Глава 31. Марина

В машине едем молча. Тепло решило вернуться, и августовское солнце палит нещадно. Мне жарко в брючном костюме, еще голова гудит. Состояние отвратительное.

Влад время от времени посматривает в мою сторону.

— Так, давай, рассказывай, — требует сурово. — Кто это такие? Почему за вами из Стамбула приехали следом? Что им нужно?

Я вздыхаю. Пытаюсь собраться с мыслями. Потом рассказываю поэтапно, как есть. Про Александру, мамину подругу, про то, как они с ней Кемаля не поделили, про побег и про морозильную камеру. А еще про деньги, в пропаже которых Кемаль обвинил маму этим утром.

— Ну, ничего себе, баба Валя жжет, — шумно выдыхает Каверин.

— Не брала она денег, Влад, — отмахиваюсь я.

Он приподнимает бровь.

— С чего ты взяла, что не брала?

— Знаю я ее! Она деньги удержать в руках не может. Если бы украла, точно потратила бы! Уже видно было бы, что она при бабках. Начала бы тратить их направо и налево. Прибарахлилась бы уже, в салон красоты сгоняла. А так – в холодильнике пусто, ни нового маникюра, ни педикюра, ни нарядов.

— Ты ее недооцениваешь. Она может затаиться, — не соглашается со мной Влад.

Въезжает на парковку у девятиэтажки и первым входит из машины.

Тимурка уже приловчился – сам отстегивается, сам мощную дверь открывает. Вертит по сторонам головой с любопытством.

— Кондитерская, мам! — сообщает радостно. — Пойдем туда молочный коктейль пить с пирожным?

Я оборачиваюсь.

В кондитерской уже успели стекла заменить и все прибрали. Как будто и не было взрыва накануне.

— Позже будет кондитерская, — осаждает нас Влад. Берет из багажника наши чемоданы и указывает кивком на подъездную дверь.

На лифте поднимаемся в новую квартиру. Я отпираю ключом дверь, впускаю своих мужчин в прихожую.

— Мам, а мы здесь жить будем? — бежит в гостиную Тима.

— Да, — киваю с каким-то странным облегчением.

Сын вдруг замирает.

— А папа? — переводит полный надежды взгляд на отца.

И так просто все в его маленькой голове! Если папа есть, то папа должен жить с нами.

Я тушуюсь. Прячу взгляд. У Влада звонит мобильник, и это спасает неловкую ситуацию.

— Черт, это начальство. Сейчас получу нагоняй, что меня нет на рабочем месте, я ведь обещал с отчетностью разобраться, — бурчит Каверин.

Оборачивается к нам.

— Вечером буду у вас, а пока запритесь и никуда, ясно? Доставку продуктов через приложение закажите. Пока мы не разберемся, что за экзотический фрукт этот ваш Кемаль, вам надо быть предельно осторожными. поняла меня, Мариш?

Я киваю.

— Приезжай к ужину. Я картошечки пожарю, как ты любишь, с огурчиками солеными. Мне бабушка с собой две банки соленых огурцов положила… — приговариваю с легкой улыбкой и еще не угасшей надеждой.

Но Каверин меня не слышит. Прижав к уху мобильник, стремительно идет к выходу.

Оборачивается.

— Запрись, Марина! — требует строго.

Я иду за ним к входной двери. Несколько мгновений прожигаю полным отчаяния взглядом крепкую спину в голубой рубашке, которая стремительно исчезает на лестничной клетке, а после подавляю разочарованный вздох.

«Не уходи, ну, пожалуйста… побудь с нами еще немного», — умоляю мысленно.

Да только у Каверина на первом месте работа. Убедился, что мы в безопасности – и снова в бой.

Я запираю дверь на все имеющиеся в наличие замки, прислоняюсь к ней спиной. Прикрываю глаза и ловлю себя на том, что мне опять хочется плакать.

«Да что ж я за дура такая? Духи с афродизиаком нанесла, думала, хоть так его взбудоражу. Только афродизиак этот, похоже, исключительно на турков действует», — размышляю с досадой. — «У этого как была работа всегда на первом месте, так и осталась».

Постояв пару минут, успокаиваюсь и прохожу в гостиную, к сыну. Сажусь рядом с ним на диван, глажу его по растрепанным волосам.

Тимурчик льнет ко мне. Обнимает меня за шею, внимательно смотрит на шишку у меня на лбу.

— Мам, ты как? Тебе больно?

— Не очень. Но лучше нам с тобой сегодня побыть дома, — улыбаюсь грустно.

Сын вздыхает. Жмется ко мне сильнее, гладит меня осторожно по волосам.

— Я есть хочу, — произносит тихонько.

— А бабушка там блинчики передала, сейчас чай сделаем, варенье откроем, — оживаю я.

Тима срывается с дивана, бежит вперед меня на новую кухню, к сумке, что передала бабушка.

Я иду за ним следом. Достаем контейнер с блинчиками, варенье. Две банки маринованных огурцов красиво поблескивают на солнце.

На дне пакета нахожу килограмм отборного картофеля и записку.

«Мариночка, путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. Накорми его любимым блюдом вечером, халатик надень красивый, прихорошись, ласковой будь. И он постепенно к тебе обратно начнет тянуться. У него обиду долго держать не получится, у вас сын растет», — написано красивым бабушкиным витиеватым почерком.

Я прикрываю рот ладонью. Глаза обжигают слезы. Как же все просто у бабушки! Как будто красивый халатик поможет мне броню Каверина пробить...

Поразмышляв пару секунд, я расправляю плечи. «Не афродизиаками заморскими, так картошкой жареной обратно тебя заманю!» — размышляю решительно.