Глава 21

Маша

- Машка, ты потом будешь жалеть и кусать локти. Поверь мне!

Мармеладова воинственно упёрла кулаки в бока и закрыла собой проход из кухни. Настоящая амазонка!

- Не верю, Сонь. Ты умница, куда ни взгляни.

Подруга удрученно хмыкнула, но переубеждать не стала. И правильно.

- Маш, не пущу!

- Мармеладик, не выйдет. Не имеешь права! Я совершеннолетняя особа, которая сама может решить, рожать или нет.

- Да ты в шоке. Аборт- это крайнее дело, а ты вцепилась в него как в спасательный круг. Не пущу. Тебе надо время, чтобы разобраться.

Вечером в пятницу после новости о моей беременности я позвонила только Соньке. Ники сейчас не в том состоянии, чтобы волновать её такими сюрпризами.

Софья прилетела ко мне уже через час. Сама собрала мои вещи и увезла к себе, как оказалось, в темницу. Коттеджный посёлок элитного строения с охраной, парками и магазинами, а её домик, творение моих рук, стал моей камерой. Соня открыла мне через знакомого терапевта больничный и окружила заботой и вниманием. Когда же в воскресенье я попросила её найти хорошую клинику для аборта на раннем сроке, Мармеладова в ту же секунду превратилась в страшную фурию, запрещающую даже думать об этом мероприятии.

- Соня, я не хочу растить ребёнка без отца. Всегда мечтала для своего чада о полноценной семье, а не расти рядом с матерью одиночкой. И не надо снова о том, что ты и Ники мне во всём поможете. Я знаю, но всё равно не буду рожать.

Мы как два барана в одни ворота. А ещё погода. С понедельника начала портиться, а сегодня ночью нас накрыл циклон. Я думала, утром слиняю, но не смогла даже вызвать такси. Город частями утонул.

- Хорошо, но ты даже не говорила со своим доктором. Может, ты ошиблась насчёт него.

Упорство Сони сегодня бесило меня как никогда, наверное, поэтому я на неё впервые заорала.

- В чём ошиблась? А? Что он, едва я попросила о времени, исчез? Ой, нет! Он не исчез. Он улетел домой к своей невесте, чтобы готовиться к скорой свадьбе. В чём я тут ошибаюсь, Сонечка?! Ты же из нас самая лучшая, так скажи мне идиотке! Научи жизни!

Софья буквально застыла в этом проклятом дверном проёме. В её потухших глазах океан боли, а губы скривила страшная ухмылка.

- Ну да, чего это я?! Ты права. Вали на все четыре стороны. Убей своего ребёнка и живи, радуясь свободе. Я больше держать не стану.

Она вихрем пронеслась мимо меня прямо на улицу в шторм. На ней, кроме домашнего топика, шорт и тапочек с меховыми помпонами, ничего больше не было. Рванула следом, понимая, что ужасно обидела подругу.

Со мной так регулярно! Сначала скажу, потом руками развожу!

- Соня, подожди! Куда ты едешь?

- На кудыкину гору, Маш. А тебе-то какая разница? Мы же все тут такие самостоятельные, - зло выплюнула мне, усаживаясь за руль своей спортивной машинки.

Громко хлопнула дверцей и со свистом шин вылетела с территории дома. Пиздец! Она же, мля, разобьётся нахрен, если и дальше продолжит так гнать.

Сжала пальцами виски, пытаясь придумать хоть что-то оригинальное в данной ситуации. Даже её мобильный остался дома.

Но ничего дельного на ум не пришло. Осталось только уповать на бога и мозги самой Соньки.

Зато я теперь полностью свободна.

За час нашла клинику в интернете и даже смогла записаться на три часа дня. Погода немного угомонилась. Ветер и потоки воды с чёрного неба слегка стихли, и мне даже удалось заказать к нужному часу такси.

Всё складывалось хорошо, кроме мерзости, что копилась внутри меня.

«Убей своего ребёнка и живи, радуясь свободе», так сказала Софья, и теперь эта фраза не давала мне покоя.

Но ведь я правильно поступаю. Зачем миру ещё один несчастный ребёнок из неполноценной семьи?! А если со мной что-то случится: умру в родах или потом меня собьёт машина, кто будет заботиться о нём?!

Стало совсем тошно, что хотелось лечь и умереть. Тело покрылось испариной, а голову просто разрывало от боли. Свернулась на диване в гостиной в комочек, прижимая колени к подбородку.

Из мучений, страхов и боли вырвал звонок мобильного.

- Ваше такси ожидает у ворот.

- Спасибо.

А вот и моя карета прибыла. Пора на бал.

Алексей

Не зная, как быть дальше в поисках Маши, решил посоветоваться с другом и заодно перекусить, а то я почти сутки толком не ел.

Передвигаться по городу стало практически невозможно, поэтому пришлось бросить машину на параллельной улице и тащиться до ресторана Сан Саныча пешком.

Ветер пытался опрокинуть меня в грязь и лужи, а дождь, не переставая, поливал сверху. Почувствовал себя рисовым пучком на бескрайних рисовых полях, что как-то видел, путешествуя.

В ресторан зашёл полностью мокрым.

- Ой, Алексей Дмитриевич, вы совсем … - кинул короткий и злой взгляд на встречающую меня девушку, и она тут же примолкла.

Зачем трепаться об очевидном, если с меня вода стекает ручьями на их мраморный пол холла.

- Александр Александрович у себя?

Та отрицательно качнула головой. Вздохнул, понимая, что сегодня точно не мой день. Проклятый вторник, не иначе.

- Шеф должен был подъехать минут тридцать назад, но из-за проблем с дорогами застрял где-то в пробке. Может, пока перекусите или горячего чая выпьете?

Задумался только в начале её предложения, но упоминание о проклятом чае вывернуло всё тело наизнанку. Этот напиток в ближайший месяц я точно пить не смогу.

- Нет. Я подожду на улице.

Не обращая внимание на вопросительную моську, кажется, Тамары, я вышел на крыльцо. Хотелось рвать и метать, словно моё промедление в поисках девушки могли стоить кому-то жизни.

К счастью, Сашка припарковался прямо напротив входа буквально минут через десять. Сначала из машины вышел зонт, а потом друг. Неспешно на расслабоне прошёл до меня под навес ресторана, и только иронично вздернутая бровь «кричала матом» об его удивлении.

- Алексей? Ты ли это, друг мой прекрасный из туманного Альбиона? И …, - внимательно оглядев меня с головы до ног, уже менее радостно добавил. - Который попал в российскую лужу с не той ноги?

Вот сейчас я неожиданно понял, почему Саныч не сошёлся с Софьей. Они же друг друга сарказмом утопят.

- Алек, у меня реально серьёзные проблемы.

- Надеюсь, не с головой?

- Лучше бы с ней, родной, но нет. Маша пропала.

Вкратце пересказал свою историю с самого начала и до сегодняшнего дня, включая звонок коллеги по работе и возможные сплетни оттуда, и устало упёрся спиной в колонну на входе. Бессонная ночь и нервы давали о себе знать бессилием и прострелами головной боли.

- И всё-таки с головой, - удрученно через паузу после моего монолога выдал Саныч.

- С какой головой?

Наверное, от усталости и постоянных думах о Машке я уже не понимал, о чём он глаголит.

- С твоей, Усманов! С твоей головой нахрен всё так плохо, что ты умудрился вот так по-тупому запороть свою лав стори.

Кравчук реально смотрел на меня с таким нисхождением во взгляде, как если со своим глубоко больным пациентом терапию проводит. Мол, и меня вылечит, и того парня, а ты, Лёша, профукал свой час.

Стало совсем хреново! И теперь по-настоящему страшно! А что если это и правда конец моей лав стори?!

- Сашка, помоги! Я по гроб буду тебе должен! – вдруг сорвался я, чувствуя, как меня накрывает паника. – Я не могу её потерять! Совсем не могу!

И, как в детстве, чувство безысходности замкнуло грудь, мешая сделать вдох. Панические атаки… Было бы смешно, если бы не было так грустно, но я был уверен, что давно перерос эти сложности.

- Так, Лёш, ты успокойся в первую очередь. Дыши, придурок, - и так от души выписал мне пощёчину.

Боль отрезвляет, поэтому в груди сразу отпустило. Едва успел сделать судорожный вдох, как мы с Санычем синхронно вздрогнули от визга шин и характерного удара металлом о металл.

В заднем бампере джипа Кравчука застряла красная спортивная машинка. В отчаянье перевёл взгляд на друга, но вместо ожидаемого расстройства на его лице широкая и прямо-таки довольная улыбка.

Зажмурился и потёр глаза, уже переставая что-либо понимать в этом безумном мире. А когда открыл, то охренел ещё больше.

К нам со злым лицом неслась Мармеладова Софья, при этом одета она в топик и шорты, а но ногах у неё, кажется, домашние тапочки.

- Кравчук! Где твой придурок … - и девушка на полуслове оборвала фразу, рассмотрев за широкой спиной Александра и меня. – Ах ты кобелина!

С этим ультразвуком блондинка с жаждой убийства в глазах кинулась целенаправленно на меня. Я же только во все глаза смотрел на эту мокрую амазонку, абсолютно ничего не понимая, но с надеждой в душе – если Софья меня сейчас не убьёт, то я смогу разузнать у неё о моей птичке.

К моему счастью, в покушение вмешался Алек. Едва девушка поравнялась с ним, он перехватил её за талию и впечатал в своё тело. Соня по инерции ещё секунду бежала ногами в воздухе, пока не осознала факт собственной левитации.

- О! Могла бы сразу догадаться, что дружок-ебарёк будет за дружка- кобелька! Отпусти, ненормальный!

Саныч поставил бешеную Мармеладову на тротуарную плитку, но рук своих не убрал. Смелостью моего друга нельзя было не восхититься. Блондинка явно готова убивать глазами и ядом своей кожи.

- Соф, ты вся промокла, включая твои очаровательные тапочки. Кстати, а почему сегодня ко мне такая домашняя приехала?

Я сейчас ещё раз охренел, хотя, казалось, больше-то уже некуда! Алек как ангел смотрел в перекошенное от злости лицо девчонки и продолжал блаженно улыбаться.

- Кравчук, а ты зря тут зубы проветриваешь. Я вон твою тачку к херам разнесла! И платить не буду!

- Ну, лучше к херам моя тачка, чем ты сама. А вот насчёт гонок по такой погоде и способах экстренного торможения предстоит серьёзная беседа с поркой задницы как минимум.

- Ой, ты свои мечты насчёт моей задницы и своих похотливых ручонок на ней засунь вместе с собой в задницу бабуина и там же сам потеряйся навсегда. А вот ты, сволочь, сейчас у меня за всё ответишь!

Последнее- это уже мне. А ведь я уже почти поверил, что эта пантера про меня забыла.

- Соф, успокойся! Что случилось? И желательно с подробностями своего внешнего вида, - Алек как ни в чём не бывало продолжил их беседу, удерживая беснующуюся Мармеладову под грудью и подле себя.

А девчонка не оставляла отчаянных попыток сбросить с себя мужские руки и добраться до меня.

- Успокоиться? Успокоиться, говоришь?! Да как? Как я должна это сделать, если твой дружок- кобелек столько дерьма наворотил. Машка, моя Машка из-за него сейчас себе жизнь переломает, а эта тварь тут в ресторанах прохлаждается.

И неожиданно вся её агрессия сдулась как воздушный шарик, а хрупкие плечи задрожали. Мне же снова словно нож в сердце всадили.

- Что с Машей? Где она, блин, вообще? Я её с утра ищу и дозвониться не могу!

- А поздно, докторишка! Надо было раньше искать, а не с невестой в Лондоне трахаться!

Так и знал! Господи, ну за что?!

- Соня, я никого там не трахал, как и здесь. У меня есть невеста, но она в этом городе, в России. А в Лондон я летал по семейным делам. Что с Машей?!

Меня внутри всего колбасило, и хорошо, что на мне мокрая одежда. Это остужало мозги.

- И снова невеста и Маша почти в одном предложении. Самому-то не тошно?!

- Да! Они в одном, Софья, в одном предложении! Так как Мария и есть моя невеста, но пока только в моей голове, а в реальном мире мы с ней до этой стадии так ещё и не дошли.

- Боюсь, Усманов, ты крупно ошибаешься. Вы с ней уже давно перешагнули рубеж помолвки и свадьбы.

Мармеладова совсем затихает, и только сейчас я понимаю, что эти капли, стекающие по её щекам, вовсе не от дождя.

- Что с ней, Сонь? Где она? Я всё исправлю.