Глава 29

Последовав за ним, Ариса готовилась занять прежнее место в его карете. Но наместник, едва приблизившись к экипажу, неожиданно замедлил шаг и жестом подозвал стражника, державшего под узды пепельно-серого жеребца.

Вновь хороший ход. Рискованный, но хороший: проехать верхом до самых ворот Шаты, на глазах у толпы. Красиво. Опасно. И в то же время – безупречно, в духе нового правителя.

Она чуть помедлила, раздумывая, как поступить. До своего экипажа, болтавшегося где-то в хвосте процессии, ей не пробиться – дорогу загородили толпа и охрана. Пришлось подняться в первую карету. Сопровождать его верхом все равно бы не вышло: наездница из нее была дрянная, о чем и советники, и принц прекрасно знали.

Да и отгородиться от любопытных взглядов тоже не помешает. Не перетягивать внимание на себя больше положенного – сегодня она уже произвела требуемое впечатление, запомнилась перед людьми молчаливым символом, чего и добивалась. А еще ей просто хотелось побыть одной. Хотя бы несколько минут… Уже на первой остановке, скорее всего, за городскими воротами, нужно будет вернуться в свой экипаж, к попутчицам.

Компанию ей там составляли две достопочтенные ганны среднего возраста, взявшие на себя мелочи поездки: помощь в организации быта, приемов, питания, гардероб наместника и советников, множество иных забот. Немногословные и высокомерные, обе они терпели ее лишь напоказ. Вынужденно служили и ей, как третьему советнику. При этом не демонстрировали открытого недовольства, разве что умело игнорировали ее вне работы.

Не лучшая компания на два месяца пути… Но других женщин в поездке больше не было. А присоединяться к кому-то из мужчин либо задерживаться в этой карете, в компании принца, где ночные переезды между городами превращали экипажи в жилище, считай, в спальню, казалось ей еще менее уместным.

Впрочем, здесь ей нравилось. Внутри было уютно: пахло травами и едва уловимым терпким парфюмом. Обитые плотной тканью стены кареты заглушали гул улиц, а неспешное покачивание по мостовой успокаивало.

Теперь, когда забота о наместнике и его охрана перешли под руководство Дагиса, сбросив часть нагрузки, Ариса позволила себе перерыв. Алгоритмы браслетов продолжали работу в фоновом режиме, обрабатывая собранные данные. Краткий отчет складывался в голове, готовый перейти на бумагу. Как только представится возможность, она запишет все тезисно, не упустив главного.

Поверхность мыслей постепенно выравнивалась, переключалась с внешнего на внутреннее: собственные ощущения, подавляемые эмоции, уже привычную боль в груди.

Она устала…

Свет от уходящего солнца угасал, и хоть здешние ночи наступали медленно, ее уже клонило ко сну. Но снаружи по-прежнему не умолкали звуки ликования. Толпа и тут благосклонно встречала нового правителя, и даже улицы за пределами площади полнились восторженными голосами. Процессия тянулась медленно: до выезда из Шаты. Несмотря на то, что они уже миновали седьмое кольцо и вошли в восьмое, последнее, могло пройти еще двадцать-двадцать пять минут.

Поморщившись от боли, Ариса потянула к себе дорожную сумку. Нащупав во внутреннем кармане две закупоренные глиняные баночки, достала их и открыла. В каждой лежали небольшие черные таблетки на основе трав.

Проглотив по одной, она бережно убрала баночки обратно.

Ее лекарство… Сделанное специально для нее. Не собственными руками, но и не без хитрости. Первое – для улучшения кровообращения в мозге, второе – для поддержания сердца и организма в целом, чтобы хоть немного облегчить болезненную адаптацию.

На организацию этой поездки, на строительство колодцев, на множество других нововведений ушло слишком много ее сил. Иногда ей казалось, что внутренние резервы просто истощились, что все в ней держится лишь на упрямстве и привычке работать до предела, которая была и до браслетов.

А еще на желании добиться своего. Все же каждый день службы приближал ее к цели. Да и для нее происходящее складывалось лучше, чем можно было ожидать. За прошедшие два месяца службы она подстроилась: научилась давать то, что от нее ждут, предугадывать, быть полезной. И не без личной выгоды.

Чтобы получить лекарство для себя, пришлось провернуть целую комбинацию. Выставить все как государственную инициативу – проект, который принесет не только прибыль казне Ахмерата, но и реальную пользу людям. Используя осевшие в памяти знания, она составила рецептуры пятидесяти с лишним лекарств, исходя из возможностей местных ресурсов. Расписала до мелочей, подсунула Кеймару, а после его одобрения – наместнику. Уже потом, вместе с приглашенными из Ракоты фармацевтами, довела эти формулы до ума.

Так появились образцы, двумя из которых втайне пользовалась и она.

А всего через неделю в Шате должны были открыться первые аптеки со штатными врачами. С них начнется и жизнь новой гильдии фармацевтов – учрежденной наместником месяц назад, но фактически созданной ее руками. С контролем цен, учетом оборота, с налогами, что будут пополнять казну.

И, самое важное, в течение года такие аптеки должны были распространиться по всей провинции. Социальные, доступные и беднякам. Это была ее маленькая победа: тихая, но именно та, что могла однажды изменить повседневную жизнь многих.

Конечно, она понимала, куда внедряет эту идею: в самую коррумпированную провинцию Империи. Но с чего-то все равно нужно было начинать. К тому же, поначалу в гильдии будут работать приглашенные из Ракоты специалисты: одобренные и проверенные. Их присутствие станет хоть какой-то гарантией того, что все пойдет по задуманному курсу...

Выглянув в окно, Ариса заметила, как карета плавно миновала последние улицы и двинулась к открытым воротам города. Снаружи произошла небольшая заминка. У самих створок ждали остальные экипажи со свитой, грузовые телеги, заранее подготовленные к дороге, и основная часть сопровождения. Львиная доля прислуги и охраны присоединилась именно здесь – более двух сотен. Затратно, но для первой подобной поездки, где нельзя было предугадать, чего ожидать, решение казалось единственно разумным.

За пределами городских стен вереница зевак все так же тянулась вдоль дороги, не редея. Весь город знал: их наместник отправляется осматривать Ахмерат. И хорошо, что его провожали вот так – с размахом, с верой и восторгом.

Конечно, не без подготовки со стороны Саира и Кеймара. Созданная ими сеть из торговок, бездомных, мелких подмастерьев и простых горожан сумела в нужный момент подогреть интерес толпы. Но даже с этой поддержкой результат превзошел все ожидания.

Ариса подавила зевок.

Оторвавшись от мелькающих лиц, рассеянно переключилась на кромки деревьев, на угасающие краски и первую бледную звезду над горизонтом. Потом еще на одну. И еще… Небо темнело. Тепло внутри, ритм колес, скрип осей убаюкивали, а карета все не останавливалась.

Хорошо бы все-таки перебраться к себе. Лекарство помогало: снимало симптомы, но и действовало как снотворное. Ей же и без того хотелось отключиться, ни о чем больше не думать, отдохнуть...

Сама того не заметив, она уснула.

...

...

...

Карета резко дернулась и замерла.

Распахнув глаза, Ариса выпрямилась – на мгновение не разобравшись, где находится. Внутри сгустилась темнота: то ли давно догорел масляный светильник под потолком, то ли его погасили нарочно. Разглядеть что-либо было почти невозможно, но одно она уловила сразу – это не ее экипаж.

Сиденье напротив пустовало, а на ней самой лежало тонкое синее покрывало. Снаружи доносился топот копыт, окрики стражи и скрипы упряжек. Ночь стояла глубокая и, судя по колыхавшему шторку сквозняку, прохладная. Видимо, кортеж добрался до первой короткой остановки на маршруте.

Ениш. Поселение виноделов.

До него было четыре-пять часов пути от Шаты – при среднем темпе. И все это время она проспала в чужой карете. Одна…

Принц весь путь ехал верхом или с кем-то из свиты, уступив ей свой экипаж: намеренно не стал будить... Эта мысль кольнула неожиданно личным – будто уснула она не в его карете, а в его постели.

— Советник… – в дверцу деликатно постучали. – Вы проснулись?

По тихому голосу она узнала Рахара, пожилого управителя, который и в дороге не оставил своих обязанностей.

Старик ей нравился: и чувством такта, и расположением к ней, и тем, что, в отличие от многих, знал о браслетах. При этом, откровенно ее опекая, всегда сохранял подчеркнутую вежливость – в знак уважения к ее новому статусу.

— Советник, – уже шепотом добавил он, – поторопитесь. Мы в Енише.

— Я поняла… – собравшись с духом, Ариса толкнула дверцу.

Потащив дорожную сумку за собой, спустилась вниз.

— Привал будет недолгим – полтора часа, – напомнил он. – И у нас незапланированное событие.

— Какое?

— Поздний ужин…

— Сейчас же полночь. Этого нет в расписании.

— Да, но виноделы все уже подготовили. Главы подворий, – по пунктам объяснял он. – Они пригласили Его Высочество к столу. Охрана проверила, Дагис одобрил. Его Высочество дал согласие. До начала сорок минут, сам ужин рассчитан на полчаса. И вам, советник, тоже необходимо присутствовать. – Его цепкий взгляд пробежался по ее наряду и дорожной сумке. – Сменный комплект при вас?

— Да, – она огляделась. – А где Его Высочество?

Попадаться ему на глаза вот так – заспанной и растрепанной, еще и с покрасневшими щеками, было бы неразумно, да и неловко.

— В выделенной ему комнате на втором этаже, – старик указал на освещенные окна сложенного из черного камня здания. – Ваша в другом конце коридора, справа. Поторопитесь, – опять напомнил он. – У вас двадцать пять минут. Приведите себя в порядок и зайдите к нему. Он будет вас ждать.

Поблагодарив, Ариса направилась к дому.

Собираясь воспользоваться передышкой сполна, уже с порога сбросила накидку. Едва разобравшись, что к чему, в небольшой, но хорошо обставленной комнате, забежала в купальню. Кто-то постарался к ее появлению – подготовил теплую воду, от которой сейчас шел щекочущий нос пар.

Разделавшись с остатками одежды, она быстро окунулась. Жар воды и взбодрил, и практически сразу вновь нагнал сонливости. Больше всего хотелось поддаться усталости, вернуться в темноту без сновидений, но следовало торопиться.

Наспех растерев тело, Ариса выбралась наружу. Пока обсыхала, завернувшись во что-то наподобие простыни, переплетала косу, отдав предпочтение простой прическе. Да и сменный наряд, прихваченный в дорожной сумке, был скромным, закрытым, хоть и из дорогой, темно-бежевой ткани.

Натянув через голову сорочку, затем нырнув в свежее платье, она мельком посмотрела на свое отражение в стоявшем у стены зеркале. Забросив через плечо сумку, уже потянулась к верхним не застегнутым пуговицам, но тут ее внимание привлек поднос с сырными закусками, хлебом, ягодами и большим глиняным кувшином.

Проголодаться она не успела, а вот утолить жажду стоило. Нейрошунты и обезвоживание сочетались плохо.

Но, убрав тряпицу с горлышка, Ариса раздосадованно поморщилась. Чего еще можно было ожидать от поселения виноделов: вместо обычной воды внутри темной жидкостью плескалось вино. На первый взгляд ничего особенного, но анализ зацепился за аромат и тут же начал обработку данных.

Молодой напиток отдавал солнцем, свежестью фруктов, специями и чем-то едва уловимым.

Забыв о платье, она сделала первый глоток.

Вслед за ним включился углубленный мониторинг, который теперь задействовал на максимум и остальные органы чувств: вкус, обоняние, осязание, интуицию. Последняя и подтолкнула снять пробу.

Вино оказалось сильно разбавлено – до трех процентов по содержанию спирта. Алгоритмы не уловили ни ядов, ни иных вредных примесей, ни каких-то особых вкусовых качеств, но заинтересовало ее не это, а именно сама вода в составе. Еще до того, как система выдала вердикт, Ариса догадалась, в чем ее ценность.

Металлы.

Неуловимые для обычного вкуса, но не в ее случае. Примеси, характерные для рудных пород, особенно тарельской руды.

Вывод ее удивил. Для этих земель это был странный результат. Изученные перед поездкой сведения, в том числе и геологические карты, указывали на легкие почвы. Но залежи могли скрываться глубже. И если первичный анализ верен – здесь таились богатые жилы, возможно, даже богаче, чем в Газухаре. И, что немаловажно, неразработанные.

О них не знала ни корона, ни местные жители, ни владельцы виноградников. Те, скорее всего, не догадывались, что скрывалось у них под ногами.

Ариса крутанулась на пятках.

Нужно было срочно предупредить принца, прежде чем начнется ужин. И дать рекомендации, как строить разговор.

Выйдя в полутемный коридор, она поспешила к его покоям. У двери выровняла дыхание, постучав.

— Войди!

Принц стоял у окна, а Рахар как раз подавал ему накидку, сшитую на ахмератский манер.

— Ваше Высочество... – начала она, не обращая внимания на присутствие старика. При нем подобное можно было обсуждать без утайки.

Но, завидев ее, Рахар поперхнулся воздухом, несколько раз ударив себя по груди. Такой реакции она не просчитала, и лишь когда принц обернулся и его взгляд скользнул по ней, остановившись на шее, до нее дошло.

Ариса машинально коснулась выреза и похолодела: верхние пуговицы так и остались расстегнутыми, отчего глубокий разрез открывал куда больше положенного. Если бы не тонкая нательная сорочка, она и вовсе стояла бы здесь во всей красе.

— Я должна сообщить о важной находке…

Принявшись суетливо застегиваться, она продолжила доклад, подавив желание выскочить в коридор.

Да, ее усталость, дорога и спешка, в которых всем им предстояло провести два месяца, так или иначе стирали рамки. Но не до такой же степени… Нельзя позволять себе выпадать из реальности, терять собранность. Не здесь, не рядом с ним.

Игнорируя ее запинки и севший голос, Иссай ганн Даллора выслушал внимательно, и до завершения этой сцены к ней больше не оборачивался.

— Необходимо как-то устроить геологическую разведку. Тайно. – Уже взяв себя в руки, Ариса подвела итог. – Слишком мало данных, чтобы быть уверенной наверняка. Но я могу составить прогноз, какую выгоду дадут местные шахты, если правильно воспользоваться случаем: вовремя выкупить земли, не допустить слухов об их ценности…

— Решим по ходу ужина, – остановил ее он.

Повернувшись к Рахару, кивнул, а уже у двери задержался рядом.

— И на будущее – следи за своим внешним видом. – На его губах мелькнула легкая улыбка, голос понизился: – А то ведь доведешь старика до инфаркта.

Она поняла, что снова краснеет, но подшучивать над ней и дальше наместник не стал. Пропустив вперед, закончил похвалой:

— Молодец, третий советник.