50

— Алиса!

— Егор, — взмахиваю рукой, — привет.

Мы почти синхронно останавливаемся у ступенек учебного корпуса, обмениваясь дружелюбными улыбками.

Утро понедельника в самом разгаре. Я уже успела сбегать в профком, выпить кофе, встретиться с преподавательницей по предмету которой пишу свою курсовую, и даже намотать один круг легким бегом по стадиону возле общежития.

После событий, произошедших на выходных, энергия во мне так и просится наружу. Я не могу сидеть на месте. Не могу оставаться одна. Мне нужно двигаться, общаться, заниматься какими-то делами. В общем-то, по полной нагружать свою нервную и физическую систему, чтобы не сойти с ума.

Я снова пытаюсь выжить. Снова пытаюсь отогнать мысли о том, что могло бы со мной случиться, не появись там Стеклов.

Кстати, о нем: он, как и обещал, привез мне баллончик. Вчера днем. Заехал буквально на десять минут. Улыбнулся, протянул пакет и пожелал хорошего дня.

Не пытался поболтать, навязаться или смутить меня.

Сложилось впечатление, будто он не хотел меня лишний раз тревожить…

Он ведет себя так, словно ему и правда есть до меня дело. Так, словно все его слова о симпатии — правда. Я из последних сил твержу себе — он врет. Твержу, но сама верю в это уже с натяжкой. Ну не будет человек просто так, ради смеха вести себя вот так. Не будет…

Или… или я ошибаюсь?

Черт! Кажется, я абсолютно запуталась!

— Алис! Я говорю, как у тебя дела? — спрашивает Егор, и я понимаю, что уже минуту стою, как вкопанная, и молча на него пялюсь.

— Ой, прости. Задумалась. Все хорошо.

— Ты так быстро исчезла из этого клуба. Таня, конечно, выбрала самое отстойное место.

— Да, мне тоже не очень там понравилось, и я уехала. Голова еще разболелась…

— Одна?

— Что? — приподнимаюсь на носочки.

— Уехала одна?

— Конечно, — зачем-то вру. — На такси.

Хотя, по факту, я и правда одна уехала. Стеклов появился позже…

— Слушай, может, сходим кофе попьем после пар?

— Давай, — соглашаюсь, чтобы не оставаться одной.

Идти в общагу сразу после учебы мне не хочется. Работы сегодня нет. А в комнате меня поджидает Алинка, закатившая вчера истерику из-за сломанного каблука на туфлях. Она рассчитывала их выгулять, но все пошло явно не по ее плану.

Девчонкам, да и сестре, про инцидент у общаги я не рассказала. Не хотелось видеть в их глазах жалость. А может, мне просто не хотелось рассказывать им про Стеклова, который меня из этой передряги вытащил.

И вот тогда точно бы возникли вопросы, отвечать на которые я совсем-совсем не хочу.

— Договорились. После четвертой пары жду тебя в холле у банкомата.

— Договорились, — улыбаюсь, а воздух вокруг сотрясается от громких басов.

Оборачиваюсь почти одновременно с Егором и вижу заезжающие на парковку друг за другом машины Глеба и Германа. У них орет один и тот же ремикс, с точностью до секунды попадая в слова.

— Клоуны, — Егор кривит губы, и я невольно ему поддакиваю.

Сама же при этом с каким-то странным трепетом в груди наблюдаю, как Стеклов глушит двигатель и вылезает из автомобиля. Они о чем-то быстро переговариваются с Германом. Смеются и направляются в сторону главного входа. К тем самым ступенькам, рядом с которыми стоим мы с Егором.

— Привет! — Стеклов закидывает руку мне на плечо, лишая меня дара речи. — Мне нужна твоя помощь, — улыбается, а я замечаю на себе взгляд Германа.

Абсолютно равнодушный такой взгляд.

— Убери руку, — отстраняюсь от Глеба, — пожалуйста.

Стеклов поднимает ладони, но очень быстро кладет одну из них мне на талию.

— У тебя сейчас где пара? — спрашивает, подталкивая вверх по лестнице. — Я тебя провожу и введу в курс дела.

— Какого дела? — хмурюсь, шагая по ступеням, почти не глядя под ноги.

— Ты после пар занята сегодня? Я посмотрел уже, у тебя их четыре.

— Нет. Но…

— Класс. Можешь мне помочь?

— В чем?

Глеб говорит быстро, не дает времени ни на то, чтобы подумать, ни на то, чтобы в принципе переварить его слова.

— Все абсолютно невинно, если ты об этом, — открывает передо мной дверь. — Короче, мне сегодня нужно отскочить в одно место после пяти. Можешь присмотреть за моей младшей сестрой, часа два, край — три. У них опять какие-то проблемы с няней, и ее до завтрашнего утра спихнули мне.

— С Машей? — почему-то сразу вспоминаю имя именинницы, на празднике которой я работала феей.

— Ага, с Машкой, — Глеб кивает и пропускает меня вперед у лестницы на второй этаж. — Я заплачу. Не переживай по этому поводу.

Хмурюсь, быстро обдумывая, стоит ли соглашаться. С одной стороны, зачем мне все это? С другой, Стеклов мне помог, и я таким образом могу отплатить ему добром за добро…

— Не нужно денег, — мотаю головой.

— Тогда с меня новые туфли, — прищуривается и щелкает пальцами.

— Не надо, Глеб, я же…

— Договорились. Тогда после пар встречаемся на парковке.

— Ага, — киваю.

Стеклов касается губами моей щеки и, махнув рукой, уходит в глубь коридора.

Растерянно оглядываюсь, и понимая, что то, как он поцеловал меня, видел не один десяток глаз, крепко зажмуриваюсь.

Теперь точно пойдут слухи…

Весь день, ровно до часа икс, я сижу как на иголках. Волнуюсь. Сама не знаю почему, но меня чуть ли не трясет от этого волнения.

Я настолько ухожу в себя, что чуть не получаю четверку!

Это точно ненормально. На обеде пересекаюсь с Алинкой, и она сразу начинает расспрашивать про Глеба. Утренняя сплетня быстро разлетелась по универу.

— Ты же убеждала меня, что он тебе безразличен. А теперь он целует тебя! При всех! — взмахивает рукой, задевая локтем чашку со своим чаем, и та опрокидывается прямо на стол.

— Алина! — вскакиваю со стула, чтобы не намокнуть.

— Блин!

— Аккуратней, — закатываю глаза и понимаю, что есть перехотелось.

Возвращаю грязную посуду и решаю вернуться в аудиторию.

— Ты куда? Ты мне не ответила! — Алина семенит за мной следом.

— Ты ни о чем меня не спрашивала, только обвиняла.

— Ты с ним встречаешься?

— У нас сугубо деловые отношения.

— Какие? — хмыкает. — Он платит тебе за секс? — невпопад смеется, медленно осознавая, что ляпнула самую настоящую дичь.