Глава 42
Растерянность, как и принятие на ее лице, выглядели забавно, даже мило – на что хотелось смотреть не отрываясь. Впрочем, этим Иссай и занимался, игнорируя все сигналы из глубины комнаты и не обращая внимания на открытое недовольство наставника.
Он сам понимал, что ведет себя глупо: слишком часто улыбается, неуместно долго держит ее за руку. Но сейчас ничего не мог с собой поделать. Облегчение и другие чувства, накрывшие его после их встречи, осознание, что она жива, не отпускали и спустя несколько часов. Разумного в этом было мало: с таким набором эмоций оставалось только совершать ошибки.
Неудивительно, что в последние два дня и особенно в этот вечер Саир постоянно крутился у него под боком, тоже замечал неладное. Пока что не говорил вслух, больше язвил. Но сегодня прямого диалога было уже не избежать. Иссай прекрасно знал, что услышит: с каким нажимом, какой интонацией, какими аргументами. Голос наставника сам по себе жил у него в голове.
Возможно поэтому до последнего не хотелось уходить из ее спальни и заканчивать разговор. Там, рядом с ее постелью, еще оставалась иллюзия: из недосказанности, взаимности, ответных эмоций и тепла ее кожи; а снаружи ждала практичная реальность.
Это ощущалось фоном, пока беседа от откровений и признаний постепенно не перешла в деловое русло. Около часа они втроем обсуждали обнажившиеся проблемы: ее состояние и прошлое, разбившийся корабль, похороненный в топях, и адаптер. Главное, к чему пришли все трое – использовать ее возможности придется умеренно, ориентируясь на самочувствие.
Впредь он предоставлял ей свободу действий, снимал большую часть обязанностей, оставив за ней лишь роль «праведной дочери Хатры». Освобождал, о чем думал и раньше, но отпускать от себя уже не собирался.
Когда усталость в ней взяла свое и после очередных рассуждений Саира Ариса закрыла глаза, задремала, пришлось все же уйти. Но, оказавшись снаружи, уклоняться от наставника Иссай не стал: сам позвал его в свои покои.
Помимо прочего, стоило решить наедине один важный момент, который они не поднимали при ней.
Банахары. Вернее, ответный шаг.
Оставлять нападение на его третьего советника без должной реакции было бы проявлением слабости. Да и возобновить беседу он собирался именно с ответных мер. Но наставник, взяв привычный темп, больше похожий на допрос, насел на него с порога.
— Что это было?!
Иссай зажег масляные лампы и переставил одну к рабочему столу.
— Ты о чем?
— Тебе прекрасно понятно, о чем.
— Нет…
После введения нужной комбинации скрипнула дверца походного сейфа, а вскоре перед ним оказалось все необходимое: плотная водостойкая бумага, шифровальные пластины, его личная печать. За время подготовки Саир молчал, сверля взглядом, что в конце концов надоело обоим.
— Говори прямо!
— Прямо? Так прямо! – наставник занял стул напротив, сцепив пальцы. – Что это за нежности, Ваше Высочество?
— Не вижу ничего неуместного.
— Достаточно того, что видят другие. К чему тогда потраченные ресурсы и время? Сделать из нее символ веры, чтобы потом самому же опустить ее до любовницы.
— Саир…
— Это есть? – не унимался тот.
— Нет.
— Будет?
— Саир! Давай просто покончим с делами и пойдем спать!
Чтобы не слышать в ответ очередного «но», он склонился над столом и принялся писать.
— Я составлю приказ для Кеймара. Выполнение – приоритет.
— Тебе скучно? – неожиданно спросил наставник.
Иссай замер, вскинув на него взгляд.
— Нет.
— Я понимаю: Ахмерат – не Ракота, – Саир слегка пожал плечами. – Ты преуспел здесь, но местные нравы… к такому сложно привыкнуть. А еще я допускаю эффект новизны, экзотики. Все-таки она красива…
— Хватит.
— И Лария тебе надоела, – замечание осталось без внимания. – Однако, это не повод терять голову. Ты прежде всего правитель… – но то, что последовало далее, уже было за гранью его терпения: – Я составлю список подходящих кандидаток? Помнится, в Ракоте тебе была интересна одна ганна. Хочешь, я приглашу ее в Ахмерат?
Недобро усмехнувшись, Иссай отбросил карандаш.
— А хочешь, мы закроем эту тему, и ты прекратишь лезть в мою постель?
— При всем моем желании, Ваше Высочество, – Саир не отступал, съязвив, – сделать это невозможно. Там же занято.
— Ты закончил?!
Сложенные в несколько раз листы готового приказа полетели вперед, опустившись на край стола.
— Отправь сейчас!
— Всенепременно…
Но прежде чем спрятать их в нагрудный карман, наставник заглянул внутрь. Пробежав быстрым взглядом, пару раз хмыкнув, наконец сменил тему.
— Уверен?
— Да.
— Обязан напомнить: прямых доказательств причастности Банахаров нет. Не высоко ли ты бьешь?
— Хотел бы и выше.
— Последствия?
— Справимся…
То, что наставник не поддержит кардинальных мер, было ожидаемо. Пусть у него и имелись личные счеты с домом Банахар, даже это не меняло его подхода. Саир по-прежнему держался «осторожной» политики в границах Ахмерата и полагал, что время для крупной игры еще не пришло.
Он же считал иначе. Ход был за ним, и пропустить его в этот раз Иссай не мог.
— Ты сам не раз учил, – глубоко вдохнув, он продолжил примирительным тоном: – если война неизбежна, каждый день промедления укрепляет не тебя, а твоего противника. Но и ты же себе противоречишь: отвечать подобными мерами нужно было сразу – после махары. Ты отговорил меня, а ведь мы могли обойтись малой кровью.
— Этого теперь не узнать. Что же до моих мудростей, вспомни еще одну: эмоции – худший советчик. Твое решение основано на гневе.
— Я предельно спокоен.
— Оно и видно…
Саир вновь принялся возражать.
Остановив его жестом, Иссай покачал головой. Он редко прибегал к прямым приказам в адрес первого и второго советников, но сейчас на споры и убеждения сил не осталось. Тем более что своими нравоучениями наставник уже вывел его из себя. Хорошо хоть не стал напоминать о ценности монарших связей, важности его венценосной особы и о том, что его брак, как и постель, – дело Короны.
— Выполняй… И, ради всего святого, иди спать!
Но когда тот добрался до дверей, Иссай окликнул:
— Подожди!
— Что-то еще, Ваше Высочество?
— Хватит тебе. Напиши запрос в Имперский архив.
— Такое не пройдет мимо интереса наследного принца, – разумно заметил Саир.
— Неважно.
— Что им искать?
— Любую информацию об адаптере и подобных технологиях.
Откинувшись на спинку стула и на миг закрыв лицо руками, Иссай посмотрел вперед.
— Эти браслеты… их надо снять.