15

Не знаю — правильно поступила или нет, но маме я так и не сказала, куда привёз меня Мурат. Не хотела, чтобы она, отбросив все дела, примчалась сюда и устроила драматическую сцену. Мне нужно было остаться с Шахиным, чтобы вспомнить события последних месяцев — так рекомендовал психолог, говоря, что я не должна прятаться от воспоминаний, а наоборот — цепляться за каждую возможность вспомнить хоть какой-нибудь отрывок.

— Я принёс чай, — Мурат вручил мне в руки большую чашку с зеленым чаем и сел рядом на скамью.

Я облокотилась спиной о его грудь и, запрокинув голову, стала смотреть на звёзды.

— Смотри, это Млечный Путь, — указал на белесую полосу.

— Очень красиво.

Еще какое-то время мы посидели на улице, смотря на звёзды на небе, но потом пошли в дом. Оказавшись на втором этаже, я первой вошла в спальню, оставляя дверь открытой.

— Ты идёшь? — обернулась через плечо, смотря на сомневающегося Шахина. Не выдержав, я потянула его за руку: — ну, идём.

Видимо, я совсем не смотрела под ноги или что еще, потому что оступилась и если бы не сильные руки Мураты, то распласталась бы звёздочкой прямо на полу.

Он подхватил меня за талию, скрестив руки на пояснице. Держал крепко, но не давил. Я улыбнулась и только успела поднять взгляд, как тут же пропала, утонув в омуте чёрных глаз. Во рту вдруг пересохло, и я провела кончиком языка по нижней губе. Мурат проследил за моими движениями, а затем вдруг рванул на себя. Одной ладонью зарылся на моём затылке, пропустил между пальцев волосы и слегка сжал их. Его пылкий поцелуй вскружил голову с первых секунд. Отзываясь на страсть, я обвила плечи двумя руками и по-хозяйски прошлась ногтями по шее, слегка оцарапав.

Мурат продолжил меня целовать, а руками расстёгивал молнию на сарафане. Я немного отстранилась, чтобы ему было удобнее ухватиться за язычок. Одним движением мужчина расстегнул молнию и избавил меня от одежды. Его тёплые ладони коснулись обнажённой спины, погладили её изгибы и переместились на бёдра.

В его объятиях я разгорячилась, раскачиваясь на волнах острого желания. Внизу живота возрастало напряжение, а потому мои ласки становились всё требовательнее и откровеннее. Скользнула пальцами по упругим мышцам мужской груди, потрогала бицепсы и нырнув под футболку, дотронулась до рельефных кубиков на животе. Руки нащупали бляшку на ремне, расстегнули её и потянулись к пуговице на джинсах.

— Моя любимая девочка, — шептал его хриплый голос, а губы блуждали по ключице и спускались ниже, к груди.

Я расслабилась, полностью полагаясь на Мурата. Движения его рук сводили меня с ума, а страстные поцелуи подбрасывали точно к небесам, заставляя порхать над настоящей бездной.

— Люблю, — выдохнул он перед тем, как я взорвалась в ярком фейерверке из чувств.

Обессиленная, я прижалась к Мурату спиной, устроив голову на его бицепсе. Заснула, так и не успев принять душ — всему виной насыщенный день и этот крышесносный секс, забравший остаток сил. А утром, когда проснулась, потопала в ванную комнату. Вернувшись в спальню, отыскала в шкафу свою одежду и надела летние шорты из хлопка, и такую же майку на широких бретельках. Подсушила волосы полотенцем и оставила их чуть влажными лежать на спине.

Спустилась в гостиную на первый этаж, надеясь найти там Мурата, но вместо него встретила помощницу по дому тётю Люсе. Увидев меня, милая женщина широко улыбнулась и пожелала доброго утра.

— Катерина, вам завтрак накрыть в столовой или в беседке на улице? — поинтересовалась тетя Люся.

— А Мурат где обычно ест?

— Он редко завтракает дома, но по утрам пьёт кофе в беседке.

— Значит, он сейчас в беседке?

— Да.

— Тогда принесете мне туда чай, если не трудно, а позавтракаю я чуть позже.

Тётя Люся согласно кивнула головой и скрылась в коридоре. Я потопала на улицу. Без особого труда отыскала беседку, спрятанную в тени деревьев и не спеша двинулась туда. Мужские голоса привлекли внимание. Мурат сидел ко мне спиной, рассматривая какие-то документы и попутно общаясь с седовласым мужчиной за шестьдесят. Будто почувствовав моё присутствие, Шахин обернулся, но вместо улыбки наградил гневным взглядом. Решив, что просто поздороваюсь и уйду, я двинулась вперёд.

— Доброе утро, — я поприветствовала мужчин, на что знакомый Мурата растянул улыбку до ушей и даже поднялся с кресла, чтобы пожать мне руку.

— Павел Петрович. Можно просто Паша, а вы — та самая Катенька, которая похитила сердце нашего Мурата?

— Да, меня зовут Катя, — коротко ответила и выдернула руку из цепких пальцев мужчины.

Паша двусмысленно повел бровью, переводя взгляд с Мурата на меня, а Мурат, ничего не сказав, схватил меня за запястье и повёл прочь из беседки. Завёл за угол и угрожающе навис сверху.

— Я что-то сделала не так?

— Кать, — вздохнув, Мурат разжал тиски пальцев на моём запястье, и я тут же принялась потирать покрасневшую кожу. — Тебе не стоило приходить в беседку.

— Почему?

— Когда я работаю, — Мурат подозрительно взглянул на беседку, а затем склонившись, прошептал над ухом: — тебе лучше держаться подальше.

— Я помешала? Извини, правда не хотела, — пожала плечами, а он прижался лбом к моему лбу, опаляя лицо тёплым дыханием.

— Ты многое не помнишь, Кать, и я не могу сразу обо всём рассказать, но тот мужик…

— Павел Петрович? — уточнила я.

— Да, именно он. Постарайся не попадаться ему на глаза.

— Почему?

— Кать, я потом всё объясню. Просто делай так, как прошу.

* * *

Шахин

Она сидела ко мне спиной, сунув ноги в бассейн и болтая ими в воде. Залюбовался. Беременность Кате явно пошла на пользу, ведь любимая девочка стала еще красивее, еще желаннее. Залип на её силуэте, аж дух захватило, когда подошел чуть ближе и увидел в профиль, как Катя гладит ладошкой свой маленький живот и что-то шепчет, улыбаясь.

Долго оставаться в тени не захотел, да и не смог бы. Не спеша подошёл, шоркнул обувью, чтобы Катюша услышала и не испугалась моему внезапному появлению.

— Котёнок, идём завтракать, — она обернулась на мой голос и задрала голову вверх.

Голубые глазища скользнули по мне нечитаемым взглядом, а губы искривились в фальшивой улыбке, отчего моё сердце пропустило удар. Ну что не так?

— А я никому не помешаю?

— Глупости. Кому ты должна помешать?

— Не знаю, — пожала плечами. — Ты скажи.

— Кать…

Я вздохнул. Посмотрел на плитку, на которой сидела Катя и, недолго думая, устроился рядом.

— А ты чего на холодном сидишь? — включил строгость, но Катя невинно захлопала ресницами и сказала, что взяла небольшую подстилку. — Извини, я был резким в беседке. Просто не хотел, чтобы ты видела Петровича.

— Мог меня предупредить, и я бы носа из спальни не высунула без твоего разрешения, — уколола словами, отчего я ощутил горький осадок.

Обнял Катю за плечи, губами покрыл макушку, а ноздрями втянул аромат шампуня. Пахла она очень вкусно, какими-то фруктами и ягодами.

— Простишь, Кать?

— Мурат, — она откинулась на моё плечо и ненадолго прикрыла глаза. — Прощу, конечно же. Я кое-что вспомнила, кстати.

— Да? И что? Очень интересно.

— Ты, правда, лазил по тому абрикосу, который растёт во дворе моих родителей?

— Правда.

— Дурачок, — тихо хихикнула. — А еще я вспомнила магазин нижнего белья… Как ты подкрался, когда я примеряла лифчик.

Я посмотрел на Катю и сам усмехнулся, увидев, как багровеют девичьи щеки. Ну да. Тогда мне сносило крышу и вёл я себя не совсем по возрасту, точнее, абсолютно не по возрасту. Бегал за Авдеевой как цепной пёс, а она брыкалась, прикрываясь мужем и дурацким выражением «одноразовый секс».

— Хочешь, можем повторить? — шепнул на ухо и тут же прикусил губами мочку.

— Я беременная, Мурат, — вздохнула.

— И что?

— На такие фокусы я больше не поведусь.

— А на что ты поведешься? — Катя отстранилась от меня, чтобы заглянуть в глаза и изогнуть тёмную бровь в дугу, удивляясь. — Точнее, чего тебе хочется, котёнок? Может, в парке погуляем или выберемся на природу на шашлык, или шоппинг устроим…

— Пусть будет парк.

— Хорошо. Вечером поедем. А сейчас идём завтракать.

Катя согласно кивнула головой, и я поднялся на ноги, а затем помог встать любимой девочке.

* * *

Вечером мы поехали гулять в городской парк. Уговорил Катю покататься на аттракционах, а затем купил ей огромную сладкую вату, которой девочка пыталась накормить и меня.

— Ну, Мурат… — Катя сунула мне в рот кусок сладкой ваты и попыталась запихнуть еще один, но я качнул головой.

— Кать, всё.

— Посмотри сколько осталось. Я же не съем, — обиженно надула губки. — Давай, помогай.

Я сдался в добровольный плен, хотя сладкое не очень-то и любил, но ради задорного смеха и широкой улыбки моей красавицы, готов был съесть хоть тонну сладкой ваты.

— Дай руку, — попросила Катя, и я с замиранием сердца стал наблюдать, как девушка кладёт мою ладонь на свой живот. — Сынок шевелится. Ты чувствуешь?

Первые секунды я ничего не ощущал, но потом… В ладонь точно прилетел толчок. Несильный, но я почувствовал, а потому растянул лыбу до ушей.

— Сын. Пусть будет Назар.

— Ты уже и имя ему придумал?

— Да, если ты не против.

— Мне нравится. Пусть будет Назар.

Я посмотрел на циферблат наручных часов и, вспомнив об одном важном звонке, извинился перед Катей и отошел в сторону.

— Полковник Калинин слушает, — отозвался мужской голос на том конце провода.

— Это Шахин беспокоит. Я готов с вами встретиться.

— Хорошо. О дате и месте встречи я сообщу заранее, — ответил холодным тоном, а затем усмехнулся: — ты выбрал правильное решение, Шахин.

— Вы не оставили мне выбора.

Нажал на красную трубку и, стиснув от злости челюсти, сунул мобильник в карман. Бросил взгляд на скамью. Моя любимая Катя Авдеева. Что не сделаешь ради тебя и сына?

Вернулся к Катюше. Обнял за плечи и притянул к себе.

— Соскучилась?

— Соскучилась, — ответила игривым тоном и поцеловала в щеку, но я вовремя перехватил инициативу и впился в сладкие губы глубоким поцелуем.

— Ну что застеснялась? — усмехнулся, гладя ладонью спину, пока Катя смущенно прятала взгляд, уткнувшись лицом в мою грудь.

— На нас люди смотрят, — пробубнила.

А затем у Кати зазвонил мобильник. Отпрянув, она потянулась к своей сумке. Достав мобильник, немало удивилась и показала мне имя входящего абонента.

Башаров.

— Отвечать?

— Я отвечу.

— Мурат, не нужно, — головой качнула.

— Да всё нормально будет. В прошлый раз мы с твоим бывшим очень хорошо пообщались. Душевно! Он всё понял, — подмигнул и всё-таки взял у Кати телефон.

— Что, дорогая женушка, передумала со мной разводиться, раз не пришла на судебное заседание? — откровенно насмехался тот упырь, а Катя даже побледнела, увидев, как я хмурюсь.

— И тебе привет, дорогой муженёк. Когда суд был?

— Катю дай! — потребовал он уже нормальным голосом.

— В ухо могу только дать. Когда суд был?

— Вчера. Но так как истец не явился, суд перенесли на другое число. Слышь, Шахин, это же ты, да?

— Я и?

— А как тебе с моей женой? Ну, нормально всё?

Я напрягся. Молча поднялся со скамьи и двинулся вдоль аллеи.

— Что ты хочешь? — спросил, сжимая от злости пальцы на правой руке.

— Она же никакая. Ну, ты должен понимать, о чём я говорю. Не знаю, чего ты так в неё вцепился. Катька — баба не страшная, но есть помоложе, покрасивее, в постели огонь. Или ты прёшься по сухофруктам и брёвнам?

Ярость накатила на меня мощной волной. Я так и представил, как разбиваю в кровь фейс этому мудаку, но здравый смысл взял вверх. Он же специально меня выводит, только зачем?

— Ты чё блин бессмертный, Башаров? Или в прошлый раз я был недостаточно убедительным?

— Да нет. Убедительным. Просто стало интересно, чем же тебя так зацепила моя Катька, раз ради того, чтобы вы не были вместе, твои друзья организовали мне больничку, заставили бросить любимую женщину и вернуться к жене.

* * *

Мурат вернулся злым. Подозрительно молчал, отводил в сторону взгляд, а затем сказал, что нам пора ехать домой.

— Что случилось? Тебе что-то наговорил мой бывший муж? — спросила я, когда мы возвращались на машине домой.

— Всё нормально, котёнок, — руку положил на моё колено.

— А если серьёзно?

— Адвоката тебе надо поменять, если серьезно. Вчера было судебное заседание.

— Блин, — стукнула ладонью по лбу. — А у меня даже вылетело из головы спросить, чем же закончился мой брак с Русланом.

— Вы подали на развод. Ну… еще имущество делите, как я понял. Кать, я всё решу, только не волнуйся лишний раз. Ты и так всю беременность на нервах.

— Спасибо, — тепло улыбнулась, любуясь гордым профилем Мурата.

Вернулись домой, поужинали и разошлись по разным комнатам. Мурат закрылся в своём кабинете, а я уединилась в спальне за ноутбуком. Смотрела интерьер для детской комнаты, еще заглянула в парочку интернет-магазинов, чтобы прицениться.

Отложила в сторону ноутбук, накинула халат и вышла из спальни, решив пожелать Мурату спокойной ночи. Еще днём тетя Люся показала мне весь дом, поэтому я без особого труда нашла кабинет. Дверь была слегка приоткрытой и сперва я даже хотела в неё постучать, но услышала голос Шахина и передумала.

— Мама, я не буду просить Катю забрать заявление. Сания виновата, пусть отвечает по закону, — пауза, — нет, мне не плевать на родную сестру. Катю не трогать. Не вздумай просить, поняла? Адвокат будет добиваться наименьшего наказания — это единственное, что мы можем сделать для Сании.

Я дождалась, пока Шахин завершит свой телефонный разговор, а затем вошла в кабинет, предварительно постучав для вежливости. Мурат сидел в кресле, развалившись, о чём-то думал и смотрел в одну точку.

— Я слышала твой разговор с мамой и готова забрать заявление.

— Что? — Шахин будто не услышал, но уже через пару секунд, его чёрные глаза метали молнии: — ты не сделаешь этого.

— Но она же твоя сестра. Девчонка совсем…

— Она виноватая, Катя.

— Она не хотела, просто не сдержала эмоции, — на мою фразу Мурат закатил глаза.

— Бред. Ты не помнишь, но я-то знаю, что она заслуживает наказания по всей строгости закона.

— Её же могут посадить в тюрьму! У девочки тогда вся жизнь сломается, а я не хочу этого допустить. Я заберу заявление из полиции и это не обсуждается.

Мурат посмотрел на меня недоуменным взглядом и сказал, что я совершаю ошибку, оставляя безнаказанным такой поступок.

— Идём спать, — подошла к Шахину и потянула его за руку, а он усадил к себе на колени, как маленькую девочку, зарываясь лицом на моём затылке.

— Я люблю тебя, Катя. Чтобы не случилось, всегда помни про мою любовь.

— Ты хочешь меня о чём-то предупредить?

— Нет, пока нет.

Еще какое-то время мы посидели с Муратом в его кабинете, а затем поднялись в комнату и практически сразу же заснули, стоило лечь на кровать. А утром я увидела в доме и во дворе незнакомых мужчин, одетых во всё черное и с кобурой на поясе. Тетя Люся шепнула, что хозяин решил усилить охрану, а я решила сделать вид, что мне нет до этого никакого дела, хотя внутри всё перевернулось от страха.

* * *

Первые дни прошли в адаптации, но уже со второй недели я активно занималась домом. По вечерам готовила ужин, а еще выбрала себе женскую консультацию и записалась на приём к гинекологу.

Мурат вернулся домой после работы немного позже обычного. Уже по привычке я обвила его шею обеими руками и, встав на носочки, чмокнула в щеку. Он потёрся кончиком носа о моё лицо и тоже поцеловал, только в губы.

Мы сидели за ужином за столом, когда Мурат вдруг радостно сказал:

— Забыл поздравить, Катюш. С сегодняшнего дня ты официально разведена с Башаровым. По решению суду квартира осталась тебе, а машина и дача — мужу. Так что, поздравляю, котёнок.

— Разведена? Уже? Так быстро!

— Ты не рада?

— Конечно рада, Мурат. Просто еще пару недель назад всё было в таком подвешенном состоянии, что я пока не верю… Прости.

— Кать… — он подсел ближе, одной рукой обнял за плечи, а второй сжал мои холодные пальцы. — Зачем ты забрала заявление из полиции? Я же просил тебя не делать этого.

— Я хотела помочь, как и ты. — Шахин повёл бровью в недоумении. — Ну ты же помог мне с разводом, с разделом имущества, вот и я помогла.

— Это разные вещи, здесь и сравнивать нечего.

— Послушай. Я хочу, чтобы мы всё начали с чистого листа. Ты, я и наш сын. Пусть тени прошлого не омрачают наше будущее.

Он улыбнулся, за руку взял и поднёс к губам поцеловать.

— Знаешь, Авдеева, а ты ведь впервые говоришь мне такие слова. Я даже обалдел, если честно.

— В смысле? Хочешь сказать, что до падения с лестницы я считала иначе?

— Ты тогда другой была, Кать. Сейчас ты смотришь на меня как пятнадцать лет назад и за этот взгляд я многое готов отдать.

* * *

После ужина мы вышли на улицу прогуляться перед сном. Мурат крепко держал меня за руку, а подушкой большого пальца водил по коже. Я слышала его тяжелое дыхание, которое отзывалось тупой болью в моём сердце.

— Что-то случилось, Мурат? — спросила, не выдержав напряженной тишины.

— Нет. Всё нормально.

— Да? А мне кажется, у тебя какие-то проблемы. Ты подозрительно молчишь…

— О работе думаю, Кать, — он крепче сжал мою руку, — ты не бери дурное в голову, хорошо?

— Постараюсь, но не обещаю.

— Моя красивая девочка, — мы остановились. Мурат обхватил моё лицо двумя ладонями и стал водить по скулам подушечками больших пальцев, — я тебя очень сильно люблю.

— Ты накосячил? — хихикнула я, а он решительно качнул головой. — Просто мужчины поют дифирамбы, когда наломали дров.

— А я просто так пою, чтобы ты знала.

Он поцеловал меня в щеку, спустился ниже и встретился с моими губами. Горячий язык нырнул в рот, сплетаясь с моим в страстном танце. Одним поцелуем не обошлись. В дом почти вбежали и это с моим-то животом.

А в спальне всё повторилось с самого начала. Трепетные касания до мурашек по коже… моих и его, наверное, тоже. Нежность в каждом движении, каждом взгляде и вздохе. Его руки такие сильные, крепкие обжигали прикосновениями. Упираясь двумя ладонями в мужскую грудь, я раскачивалась на волнах экстаза. Хотелось еще и ещё… Острее. Быстрее. Чтобы вспыхнуть как фейерверк и разлететься на тысячи мелких частиц.

Он разбудил меня лёгким поцелуем в висок. Нехотя открыла глаза и улыбнулась, увидев нависающего сверху Мурата. Он был уже одетым и выглядел бодрым, в отличие от меня. Я же лениво потянулась и, прикрыв рот ладонью, зевнула.

— Доброе утро. Уже уходишь на работу?

— Привет, милая, — поцеловал в кончик носа и стал гладить моё плечо, касаясь его указательным пальцем сверху вниз. — Да, сегодня поеду пораньше.

— Жаль, — вздохнула, — а я хотела попросить тебя свозить меня по детским магазинам.

— Кать, давай в субботу или поезжай с Мишей.

— Я хочу с тобой, Шахин, а не с твоим водителем.

— Котёнок, — снисходительно улыбнулся. — Сегодня вообще никак, я буду очень сильно занят. А в субботу обещаю, целый день в твоём распоряжении.

— Правда-правда?

— Правда.

Мурат ушел на работу, а я смотрела ему вслед и улыбалась, как ненормальная, приложив к губам палец. Какая я всё-таки счастливая. И как хорошо, что муж ушел к любовнице, иначе я до сих пор ходила с рогами, а не жила бы с любимым мужчиной, ожидая от него ребенка. И когда Мурат успел стать любимым мужчиной? А не важно, в принципе. Главное, что у нас всё взаимно.

Полдня я провела в хандре. Ничего не хотела делать, даже тётя Люся не смогла поднять мне настроение, а она та ещё шутница и болтушка.

— Кать, ну что такое, красавица моя? Грустишь, не улыбаешься, — спросила тетя Люся, продолжая колдовать над кулинарным шедевром.

Я бросила взгляд на женщину, стоящую у кухонной плиты, и попыталась улыбнуться, но вместо улыбки появилась кривая ухмылка.

— Не знаю. Хандра нашла.

— А ты попробуй яблочный пирог и всё пройдет.

— Спасибо, но я не хочу.

— Катенька, ну нельзя так хандрить. Ты же малыша ждешь, и он всё чувствует. Нужно больше отдыхать, получать позитивные эмоции, а не грустить!

— Да я вот дома целыми днями и не знаю, чем себя занять. Хотела с Муратом съездить по детским магазинам. Купить коляску, кроватку, много по мелочи. В детскую обои нужно выбрать.

— А он занят. Угадала?

— Да.

— Не обижайся на него, детка. Он всегда много работает. Все пять лет, что я его знаю, Мурат приезжает домой только ночевать. Это с появлением тебя он стал проводить выходные дома, а раньше… Говорю тебе, только ночевать приезжал.

— Да? А кем он работает, тётя Люся, вы не знаете?

— Нет, — плечами пожала, — но, видимо, в какой-то хорошей фирме, а может, он сам хозяин этой фирмы. Ты же видишь, он далеко не бедный человек.

— Ну да. Такой дом, машины дорогие…

— А вы совсем не общаетесь, что ли?

— Общаемся. Но о таком я стесняюсь спрашивать, — я не стала говорить тете Люсе, что упала с лестницы и получила черепно-мозговую травму, поэтому многое могу не помнить.

Тетя Люся ничего не сказала, лишь странно взглянула в мою сторону и продолжила колдовать над своим шедевром.

Я взяла с корзины красное яблоко, вышла из кухни. Погуляла во дворе, покаталась на качели, но настроение так и не появилось, а потому я решила воспользоваться советом Мурата и съездить по магазинам сама, точнее, с водителем.

* * *

В торговом центре я реально зависла. Такое всё красивое, волшебное, просто глаза разбежались. Прикупив кое-что по мелочи, я решила дождаться субботы и еще раз прошвырнуться по магазинам с Муратом. В конце концов, он папа, пусть тоже принимает участие!

Миша ходил за мной по пятам. Сначала меня это жутко раздражало, но оказалось что у Миши, помимо управления легковым автомобилем, есть еще удивительные таланты носильщика. Столько пакетов поместилось в его больших руках!

Я уже выходила из торгового центра. На первом этаже почувствовала запах кофе и вдруг захотелось…

— Миш, стой тут, я в один магазинчик заскочу и вернусь, — оставив водителя, я пошла с общим потоком людей и свернула за угол.

Не знаю, почему я посмотрела в ювелирку. Что-то привлекло, видимо. Я бы прошла мимо, если бы взгляд не наткнулся на знакомый мужской силуэт. Прозрачные стенки ювелирного магазина ведь ничего не скрывают от своих покупателей!

Я подошла ближе, и первые секунды смотрела в одну точку. К горлу подкатывал противный ком, а по спине бежал мороз. Вдруг шею сдавило словно удавкой. В лёгких закончился кислород и я сделала глубокий вдох, вспомнив, что не дышала с того самого момента, как увидела ЕГО!

ЕГО. С НЕЙ… С той, что моложе меня на целый десяток лет. Они выбирали кольцо, а мне казалось, что надгробие, которое собирались поставить на могиле моих убитых чувствах…