Очаровать. Быть заботливым, нежным и прочая муть. Внушить ей, что она для меня особенная и неповторимая.

— Ладно, — с чем-то соглашается.

— Прости меня, что вел себя как скот, — снова глажу ее по щеке, и пальцы покалывает в местах прикосновения.

Странные ощущения.

— Можем покататься по городу, если тебе здесь не нравится, — предлагаю и снова ее засасываю.

Ростовецкая не шевелится. Стоит красивой куклой с крупными кудрями и фарфоровым лицом.

— Я… — отстраняется, начиная мотать головой, — я поеду домой, — бормочет, теряя последнюю браваду.

Это хорошо. Это просто отлично.

— Я тебя отвезу.

— Не надо, Глеб, — мотает головой. — Извини, — суетливо отталкивает меня ладонями и почти бежит на выход.

Прищуренно смотрю ей вслед, начиная раздражаться.

Ладно, тогда начинаем вторую часть этого балета. Быстро выхожу на улицу и звоню этому придурку. Ростовецкая как раз прыгает в такси, пугливо на меня озираясь.

— Сегодня. Сейчас. Адрес знаете.

Сам сажусь в тачку и еду к общаге, выжимая из машины все.

Паркуюсь так, чтобы просматривалось крыльцо, но так, чтобы меня оттуда видно не было, и жду.

Барабаню пальцами по рулю, наблюдая за тем, как трое придурков наконец-то оказываются на этом чертовом крыльце.

Снова жду.

Такси притормаживает у корпуса под фонарем. Алиска выбирается из тачки, и водила сразу срывается с места, оставляя за собой поднявшуюся с асфальта пыль.

Ростовецкая смотрит ему вслед и, покачав головой, топает к ступенькам.

Чуваки тут же оживают. Моя охрана предупреждена не реагировать.

Эти утырки ей ничего не сделают, просто шуганут, ну, может, чуть полапают.

Минуты две смотрю на все это со стороны, отбивая по рулю незамысловатую мелодию, а потом резко трогаюсь с места. Машина проносится по дороге и со свистом останавливается у ступенек.

Выпрыгиваю на улицу и на азарте со всей дури припечатываю первого, кто из них попадается мне под руку. Завязывается драка. Почти настоящая.

Выглядеть она должна именно так. Понятия не имею, проходит минута или больше, прежде чем появляется моя охрана и всех разгоняет. Судя по ухмылке Никитоса, эти козлы специально оттягивали момент, чтоб мне прилетело.

— Ты в порядке? — всхлипывает Алиса.

Поворачиваю голову: она зажалась в угол, сидя на заднице в разорванных на коленях колготках и с растрепанной прической.

— Бывало и хуже. Ты как? — поднимаюсь с земли, чувствуя во рту вкус крови.

Вот суки! Хотя достоверность теперь стопроцентная.