Глава 40

Анализ фиксировал одну прошедшую минуту за другой: Ариса стояла, глядя на почерневший фрагмент корпуса, и не шевелилась. Давно восстановила в уме возможные параметры и размеры корабля, основываясь на этих обломках, давно просчитала вероятное местоположение других кусков, но уже не чувствовала ничего. Ни облегчения, ни горечи, ни радости – только пустоту.

Странно было получить именно такую реакцию. После стольких месяцев, что эта цель существовала в ее мыслях, она и сама ожидала от себя иных эмоций. Но то ли подгибавшая ноги усталость, то ли полученные травмы, боль в руке и пережитое за это короткое утро… браслеты, как и организм, предпочли отгородиться от нового потрясения. Вновь уступить рациональному.

Радоваться находке не имело смысла, как не стоило и поддаваться разочарованию. Итог был ожидаемым.

Вот он, ее корабль... Все это время она гналась за призраками, надеясь, что здесь будут ответы на ее прошлое, а вдобавок и ключ к спасению – адаптер. Но «ХА-РИСАНТ», вопреки ее прогнозам, нашел последнее пристанище не в восточных лесах, а в болоте: разодранный и безжизненный, и те фрагменты, что чудом остались на поверхности, не могли рассказать ей всей правды.

При падении корабль не сохранил целостности. Не прибегая к помощи анализа, можно было сделать вывод: большая его часть затонула вскоре после крушения, еще четырнадцать лет назад. И даже будь у нее ресурсы осушить болота, на что ушли бы годы, эти останки в имеющихся условиях не восстановить. Они стали могилой для всех, кто не пережил крушение. Для экипажа, для пассажиров, для ее настоящей семьи…

Нет, проблесков в памяти у нее не случилось, но и те, что имелись ранее, дополненные воспоминаниями Нэи, давали веские основания так полагать.

Она помнила яркие палубы, мигающие приборы, иллюминаторы, темноту за ними. Помнила ощущение, что там, внутри, ей было хорошо. А теперь, рассматривая название корабля, Ариса понимала и то, откуда у нее такое необычное имя: чужое как для Дашета, так и для этой планеты.

ХА-РИСАНТ.

Ей тогда едва исполнилось шесть по меркам Серраи. Раненая, с двумя крошечными детьми на руках, она выбралась к людям и, должно быть, повторяла это название снова и снова: с неизвестным для местных акцентом, с ошибками, спутанными от шока и боли.

Что же до детей… Вывод на миг сжал сердце.

Тэйяр и Нэя не были ей родными.

Браслеты твердили это с первых анализов, однако человек в ней упрямо держался за обман, не хотел разрушать и эту шаткую опору. Но здесь, перед мертвым кораблем, уклоняться от правды не имело смысла: между ними не нашлось ни общей крови, ни общих корней. Разве что злой рок – случайность, связавшая их в день крушения.

Когда-то этот корабль был ее домом. Единственным домом: местом ее рождения, что подсказывала уже интуиция.

До падения на Серраю она не знала твердой земли – росла среди звезд, в искусственной гравитации. И ее родные, чьи образы стерлись, оставив лишь ощущения присутствия, служили на «ХА-РИСАНТЕ», занимали невысокое положение. Их лиц Ариса не помнила.

Зато по какой-то причине сумела сохранить в воспоминаниях другое лицо – белокурой красивой женщины. Матери близнецов.

Это она усадила ее в спасательную капсулу. Она надела на нее рюкзак с браслетами. Она же вложила в ее руки маленькие ручки своих детей.

Незнакомка с белесыми волосами их всех спасла. А вот от чего бежала сама, почему корабль разбился, ответов память не дала. Как и не дали эти обломки…

Из оцепенения ее вывел дождь.

Стерев влагу со щек, Ариса дернулась.

С утра моросило, но ближе к обеду непогода опять разошлась в полную силу – ливень обрушился на плечи ледяными потоками. Но шум капель, барабанящих по листве, неожиданно подействовал умиротворяюще – заземлил мысли, вернул к насущным проблемам.

Простояв еще немного, она продолжила идти. Ничто не помешает ей обработать новую информацию позже, в безопасности. Прошлое прошлым, а выбираться отсюда было нужно.

Постепенно болото отступало, вода собиралась в отдельные пятна, уже не затягивала землю сплошной вязкой массой. Дождь стирал мерзкие запахи, смывал с нее следы черной грязи, обжигал холодом, но и возвращал к жизни.

Выбор направления оказался верным. Примерно через полчаса браслеты подали сигнал, уловив неразборчивый гул впереди.

Где-то далеко, сквозь шум дождя, пробился глухой лай собак. Наверное, ее искали, и, если ей повезет, те, кого она действительно хотела бы увидеть. Но звать на помощь и теперь Ариса не стала. Без усиления через браслеты эти звуки прошли бы мимо обычного человеческого слуха. Ливень глушил все. Даже окажись она в двадцати метрах от поисковой группы, они бы не услышали ее в ответ: ни шагов, ни крика.

Скорректировав маршрут, она переключилась на наиболее разумный вариант – выйти к ним самой, но и не выдавать себя раньше времени. Путь к цели занял десять минут. Кто бы ее ни искал, они тоже двигались ей навстречу.

Заметив на небольшой поляне смазанные фигуры, Ариса затаилась в кустах. Разобрала «своих», но выходить к ним отчего-то не спешила.

Пришедшие, человек двадцать, громко спорили, пытаясь перекричать друг друга, дождь и лай собак. Те потеряли ее след. Удивительно, как вообще сумели провести так далеко на подобной местности, в условиях ливня.

Громче остальных ругался первый советник, вызвав у нее улыбку. Свидетелем таких «выражений» от Саира, которыми тот крыл проводников, она еще не становилась. Вторым же выделила его голос – более спокойный, со знакомой интонацией, но незнакомым оттенком.

Раздвинув мокрые ветви, Ариса чуть подалась вперед.

Они стояли у кромки болота – усталые, промокшие. И новый наместник Ахмерата сейчас меньше всего походил на венценосную особу: закатанные по локоть рукава, черная рубашка в разводах серой грязи, растрепанные волосы. На лице же лишь тень привычной собранности. Он держался спокойно, напоказ, но браслеты все же уловили скрытое.

Тревогу… страх за нее.

И именно он заметил ее первым.

Секунд пять они просто смотрели друг на друга: она с границы топей, он с края тропы, в нескольких десятках шагов. Остальные же по-прежнему спорили о маршруте, ни о чем не догадываясь.

Толкнув Саира в плечо и сорвавшись с места, Иссай сам пошел к ней.