Глава 13

Макар не вернулся и на следующий день. Отписался ночью, что он у отца в клинике, пусть Эва не волнуется и ложится спать. Она легла, но засыпать без Макара было непривычно, Эва сама не ожидала, как быстро она стала настолько зависимой. Еле уснула, зато утром проспала чуть ли не до двенадцати дня.

Делать было абсолютно нечего, учеба закончилась, как раз начались каникулы, заказов было мало. Макар косился на ее подработки, пока не вмешивался, но ясно давал понять, что не поддерживает ее стремление зарабатывать таким образом. Развиваться, заниматься в свое удовольствие и совершенствоваться  — да, поддерживал, а бегать с фотокамерой полдня, щелкая молодоженов, считал пустой тратой времени.

Денег Эве выделялось более чем достаточно, да Макар вообще ее не ограничивал, просто отдал свою карточку, но она не могла себя заставить тратить оттуда больше, чем ей позволяла совесть. И втихую продолжала понемногу подрабатывать. Но сегодня все валилось с рук, ничего не делалось, а от Макара по-прежнему не было никаких вестей. И к вечеру Эва сдалась, набрала его сама.

«Сейчас абонент находится вне зоны действия сети…» Эва опустила трубку. Телефон Макара разряжен, но не может же он сидеть безвылазно в клинике, тем более, если старший Демидов в реанимации. Промучилась еще час, а потом вызвала такси и поехала к дому Демидовых. Ей просто узнать, что с Макаром все хорошо, и она сразу поедет обратно.

Особняк Демидовых Эва видела только на фотографиях, но там он не казался таким огромным. Ее пять раз проверили пока впустили в дом. Не дом, дворец. Эва вообще хотела просто спросить охранника о Макаре и уехать, но тот доложился кому-то по связи, и Эве сказали  — приказали!  — следовать дальше.

Она только успевала озираться вокруг, чувствуя себя не то что букашкой, соринкой на фоне такой финансовой мощи. Навстречу вышла умопомрачительной красоты молодая стройная женщина, на первый взгляд она вполне могла сойти за Эвину ровесницу.

 — Извини, что заставила тебя тащиться сюда,  — начала она без предисловий,  — но охота была посмотреть, вся их тусовка о тебе гудит, а просто так Макар тебя не привезет. Я Вероника, привет.

 — Здравствуйте,  — Эва не ожидала такого напора и смутилась,  — почему же не привезет, то есть привез бы, конечно, если бы захотел меня познакомить с вами… Я Эва. Эвангелина, — спохватилась и снова смутилась. Она совершенно не знала как себя вести с мачехой Макара.

 — Захочет, жди,  — фыркнула та,  — было б с кем знакомить. С отцом может быть, а я так, пустое место. Да ты проходи, кофе или чай?

 — Я поеду, мне Макара найти надо, — мотнула было головой Эва, но Вероника вцепилась ей в руку.

 — Что его искать, на квартире он на старой, где Рома с семьей до меня жил, там пол их тусовки, они же одноклассники, он ключи взял, говорит, свои найти не могу. Побудь со мной хоть немножко, Эвангелина, мне так тоскливо, хоть волком вой. Я с Ромой посидеть хотела, так Каролинка дома, ей тоже самой страшно.

И она поволокла Эву в дом.

 — Думаешь, я не знаю, что они обо мне говорят?  —  усмехнулась Вероника, отпивая из чашки. Они сидели в гостиной, в которой вполне можно было устроить зал ожидания железнодорожного вокзала.  — «Голожопая» и «позаборная»  это самое мягкое, что я слышала. А мы уже больше десяти лет вместе, скоро с его первой женой сравняемся.

Эва прекрасно знала, она достаточно наслушалась, не от Макара, конечно, а еще живя в доме Бессоновых. Но и хорошего от Макара она тоже не слышала о мачехе, он если и говорил, то говорил об отце.

 —  Я не собираю сплетни, Вероника, а что касается Макара, он ни разу не позволил себе ничего в ваш адрес, — попыталась Эва оправдаться.

 — Макар хороший мальчик, только правильный очень, — грустно сказала Вероника, и Эва хлопнула глазами. Не так она представляла себе роковую женщину, разрушившую первый брак Романа Демидова. А та тем временем продолжала:  — Они такие, Демидовы, сами себе устанавливают правила и твердо им следуют, а если случается их нарушить, только держись,  — она устало махнула рукой,  — сами себя съедят. И тебя вместе с собой.

 — Почему вы так думаете?  —  тихо спросила Эва.

 — Я не думаю, Эвангелинка, я знаю. Рома в меня влюбился, ты не представляешь, что это было, у него совсем мозги отшибло. Меня обвиняют во всех бедах, но я тогда была совсем девчонкой, молоденькой, вот как ты. Только-только в модельное агентство пришла, а тут мне цветы охапками, бриллианты, рестораны, ну как тут устоять? А главное, обожание, Рома это умеет. Конечно, я сдалась, но я не уводила его из семьи, это было его решение.

Эва сидела как оглушеная. Вероника могла быть трижды стервой, но она любила своего мужа, это было видно невооруженным глазом. У нее дрожал голос и блестели глаза, когда она о нем говорила, а имя Демидова она произносила с придыханием. И еще Эве подумалось, что наверняка она сама точно так же говорит о Макаре.

 — Макар считает меня виновницей всех бед, но разве я наливала Марии Демидовой виски, разве я ее спаивала? — тем временем продолжала Вероника. — Если сейчас… Если Ромы не станет, это мне тоже нужно спиться? У меня есть дочь, я нужна ей, даже если бы Рома бросил меня, я бы все равно жила ради дочери. Но меня сделали крайней, и знаешь что самое обидное? Что Рома тоже подсознательно так считает. Он винит себя в смерти Маши, но и меня тоже, и для него та семья до сих пор на первом месте. Я знаю, что он любит Каролинку, но сын для него это все, он на него молиться готов. Я думаю, — она понизила голос, — что он терзал себя и уничтожал, вот и довел до инфаркта.

Эве было так стыдно, что у нее даже уши горели. Она ведь тоже считала Веронику виновной в смерти матери Макара, а теперь видела перед собой растерянную и подавленную горем женщину, все преступление которой состояло лишь в том, что ее полюбил Роман Демидов.

 — Я для чего это все говорю тебе, Эвангелинка, — тихо продолжила Вероника, — чтобы ты не обольщалась. Ты для них для всех такая же голодранка, и никогда ты не станеш им ровней. Да и надо ли тебе это? А вот себя ты потеряешь, своих друзей, подруг, немногие смогут пережить твой взлет, и невозможно нормально общаться, когда вы обитаете в разных вселенных.

Эва слушала, опустив голову. Все, что говорила Вероника, было абсолютной правдой, даже возразить было нечего. Но отказаться от Макара? Как?

 — Он сказал, что если я выдержу его год, мы поженимся, — вырвалось у Эвы.

 — Если сказал, значит поженитесь,  — эхом отозвалась Вероника,  — ты только для себя определись. Макар слово держать умеет, он пообещал мне помощь в бизнесе отца, я же там совсем дуб-дерево. И я уверена, что поможет. Но главное сейчас, чтобы Рома выкарабкался.

Их беседу прервала девочка, прибежавшая показать маме нарисованный рисунок. Вероника познакомила их с Эвой, девочка присела рядом, мама с дочкой обнялись. Макар говорил, что Каролина донельзя избалована, а Эва видела перед собой обычного напуганного ребенка, жмущегося к маме.

 — Мне пора, — встала Эва, — спасибо вам. Скажете адрес квартиры?

 — Думаю, что ты вполне можешь говорить мне «ты», — сообщила ей Вероника, пока Эва забивала в приложении адрес.

***

Эва стояла перед одним из самых дорогих жилых комплексов города, задрав голову, и отсчитывала этажи. Нет, она не собиралась лезть на шестнадцатый этаж по стене, она просто собиралась с духом. «Седьмой, восьмой, девятый…»

Комплекс был уже не новым  — ну да, если мама Макара умерла восемь лет назад, а Вероника сказала, что Демидовы жили здесь до развода, то конечно не новым, — зато строился он в парковой зоне и место занимал одно из самых красивых и живописных. Комплекс стоял на возвышении, и какой вид открывался с верхних этажей  — река, центральная часть города, набережная, — можно было себе только представить.

Эва не сразу сориентировалась, пока нашла нужную «башню». Консьерж пропустил ее, стоило только назвать номер квартиры, значит, Макар там? В противном случае ей бы сказали, что дома никого нет. Эва поднялась на шестнадцатый этаж, нажала на кнопку звонка и отшатнулась, увидев открывшую ей дверь Алену.

 — Эва?  — уставилась на нее удивленная сестрица.  — А ты что здесь делаешь?

Эва молча стояла, не зная, что ответить. Потому что она в самом деле не понимала, что здесь делает, только относилось это совсем не к жилому комплексу и не к квартире Демидовых.

 — Макар здесь?  — только и смогла она выдавить, как тут из глубины квартиры донеслось:

 — Аленка, кто там?

У той был такой вид, будто она хочет вытолкать сестру, закрыть дверь и сказать, что Эва ошиблась квартирой. Но Макар уже шел по коридору, и Эва старательно заморгала, пытаясь прогнать обжигающие слезы. Не хватало еще расплакаться, она ведь не для этого сюда ехала.

 — Эва?  — Макар растерянно остановился, глядя на нее через плечи сестрицы. — Что-то случилось?

 — Ты не брал трубку, извини, раз с тобой все в порядке, я пойду,  — мертвым голосом сказала Эва и оглянулась, пытаясь сориентироваться, куда идти. Как она ни хлопала глазами, жгучая пелена застилала обзор, она едва сдержалась, чтобы не сорваться на бег.

 — Телефон! Твою ж… У меня телефон разрядился, Эвочка! Алена, отойди,  — он довольно безцеремонно подвинул по-прежнему перекрывавшую выход Алену и схватил Эву в охапку,  — прости, прости меня!

Она глотала горячие слезы, вцепившись в шею Макара, и старалась не всхлипывать, а он зажал подбородком ее макушку и говорил негромко и пристыженно:

 — Я ведь сказал, чтобы ты не волновалась. Ну прости, замотался, то в клинике был, то у Вероники. А ты как меня нашла?

 — Мне Вероника адрес дала. Я так испугалась,  — она сказала одними губами ему на ухо, потому что Алена по-прежнему маячила рядом будто цербер.

 — Да что со мной может случиться? — Макар заглянул ей в лицо и улыбнулся. — Ребята со мной все время были, вот мы и приехали сюда, на родительскую квартиру.

 — Просто Эва не знакома с Романом Евгеньевичем,  — начала Алена, как тут из-за ее спины выглянул Руслан.

— Вы чего здесь столпились? Алена, тебе не кажется, что ты здесь лишняя?  — его тон был недовольным, и судя по отдалившимся шагам, Рус все-таки увел свою жену.

— Ты помирился с Русланом?

— Он приехал в клинику, как только узнал об отце, — кивнул Макар, Эва аккуратно высвободилась и сделала шаг назад.

 — Я тогда поеду, Мак, не буду вам мешать.

Но тот снова обнял ее и прижал к груди, придавливая подбородком макушку.

 — Куда ты поедешь? Вместе поедем, я дико хочу спать, отец пришел в сознание, но к нему не пускают, главврач клиники его друг, он сказал, что только завтра, если не послезавтра переведет его из реанимации. И только тогда разрешит его навестить. Мы сейчас поедим и поедем. Эвочка…  — он зарылся ей в волосы, и Эва обняла его в ответ. Он и правда казался очень уставшим.

 — Что вы там застряли на пороге?  — снова донеслось из коридора, и Макар втащил Эву внутрь.

В просторной светлой гостиной на столе была расставлена еда, Эва узнала на пакетах логотип ресторана, в котором обычно собиралась компания Макара. Кроме Руслана и Алены здесь были Андрей и Тим. Судя по всему, компания заседала давненько, на диване лежали несколько толстых альбомов для фотографий.

 — А мы тут молодость вспоминаем,  — сообщил ей после приветствия Тим,  — видела бы ты, как мы тут зажигали, когда у Макара родаки сваливали.

 — Не надо ей такое видеть,  — проворчал Макар, не выпуская из рук Эву и склонился к ней.  — Будешь ужинать?

 — Не хочу. Можно я посмотрю фотографии?

 — Конечно.

Эва уселась на диван и с интересом раскрыла альбом. Красивый молодой мужчина это, наверное, отец Макара, а его мать  — Эва внутренне ахнула,  — была и вовсе ослепительной красавицей. Не в обиду Веронике, но в этой женщине явно чувствовалась порода, так вот в кого пошел Мак! Его родители, молодые, улыбающиеся, смотрели друг на друга с такой любовью, что ее вдруг охватило непонятное, щемящее чувство безысходности.

Почему так случилось? В чем причина, что влюбленный мужчина вдруг охладевает к своей любимой женщине и находит ей замену? Она вглядывалась в лица на фото и не могла найти ответ на этот вопрос. И если раньше Эва была однозначно на стороне матери Макара, то теперь, познакомившись со второй семьей Демидова-старшего, она совсем потерялась.

— Я не видел эти фото со времен развода родителей,  — затылок обдало дыханием, и со спины к ней прижался Макар, обнимая и обхватывая ее руки, держащие альбом,  — не думал, что смогу спокойно на них смотреть. Я и в квартире этой не был сто лет, только уборку оплачивал.

 — Твоя мама настоящая красавица,  — сказала Эва, язык не повернулся добавить «была».

 — Да, Мария Дементьевна нам в детстве казалась кинозвездой, — откуда-то взялась Алена и вздохнула с неподдельной грустью. — Для Макара ее уход стал настоящей трагедией. Если бы ты только знала…

 — Я знаю,  — перебила ее Эва и уже тише добавила:  — У меня тоже мама умерла.

 — А, ну да,  — неуверенно проговорила Алена и поспешно отошла. Макар сжал ладони Эвы и поцеловал в висок, а она откинулась на его плечо и поцеловала небритую щеку.

 — Поехали домой, Эвочка,  — заглянул ей в лицо Мак, и она поспешно кивнула.

 — Знаешь, я понял, что все это время был несправедлив к Веронике,  — Макар рулил сам, хоть Эва и уговаривала его взять такси.  — Я узнал, что отец составил завещание, где основным наследником указал меня. Каролинке он оставил примерно десятую часть, а Веронике только дом и ежемесячное содержание.

 — Откуда ты знаешь?

 — Вероника сказала, она даже показала мне дубликат, представляешь? Она знает! И считает это справедливым.

 — Она считает справедливым, что твой отец обделяет жену и ребенка?  — удивилась Эва.

 — Она говорит, что без меня бизнес отца развалится, и она все равно все потеряет, так что все справедливо. Но я вот считаю, что так нельзя,  — Мак помолчал немного, а затем продолжил:  — Я ошибался, Эва, мне стыдно теперь перед ней и отцом, я не имел права их осуждать. Вероника это его выбор, мне следовало с ним как минимум считаться.

 — Она любит твоего отца, Макар, это видно.

 — Да, любит. И Каролинка такая же его дочь, как я сын… В общем, мне придется помочь отцу с бизнесом, Эва, ты должна понять меня и не обижаться.

 — Конечно, Мак, а… на что мне обижаться?

 — Боюсь, ты совсем перестанешь меня видеть. Я не хочу бросать свой бизнес, если честно, я плохо представляю, как буду это совмещать.

Дома его хватило только на душ, секс и на то, чтобы подгрести под себя Эву, именно в таком порядке. А ей вообще не спалось, перед глазами так и стояли подсмотренные кадры из чужой жизни, закончившейся настоящей трагедией. И чем дальше, тем больше Эва понимала, что ей ни капли не хочется знакомиться с Романом Демидовым.

Макару не пришлось ничего совмещать. Вернувшись на следующий день от отца мрачнее грозовой тучи, он закрылся в комнате, Эва даже не пыталась туда лезть. Было слышно как Макар с кем-то говорит по телефону, ему перезванивают, он снова с кем-то говорит. А когда он вышел, объявил Эве, что у отца помимо инфаркта диагностировали микроинсульт, и доктора в один голос запретили ему на ближайший год и думать о работе. Теперь речь идет не о помощи в бизнесе, а о том, чтобы заменить отца на его месте. Полностью.

Уже в понедельник Макар Демидов был введен в состав учредителей и назначен на должность генерального директора компании, а Эва еще более остро осознала, что перемены в ее жизнь несутся с астрономической скоростью, и надежды на то, что они не сметут и ее, почти не осталось.