Глава 60

Придя в себя, Ариса еще долго не могла понять, сколько прошло времени.

Голова гудела после удара, но и без того причин для дезориентации хватало: плотная повязка на глазах из темной ткани, следы снотворного в крови, заметно влияющие на работу нейрошунтов.

Ее опоили настойкой – система уже выявила состав препарата и запустила детоксикацию. И хотя организму удалось прийти в чувство, толку от этого было мало.

Не зная раньше, что такое помутнение рассудка или тяжелое опьянение, теперь она ощущала на себе все последствия этого состояния. А обезвоживание лишь усиливало эффект. И удерживать в уме несколько веток анализа оказалось непривычно сложно: стоило сосредоточиться на одной, как другие расплывались, теряли логику, превращаясь в бред отравленного разума.

Она даже не сразу осознала положение своего тела в пространстве. Только спустя минуту поняла, что полулежит, уткнувшись левой стороной лица во что-то жесткое.

Набор запахов помог восстановить картину.

Ее перевозили в карете, обитой бархатом, пропахшей тяжелым женским парфюмом: знакомым и неприятным… Но самой владелицы здесь не было. А вот дыхание единственного попутчика она уловила мгновенно.

Талвар все никак не мог успокоиться – это выдавали его показатели. Чужой страх витал в воздухе, цеплялся к коже, усиливал боль в затылке. К нему бы непременно добавился и ее собственный, если бы не побочный эффект от той дряни, что лилась в ее крови.

Ариса не боялась. Она вообще почти ничего не чувствовала. Но понимала: такое преимущество продлится недолго.

Нейрошунты уже пытались восстановить работоспособность.

Сейчас, в качестве первой помощи, ей следовало вводить жидкость – лучше посредством капельницы. Но внедрить подобную процедуру в Ахмерате, в рамках преобразования местной медицины, она не успела.

А думать нужно было. Думать и трезветь.

Иного оружия, кроме разума, у нее сейчас не было.

Потянувшись к повязке на глазах, Ариса стянула ткань вниз. Разлепив веки, увидела ровно то, чего и ожидала: сидящего напротив старшего Йахана. Быстрый анализ его мимики, до того как боль прострелила ей виски, показал множество эмоций, и прежде всего раскаяние.

— Я этого не хотел, – негромко сказал он.

— Разверните экипаж.

— Не могу.

— Нужно вернуться...

— Поздно, – в тоне собеседника прозвучали затравленные нотки. – Мы приехали.

— Приехали куда?

На последний вопрос Талвар не ответил, заговорив о другом:

— Мой отец и брат тут ни при чем. Никто из них не в курсе. А этот удар, – он жестом указал на ее голову, – вам нанес не Имр.

— Я знаю.

О том, кто именно вошел в ту комнату третьим, она догадалась по запаху – достопочтенная ганна, одна из двух, что прислуживали ей в поездке по Ахмерату. И сейчас они ехали именно в ее экипаже.

— Еще одно, Ариса, – рвано продолжал Талвар: – Когда я заберу свою семью, обещаю, я тут же пойду к наместнику и расскажу ему о случившемся. Вас найдут.

— Остановите карету… – поморщившись, Ариса вновь раскрыла глаза. – Он вас убьет… Инрай вас убьет…

Запутавшись в том, как лучше донести свою мысль – процентной вероятностью такого исхода или подкрепив научным обоснованием, взятым из психологии поведения индивидов, подобных Инраю, – она так и не сформулировала ответ. Язык заплетался.

— И вашу семью… – только и вылетело у нее.

На какое-то время сознание опять выскользнуло из реальности, вернувшись вспышкой: то ли через несколько секунд, то ли через час. Но замедление экипажа, а затем и остановку она почувствовала.

Все, что случилось после, происходило для нее со стороны, в искаженном восприятии.

Сознание упрямо отказывалось принимать реальность, и это до мелочей напоминало утро, когда Инрай пришел к ней после того, что с ней сделал. Когда едва не задушил на ее глазах служанку.

Несмотря на новые переменные, происходящее мало чем отличалось от пережитого кошмара.

У него был тот же собранный, холодный вид. И, что страшнее всего, выглядел он… хорошо.

Невооруженный взгляд не заметил бы ничего: ни душевной болезни, ни излома, ни признаков психической деградации.

Для окружающих он был прежним – видный молодой мужчина, красивый, темноволосый, с пронзительным взглядом почти черных глаз.

И таким радушным, будто при их последней встрече они расстались друзьями.

Инрай улыбался.

Не меняя выражения в застывшем взгляде, приветствовал ее после долгой разлуки. А, ощупав ей затылок, измазавшись в крови, тут же приобнял, сам помог выйти из кареты.

Неизвестно каким чудом, но анализ сумел просчитать местность и выдать точку, где они находились: в десяти–пятнадцати минутах от Эхры – дорожного узла в четырех часах пути от Шаты. С этого небольшого поселения пути расходились в шести направлениях, самыми крупными из которых были на Шату, на Йамир и еще два в сторону соседнего государства Амата...

Проморгавшись, Ариса вынырнула в реальность.

К ее везению, Инрай, если и спрашивал что-то, ответов от нее пока не требовал – видел, в каком она состоянии. Его голос доносился словно сквозь толщу воды, но знакомые нотки в нем она все же уловила: сдерживаемый гнев, раздражение.

И, как бы ей не хотелось этому помешать, составленный прогноз начинал сбываться.

В сопровождении Инрая находилось человек двадцать, в том числе и его дядя, Эман. Именно он руководил происходящим. Разумеется, с согласия племянника.

Пока Инрай шаг за шагом уводил ее к другому экипажу, краем глаза она заметила движение на заднем плане.

Толпа избивала лежащего в пыли Йахана. А его жену, прижимавшую к груди небольшой сверток, куда-то волокли. И именно ее крик так резал слух…

— Инрай… – Ариса сама не поняла, как выдавила из себя его имя.

Но ответил он охотно:

— Да, Ариса?

— Отпусти их…

И то, как стих каждый звук, она тоже считала не сразу. А потом заметила вскинутую вверх правую руку своего провожатого.

Инрай жестом остановил избиение Йахана – несомненно ждал от нее этой реакции, ждал, что она вмешается и начнет вымаливать милости.

— А что взамен? – слух разобрал его вкрадчивый голос. – Или снова начнешь обещать мне покорность? Свою преданность?

Он все так же удерживал ее близко, с какой-то болезненной заботой.

— Да.

— Нет… Веры в твои слова у меня нет.

И, развернув ее к себе, вынудил стоять прямо.

Ариса пошатнулась, но в тот же миг Инрай поймал за руки, положил ее ладони себе на грудь, ровно туда, куда когда-то пришелся ее удар. Прижал. Подался ближе.

— Я не знаю, что ты такое, Ариса. Могу только обещать: милостью Хатры, мы это исправим. Вместе. А до тех пор я не смогу тебе доверять. Но… – его улыбка медленно изогнулась, превращаясь в знакомый оскал. – Ты можешь попросить еще раз. И еще, и еще… Ведь теперь я знаю, в чем твоя слабость.

На его следующий жест – короткий поцелуй, мазнувший по ее губам, она не отреагировала. Просто не успела.

— Боль, моя дорогая. Но не твоя. Боль других. – Его голос скатился до едва различимого, теряясь где-то у ее виска. – Так что смотри. Смотри и запоминай: так будет каждый раз, когда ты попытаешься меня обмануть. И помни: тебя я больше не трону, но за твои поступки пострадает кто-то другой.

— Хорошо… – Ариса выдохнула, соглашаясь. – Отпусти их. Прошу.

Но он лишь запрокинул голову и коротко рассмеялся.

— Идем. Нас ждет долгая дорога.