Глава 19
— Я не понимаю… – прошептала она, но тут же замолчала.
«Выбрана неверная тактика…» – пронеслось в мыслях.
Худшая!
Врать ему было нельзя.
Не в таком контексте и не при таких свидетелях.
Можно сколько угодно отыгрывать удивление, надеть маску «наивной каяри», что ей не раз навязывал его же советник, но только не прибегать к прямой лжи. К тому же, и без сторонней помощи она уже догадалась, какую правду он от нее ждет.
О браслетах!
Пока что Ариса не видела, где и как именно выдала себя, но почти не сомневалась: ему было известно о технологии в ее крови. Это объясняло многое: отношение к ней в последнее время, настороженность жены управителя, приставленную к покоям охрану. Не ради ее защиты, как она думала прежде. Нет.
И то, что стоящий перед ней мужчина был вооружен, лишь подтверждало сделанный вывод – он воспринимал ее как вероятную угрозу. Но, даже опустив все это, еще давал ей шанс. Иначе не устроил бы для нее финальную проверку, не стал бы спасать от слухов, доверять государственные тайны, обелять ее репутацию.
Она была ему нужна...
Четвертый принц Империи не торопил с ответом. По-прежнему заслонял собой свет, беря на себя удары палящего солнца. Эмоций не проявлял, но и такая крохотная деталь показалась ей важной.
Прежде чем заговорить, Ариса заглянула ему в лицо, стараясь уловить скрытые намерения. Каждый из присутствующих в этом зале, в чем она убедилась на себе, умел вести допрос, выстраивал манипуляции в ее адрес: хладнокровно, точно, безошибочно. Вместе же они дополняли друг друга, действовали как единый механизм, настолько слаженно, что для нее прежней их уловки остались бы незамеченными. Но не сейчас... Она тоже научилась считывать их методы.
Когда кто-то из них толкал ее к краю, провоцировал, давил, другой тут же подхватывал противоположное поведение: ободрял, направлял, сочувствовал. Прежде роль «защитника» брал на себя Саир, сегодня же ее примерил сам принц.
Вот только и за эту заботу он ждал платы. Прежде всего – честности.
— Что вы хотите узнать?
Вспомнив про зажатый в ладонях стакан, Ариса сделала несколько глотков, посмотрела на него.
— Какую правду?
Рискованно было начинать диалог таким образом: вопросом на вопрос. Выглядело это попыткой перетянуть инициативу, дать себе время на подготовку.
Принц иронично улыбнулся. В беседу не вступил и объяснений не дал. Еле заметно повел подбородком – отрицательно, стер эмоции с лица, оставив во взгляде лишь холодное предупреждение.
— Я… – повторно замялась Ариса. – Я не…
Страх на секунду кольнул сердце. Вбитые в голову предрассудки перекрыли действие технологии, напугав.
Что, если после откровений ее отдадут церкви? Либо вовсе сочтут сумасшедшей, по-настоящему опасной? Не дослушав, убьют...
Она резко мотнула головой.
— Я не знаю, как такое сказать.
— Говори, как есть.
— Я другая...
— И?
— Я – носитель…
К ее облегчению, никто ее не перебил.
Не вытерпев, она обернулась назад, мельком скользнула взглядом по наблюдавшим за ними советникам, но не нашла в их мимике ни удивления, ни иных опасных для нее реакций.
— Продолжай, – подтолкнул ее принц.
— Двадцать дней назад я надела браслеты... Я изменилась...
Ариса сама не заметила, как от робкого и осторожного вступления, где подбирала каждое слово, перешла к более уверенной манере речи. Заговорила быстрее, четче, неожиданно поддавшись фактам: без прикрас, излишних эмоций, будто речь шла о чем-то банальном, а не о ее собственной жизни.
Чуть запнулась, повторно назвав себя «носителем», но в остальном, спасибо анализу, проявила несвойственную ей сдержанность.
Рассказала обо всем. Даже о предположениях, как попала в дом Тарханов, что думала о своем происхождении. И о насилии над собой не умолчала. Поделилась осторожно, не ради жалости, скорее, чтобы обозначить поворотную точку.
Но кое-что все же оставила при себе.
Первое, утаила правду о низкой совместимости, о том, что браслеты не подчинялись ей полностью. С изначальных шестнадцати процентов доросли лишь до двадцати четырех, при этом едва не лишив ее рассудка.
Второе, оставила без внимания последствия для организма: болезненную адаптацию, перенапряжение и нагрузки, которые ей приходилось терпеть. Незачем им было знать о ее реальном состоянии. Для нее же будет лучше, если новый наместник Ахмерата не посчитает ее слабой либо непригодной.
Пусть видит в ней актив, а не риск для своего дела.
Ничего... Она привыкнет. Потерпит.
Лишь бы остаться в игре, продержаться этот год.
Закончив рассказ, Ариса осушила стакан до дна. Осмотрела всех троих.
Советники все так же молчали, и внешне не изменились. Слава богам, не вмешались, не обвинили ее ни в ереси, ни в глупости, ни во лжи.
Показалось, что Саир вот-вот растянет губы в знакомой ухмылке, но первым тишину прервал принц. Неожиданно начал с похвалы, кивнув ей.
— Благодарю за честность.
По его тону Ариса не смогла определить, какое впечатление произвела: одобрения либо осуждения в его голосе не прозвучало.
— Я ведь был прав! – все-таки вмешался Саир.
Подошел к ним ближе, заняв место рядом со своим господином.
— Был, – сухо признал Кеймар.
Но на него второй советник не взглянул, обратился к ней.
— Молодец. Честность – это хорошо. Это мы ценим.
— Ценим? – Поерзав на стуле, переспросила она.
От того, что над ней нависали уже двое мужчин, ей сделалось неловко.
— В чем вы были правы? Объясните, пожалуйста.
Саир поймал ее кисть, чуть потянув на себя.
— Это нейрошунт. Но я думал, что на тебе синаптический обод, а не браслеты. Любопытно…
— Вы знаете о таком?
Наверное, глаза у нее стали вдвое больше от удивления, доведя его до смеха.
— Это же чужая технология.
— Может быть, и чужая, – сквозь улыбку пояснил он, – но разницы я не вижу. У нас когда-то был аналог – обод, у вас – браслеты. И то, что мы их не используем, растеряли умения создавать что-то подобное, не значит, что мы ничего о них не знаем. Хотя с образцом нейрошунта сталкиваемся впервые. До этого я читал о них лишь в книгах. – Саир потер ее запястье, зачем-то встряхнув руку. – Ты можешь их показать?
— Нет. Я не умею, – честно призналась она.
— Ничего. Ты надела их относительно недавно, и на адаптацию требуется время. Правильно?
— Да.
— Научишься.
— Подождите… – Ариса вернула себе контроль, снова подавила эмоции. – Как? Как вы узнали? Я проговорилась в бреду?
— Нет...
К ним приблизился и Кеймар. Достав из кармана накидки небольшое зеркальце, протянул ей.
— Посмотри сама.
Оба советника и принц резко разошлись в стороны, оставив ее под палящими лучами.
Ариса болезненно поморщилась. Закрыла глаза ладонью, но он прикрикнул:
— Нужен свет!
— Ладно.
Поднеся зеркало к лицу, она сперва не поняла, чего от нее хотят.
В ответ на нее смотрела раскрасневшаяся от жары девушка, с чуть испуганными темно-серыми глазами. Ничего необычного, но уже в следующую секунду взгляд упал на лоб.
Легкое свечение пробежало под кожей. Синеватое, немного похожее на мириады вен, только подсвеченных изнутри.
— Слабое место нейрошунтов – перегрев, – пояснил Кеймар. – А еще – световая активность на сетчатке, особенно в период адаптации. Это может вызывать сбои, и вот такие проявления.
Он чуть надавил пальцем ей на висок. В том месте тут же расползлись тонкие нити, погаснув через десять секунд.
— Такого быть не должно, – продолжил Саир. – В идеале нейрошунт остается незаметным. Но ты, видимо, не следовала инструкции? Ошиблась где-то?
Ариса опять не стала говорить о низкой совместимости, ограничилась полуправдой:
— Я не соблюдала рекомендации по восстановлению.
— Оно и не удивительно, – почти дружелюбно заметил он. – Признавайся, моя милая каяри, это браслеты надоумили тебя на такое?
— Нет. Я сама.
— Вот же умница!
Почему-то его похвала прозвучала упреком.
— Но больше самодеятельностью не занимайся. Хорошо?
— Хорошо.
— А с ними… – он легко подхватил ее под локоть и, потянув стул, пересадил в тень, – впредь будь умнее. Не торопись.
— Я могу их отдать! – сгоряча предложила она. – Снять. Нужен специальный адаптер...
— А какой нам от них толк? – перебил Кеймар. – Эта технология индивидуальна и использовать повторно ее нельзя. Они твои. В противном случае – бесполезны. Вспоминай, кто еще о них знает? Опекун? Сестра? Брат?
— Никто! Я говорю правду!
— Вижу... А ты...
— Достаточно! – Внезапно прервал его принц. – Хватит с нее.
Кеймар недовольно поджал губы, но отошел назад. Саир тоже не проронил больше ни слова, отступил.
Перед ней остался только он.
Ариса догадалась, к чему все идет. Сейчас ее либо примут, либо...
— Вытяни левую руку.
Не став медлить, она подчинилась.
— Говори!
От нее ждали присяги!
Второй раз за этот день ей не удалось сдержать вздоха облегчения.
— Я, Ариса Кама Тархан...
В Ахмерате было принято опускаться на оба колена во время принесения клятвы своему господину, в Ракате и в большинстве провинций Дашета достаточным считался поклон головы. Она выбрала первый вариант: опустилась. Из-за волнения. Просто побоялась, что не простоит на ногах так долго.
— Клянусь служить Вам и Короне...
Стандартная присяга была длинной. Куда длиннее уже данного обещания в храме. В ней оговаривалось множество пунктов, условий, после каждого из которых шло заверение в верности. Наизусть текст Ариса никогда не учила, но благодаря браслетам помнила слово в слово, не сбилась.
Параллельно происходящему анализ не прекращал попыток остудить ее радость, указывал на подводные камни. По-хорошему, подобное решение требовало размышлений, спокойной оценки, а не такой спешки. Принимать его стоило осознанно, и уж точно не под давлением.
Успев понять, что к ней применили очередную манипуляцию – добивались именно этого, выставив договор на своих условиях, не дав ей и возможности поторговаться, Ариса все равно не замолчала.
Неважно, где и в чем ее обыграли. Главное заключалось в другом – она получит свое.
Всего через год...
— Клянусь!
К завершению присяги у нее уже подрагивали пальцы протянутой к нему руки, но принц вновь заговорил не сразу. В который раз наказывал ожиданием.
— Вставай, Ариса...
Руки она не опустила. И головы не подняла, все же дождалась его слов – формального завершения.
— Я принимаю твою клятву.