Глава 37

Иссай увидел ее сразу.

Смущенную, растерянную... Кивнув ему вместо приветствия, Ариса проявила несвойственную ей потерю контроля: встретить их всех здесь, в такое время, и в таком виде, она явно не ожидала. А поймав на себе его взгляд, вовсе вспыхнула. И тот румянец, разлившийся по бледной коже, в это туманное утро особенно бросался в глаза. Красиво… даже слишком.

Она попыталась сбежать (иначе эти суетливые действия назвать было нельзя). Подавшись назад, тут же передумала, свернула к двери, ведущей на хозяйский двор поместья.

— Не ходите в город в одиночку, советник! – окликнул ее Талвар.

Мало того, что этот Йахан влез, куда не следовало, так еще и не сумел прикусить язык.

— Тем более в сером, – все с той же веселостью добавил он.

Ариса ненадолго застыла от его слов. Одернула руки, когда хотела поправить на себе свободно сидевший наряд: простой и серый. Иссай отметил, как она ускорилась, так и не притронувшись к ткани, а у самой двери снова замешкалась. Дернула ручку раз, другой, но та не поддалась.

Иссай уже шагнул к ней. Не только чтобы открыть ей эту злосчастную дверь, но и чтобы самому не сорваться на ком-то другом.

Он хорошо понял смысл, вложенный Йаханом в эту фразу. Может, тот и понадеялся, что «выходец из столицы» не разберется в их северных оттенках. Да и на первый взгляд там не было ничего оскорбительного, если бы не приписка в конце.

В рассветные часы на севере Ахмерата женщине действительно не стоило появляться одной. Еще и в сером. Сейчас этот цвет не отображал прежнего символизма, но во времена до инквизиции обзавелся дурной славой. Когда-то так одевались женщины древней профессии. И Ариса тоже уловила свой просчет, иначе не стала бы лихорадочно рыться в сумке, набрасывать поверх платья сине-красную накидку.

Но позднее всех смысл собственных слов осознал сам Талвар. И, как уже за ним водилось, опять не к месту открыл рот:

— Ваше Высочество… советник, я не имел в виду ничего дурного...

— Помолчите уже, Йахан, – негромко бросил Саир.

Иссай не обернулся.

Дождавшись, пока Ариса закончит с завязками накидки, взялся за ручку двери.

— От себя… Куда ты собралась?

Она не поднимала глаз. В окружении полуодетых мужчин чувствовала себя неловко, и он это видел. Держать ее в таком состоянии не собирался, но и отпустить неизвестно куда и зачем – тоже не мог.

— Здесь неподалеку бывшее поместье моего опекуна. Я давно планировала там побывать.

— С какой целью?

— Мне любопытно, что от него осталось. И, может быть, я что-то вспомню о своем прошлом. – Она на миг заглянула ему в лицо, тут же спрятав глаза. – К вечеру я вернусь. Если вам нужно, чтобы я присутствовала на приеме, я буду.

— Нет. Отдыхай.

Очевидной лжи в ее ответе он не уловил, а вот скрытую недомолвку – да. Его третий советник вообще умела опускать детали в разговорах с ним: не как политик и стратег, а скорее по-женски, с естественной хитростью. И наблюдать за такими проявлениями было интересно.

— Хочешь, я поеду с тобой? – неожиданно для самого себя предложил он. – До первой встречи у меня есть три часа.

Но ответ прозвучал резко, почти что грубо.

— Нет! Не нужно, Ваше Высочество. Я справлюсь сама.

Такая реакция с ее стороны задела, впрочем, виду Иссай не подал. Лишь кивнул, добавив:

— Без сопровождения не иди. Возьми с собой охрану.

— Я лучше одна.

— Это приказ.

Последнее ее точно расстроило. Он заметил, как на долю секунды изменилось выражение лица, но Ариса быстро кивнула. И больше не задерживалась: едва он отступил в сторону, поспешила уйти.

Выдохнув, Иссай обернулся к стоявшим позади.

Меч в руке вдруг показался лишним, и фехтовать ему уже расхотелось. Он лениво покрутил клинок, задержав взгляд на переминавшемся Талваре:

— А знаете, достопочтенный… Я наслышан, что в своем полку вы слыли мастером в наер-то. И часто выходили победителем.

— Все верно, Ваше Высочество.

— Вот и прекрасно. Я не откажусь от хорошего спарринга.

— А мечи?

— Оставим на завтра.

— Ваше Высочество, – вмешался Саир, но он оборвал наставника:

— Принеси мне воды!

— Вон же, – тот, пряча косую ухмылку, кивнул на два кувшина у стены.

— Холодной, – уточнил Иссай и, вложив меч в ножны, добавил тверже: – Принеси холодной, Саир. И возьми с собой Имра.

В карих глазах наставника уже плясали искорки веселья. В паре с предупреждением, которое, что понимали оба, услышано не будет.

— Холодной, так холодной... Идемте, ганн Имр, – приобняв младшего за плечи, Саир вывел того прочь.

А когда вернулся спустя пару минут, не придал внимания переменам: ни потемневшей скуле у старшего Йахана, ни тому, как тот теперь стоял с опущенным взглядом, помалкивал и старательно держал осанку. Напряжение еще висело в воздухе – чересчур явное, чтобы спутать его с обычным спаррингом.

— Думаю, для сегодняшнего утра хватит. – Будто ни в чем не бывало, Иссай осмотрел собравшихся. – Благодарю за тренировку, достопочтенные. Встретимся за завтраком. А потом… – он кивнул хозяевам дома. – У нас много важных дел.

Какими бы недалекими не были Йаханы, на сей раз сообразил и старший, и младший. После поклонов оба оставили его с Саиром наедине.

Да… тренировка не задалась. И день обещал быть не лучше.

Они вернулись в отведенные им покои.

Иссай пересек гостиную: сбросив меч в ножнах на стол, сел на край дивана. На полу темным пятном растекалась вода с сапог, которые он так и не снял. Сырой воздух после дождя тянул из приоткрытого окна, в камине потухло с ночи. Было прохладно.

Неподходящая погода для прогулок – все же не стоило ее отпускать…

— Я мигом, – Саир мелькнул в дверном пролете, уйдя к себе.

Оставшись в одиночестве, Иссай закинул руки за голову. Боли не чувствовал, но раздражение после схватки еще пульсировало в висках. Двух точных ударов, что у него «выпросил» Йахан, явно было мало. Как и мало выговора.

Дверь распахнулась без стука. Вернувшись в свежей одежде, в уже застегнутом камзоле, Саир по-прежнему тянул ухмылку.

— Наер-то? Серьезно, Ваше Высочество? – пройдя к шкафу, он выудил чистую рубашку, на ходу перекинув ему. – Оказывается, такое вот у тебя наер-то. А я-то думал, это мордобой.

— Не начинай...

— Может, ты забыл? Договариваться придется не с их отцом – он стар и наполовину выжил из ума. С ними! Особенно со старшим. На него тебе и опираться в будущем, как на главного союзника на севере. Разве это разумно – поучать его так?

— Да, – согласился Иссай, не дожидаясь продолжения. – Ты прав. Неразумно.

Саир сузил глаза. И в его «раскаянье» конечно же не поверил – никуда не дел свою фирменную язвительность.

— Смотрю я на вас, Ваше Высочество, и думаю: как же нам всем повезло.

Подыгрывать ему сейчас не имело смысла, как и останавливать. Без вариантов было ясно – наставник договорит все, что собирался.

— Милостью богов, вы выросли умным. Вспыльчивым, что у вас от отца, но умным, что уже от матери. Иначе только представьте, какой бы нам достался самодур.

— А я по тебе скучал, – Иссай широко улыбнулся. – Больше сорока дней никто не напоминал мне о моих достоинствах.

— Вот и зря!

Они обменялись взглядами. Саир выдержал его дольше, и Иссай сам свернул разговор, пока тот еще не ушел глубже, чем следовало.

— Ладно... Иди. Я выйду позже. Сперва завтрак, потом встречи. Потом прием…

— Зачем? – упрямо перебил его тот.

— Зачем что?

Наставник лишь развел руками.

— Ты сам все слышал. Не глухой… По глупости это было или нарочно – не важно: оскорбление ей, как моему советнику, равно оскорблению мне.

— Согласен, но все равно – зачем?

Вложенный в последний вопрос смысл Иссай понял, но отвечать не захотел. И прежде всего потому, что несказанное еще можно было отрицать. Если и не игнорировать, то уходить от ответа.

— Когда-нибудь, Саир, – он просто пожал плечами, – я скажу тебе первому.