7. "Не завидуй. Просто попроси его, и он тебя так обнимет."
Кэш вышла из кухни. Все это было похоже на какой-то фарс, каждый раз в какую-то похожую на эту минуту появляется Кристофер. Это мистика какая-то!
Но как говорил ее папа, часто любящий повторять эту фразу: один раз случайность, второе раз совпадение, а в третий раз уж извините — закономерность.
Она откинула волосы назад, решительно направившись в общую гостиную. Атмосфера там была та еще. В воздухе разлили напряжение, добавив в него запахи огня, смолы, еловых иголок, шампанского, ребята молчали, огонь в камине трещал, рождественские огни весело мигали, откуда-то тихо доносилась мелодия новогодней песенки.
Кристофер снимал верхнюю одежду, отряхиваясь от снега, рассказывал, что заплутал, а кто-то из местных указал ему неверную дорогу и чертов снегопад, из-за которого не было видно не зги и забуксовавшая машина, которая на деле оказалась дрянью. И еще он обязательно напишет жалобу в прокат, ведь его ввели в заблуждение, заверив, что Jeep американской сборки.
— А на деле китайское ***мо! Не стала бы наша машина буксовать — это отличный американский внедорожник!
— Может быть, но не рассчитанный под такую погоду, такие климатические особенности. Ты ругаешься, но в прокате тебе скорее всего сказали правду и лучше бы ты взял, что тебе предлагали с самого начала.
Заметил наконец Стивен, которому шампанское поперек горла встало, и он поднялся, подойдя к маленькому столику, на котором взгромоздилась куча бутылок разных размеров, форм и оттенков находящейся в них жидкости.
— Это еще почему?
Кэш продолжала стоять оперевшись плечом о вертикальное бревно, которое по толщине не уступало размерам самой девушки. Она наблюдала за Кристофером, который заметил ее, но продолжал «играть на публику» в устраиваемом им шоу по привлечению внимания. Она не будет ничего ему говорить, не сейчас, может быть позже, он заигрывается и теряет связь с реальностью, не видит грань между публикой и близкими ему людьми.
Мимо нее прошел Лекс, протянув руку и пожав ладонь Кристоферу. Ее сердце подпрыгнуло на его появление, но она осталась неподвижной и очень сильно надеялась на то, что внешне ее внутреннее беспокойство никак не отразилось.
— Привет!
Разница между их выходом с кухни составила лишь пару десятков секунд, она очень надеялась, что Кристофер не обратит на это внимание.
— Привет! И ты здесь?! А говорил, что двинешь на Мальдивы!
Невооруженным взглядом было видно, как Кристофер все же напрягся, но замешательство его не продлилось долго, он тут же весело улыбнулся, сжимая протянутую ему ладонь.
— Фиджи, — только и поправил его Алекс, отходя в сторону прямо напротив Кэш, чтобы не терять ее из виду или чтобы она не теряла его.
Стивен с молчаливым кивком протянул ему бокал с виски, Лекс не глядя на него, принял бокал и сделал большой глоток, не обратив внимание на вкус напитка.
— Американца они держат для таких патриотов, как ты.
Кэш сдержала улыбку, потому что за словом «патриотов» она явственно услышала «идиотов». У нее нет способностей к телекинезу, но она достаточно долго знает Стивена, чтобы понять, что он самом деле думает.
— Просто купили когда-то, не особо вдаваясь в подробности что и откуда. Компании уже давно стали производить машины для отдельных стран, учитывая особенности местности и погоды, даже дорог и топлива. Джип для Северных регионов хотя бы для той же России будет отличаться от джипа для Аляски, хотя, казалось бы, условия одинаковые, но проблема в том, что дороги в России хуже, а где-то их нет совсем. Или топливо, в Америке ты рассчитываешь на качество, и ты покупаешь его, в России ты удивляешься дешевизне, но потом платишь за ремонт всего, что находится под капотом.
Ребята собравшиеся у огромного камина, Сиена на коленях у Марка, с заставшим выражением радушия и приклеенной к лицу натянутой улыбкой. До того, как рассказ Криса поддержал Стивен, только Эм поддерживала новоприбывшего в его рассказе, задавая наводящие вопросы и поддерживая его долгий монолог многозначительными «угу», «и?», «это невероятно».
Наконец, Крис обратил внимание на вошедшую Кэш, улыбаясь.
— Ты чего там стоишь? Иди сюда! Я все-таки успел к Новому году, как ты и хотела!
Он протянул ей руку, но Кэш лишь качнула головой на его улыбку, последние слова царапнули ее, но она знала, что просто цепляется к ним.
Он «старался» и его поведение, жесты, слова, интонации были больше похожи на какое-то выступление. Уже не в первый раз она замечает, что он забывает «отключить» режим «игра на публику» и его бесконечные, широченные улыбки и громкий голос начинают действовать на нервы, раздражать. И, если бы только ее одну, кажется, что их компания превращается в предвыборный штаб, аудиторию перед которой нужно показать себя идеальным кандидатом, символом Америки, но каждый ее участник не выбирал такую участь и оказался в ней случайно.
— Когда ты прилетел?
— Последним рейсом, но и его умудрились задержать!
— Ты не отвечал на звонки и на смс.
Просто заметила девушка, ожидая стандартного «дела совсем закрутили», ожидая, когда он станет «нормальным»!
— Хотел сделать тебе сюрприз! Может обнимешь меня или мне поворачивать обратно?
Насмешливо осведомился мужчина, Кэш поджала губы и покачала головой, никому не надо уезжать. Он подошел к ней, заключая ее в объятья и целуя в губы, проигнорировав ее скрещенные на груди руки, заключая в капкан своих объятий.
С грохотом закрылась входная дверь, к гадалке не ходи, понятно кто это вышел на улицу.
— Ммм, Кэш, ты что-то поставила в духовку, мне кажется или что-то горит?
Первой опомнилась Сиена, подскакивая со своего места, решая, что их нужно оставить хотя бы на несколько минут одних, но Кэш не желала оставаться, отказываясь подыгрывать подруге.
— Да, это мясо подходит. Сиен, ты не поможешь мне?
Она высвободилась из рук Кристофера, отступая назад.
— Я тоже хочу помочь!
Эмили резво подскочила со своего места, Кэш только кивнула ей.
— Да, конечно. Принеси пожалуйста пару бутылок шампанского, у меня родилась идея десерта.
Пока Кэш и Сиена шли на кухню, они коротко переговаривались на кулинарные и около кулинарные темы, но стоило двери кухни закрыться, как Иен навалилась на нее всем весом, требовательно взглянув на нее.
— Я хотела оставить вас одних, чтобы вы поговорили, с каких пор ты стала такая непонятливая? Не смей жать плечами и делать непонимающий вид, я сыта этим по горло!
— Тебя не проведешь, — только и ответила ей Кэш, вынимая окорок и поливая его кипящим маринадом.
— Я же все вижу, мы все видим!
— Мне кажется, что кому-то есть до этого дело больше остальных.
— О чем ты?
— Неважно. Твой ответ только что исключил тебя, — Кэш отвернулась к столу, сгребая остатки мусора в бак и моя руки, — точнее твой взгляд. Я хочу поговорить с ним завтра.
— Завтра? И почему завтра, потому что Новый год и все должны быть счастливы. А Лекс? А ты?
Сиена уперлась ногами в пол, блокируя ее и преграждая путь для Эмили, что попыталась пройти на кухню.
— Впусти ее! Она ведь дом обойдет!
— Пусть обходит, время есть, ты ведь не зря отправила ее за шампанским?! — Шепот Сиены с такими интонациями получился драматическим. — То есть все пусть будут счастливы и Крис в том числе и только вам двоим пусть будет херово, да? Не смотри на меня так!
Ее и в самом деле не проведешь с ее-то феноменальной наблюдательностью.
— Будет много счастья, если я поговорю с ним сейчас, и он уедет? Мы выпьем шампанского и сделаем вид, что он не приезжал?
Сиена расслабила плечи, возмущенная Эмили прекратила попытки вломиться на кухню.
— Как бы она Стива не позвала, его вес я не выдержу, — задумчиво протянула девушка, не прекращая сверлить подругу взглядом, — а Лекс? Если ты сейчас скажешь, что ничего у вас нет и не было, я отлуплю тебе вооон тем баклажаном.
Сиена быстро перешла к другой двери, ведущей прямиком на улицу. Пока Кэш покосилась на «вооон тот баклажан», овощ был огромен и очень плотен, получить таким будет больно.
— Почему мы спасаемся от Эм?
— Я думаю это она позвонила ему, парням этого не надо. Для чего это ей, я понять не могу, она уже не в первый раз подставляет меня. Тут совсем идиоткой надо быть, чтобы не связать все остальные случаи в одну кучу. Мелочи, на которые я раньше не обращала внимание.
Сиена задумалась, медленно кивнув, она тоже не понимала зачем это Эмили.
— Если я начну разговор сейчас, то никакого праздника уже не будет.
Сиена цокнула громко и эмоционально, как настоящая итальянка. В ее жилах текла горячая кровь этой нации и очень часто давала знать о себе, несмотря на то, что девушка имела типично скандинавский тип внешности.
— А так будет?! Мы все видели вас вместе, ты создашь праздник только для него, а мы будем чувствовать себя соучастниками в этой постановке. Давай выпьем вина за все прошлые наши отношения, погрустим глядя на огонь в камине, а потом напьемся и пойдем кататься на санках с горы? Делать безумные фотографии и транслировать пьяные видео! Кэш! С ним будет все в порядке!
Не только в празднике дело, в конце-то концов. Кэш села на стул, с удручающим видом глядя в столешницу, продолжая протирать столешницу.
— Иен, я не считаю, что это нормально. Ты встретила Марка, вы ссоритесь, миритесь, ты также ждешь его дома, он приходит уставшим, злым, недовольным, но ты же не смотришь на других мужиков? Иногда, мне кажется, что я не создана для отношений, и каждый раз, когда мне невыносимо я убеждаю себя, что так все живут.
Иен только усмехнулась и тут же улыбнулась подруге, быстро подходя к ней.
— Не все, поверь мне! Я люблю его, а он меня, он спешит домой и несмотря на усталость, раздражение, злость идет домой, а не остается где-то, не идет к друзьям. Мы можем поссориться, а потом через несколько минут помириться, неважно кто неправ. Я счастлива с ним, а он со мной. Ты счастлива с ним?
Кэш посмотрела на потолок, выпустив протяженный не то стон, не то вздох. Плохо, когда у тебя есть совесть и ты все понимаешь — это усложняет жизнь.
— Я все понимаю. Честно! Я знаю, что мне надо поговорить с ним, но Лекс его друг. Не начинай мне говорить, что это все неважно. Это все важно.
— Не говори о нем, вообще ничего. Лекс сам разберётся с ним, не решай ничего за него!
— И потом ничего?
— А потом, это будет другая история.
Сиена отошла от двери, впуская Эмили, возмущенную и разрумянившуюся.
— Секретничаете? И без меня?!
Кэш кивнула. Интересно, если она узнает об этом разговоре, как скоро будет предупрежден Кристофер? Какой повод она найдет, чтобы отлучиться из кухни?
— Когда тайну знают больше двух — это уже не тайна, а сплетня.
Эмили продолжала держать шампанское, перехватив бутылку в другую руку, жест и поза получились угрожающими.
— Ты хочешь сказать, что я сплетница?!
Нет, она не сплетница. Тут что-то другое, очень личное. Но что ей делить с ней? Стив давно с ней и кажется, любит ее, а Кэш и вовсе равнодушна к нему. Давно, то увлечение трудно назвать любовью.
— Тише, Эмили! И у нас с тобой есть тайны, о которых Сиена ни разу не в курсе.
Сиена только бросила на нее излишне «подозрительный» взгляд, а потом обернулась к девушке, протягивая той руку.
— Да. Эмили, давай сюда бутылку?! Какой десерт ты хотела сделать?
Звон битого стекла и грохот упавшего тела заставили ее подскочить, меч сам материализовался в ее руке, услужливо ткнувшись ей в ладонь. Эмили стояла, держа в руках острое горлышко бутылки, у ее ног лежала Сиена, из раны в ее голове хлестала кровь, выталкиваемая бьющимся сердцем, растекаясь по полу стремительно растущей лужей вперемешку с шипящей пеной напитка.
— Эм, ты что творишь?! Стивен!!!
Эмили выронила из рук остатки бутылки, только выкрикнула:
— Помогите убивают!
Она бросилась к двери, исчезая за ней во мраке ночи. Кэш под впечатлением от произошедшего бросилась к Сиене, опускаясь возле нее на колени, пачкаясь в крови и приподнимая ее голову, зажимая рану ладонью.
— Иен… Марк!!!
Это было лишним, на кухне вдруг стало тесно, Марк влетел на кухню, одним лишь движением отшвыривая Кэш в сторону, отчего она пролетела над полом и ударилась о стену.
— Что ты сделала? Иен, милая! Что ты сделала?!!
— Она ничего не делала…желатин, она разводила желатин, — едва слышно прохрипела Сиена, прежде чем вновь отключиться.
Облегченно выдохнув, Кэш прикрыла глаза. Сиена тоже бессмертна, но разве это кого-то будет волновать, когда видишь родного человека в крови? Полный звездец!
— Ты как? Что случилось?
В ушах звенело от гула голосов, но Кэш кивнула. Все в порядке сейчас пройдет, у нее голова кружилась от поступка Эмили, которому она не находила объяснений. Версии. Версии! Версии! Предположения!
— Эмили! Она побежала туда, — Кэш, не открывая глаз, мотнула головой в сторону двери, наугад. — Я не знаю, что на нее нашло.
— Именно поэтому ты выхватила меч?
Ее глаза распахнулись, она отклонилась от Лекса, отодвигая в сторону Криса и посмотрела на Марка и Стивена, что задал ей этот вопрос.
— Дай я встану! Мой меч является в случае опасности. Сиена придет в себя и все объяснит, ей незачем будет прикрывать меня, если это я виновата! Я осталась здесь, когда как Эмили сбежала! Попробуй найти ее и задать ей вопрос: какого черта она сделала это?!
Она ничего не могла с собой поделать, не получилось смягчить тон. Крис протянул ей руку, и она оперлась на нее, поднимаясь.
— Ты вся в крови! — Кэш отмахнулась от его руки, что пытался оттереть ее щеку.
— Не вся! Прекрати, пожалуйста.
Она сделала движение к Сиене, а Марк было потянулся к ее мечу, но тот исчез. Он обернулся к ней, все еще держа голову девушки у себя на коленях, кровь перестала идти.
— Пока не придет в себя, не подходи к ней! Ты меня поняла?
Она поняла и вышла из кухни, взбегая по лестнице наверх, чтобы умыться и переодеться. Черт знает, что творится в доме! На кой черт Эмили напала на Сиену и так бездарно?! У нее что, белая горячка? Это пока единственное объяснение ее неадекватному поведению.
Белоснежная раковина окрасилась кровью, неожиданно в ней оказалось все: лицо, руки чуть ли не по локоть, одежда. Она стягивала с себя все, бросая в ванну и оставаясь в одном белье. Ее руки немного дрожали от перевозбуждения.
— Кэшеди! Это Крис. Открой мне дверь, милая!
— Я сейчас выйду!
Она оттирала лицо от крови, наконец, ополаскивая лицо водой. Страдает ерундой, пытается оттереться! Кровь быстро свернулась и пристала к коже.
— Открой дверь или я ее выбью!
Кэш подошла к двери спальни, поворачивая ключ в сторону. Эти угрозы со всех сторон начинали действовать ей на нервы.
— Что еще ты сделаешь? Выбьешь дверь, а дальше что? Я умываюсь!
Бросив ему все это, Кэш пошла было в комнату, как Крис настиг ее, разворачивая к себе, обнимая, целуя лицо и шепча в него:
— Я переживал за тебя, ты слышишь меня?
Что-то не сильно он переживал, когда на нее орал Марк. Ладно того можно понять. Но Крис ведь не бросился за ней следом, подождал чего-то!
— Да. Можешь отпустить меня? Что с Сиеной, она уже пришла в себя?
— Да, только что.
Отлично. Надо спуститься к ней. Кэш сделала движение, чтобы высвободиться из его рук, но его объятия оказались неожиданно крепкими.
— Отпусти меня, я хочу одеться.
Он не слушал ее и это усиливало ее раздражение.
— Каждый раз что-то происходит и как хорошо, что предчувствие ведет меня к тебе.
Права Сиена, когда как не сейчас? И предчувствие ли?
— Кристофер, мне надо с тобой поговорить! Но сначала давай разберемся, что нашло на Эмили. Я вообще не поняла, что произошло!
Крис выпустил ее, а Кэш получив свободу, пошла к шкафу, вытягивая из него первое попавшееся серое трикотажное платье. Выбор оказался так себе, но ей не хотелось рыться в шкафу и выбирать что-то другое, не хотелось стоять практически обнаженной перед ним, в тот момент, когда она все-таки решилась на серьезный разговор о их расставании.
Платье, так платье, но лучше бы это была рубашка и джинсы.
— Что говорит Стивен? — Кэш выправила волосы из-под ворота и провела руками по бедрам, оправив ткань и разгладив его собравшиеся складки на бедрах.
— Я тоже хотел с тобой поговорить.
Она повернулась к Крису, который все это время молчал, да шелестел чем-то позади. Девушка отступила на шаг назад, попятившись и натолкнувшись на шкаф: Крис стоял перед ней, опустившись на одно колено, он держал в руках синюю, бархатную коробочку. Кэш чуть было не закричала: «не отрывай ее!», но крышечка откинулась назад, демонстрируя кольцо, усыпанное камешками с огромным сапфиром посередине.
— Неожиданно.
Теперь понятно почему он не торопился, ходил к машине, чтобы взять кольцо?
— Когда, как не сейчас, да? — он улыбнулся, явно наслаждаясь произведенным эффектом.
Он словно не заметил ее испуга, нельзя на самом деле все приравнивать к восхищению.
— Ты считаешь, что это вовремя? Там внизу Сиена вся в крови, а ты решил, что это самое подходящее для этого время?
— Да что с ней случится? Она бессмертна, как все мы. Кроме Марка, вот он и психует.
Крис, как бы прав, но цинизм его слов, как часто он называет его «реализмом», поражает.
— Крис, ты меня извини, но я не буду разводить тут романтику, пока не удостоверюсь, что все в порядке. Пока не разберусь, что произошло, пока не отмою кухню от крови, в конце концов.
— Ты уверена?
Кэш подошла к Крису, потянувшись к коробочке, чтобы захлопнуть ее. Он так и продолжал оставаться у ее ног, никак не отреагировав на ее заявление.
— Да.
— Что это было?
Этот вопрос уже в который раз был произнесен в огромной гостиной, одной только Сиеной раз пять. Сейчас они правда остались вдвоем, ребята забрав снегоходы, отправились на поиски чокнутой беглянки. Все последствия кухонной бойни уже были убраны, кровь замыта, девушка отмыта, все вещи отправлены в стирку. Гирлянды отключили, радио с новогодними песнями вырубили, ужин остывал в духовке, а шампанское продолжало замерзать на улице нетронутым, за исключение тех четырех бутылок. И только огонь в камине продолжал гореть, облизывая языками пламени свою добычу — сосновые поленницы.
— Кэш, ты говорила, что при ней не хочешь ничего говорить.
Сиена сделала глоток еще горячего глинтвейна из высокой керамической кружки, отвлекшись от созерцания огня в камине. У нее не укладывалось в голове все произошедшее, хотя, на своем веку она повидала всякого. Она мало, что помнила из произошедшего, только и видела, как в лицо ей метнулось нечто зеленое, ощутила вспышку боли, а потом провалилась в темноту.
— Да. Но это были лишь подозрения, не более. Я и сейчас не смогу объяснить почему я решила, что Кристофера всегда кто-то держит в известности. В какие-то такие моменты со мной рядом были ты и Эмили. О тех случаях, когда мы чудили вместе с тобой Кристоферу ничего не известно, кроме разве что тех моментов, когда мы поделились впечатлениями с Эм.
— Но про Лекса ты мне ничего так и не рассказала.
— Я и сейчас тебе ничего не расскажу, не знаю, что. Про аукцион точно рассказала она, больше некому, но не Лекс же в самом-то деле!
Сиена только улыбнулась в ответ на это, коротко взглянув на нее.
— И не надо ничего рассказывать. После его приезда и так все видно. А, что насчет Эмили — странно все это!
Кэш прислушалась к происходящему за окном.
— Я сама познакомила ее со Стивеном. Особо не надеялась, что он обратит на нее внимание, сама знаешь, как это бывает, когда пытаешься свести кого-то.
Сиена кивнула, она знала, поэтому теперь просто устраивает дружеские посиделки без цели сблизить определенных, по ее мнению, идеально подходящих друг к другу людей.
— Это точно, никогда ничего стоящего не получается, проходят мимо друг друга, а ты думаешь: о! они идеальная пара. Поэтому я просто приглашаю гостей и там уже пусть будет, как будет. Вот ты и …
Кэш резко обернулась к подруге и приподняла бровь, ожидая продолжения. Сиена замолкла, отвернувшись, а потом быстро повернулась со смущенной улыбкой.
— Неудачный пример. Ты думаешь, что из-за Стива она себя так ведет?
Кэш пожала плечами, глядя в окно, за которым пролетал ветер, шумя и царапая стеклом снежинки.
— Когда она напала на меня со своей бандой, и когда я разогнала всю эту мелкую шушеру: она стала обвинять меня, как-то по-детски, что он и не смотрит на нее, ни на кого и все из-за меня. Но ведь дело было не во мне, а в том, что она меньше всего была похожа на девушку. Она и сейчас бывает выглядит фриковато, — перед глазами встал ее алый свитер с оленями и фиолетовые волосы с такими же тенями на глазах, — но тут уж, как Стиву нравится. Но я не понимаю, за что она мне гадостит, за то, что вместо того, чтобы убить ее, я помогла ей? Мы видимся с ним только в компании, тут и ревновать не к чему.
— А еще он совладелец ресторана.
— Да, но это было еще до встречи с ней и Стив участвует в управлении бизнесом только на бумагах, ограничиваясь моими банковскими переводами и просмотров отчетов, которые я ему посылаю. И то, я не уверена, что он смотрит их, а не спихивает их на своего бухгалтера.
— Но это ведь, ты периодически напоминаешь о себе.
— Ой! Пусть даст мне адрес своего юриста или кого-то кто ведет его дела, — начала Кэш, а потом оборвала себя. — Сиена, а встречаться в общей компании мы как будем?
Теперь ее очередь восклицать с возмущением в лучших традициях южных кровей. Сиена рассмеялась.
— Ну вот тебе и ой, твоя связь с ним. Ревность найдет к чему прицепиться. Ты ведь не знаешь чье имя он шепчет по ночам?
— Дура! — подруга получила тычок в плечо, продолжая смеяться. — Теперь мне будут сниться кошмары!
— Стивен, совсем не страшный.
— Он бывший, и он мой наставник, и вообще, все давно уже в прошлом!
Кэш поежилась и забрала кружку у подруги, делая глоток сладкого напитка. Самый быстрый глинтвейн, который она когда-либо варила — микроволновка ей в помощь!
— Так мне с кем поговорить насчет твоих ночных кошмаров с Кристофером или с Алексом? — Сиена вовремя отскочила от очередного удара в плечо. — Черт с ней с этой чокнутой! Найдут спросим, а не найдут… Мне ее жаль, но себя я люблю больше.
Сиена коснулась того места, по которому пришелся удар, а затем поднялась, подходя к одному из огромных окон и вглядываясь в бушующую за ней ночь. Девушка ждала, когда окна осветят огни фар снегоходов. Их уже долго не было, а она беспокоилась за Марка — бессмертные быстро восстанавливаются, практически не болеют, а Марк — он просто смертный и, если сляжет с гриппом, то быстрой поправки не жди.
— Я не думаю, что они найдут ее. Хотя, куда она могла деться, если только замерзла в снегу?! Ушла ведь в чем была. В доме ее нет, в пристройках тоже.
Сиена передернула плечом, ей все равно на эту рыжую, лишь бы Марк быстрее вернулся.
— Махнула в город может? Все ее вещи здесь, телефон тоже. Они будут искать ее до самого утра, а ты переживала за испорченный новый год. Будем сидеть и ждать их, гадать, что же на самом деле произошло.
— Не до утра, у них бензина на столько не хватит. Они не совсем идиоты, чтобы мерзнуть на улице, когда можно вернуться домой.
— Что думаешь сказать Кристоферу, насчет колечка с сапфиром?
— Я думаю сказать, что я люблю лазурные топазы, — хохотнула Кэш.
Сиену этот ответ не удовлетворил, и она повторно задала интересующий ее вопрос.
— Ну, а серьезно?
— Я не готова к такому серьезному повороту событий, эти отношения надо закончить или пересмотреть.
— Или пересмотреть?! — Сиена оглянулась на Кэш, метнув на нее грозный взгляд. — Под каким углом на этот раз? Не, ну я серьезно!
Кэш поднялась с дивана, отложив подушку, которую до этого держала на коленях, и встала рядом с блондинкой, глядя на отражение подруги. Они такие разные, как день и ночь, брюнетка и блондинка, даже вещи выбрали к цвету волос, но во всем остальном они родственные души и кажется, что продолжение друг друга.
— Я скажу ему «нет» и не стану говорить «я подумаю». То, что он хочет предложить мне — это навсегда, я не уверена, что лет через пятьдесят или семьдесят я смогу так просто прийти в суд и потребовать развода.
— Наймешь адвоката, Тицид очень хорош. Представит твои интересы в самом лучшем виде.
— Я не поняла, Сиен?! Мне все-таки принимать его предложение, а потом разделать его под орех и отсудить у него всего до последней тряпочки?
Кэш подышала на холодное стекло, дождавшись, когда на нем появится мутное пятнышко и написала в нем одно единственное слово «Алекс», затем стерла букву «а».
— Я вот думаю, почему он так хочет привязать меня к себе?
— Знаешь есть такие коллекционеры, они собирают предметы искусства и не делятся ими ни с кем, так, раз в десятилетие выставляют в каком-нибудь музее, чтобы все видели кому эта вещь принадлежит, чтобы локти кусали. Вот так и с тобой, куколка.
«Куколка» только хмыкнула в ответ на это и стерла надпись со стекла, не хватало еще в сердечко оформить и приписать рядом свое имя. Быть «предметом искусства» ей совершенно не хотелось.
— Довольно странно это говорить о себе: я не первая красавица на земле, есть куда красивее, умнее и вообще лучше меня.
— О Хоспади! Не первая, потому что в конкурсах не участвовала.
За окном показались огни снегохода, кто-то возвращался домой, как и предсказала Кэш. Это были Марк и Алекс. Кэш и Сиена выскочили на крыльцо в чем были, Марк тут же соскочил со снегохода и поспешил к ним.
— Нам не удалось ее найти, но это и неудивительно видимость нулевая! Может Крису и Стиву повезет больше! Иди сюда, замерзнешь!
Марк тут же заключил девушку в объятья.
— Пойдем в дом, ты замерз совсем!
Позади хлопнула дверь, Кэш обхватила себя за плечи, выскакивать в непогоду в одном лишь платье было скоропалительно, но возвращаться в дом ей уже не хотелось.
Алекс не спешил, медленно снимаясь со снегохода, глуша двигатель, не глядя в ее сторону, пошел за чехлом от снегохода.
— Иди домой! Замерзнешь, — бросил он проходя мимо.
Кэш продолжала стоять, игнорируя его слова. Замерзнет, а потом отойдет.
— Я подожду, глядишь и ты поторопишься.
Он и в самом деле поторопился, техника была укрыта от снега в рекордно быстрые сроки. Лекс направился к женщине, по которой били снег и ветер, но она продолжала стоять прямо и неподвижно, выделяясь темным контуром на фоне желтоватых окон дома. И только волосы, окончательно выбившиеся из косы, швырял из стороны в сторону ветер, то ли играя ими, то ли злясь на их хозяйку. Она была похожа на банши, точь-в-точь, как изображали ее ирландцы в своих старых книгах.
Лекс мог понять стихию, она отражала все то, что творится в его душе: многочисленные вопросы, терзания, злость и муку от того, что он ничего не может поделать и все это лишь интрижка для нее, игра, способ отвлечься. Так как его и предупреждали.
Мужчина расстегнул куртку и, подойдя к девушке, заключил ее в свои объятья, в теплое нутро верхней одежды.
— Вы тут как?
Он не стал ждать ее ответа, поднимая ее в воздух и понес в дом. Совсем ледышка, замерзла, но упорная, продолжает стоять несмотря на то, что замерзла.
— Лекс!
— Да?
Он поставил ее на ступеньки лестницы ведущей на второй этаж, собираясь отстраниться от нее.
— Хорошо. Никто так и не появился.
А затем она обняла его за шею, пользуясь тем, что стоит на небольшом возвышении и их рост практически сравнялся, прижимаясь своей щекой к его, уже шершавой и колючей, с отросшей щетиной.
— Я ждала тебя.
Лекс с силой прижал ее к себе, зарываясь ей в волосы лицом, которые пахли все также чудесно, но в этот раз к аромату добавился запах холода, с тяжелым вздохом он отстранился от нее почти тотчас же, глядя ей в глаза.
— Неужели? И это после крепких объятий Криса?
— Не завидуй. Просто попроси его, и он тебя так обнимет, — смешливо прошептала она, касаясь еще холодным кончиком носа его шеи, — Мы не виделись с прошлого года.
Точно, вот и новый год пришел!
— И ты соскучилась?
Лекс в противовес своим мыслям, что нужно все-таки отстраниться от нее, прижал ее к себе лишь теснее, ладони переместились ей на ягодицы, слегка сжав их. В награду за это ему достался прерывистый вздох. Он так и продолжил держать ее в своей куртке, они продолжали стоять и прятаться под объемным капюшоном.
— И я соскучилась!
— Так же, как по нему?
Лекс все-таки откинул капюшон, а Кэш воинственно тряхнула темными волосами, откидывая их назад и глядя на него тем самым притягательно темным взглядом, в котором ему иной раз чудилась лукавая насмешка, словно она играла им и смеялась над ним в своих мыслях.
— Нет, как по тебе.
— Послушай меня! — Лекс отвел волосы от ее лица, а потом опомнившись, убрал руку, теперь ему нужно дотрагиваться до нее, просто присутствия теперь мало. — Я не смогу играть в эти игры. Я не хочу делить тебя ни с ним, ни с кем-либо другим. Я хочу целовать тебя и знать, что ты не дернешься и не уйдешь, как сегодня. Я хочу протащить тебя на плече наверх, визжащую и орущую в свою спальню, чтобы весь дом слышал твои крики и каждый в нем знал, что ты со мной. Но не думать, что ты идешь на это, чтобы разнообразить ваши с Крисом отношения.
— Никто и не пытается разнообразить отношения! Все вышло…
— Случайно, — закончил за нее Алекс, — и вновь ты вела себя, как дура? Давай так, сейчас я пойду переодеться, а ты за это короткое время подумаешь и решишь, что тебе и в самом деле нужно. Окей? Я надеюсь, что в отсутствие твоего еще официального бойфренда ты способна мыслить трезво и без всяких случайностей. А потом мы решим, что делать: буду ли я игнорировать тебя, жестко троллить и издеваться, или пойду и поговорю с Крисом.
— А как же ваша дружба?
— Оставь, это не твоя проблема. У тебя есть около десяти минут для размышлений, не больше.
Сказав все это, Алекс коснулся губами ее лба и наконец, не без труда, отстранился от нее, обходя Кэш и взбегая по лестнице.
Она смотрела ему в след, на губах девушки играла легкая улыбка. Ей не нужно было десяти минут, она уже знала, что скажет ему. Троллить он ее собрался!
— Кэш!
Позвала ее Сиена и она перегнулась через перила, чтобы узнать для чего ее зовет подруга. Та мотнула подбородком в сторону кухни.
— Там ребята приехали, кажется, нашли кого-то.
Кэш кивнула ей, быстро спускаясь, и на этот раз уже накинула на себя длинную куртку, поспешив на улицу. Это был Стивен и Эмили. Девушка была без сознания и больше походила на только размороженный труп — бледная, ее кожа отливала синевой, волосы замерзли, топорщась в одну сторону.
— Далеко убежала?
— Для такой погоды — очень. Нашли в снегу.
Хмуро ответил Стив, унося ее в гостиную к камину.
— Я пару раз проехался по ней. Пока не обратил внимание на то, что все это время поверхность была ровная, а тут какой-то очень мягкий камень.
Кристофер вошел следом за остальными, как всегда очень тактичен. Для человека, что вечно источает улыбки, иной раз он поразительно бестактен.
— Крис, мне нужно поговорить с тобой.
— Сейчас? Может быть позже?
Нет, не позже. У нее есть десять минут, чтобы она закончила свои отношения.
— Нет, сейчас. Привести Эмили в чувство они смогут и без нас. Может, выйдем на улицу?
— Я только что оттуда и там жутко холодно. Может к нам в спальню?
Их спальни уже нет и Кэш не хотела находиться с ним в настолько маленьком помещении, она уже предположила, как он может поступить: ей не хотелось объятий и поцелуев.
— О чем ты хотела поговорить на этом жутко холоде?
Кэш быстро шла вперед, распахивая дверь и выскакивая на освещенный прожекторами участок, так быстро словно вокруг было море, а этот островок мог спасти ее от акул.
— Насчет твоего предложения…
— Не самое романтичное место для таких дел, но хорошо. Ты у меня девушка необычная.
Кристофер опустился на одно колено, достав из-за пазухи кольцо. Кэш плотнее закуталась в куртку.
«Господи! Он что везде его с собой таскает?!» — забилась в мозгу паническая мысль, — «Необычная, но не настолько же!»
— Кэшеди Лайнэл Кинед…
— Поднимись, пожалуйста. И прекрати так себя вести! Я позвала тебя поговорить, а не предложила сделать мне предложение в эту чертову ночь!
— Другого объяс..
Мех на его капюшоне яростно рвал ветер, словно тот чем-то не угодил ему. Кэш оборвала его только что начавшуюся речь:
— Крис, ты из меня дуру делаешь, но сам-то дураком не прикидывайся! Я не хочу за тебя замуж. Об этом я хотела поговорить, поднимись пожалуйста с колен и убери это чертово кольцо.
Кэш потянулась к коробочке и захлопнула ее. Он не стал подниматься, прикрыв глаза и поджав губы.
— Ты не могла подождать с этим до утра, даже до того момента, как я переоденусь и выпью чего-нибудь, чтобы согреться, значит ты торопишься.
Да, Кэш торопится. Утром она хочет, чтобы начался новый день, солнечный и ясный, как бывает обычно после бури.
— Я не хочу тянуть, в прошлый раз я затянула, и ты вытащил кольцо. Я не могу Крис, это ты мне должен говорить, что не можешь простить меня и поэтому мы должны расстаться, но это я не могу быть с тобой. Дело не в тебе, а исключительно во мне.
На самом деле не только в ней, но и в нем, но кто и в какой реальности говорит подобное при расставании, бросая кого-то?
Его лицо исказила гримаса боли, но вот рот, его губы дрогнули в презрительной ухмылке, и он выплюнул:
— Ну еще бы! Порода шлюхи дает о себе знать.
Звонкая пощечина прилетела к нему тут же, ее пальцы пронзили тысячи иголочек, так сильна была отдача. Его пошатнуло и коробка с колечком выпала из его рук, исчезнув в снегу.
— Все кончено, Кристофер.
Кэш развернулась и пошла к дому, это было целых пять шагов, чтобы дойти до двери, открыть ее и войти внутрь. Целых пять шагов за которые он успел рассказать ей многое, крича в след, так и не поднявшись с колена.
— Если ты идешь к Алексу, то тебе следует знать, Кэш, когда-то давно я и Алекс договорились проверять наших подружек, испытывая их на прочность. Сегодня, был последний экзамен, и ты его с треском провалила! Это он каждый раз звонил мне и рассказывал о его с тобой приключениях: даже о том, что он предложит тебе выбрать между мной и им! Ты слышишь меня?! Я хотел жениться на тебе!
Кэш заставила себя взяться за ручку двери, открывая ее и не утруждая себя тем, чтобы оглянуться на него, в таком соблазнительном желании: бросить последний, сочувствующий взгляд. Поражения, какими бы они не были, нужно принимать достойно и не важно кто ты, победитель или проигравший.
Однажды, она опустилась до его уровня, о чем сильно сожалеет, но этого больше не повторится. Пора простить себя и идти дальше.
Кэш вошла в дом, снимая на ходу куртку. На кухне никого не было и ей не хотелось оставаться здесь, Крис должен был пойти обратно тем же путем и выслушивать все последующие слова ей очень не хотелось.
Было бы ложью сказать, что слова бывшего мужчины прошли мимо нее, никак не задели и не посеяли в душе семена сомнений. Она поднималась по лестнице, бросив взгляд на Стива, что сидел возле Эмили, укутав ее во все одеяла, что были в доме. Он даже передвинул огромную софу, как можно ближе к камину, грозясь изжарить девушку нежели разморозить или отогреть.
Один лишь взгляд в его сторону и тот понял ее безмолвный вопрос.
— Спит, сердце откликнулось. Не знаю, когда она придет в себя. Как поговорили?
Врезалось ей в спину, Кэш обернулась, устало пожав плечами:
— Полный отстой. Но это как обычно.
Куртку она так и не повесила, продолжая держать и нервно мять ее в руках.
Кэш шла по протяженному коридору второго этажа, что вел в четыре спальни, решая, как будет лучше поступить: забрать вещи из комнаты и идти ночевать в общую гостиную или все-таки остаться, а вещи Кристофера выставить в коридор.
Ноги сами принесли ее к комнате Алекса, она постояла немного, решаясь, а потом постучалась. Дверь распахнулась практически сразу, обдав ее разгоряченными ароматами душевой. Он стоял перед ней, словно сошел с обложки глянцевого журнала: подтянутый, загоревший, с полотенцем на бедрах, капли воды блестели на коже, на его торсе, время от времени выделяя накаченные мышцы пресса. Мужчина вытирал волосы и, как-то очень хитро улыбаясь, смотрел на нее. Не заметить ее взгляд он не мог.
— За десять минут принять душ, феноменальная скорость.
— Морская пехота, там научишься и не такому. Может быть, ты пройдешь?
Кэш поджала губы, протягивая к нему руку и дотрагиваясь до него, проводя прямую линию там, где только что промелькнула вертикальная линия пресса. Ее пальцы остановились, чуть-чуть не дойдя до полотенца, и она подняла на него глаза: одно лишь движение, и он будет стоять в чем мать родила, но непохоже, что его это как-то беспокоит. Маленькая месть за хитрый взгляд. Внешне остался невозмутимым, а вот дыхание задержал.
— Очень соблазнительно, но не сегодня. Зашла пожелать тебе доброй ночи.
Кэш подошла к нему и приподнявшись на цыпочках, коснулась его щеки:
— С новым годом, Алекс и доброй ночи.
Лекс лишь приподнял бровь, сомкнув руки на ее талии, он не собирался так просто отпускать ее, не узнав ответ на интересующий его вопрос:
— Ты определилась?
— Да, но ночевать я буду в своей комнате.
Как бы ей не хотелось иначе, но так будет очень правильно.
— Разумеется.
Еще раз коснувшись его, на этот раз губ, она все же пошла к себе в комнату, бросая куртку на пол и садясь на кровать. Надо было идти в душ, а потом залезать под одеяло, но сначала надо выставить вещи Криса. Силы покинули ее разом, и она почувствовала себя развалиной.
— Давай девочка, еще чуть-чуть.
— Даже не надейся, — голос Криса настиг ее, когда она взялась за ручку его еще не разобранного чемодана. — Что после этой ночи, которую я провел в поисках твоей подружки, я пойду спать на кушетку или в спальню твоего любовника!
Кэш кивнула, этого следовало ожидать! Она взяла необходимый минимум: белье, пижаму и косметичку с гигиеническими принадлежностями. Не хватало только итальянских комедий на ночь глядя, с ссорами и дележкой комнаты.
— За всем остальным я зайду завтра.
Стив продолжал сидеть на том же месте, где она видела его в прошлый раз. Он еще не спал и кажется, что не собирался.
— У меня проблема. Мне нужна ваша спальня, либо я ложусь здесь вместе с вами. Она будет не в восторге, когда проснется, но тебе выбирать, что объяснить будет проще всего.
Стив очень серьезно кивнул.
— Забирай спальню. Мы ей еще не воспользовались!
Кэш тут же прикрыла глаза, не в силах скрыть досадную усмешку. Стив только усмехнулся на это. Еще один! Ей наверняка будут сниться кошмары, слишком много зрительных образов за этот день. Лучше бы он шел в свою спальню, спать среди вещей ревнивицы ей не очень-то и хотелось. Кэш поежилась, но ни говорить, ни спрашивать ни о чем не стала.
— Ты может есть хочешь? Давай, я принесу!
— Не надо, иди ложись, у тебя тоже был непростой день, а я дойду, не маленький.
Кэш кивнула, положив ему руку на плечо.
— С новым годом, Стивен.
— И тебя.
Утро и в самом деле выдалось по новогоднему солнечным и ясным, как того и ожидала Кэшеди. Она практически сразу уснула, стоило голове почувствовать мягкую подушку. Вопреки всем ожиданиям, ей ничего не снилось. Она сладко потянулась, провалявшись еще пару минут, а потом решительно встала.
Недалеко от еловый корзины, их ждал ворох подарков. Так друзья решили компенсировать, то, что не праздновали Рождество все вместе.
Ей хотелось увидеть встал ли уже кто-нибудь, посмотреть, как чувствует себя Эмили, и стал ли уже кто-то распаковывать подарки.
В отражении зеркала в состаренной раме, с якобы облупившейся краской на нее смотрела еще лохматая, но уже вполне прилично выглядевшая девушка, не смесь вампира с вурдалаком и вот тем оборотнем-профессором из «Гарри Поттера».
Первое, что ей бросилось в глаза: открытая дверь в комнату Алекса, заглянув в нее, Кэш чуть было не села, но на самом деле сползла по косяку вниз. Не осталось ничего, что говорило бы о пребывании Лекса в этой спальне, только запах туалетной воды и ничего больше. Застеленная постель, пустые полки и шкафы.
— Доброе утро, милая. Хочешь кофе?
Кэш взглянула на протянутую ей кружку в руках Криса. Он присел возле нее, в его голосе звучали заботливые нотки, но сейчас это вызвало рвотный позыв. Это было издевательство.
— Отойди от меня и не подходи ко мне больше. Никогда.
Произнесла она негромко, вновь посмотрев перед собой.
— Я не шутил. Он уехал этой ночью. Предложение о замужестве…
Кэш не дослушала его, резко поднимаясь и в тот момент, когда он поравнялся с ней, с силой ударила двумя пальцами в солнечное сплетение, быстро нажимая на определенные точки, тут же отскочив от него. Это ожидаемая реакция, что жертва захочет оттолкнуть от себя в случае блокировки дыхания. Кристофер пытался сделать вздох, но у него не получалось.
Кэш держала в руках короткий меч вакидзаси[1], остановив его в нескольких миллиметрах от его шеи в классическом выпаде: держа клинок вдоль правой руки, от кисти до локтя. Лезвие короткого меча переливалось в солнечных лучах, отражая все оттенки золотого.
— Никогда больше не подходи ко мне, это было последнее предупреждение, — спокойно проговорила девушка, ощущая смертельный холод там, где должно было быть сердце. — В следующий раз я вытащу меч и снесу твою башку, как любому другому вурдалаку или демону. Если ты меня понял моргни один раз, если нет…
Он моргнул. Кэш кивнула, меч растворился в воздухе. Она отступила.
— Постой здесь. Твоя смерть будет такая же удушливая и невыносимая, как наши с тобой отношения. Если что, я внизу.
Приподняв уголки губ в холодной улыбке, Кэш вышла из комнаты и пошла вниз завтракать. Ничего страшного, отойдет! Он же бессмертный.
* * *
[1] Короткий меч, в паре с катаной образует стандартное вооружение самурая.