24
Андрей
– И когда? – Царев вертит в руке пустой бокал, бросая на меня вопросительный взгляд через стекло.
– После новогодних.
– Не боишься?
– Есть повод?
– Про него разные слухи ходят.
– И ты во все веришь?
Ярик выдает что-то наподобие улыбки и подзывает официантку.
– Не во все. Но осторожность не помешает. Шахманов мутный тип. Думаю, ты не хуже меня знаешь, как он свой бизнес сделал…
– В курсе. Пробивал.
– Ну вот. Стоит оно того?
– Ты знаешь, какие у меня отношения с отцом.
– Знаю. Главное – хуже не сделай.
– Шахманов сейчас единственный шанс стать независимым окончательно.
– Не торопись, Андрюха. Подумай.
– Я уже все обдумал.
– Тогда, – поднимает бокал, – желаю удачи.
Салютую, бросая взгляд на мобильник.
– Ну и? – Ярик откидывается на спинку стула. – Чего рожа кислая? Не рад намечающимся перспективам?
Царев в своем репертуаре.
– Рад-рад, – на моем лице все же проскальзывает усмешка.
На самом деле настроение болтается на минусовой отметке. Снова концентрирую все свое внимание на телефоне.
Утром договорились с Есей, что я заберу ее из универа. Она должна была освободиться уже минут сорок назад.
Трубку не берет, я пока на встречу с Яриком ехал, раза три ей позвонил, и сейчас снова набираю номер. В ответ – гудки.
Разговаривать о том, что у нас с Еськой происходит, не в моих правилах. Сегодня я и так выдал Цареву по максимуму о своих дальнейших планах на жизнь. Вмешивать сюда еще и отношения, которые в последние дни просто лопаются от напряжения, не стоит.
Еська бесится от моей постоянной занятости, мама моя тоже лезет, куда не просят. И я уверен, что в крайний ее визит произошло что-то еще. Просто Токарева об этом умалчивает. Слишком загруженная она в последнее время ходит. Будто постоянно что-то обдумывает. И мне это дико не нравится.
– Кстати, – Ярик ударяет ладонью по столу, – я ж забыл, – тянется к внутреннему карману пиджака. – Приглашаю.
Бросаю взгляд на открытку, что он протягивает.
– Свадьба?
Неожиданно.
– Все-таки Бережная тебя захомутала.
– По рукам и ногам. Так что ждем вас, – снова кивает на приглашение.
– Придем. Странно, что Еська ничего не сказала…
– Олеся никому не говорила, пока. Ее отчим там и так рвет и мечет. Пришлось моего отца подключить. Он на Бережного надавил в связи с этими событиями, чтобы он потише был.
– Яс…
Телефон, что я весь вечер кручу в руках, разражается громкой мелодией.
Еська. Подношу трубку к уху, чуть сильнее сдавливая пальцами стальные грани.
– Я почти все. Сейчас только еще на кафедру забегу и буду свободна. Минут двадцать.
– Хорошо. Я тут недалеко. В течение пяти минут подъеду.
– Отлично. Давай только поедим не дома, сил нет ничего готовить, – она шелестит бумагами и, кажется, хлопает дверью. В помещении, куда она вошла, звучит эхо.
– Ладно.
– Ну все, люблю, целую.
Еська сбрасывает звонок, не дождавшись ответа. Торопится.
Возвращаю внимание к Ярику, замечая за его спиной движение. Царев оборачивается, заметно напрягаясь.
Не сразу соображаю, что за фигня. Мысленно еще где-то в разговоре с Еськой.
Поднимаю взгляд. Киваю на автомате. Шахманов делает то же самое, отодвигая стул для своей спутницы. Платиновая блондинка с очень бледной кожей присаживается на самый край, а когда он кладет руку на ее плечо, морщится, заметно вытягивая спину колышком.
– Зашуганная какая-то, – выдвигает вердикт Царев, после чего мы оба теряем интерес к паре за соседним столиком.
– Все, – смотрю на часы, – я поехал. Если что-то узнаешь, позвони.
– Поспрашиваю.
Пожимаю Яру руку и выхожу из зала.
То, что я хочу провернуть, отцу не понравится. Но в последнее время он переходит черту все чаще. Неплохо, конечно, заиметь личного раба. Но так мы не договаривались.
Почти весь семейный бизнес раскидан по родственникам. Что-то якобы принадлежит матери, что-то – деду, бабушке, даже двоюродной тетке. Часть в двадцать процентов из всей этой создаваемой десятилетиями махины принадлежит мне.
Сам отец все и всегда контролировал на расстоянии. В Москве последние десять лет дела вел его брат, сейчас мне приходится работать с ним в связке. И это абсолютно не то, чего я ожидал.
Зажравшийся маразматик, давно принимающий максимально тупые и не приносящие прибыли решения. За последний год он вывел из строя два предприятия только потому, что в угоду своему раздутому эго не захотел работать с нужными людьми.
Отец либо не знает, либо спускает все это на тормозах, потому что его дорогой брат крепко держит его за одно место. Как ни крути, но за десятилетия различного беспредела они крепко связаны и имеют один на другого тонны компромата. Не понимая одну простую вещь: я не идиот. Понадобилась пара месяцев, чтобы просчитать большинство махинаций, по которым они работают. Как именно отнимают бабло и кому платят, чтобы при случае выйти сухими из воды.
Шахманов не при делах. Но уже не раз подсылал дядьке людей с предложением совместной работы. У него есть контакты на Востоке, что выгодно в нынешних реалиях. У нас же все завязано здесь. Прибыль там колоссальная, как и развитие.
Почему они не хотят с ним сотрудничать, тоже предельно ясно. Боятся. Шахманов фигура спорная. Слухи о нем тоже разные ходят.
Но я взял на себя смелость с ним связаться. Пять недель назад.
Моя доля в деле позволяет начать с ним сотрудничество. Рычаг для манипулирования отцом – прост. Мы либо сотрудничаем с Шахмановым, либо он войдет в совет директоров лично. Потому что я просто продам Данияру свою долю.
На те деньги, которые я выручу от этой сделки, можно открыть свое дело с нуля, в любой стране мира, абсолютно не завися от семьи.
Припарковываю машину через дорогу от Еськиного универа. Она выбегает из здания почти сразу. Быстро спускается по ступенькам и крутит головой по сторонам. Не заметив машину, звонит мне.
– Ты где?
– Прямо смотри.
– Все, – взмахивает рукой, – вижу.
– Зеленый дождись.
– Машин нет, – смеется и перебегает двухполосную дорогу с односторонним движением на красный.
– Еся!
– Не кричи, – заныривает в салон и, отбросив телефон, целует в губы. – Обнимемся?
Конечно, обязательно. Мне ее пристукнуть за такие выходки хочется.
– Нет, – сам же прижимаю ее к себе еще ближе.
Не могу себя без нее представить. Давно уже не могу. Люблю эту сумасшедшую, просто люблю.
– В ресторан пригласишь? – шепотом.
– Приглашу. Выбирай, в какой.
– Ну… – подносит пальцы к губам. – А я же забыла тебе рассказать, – чуть подпрыгивает на сиденье, – мне откликнулись по вакансии. Я ж резюме с сайта так и не убирала. В общем, в отдел маркетинга сети отелей. Ну этой, в интернете еще реклама частенько вылезает. Им нужен работник, которого они под себя натаскают.
– Согласилась?
– Завтра иду на собеседование.
– Поздравляю.
– Рано, – поджимает губы. – Что-то случилось? У тебя настроения нет…
Есения
– Есь, – Андрей сжимает мою руку. – Так какой ресторан?
– Давай лучше домой закажем.
Смотрю на его уставшее лицо и сразу отбрасываю эту нелепую идею с рестораном куда подальше. Там будет куча людей, сто процентов встретим каких-нибудь знакомых… Нет уж.
Лучше дома. Вдвоем.
– У тебя помада, – улыбаюсь и провожу большим пальцем по его нижней губе.
Мне так хорошо. Весь день только и думала о том, когда он за мной приедет и мы останемся наедине. Без посторонних взглядов и слов.
С ума схожу от таких вечеров, когда можно просто поваляться на диване и посмотреть сериал.
Поправляю пижамные шорты, пока Андрей пошел забирать у доставщика нашу еду, и разворачиваю сериал на весь экран ноутбука. Картинка сразу же отображается на экране, что подсвечивается проектором.
– Тебе помочь? – заглядываю на кухню, наблюдая за тем, как Андрей опустошает бумажный пакет.
– Нет, – он улыбается и ловит мою руку. Касается губами тыльной стороны ладони.
Через пять минут мы уже удобно устраиваемся на диване.
Выливаю в свой боул манговый соус, тщательно все это перемешивая.
– Ярик на свадьбу пригласил.
Замираю с вилкой в руке.
– Какой Ярик?
– Царев.
– Они с Леськой или…
– С Леськой, с Леськой.
– Фух, я даже испугалась. Вот коза, мне даже ничего не сказала.
– Яр сказал, там у них треш какой-то творится.
– Вряд ли ее отчим в восторге, – кладу в рот кусочек сашими из тунца. – М, все забываю спросить, ты билеты уже купил?
– Да. Тридцатого улетаем.
– Отлично, а то я уже пять купальников приобрела.
– Лучше без купальника.
Заливаюсь смехом, пока Андрей ставит тарелку на столик. Обхватывает мою лодыжку и тянет на себя.
Еле успеваю освободить руки, опустив мисочку на пол.
Прилипаю ладошками к его груди, провожу указательным пальцем по выступающей ключице, зацепляя руки в замок на его шее.
В сериале начинается стрельба, в комнате раздаются громкие звуки, отчего я вздрагиваю. Смеюсь и льну ближе к Андрею.
Он так на меня смотрит. Всегда так смотрит, что дыхание перехватывает. Тело напрягается, его сводит легким нетерпением. Кожа горит и жаждет прикосновений.
– Я та-а-а-ак тебя люблю, – перехожу на шепот. Замечаю его улыбку. На себе чувствую усилившийся захват и просто млею от глубокого поцелуя. Он терзает мои губы, не давая выдохнуть.
* * *
Двадцать восьмого Андрей улетает в Питер. К счастью, всего на сутки. Хотя даже это маленькое расставание удручает. Я так до сих пор и не смогла свыкнуться с мыслью, что это нормально. Что вот такой ритм жизни – наша обыденность.
Конечно, мы почти час провисели на телефоне, как только Панкратов приземлился в Северной столице, но даже это не помогло настроиться на позитивную волну.
Особенно в преддверии милых домашних посиделок, на которые меня позвала одногруппница, с которой мы неплохо сдружились за этот семестр.
Распрощавшись с Андреем, вылезаю из такси и забираю пакет с вином и сыром.
Рина встречает меня в красивом белом платьице длиной чуть выше колена.
– Проходи-проходи, ты последняя.
Она мило улыбается и забирает у меня пакет.
– Прости, пробки, – выпрыгиваю из сапожек и вешаю пальто в шкаф.
– Я уже поняла. Идем, – протягивает мне руку.
В комнате еще три девушки. Одна из них наша одногруппница, двух других я не знаю.
– Знакомьтесь, это Еся. А это, – обводит рукой незнакомок, – Арина и Дана.
– Приятно познакомиться, – киваю и сажусь на диванчик, поправляя ремень на юбке, потому что круглая пряжка неприятно впивается в кожу через футболку.
Сначала атмосферу ну никак нельзя назвать непринужденной. Скорее наоборот. Все сидят как на иголках. Но это проходит. Сразу, как только заканчивается вторая бутылка вина.
Движения становятся более раскрепощенными, как и разговоры. Начинаются миленькие подколки, приколы и даже сплетни. Нет, ну а что?
– Рин, ну, может, хотя бы один бокал? – Арина трясет бутылку перед Ринкиным лицом.
– Нет. А вдруг я действительно беременна.
– Ты беременна? – мое недоумение вырывается раньше, чем я успеваю прикрыть свой рот. Ну вот что за длинный язык? Еще и выражение лица… Я точно наморщила нос и скривила губы в отвращении.
– Еще не знаю, – она пожимает плечами.
– Кстати, – Дина вытягивает палец, – вот сейчас и нужно проверить. Прямо сейчас, иначе ты так никогда не соберешься, – вносит «гениальное» предложение. – Тесты же есть?
– Есть.
– Ну и вперед.
– Страшно, а что, если правда…
– Не бойся, – касаюсь ее руки, явно желая реабилитироваться за свой всплеск отвращения. – Хочешь, могу с тобой, за компанию.
Я смеюсь, а Ринка воспринимает мои слова всерьез.
– Давай, у меня как раз…
Пока она тараторит, я понимаю, что шутница из меня так себе.
– Ладно, пошли, – допиваю содержимое бокала.
У Ринаты смежный санузел. Поэтому, пока она занята делом, я сижу на белоснежном бортике ванны, сжимая в руке использованный струйный тест, и рассматриваю узоры напольной плитки.
Результат я не смотрела. Область, где высвечиваются полоски, перевернута вниз.
Глупость, но я сама, подобно Рине, чувствую страх. Где-то промелькивает мысль, а вдруг две ?
Этого, конечно, быть не может, мы предохраняемся.
– Ну что у тебя? – поднимаю голову, пока Рината поправляет подол платья.
– Сейчас, – еще полминутки подождем, – чтоб наверняка.
Я киваю, но уже спустя пять секунд слышу вздох облегчения.
– Одна.
– Поздравляю, – улыбаюсь и хочу выкинуть свой тест в ведро. Правда, перед этим переворачиваю его контрольной линией вверх.
– А у тебя?
Ее голос доносится откуда-то издалека. Я же смотрю на две красные полоски и ничего не понимаю. Это какая-то ошибка.
Этого просто не может быть. Нет, нет же…
– У меня тоже одна, – выдавливаю улыбку, пропуская Ринату вперед.
Тест не выбрасываю, а незаметно засовываю его в карман пальто, висящего в прихожей.