Глава 36

Их кортеж все же выбился из графика, и куда сильнее, чем на сорок минут. До Ихмы они добрались не к утру, как планировалось, а лишь к вечеру следующего дня. Виной тому оказалась погода: непривычный для этого сезона проливной дождь лил над севером Ахмерата вторые сутки, размыв дороги. И хотя к приезду ливень стих, коррективы уже внес – часть встреч пришлось отменить, охота же, назначенная на завтра, тоже стояла под вопросом.

Зато на ее долгожданные выходные это почти не повлияло. С момента приезда Ариса была предоставлена сама себе: отдыхала в выделенных ей комнатах. На деле же, старательно избегала и хозяев поместья – Йаханов, и Саира, так и норовившего устроить ей допрос, и самого наместника.

Это было ее первое утро в Ихме, вернее, рассвет.

Внутри спальни царила тишина, нарушаемая редким скрипом ставен. Сквозь полуприкрытые занавеси сочился подернутый туманом свет. Дождь превратился в морось, об окна бились ветви высоких тополей, разбрасывая крупные капли. Дом еще спал, спал и город.

Ариса лежала в постели, за всю ночь не сомкнув глаз. Сначала промаялась с головной болью, потом с мыслями: слишком вязкими и тяжелыми. Сутки в дороге, непогода, заставшая их в пути, бесконечные расчеты анализа, от которого порой хотелось заткнуть себе уши (если бы это только помогло).

И главное, разговор с принцем.

Сказанное им, его неожиданная откровенность, как и то, что затерялось между строк, лишило ее привычной опоры.

Многое стало еще более запутанным, особенно между ними. Но и многое прояснилось.

Узнав от него тайну основания Дашета – о том, что в прошлом Империи уже был человек, носивший нейрошунты, первый Даллора, Ариса переосмыслила все. Посмотрела на случившееся иначе, перебрала в памяти каждый эпизод с того момента, как попала под защиту четвертого принца, оказалась в стенах его дворца, дала ему присягу. И выводы сделала двойственные.

Поняла, почему он взял ее на место третьего советника, но отвел такой короткий срок. Почему не стал выжимать до предела: и тогда, и сейчас расходовал ее ресурсы с умом, не перегибал, хотя мог бы вынудить работать на износ. Ответ напрашивался сам собой: ни он, ни посвященные в его дела приближенные – его советники, никогда не рассматривали ее как постоянный актив. И на год взяли неспроста: не рассчитывали, что ее хватит на дольше.

Можно было даже поверить, что они ее пожалели. Ведь поставь ей Иссай другое условие: служить три года, пять лет, десять – она бы согласилась. Тогда, едва отделавшись от брака, пошла бы на все, лишь бы получить его защиту.

Мысль жгла горечью. Но вместе с тем была и вторая: холодная, трезвая.

Не стоило считать себя обузой… Она уже дала ему немало. Не просто отдельные советы или удачные идеи, целые пласты работы, которые в иных обстоятельствах заняли бы жизни сотен человек. Проекты, расписанные на годы и десятилетия вперед. Пусть их невозможно воплотить на практике сейчас, время их придет: и через век, и через два, но ее наработки не пропадут. Чего нельзя было сказать о ней самой.

Нет, не факт, что ее ждала судьба первого императора: сумасшествие и скорая кончина. Но вероятность такого исхода все равно пугала и показателями, близкими к абсолюту, и предчувствием, и простой человеческой оценкой.

Да и винить ей было некого. Никто же не заставлял ее надевать браслеты. Никто не тянул за язык, не вынуждал называть имя четвертого принца – выбирать эту дорогу.

Может, все же стоило признаться ему накануне, в конце той беседы, когда он дал шанс. Рассказать о своем истинном состоянии. Он и так видел в ней больше, чем она предполагала. И, скорее всего, уже понимал: если она и не врет, то многое скрывает.

Но момент Ариса упустила.

Впрочем, приглашение к откровенности оставалось в силе. И решиться ведь не поздно – пойти к нему с ответами. Вот только не сегодня.

Сегодня в ней еще теплилась надежда разыскать свой корабль, а с ним и адаптер.

С вечера, сразу после приезда, она отдала распоряжение конюху: подготовить для нее к рассвету покладистую кобылу. И вещи собрала заранее: дорожная сумка с водой, легким перекусом, ее лекарством ждала у изножья кровати.

Пора было выдвигаться.

Перебравшись к умывальнику, Ариса быстро привела себя в порядок. Натянула простое серое платье, собрала волосы в узел. Проглотив несколько таблеток, не дожидаясь начала действия лекарства, выскользнула в коридор.

Главный дом у семейства Йахан был большим и странным, перестроенным несколько раз. За время путешествия она успела досконально изучить местность Ихмы по картам, но тут, в переходах и нагромождениях комнат, еще путалась. Предстояло спуститься с третьего этажа, миновать два крыла и выйти в один из внутренних дворов, «малый», как его вчера назвал старший Йахан. Оттуда же на хозяйский двор, к конюшням.

Дальше все должно было идти по плану: начинать следовало со старого поместья опекуна, которое тринадцать лет назад выгорело, оставив после себя лишь обугленные развалины. Именно с этой точки разумнее выбрать направление поисков.

Заброшенное поместье стояло в шести километрах от Ихмы, обломки же корабля, как подсказывал анализ, могли оказаться в восточных лесах. А это несколько километров – путь, который трое маленьких детей были способны осилить от места крушения до земель Тарханов.

Ариса спустилась вниз без помех. Ни один слуга не пересекся ей навстречу. Только молчаливые охранники из кортежа, расставленные Дагисом по этажам, провожали ее взглядом, но не останавливали. Пока что вылазка складывалась удачно...

Она уже понадеялась, что уйдет без заминки, но, отворив дверь во внутренний двор, застыла.

Там было тихо. И при этом людно.

Четверо обнаженных по пояс мужчин, стоявших к ней спиной, разом обернулись.

Братья Йаханы. Саир... Принц.

И все они, судя по зажатым в руках мечам, готовились к утренней тренировке.