Глава 54

Оказавшись в коридоре, прежде чем переступить порог комнат Арисы, Иссай ненадолго замер.

Никто его не видел: охрана стояла только у входов на это крыло, и собственные попытки быстро успокоить дыхание, взять себя в руки, прошли незамеченными.

Встряхнувшись, он все же шагнул вперед.

Как и следовало ожидать, в первой комнате – гостиной – было пусто.

Все находились в спальне. И через распахнутые створки Иссай увидел уже пришедших двух лекарей брата, его советника и самого Хэйдана.

Четверо столпились вокруг кровати, куда переложили Лину. Один из лекарей обрабатывал едкой мазью запекшуюся рану на ее груди, резкий травяной запах которой перебивал другие ароматы. Остальные собравшиеся тихо переговаривались, и даже Хэйдан выглядел почти собранным, вернее, обманчиво собранным.

Заметив его, тот шагнул навстречу.

Иссай не дал ему заговорить первым: брата действительно следовало успокоить. Быстро пересказав слова Арисы, он остался ждать в гостиной.

Пока что Хэйдан воздержался от комментариев. Выслушав его молча, вернулся к лекарям, коротко передал сказанное и лишь после подошел вновь. Окинув на этот раз взглядом с головы до пят, он заложил руки за спину.

— Ты ждешь объяснений? – нарушил тишину Иссай.

— Ну, это не мой советник рисковал жизнью моей жены. Так что да. Жду.

Прежде чем ответить, Иссай шагнул к спальне и закрыл створки.

— Так как мне это понимать? – настаивал на своем Хэйдан. – Как самовольство? Как измену?

— Не перегибай.

— Хорошо то, что хорошо заканчивается, – отчеканил брат по словам. – И дай боги, Лина придет в себя. А если нет? Что тогда? Как мне все это рассматривать?

— Как милосердие.

Хэйдан качнулся вперед, явно сдерживая ругательство.

— Милосердие? – слишком тихо переспросил он.

Наблюдая за его реакцией, Иссай быстро перебирал в уме варианты того, как именно вести с ним разговор.

— Хватит тебе, – бросил он, выбрав прямоту вместо уловок. – Мы оба знаем, что здесь произошло. – И не остановился – пошел до конца. – И мы оба прекрасно знаем Лину. Да, она твоя жена. Да, ты ее любишь, но слепым от этого ты же не стал? И кому, как не тебе, известно, на что она способна.

Отмолчавшись, Хэйдан не отвел взгляда.

— А было так, – продолжил Иссай, не обращая внимания на тень раздражения, проступившую на его лице. – Это Лина пришла к ней! Это она вынудила моего третьего советника себя лечить! Это было ее решение. И, зная, как она умеет добиваться своего, результат меня не удивил.

— Пусть так… – бросил Хэйдан. – Но твой советник не имела права прикасаться к ней без моего согласия! – Он поднял палец вверх. – И без твоего, которого бы ты все равно не дал.

— Разумеется!

— Так зачем же она ослушалась?!

— Да потому что не могла иначе! – Голос Иссая все-таки сорвался. – Мораль носителя, забыл? Она не может по-другому. Ее задача – служить во благо большинству. Я не знаю, что просчитал ее разум в Лине, почему ее существование важно для Дашета, но будь это не так, она бы ответила отказом!

Он попытался сдержаться, но раздражение в паре с гневом, скопившееся в адрес брата, рвалось наружу.

— Лина выживет! Ты получишь относительно здоровую жену, с чем я тебя и поздравляю.А она... – его рука взметнулась в сторону выхода. – Скорее всего не протянет до конца этого года. Но кто она такая, чтобы мы ценили ее жизнь? Инструмент и не более… Так ведь, Хэйдан?

Иссай ожидал, что в ответ на его вспыльчивость брат тоже спустит пар – не промолчит, сорвется, но Хэйдан внезапно отступил. Опершись спиной на ближайший шкаф, он несколько мгновений просто смотрел на него.

— Вот как?

Его вопрос Иссай понял не сразу.

— Ты о чем?

— Да я вот думаю, кого из твоих наставников мне наказать?

После этой фразы до него дошло, в какую сторону повернула их беседа, но останавливать брата он не стал. Этот разговор состоялся бы рано или поздно. Так почему бы не сейчас?

— Я же все и всегда узнаю последним! – невозмутимо продолжал Хэйдан. – И давно у тебя? Хм… у вас? – прервав самого себя, брат повторно ухмыльнулся. – Можешь не отвечать: меня интересует другое. Это серьезно?

— Да.

— Насколько?

— Достаточно, – коротко отрезал Иссай.

— Достаточно для чего? – передразнил его брат. – Может, ты еще и титул ей дашь? Может, брак предложишь?

Иссай только посмотрел прямо, кивнув.

— Боги… – устало выдохнул Хэйдан.

Через пару секунд он отвернулся к камину и направился вглубь комнаты. Некоторое время стоял там, потом налил себе воды: выпил медленно, глоток за глотком. Когда же заговорил снова, в голосе уже не было ни гнева, ни раздражения. Но расслабляться не следовало: все оттенки характера своего собеседника Иссай помнил наизусть, и такое вот сочетание из вкрадчивости с миролюбивым подходом могло обернуться чем угодно.

И свой следующий вопрос брат также задал невзначай, даже с какой-то ленцой:

— Ты помнишь, ради чего я отправил тебя в Ахмерат?

— Помню…

— А мне кажется, что нет.

Хэйдан налил себе еще, вернулся на прежнее место, но и дальше предпочел вести разговор на ногах – тоже не присел.

— Думаешь, мне так важен этот край? – Он принялся сыпать вопросами, не дожидаясь реакции. – Или Хатра? Или Банахары? Разве дело именно в них? Нет, Иссай, ты здесь по другой причине!

Его указательный палец опять распорол воздух.

— Чтобы научиться править! А зачем? Напомни мне, для чего тебе это умение?

Сделанная им пауза уже предполагала встречную реплику. Подыгрывать в таком тоне Иссаю не хотелось, но ответить пришлось.

— Я твой наследник.

— Вот именно! – Хэйдан едва не расплескал воду, вскинув руки. – Ты мой наследник! Единственный из признанных, кому я в случае чего могу доверить трон. И отправил я тебя сюда лишь ради одного: чтобы ты набрался опыта! Научился принимать важные решения и не забывал, какая на тебе лежит ответственность!

— Разве я этого просил?! – парировал Иссай.

Уставшее лицо брата на миг перекосило.

— Ой, вот только давай не будем мериться «кто и чего просил»? Хорошо? – он отмахнулся. – Моего мнения тоже не спрашивали: ни в девятнадцать, когда я стал соправителем, ни в двадцать девять, когда на мою голову свалили весь Дашет. Но, нравится тебе или нет, выбор наследников у меня небольшой.

Иссай поморщился.

Все эти высокие речи о благе Дашета, выпавшей ему «чести», ответственности и прочих темных сторонах власти давно набили ему оскомину. И сейчас в нем сыграла застарелая обида на семью: отца, брата, что вырвали его из привычного окружения, сделав сперва равным, а теперь и запасным. Возможно, если бы он не помнил жизни «до»… До всех этих дворцовых интриг, утомительного обучения, постоянной гонки... такое воспринималось бы проще.

Но он помнил…

— Ты рассуждаешь как старик, а тебе нет и сорока! – не промолчал Иссай. – И ты еще можешь многое изменить: возьми себе вторую жену. Заведи любовницу, в конце концов, и наплоди наследников! Не моя вина, что у тебя нет детей! – вырвалось у него прежде, чем к нему вернулся самоконтроль.

Запустив пятерню в волосы, Иссай шумно выдохнул.

— Прости… За это прости.

— Да, не твоя, – без эмоций процедил брат, неожиданно переменившись. – А знаешь, и ты меня прости…

Хэйдан тоже повторил его жест, чуть качнув головой.

— Что-то я разошелся сегодня. Думаю, нам лучше прерваться, пока мы не нагородили лишнего.

Он сам кивнул ему в сторону выхода.

— Иди уже к ней… Договорим позже. Вечером... Когда очнется Лина.