Глава 22
Алексей
Сжал кулаки в ожидании ответа от подруги птички. И в принципе, на случай молчания я готов сам трясти её тельце, если, конечно, Кравчук выпустит девушку из своего захвата.
- Она у меня дома. В смысле была у меня. Наверное, уже уехала.
- Позвони ей и спроси, - командую я, подлетая к ней сам.
- Ой, а то бы, будь у меня телефон, я бы сюда ехала, - фыркнула в ответ, смахивая ладошкой слёзы с щёк. – Мы с ней жутко поссорились, и я сбежала как есть и без телефона. Во дворе спряталась от дождя в тачке, а там ключи в зажигании остались.
Вроде бы, понимаю объяснения Мармеладовой, но вот из-за чего начался весь сыр-бор никак не соображу.
- А что у вас стряслось? Это из-за меня?
- Нет, Усманов, это из-за твоих сперматозоидов, но ты не переживай. Дурёха Машка сейчас от них избавится, и всё станет просто зашибись.
- Соф, прекрати кричать! – неожиданно резко прикинул на неё Саныч и даже маленько встряхнул, а потом снова к себе прижал. – Мария беременна и собралась сделать аборт?
Перевожу взгляд с друга обратно на Соню, и та замученно кивает.
- Я пыталась её отговорить, но она упёрлась как баран. Не хочет растить ребёнка без отца.
Я снова задохнулся, окончательно впадая в состояние невменяемости.
- Где она? – прорычал сквозь зубы. - Я ей сейчас покажу аборт и без отца. Совсем охренела девица!
- Да не знаю я!
Кравчук, как самый адекватный среди нас троих, вытащил из кармана пиджака мобильный и отдал Соне.
- Номер, надеюсь, помнишь? Или подсказать?
Мармеладова фыркнула, пытаясь снова от него избавиться, но Алек только отрицательно качнул головой.
- Да отпусти ты меня, - ворчала Софья, быстро набирая номер. – Не буду я твоего дружка убивать. Он мне сначала должен Машку от глупости уберечь.
- А причём тут Лёша? Мне просто нравится тебя обнимать.
Прищуренный взгляд девицы обещал Сашке кровавую расправу, но тот только довольно ухмыльнулся. А Соне стало некогда, когда из мобильного раздался настороженный голос Маши.
- Алло, слушаю вас.
- Маш, это Софья. Маш, ты прости меня, - и она запнулась, видимо, не зная, что говорить дальше, чтобы исправить ситуацию в нашу пользу.
На выручку снова пришёл Саныч. Нагнулся к уху Мармеладовой и стал что-то шептать.
- Всё хорошо, Мармеладик. И ты меня прости. Я не хотела тебя обидеть, и всё это сказала от беспомощности, - голос моей птички звучал совсем слабо и безжизненно, что едва удержался от желания выхватить мобильный и высказать всё, что я надумал за последние сутки.
- Маш, ты, конечно, права. Только ты вправе решать насчёт своего ребёнка, но можно я буду с тобой. Я приеду и буду рядом. Не хочу, чтобы ты в этот момент была одна. Пожалуйста, Машуль!
Кравчук удовлетворенно кивнул, и мы застали в ожидании ответа.
- Хорошо. Запомнишь адрес?
- Да, говори.
- Энтузиастов тридцать четыре, частная гинекологическая клиника «Рассвет». А ты с чьего номера звонишь?
- У прохожего попросила. Сказала вопрос жизни и смерти.
- Ааа, ну хорошо. Ты только не гони больше. Я так переживала, боялась, что в аварию попадёшь. Мне сначала анализы будут делать, это надолго, а только потом… ЭТО.
Ага, три раза ты ЭТО сделаешь. Я, конечно, становиться отцом в ближайшее время не собирался, но и аборт хрен позволю сделать.
- Алек, отвези нас, пожалуйста. Моя тачка на соседней улице, а Сонина вряд ли тронется с места.
- А как же полиция? Протокол? – встрепенулась Мармеладова, когда Кравчук развернул девушку по направлению к своей машине.
- Обойдёмся без них. У меня там только бампер помяло, а тебе страховку не придётся платить.
Соне это явно не понравилось, но Сашка, как матадор, уверенно тащил своего бычка к цели. Открыл заднюю дверцу и практически закинул в салон недовольную девушку.
- Ключи снова в зажигании?
Получил ответ и захлопнул дверцу. Быстро добежал до разбитой спортивки и сел на место водителя. К моему удивлению, машинка даже завелась.
- Лёш, садись за руль моей, - выглянув из окна, крикнул Саныч. - Сейчас я отползу, ты выкатишь на дорогу, а я поставлю машину на своё место.
Удачно завершив перепарковку, я пересел на пассажирское сиденье, а Алек за руль. Мы рванули.
- Соф, в багажнике чёрная спортивная сумка. Она тут сразу стоит, если перегнешься через сиденье, то легко её достанешь, - не отвлекаясь от дороги, попросил Кравчук.
Мармеладова нахмурилась, но, сверкнув пятой точкой в коротких шортах, вытащила сумку.
- Умница. Там моя спортивная одежда, включая полотенце. Оботрись хорошенько и надень мою футболку. Не переживай, всё чистое.
Голос Саныча буквально разил обеспокоенностью.
- А я и не переживаю. Так обойдусь. Вон друга своего спасай.
На лице Кравчука выступило раздражение. Надо бы взять огонь на себя.
- Мармеладова, не начинай. Твои сопли и пневмония Маше никак не помогут, а только добавят чувства вины. Я сейчас-то обсохну, и всё, а ты полуголая. Прикройся уже.
Девушка, бормоча проклятия в адрес нас обоих, расстегнула сумку и принялась в ней копаться.
Алек коротко мне кивнул в знак благодарности, не отвлекаясь от мокрой дороги в попытке проскочить мимо пробок и заторов.
Самое интересное, что за своими проблемами я абсолютно пропустил момент, когда благополучие и здоровье Мармеладовой стали так важны для Саныча.
Дальше ехали в нервном напряжении. Страх, что Машка не станет дожидаться подругу, терзал меня тупым ножом в районе сердца. Пытался продумать, что буду говорить при встрече, но ничего не выходило. Хотелось только её увидеть, обнять до одури и утащить в берлогу, а уже там высказать своё мнение. А сказать есть чего … хотя бы тот факт, что эта сорока-белобока собралась лишить меня ребёнка, не удосужившись при этом вначале оповестить о его зачатии.
- Усманов, тут походу пиздец, - вырвал меня из тяжёлых раздумий голос Сашки. – Мы совсем рядом. Вон сигани через парк и будешь на месте, а мы, пока ты там разбираешься, надеюсь, доползем и вас заберём.
- А я не пойду? – подала голос Мармеладова.
- Соф, они сами справятся. Алексей у нас мастер на пламенные речи. Давай беги уже, папаша.
И я побежал, забывая о головной боли и не чувствуя холода от крупных капель дождя. Если небеса в ближайшее время не захлопнутся, нас точно затопит, а я ещё не построил ковчег для своей семьи.
Влетел в клинику, пугая редких пациенток и медицинский персонал. Два этажа. Где именно находится Сорокина, не сразу-то и угадаешь.
- Мужчина, вам помочь? – на помощь пришла девушка из регистратуры.
- Да. Я потерял жену. У неё сел телефон, и я теперь не знаю, где её найти.
- Фамилия и имя.
- Сорокина Мария.
Теперь главное, чтобы девушка не попросила показать паспорт или ещё что-нибудь, свидетельствующее о нашем с Птичкой родстве.
- Не переживайте, я сейчас уточню кабинет. С ней всё хорошо.
Удивлённо приподнял брови, но потом заметил своё отражение сбоку в зеркальной стене. Кошмар! Мокрый, взъерошенный, а в глазах отчаянье утопающего. Я бы тоже такому посоветовал и помог.
- Кабинет двадцать три, второй этаж, лестница справа.
- Огромное вам спасибо. Огромное, - от всей души поблагодарил медсестру и бегом пронёсся к лестнице. Перепрыгивая через две ступеньки, взлетел на второй этаж.
В коридоре Маши не было! Задержал дыхание, не давая панике меня раздавить. Не успел, твою мать!
Нервно постучал в дверь кабинета, молясь всем богам сразу, чтобы сохранили жизнь моему ребёнку.
- Извините, я ищу… - но на стуле для пациентов сидела рыжая девушка и недовольно сверкала на меня глазами.
Врач тоже прервалась, отвернувшись от монитора компьютера.
- Мужчина, здесь вообще-то приём.
Но я уже закрыл двери и прислонился спиной к стене. Сердце нещадно колотило в горле, что пришлось задержать дыхание, дабы переждать выброс адреналина в кровь.
А Маси снова нигде нет! Определённо это хорошо, что её нет у врача, но, боженька мои, где тогда?
Не знаю зачем, но вытаскиваю мобильный и набираю мою неуловимую девушку. Это просто какой-то квест на выживание моей нервной системы.
С удивлением услышал гудки вызова, а потом и её голос.
- Лёша, - хрипло и нервно выдохнула Сорокина.
- Мася, просто скажи, где ты сейчас находишься?
- На улице в беседке возле клиники, но я хотела…
Я её обрываю.
- Всё. Просто сиди там и ни шага в сторону. Пожалуйста.
И сам отключился. Никаких телефонных разговоров! Я должен видеть её глаза и чувствовать тепло её тела.
Сорвался обратно вниз. Беседку я видел справа от главного входа, а вот Машу там не заметил.
Сейчас я её найду и, наверное, рехнусь от счастья.