Глава 23

– Мне искренне жаль лорда Деуша, – услышав последние вести, вздохнула королева. – Непонятно, за что ему это? Вроде ни в каких интригах не замешан, а пережил за последние годы столько, что врагу такого не пожелаешь.

– Думаю, это просто зависть, матушка, – принцесса Мария отложила рукоделие и потянулась к корзинке с нитками, иглами и прочим. – Кто-то завидует, что лорд живет спокойно, все у него складывается, вот и не дает семье покоя.

– Видимо, – согласилась королева.

– Увы, – возразил король, – дорогая моя Констанция, Мария, вы ошибаетесь.

– Но отец, что же еще может послужить причиной того, что только одна семья пережила больше бед, чем все остальные вместе взятые, – удивился наследник, Генри. – Только подумайте. Сначала умирает мать лорда, потом та история с ведьмой, когда погиб его отец, да и сам Кристоф Деуш чуть не отправился к предкам. Затем та инсценировка, когда попаданец якобы убил его жену, теперь вот самого его ложно обвинили в убийстве. Такое ощущение, что они кому-то мешают жить. Словно какое-то проклятье на роду.

– Не проклятье, – Фредерик печально вздохнул. – Увы, никакого проклятья на этой семье нет. Есть банальное непонимание простых слов, возведение их до уровня предсказаний. Когда отец отрекался от трона из-за болезней, он сказал мне: «Пока род Деушей служит короне, мы все делаем правильно». Кто-то услышал и решил, что это означает, пока они живы. А на самом деле просто пока служат. Я не знаю, что у них в крови, но они всегда на стороне простых людей, защищают их интересы, даже в ущерб себе. И вот пока мы все делаем правильно, не ставим свои интересы или интересы знати выше народа, Деуши будут на нашей службе. У моего брата был шанс заполучить самого надежного союзника, но он сделал ставку на других.

– И проиграл? – нахмурилась королева. – Или это только затишье, и нам не следует расслабляться.

– Думаю, скоро можно будет поставить точку в истории нашего с братом противостояния, – немного подумав, ответил король. – Мне недавно доложили, что представитель и шпион моего брата бежал из королевства в тот день, когда Кристофа признали невиновным. Сейчас, думаю, еще ряд дворян решит внезапно выехать из страны.

– И что с ними делать? – задал самый важный вопрос наследник. – Ведь их земли остаются здесь, значит, если не они, то их дети могут вернуться, и что тогда? Опять смута?

– Пока не знаю, – признался ему отец. – С одной стороны, не хочется оставлять тебе такое наследство, с другой – и с ними обострять отношения тоже не стоит. Подумай сам, сын, какая у монархии сложится репутация, если мы сейчас заберем земли только потому, что люди считали моего брата более достойным править страной. Они не сделали нам ничего. Да, собирались, вели разговоры, что-то планировали, перечисляли деньги, но по факту ничего предпринять не успели. А судить только за намерения… Не думаю, что это хорошая идея. Так мы скатимся к тому, что под суд будут тащить людей за любую фразу, которую можно трактовать и так, и этак. Да, сохраняется риск, что они снова начнут собираться и что-то планировать, зато мы избежим опасного прецедента.

Принц только вздохнул. Отец был прав как всегда. Как и в тот день, когда он привел его, еще семилетнего мальчишку, на одно из заседаний кабинета министров. Тогда его задачей было просто сидеть в углу и слушать. Он слушал, рисовал что-то, старался не задремать. А после заседания отец объяснял, что и зачем делалось. С тех пор он регулярно присутствовал на разных мероприятиях. Сначала раз в две недели, потом раз в неделю, с какого-то момента начал заменять отца, если надо было решать не очень сложные вопросы. Уже сейчас юноша мог править страной, если вдруг с отцом что-то случится, но сам он предпочитал принять это бремя как можно позже. И надеялся, что сможет воспитать своего сына так же, как его самого воспитывал отец.

Король никогда не навязывал ему свое мнение, выслушивал сына, объяснял, почему сам он принимает то или иное решение, чем руководствуется. Постепенно и принц начал думать, взвешивать, рассматривать ситуацию с разных сторон, прежде чем что-то решить окончательно. Но когда речь заходила о дяде, он не мог оставить в стороне все, что успело накопиться у него самого за годы. Не мог простить постоянную атмосферу напряженности, которая много лет царила во дворце. И пусть родители старались всеми силами не выносить эти вопросы в детскую, все равно младшие чувствовали, что существуют проблемы, переживали, часто ластились к ним, заглядывали в глаза, словно искали там ответ на вопросы, которые боялись задать.

– Да, отец, я понимаю, что дети этих людей ни в чем не виноваты. Возможно, они ни о чем не догадываются, но я прошу вас понять и меня, сложно простить тех, из-за кого мы столько лет постоянно опасались, восстания.

– Понимаю, сынок, – улыбнулся ему Фредерик. – Поэтому я не хочу торопиться. Думаю, все решения мы будем принимать постепенно. Не исключено, что члены их семей не разделяют взглядов своих супругов. Казнить и конфисковать мы всегда успеем. Тот же лорд Кампо вполне может отправиться в ссылку, но я хочу, чтобы те алхимики, которые работали на моего брата, образовали отдельную артель. И уже сам Кампо будет отвечать за их деятельность. Думаю, для лорда это будет достаточным наказанием.

Король хитро прищурился и подмигнул сыну. А Генри подумал, что отец давно знал не только имена заговорщиков, но и их роли в этом деле. И даже придумал для каждого наказание, которое со стороны не будет выглядеть таковым.

***

– И что ты будешь теперь делать? – они снова сидели в том садике. Цвели розы, за которыми ухаживал садовник, благоухал обычный шиповник, другие цветы поворачивали свои головки вслед за солнцем. Кристоф задумчиво ощипывал лепестки с ромашки, а Маргарита бродила по саду. Сначала она опасалась снова попасть в след, оставленный покойной леди, но потом успокоилась. То ли стала невосприимчива к нему, то ли, что больше походило на правду, он пропал после того, как Ленору перезахоронили.

– Не знаю, – он растерянно посмотрел на ведьму. – Сейчас всем будет заниматься господин Ченчи. А я могу или отдыхать тут, или вернуться в столицу и приступить к работе. Хотелось бы последнее, но король сам исправил мне даты отпуска с пары дней до трех недель. Может, съездим куда-нибудь?

Марго чуть не споткнулась, настолько ее удивили слова лорда.

– Ты уверен, что это хорошая идея? – только и смогла спросить она. Потому что аргументы про возможные слухи даже не пришли ей в тот момент в голову.

– А почему нет, – было видно, что Кристоф уже загорелся этой идеей. – Ты – попаданка в этом мире, попала ко мне на адаптацию. Вот, скажем, сейчас у тебя отдых в школе, и ты пользуешься этим моментом, чтобы побывать в новых местах.

– Звучит все это очень заманчиво, – вздохнула Маргарита и замолчала.

– Ну, договаривай, – он подошел к ней, – есть какое-то но?

– В каком качестве мы поедем, – выдохнула ведьма и поспешила отвернуться, якобы поближе рассмотреть какой-то цветок.

– Статус невесты тебя устроит? – Кристоф подошел и встал рядом. – Рита, я понимаю, что тебе сложно снова начать доверять мне. Да я и не прошу об этом… Я… Демоны! Рита, я сам не понимаю, что хочу, поэтому несу какую-то чушь.

– Все нормально, – повернулась к нему она. – Тот статус, который ты предлагаешь… Это настолько неожиданно. И не потому, что было в прошлом. Просто для девушки из обычной семьи, работавшей несколько лет официанткой в забегаловке для всех, это сродни сказки. Нет, я могла бы рассчитывать со временем на повышение, или найти работу с большим доходом после учебы. Я бы даже смогла купить свою квартиру, пусть и крошечную. Но то, что судьба свела меня с тобой, это все равно, что в моем мире на меня обратил бы внимание олигарх. Это приятно, но настолько невозможно, что сложно поверить в реальность происходящего.

– Но ты не в своем мире, и больше не официантка в кафе, – мягко произнес Кристоф. – Ты попаданка, а это разом стирает все статусы. А еще ты ведьма. Думаешь, госпожа Патрисия на самом деле обычная горожанка? Вообще-то, она давно леди. Просто не стала менять обращение. А госпожа Ирма? Поверь, ведьмы и маги – это особые люди. Вы стоите вне любого класса. Думаешь, иначе смогла бы одна из них стать женой моего отца? А в тебе это умножено на два. Если бы король или наследник были свободны, ты бы вполне могла пополнить список претенденток на звание королевы или кронпринцессы.

– Вот это я попала, так попала, – рассмеялась Марго.

– Нет, ты попала, а я пропал, – прошептал лорд, после чего наклонился и поцеловал свою ведьму.

Рита замерла. Пусть она и ожидала чего-то подобного, но все равно в первое мгновение не сразу сообразила, что происходит. Но потом позволила себе расслабиться и отдаться на волю Кристофа.

– Прошу прощения, – голос управляющего заставил их вернуться на землю. – Лорд Деуш, прибыл следователь из столицы, ему надо срочно поговорить с вами.

– Как всегда, – он улыбнулся Рите, а та почему-то рассмеялась. – Ничего, у нас еще будет достаточно времени для продолжения.

Маргарита опустилась на скамью. Некогда этот сад был любимым местом леди Леноры. Да, тут красиво, но сама ведьма несколько равнодушна к растениям. Так у нее сложилась жизнь, что проще без них. Сначала пыталась заводить что-то неприхотливое, но ничего не приживалось. Пока она не выложила в цветочном горшке композицию из камней. Вот с ними проблем уже не было, они лежали, не требуя полива и ухода.

– Даже не сомневайся, – соткался рядом с ней призрак.

– Леди, – от неожиданности ведьма подскочила.

– Можешь звать меня просто Ленора, – она улыбнулась. – Я пришла поблагодарить тебя за Кристофа. И пожелать вам счастья. Не пытайся заменить меня, Маргарита. Ты все равно останешься собой, солнечной ведьмочкой с немного печальным взглядом. Но я очень надеюсь, что постепенно эта печаль сменится чем-то другим.

– Спасибо, леди, – пролепетала она. – Все это настолько неожиданно, я просто не всегда знаю, что делать, как реагировать.

– Ничего, ты освоишься, – призрак протянул руку, словно пытаясь прикоснуться к живой. Рита подняла руку и протянула навстречу. Краткое покалывание в ладони. Ленора кивнула ей и растаяла.

***

– Господин лекарь, – в допросную вошли следователь, защитник, чье присутствие требовалось формальностями, писарь и несколько стражников, – я предлагаю сразу рассказать правду. Вы сами видели, что после похорон леди Ленора Деуш еще была жива и пыталась выбраться из гроба. А ведь с тем ранением, которое она получила, согласно вашим записям, она не могла ни снять туфлю, ни пытаться ею проломить крышку гроба. Поэтому лучше вам рассказать, кто заказал смерть леди Деуш.

Лекарь испуганно смотрел на стражу. Присутствие защитника доверия не внушало. Особенно после того, как он прошел в дальний угол допросной, сел на стул и принялся читать газету, всем своим видом показывая, что ему абсолютно все равно, что происходит в камере. Хотите, чтобы вам обеспечили полноценную защиту – ищите себе другого адвоката. А назначенный государством против собственной воли не обязан за спасибо защищать убийцу.

– Имени заказчика я не знаю. Он не представился. Я, вообще, не знаю, откуда он так быстро узнал о случившемся, – оценив ситуацию, начал рассказывать лекарь. – Но он сказал, что платит большие деньги, если эта леди отправится к предкам. А если я откажусь или сдам его, то он доберется до моей семьи, и сделает с ними то, что я должен был сделать с леди. А у меня сестра только родила малыша. Свой племянник всегда ближе будет, чем чужой ребенок, да еще и не рожденный.

– Опишите этого лорда, – потребовал следователь.

– Такой представительный, с камердинером. Тот его называл просто лорд, а хозяин уже по имени обращался, Дон. Нет, может того парня и не так зовут, но вряд ли. Слишком сложно все это придумывать.

Писарь сделал пометку на полях, потом выжидательно посмотрел на заключенного. Тот вздохнул и принялся описывать внешность этого лорда. Писарь старательно фиксировал все мелочи, ведь потом это описание предстоит показывать королю. А лекаря было не остановить. Понимая, что сейчас решается его судьба, он старался припомнить каждую мелочь. Пусть каторга, но потом можно подавать прошение о помиловании, если казнят, изменить уже ничего не получится.

Когда лекарь закончил и признался, что больше ничего не может сказать, следователь протянул ему бумаги.

– Можете прочитать, если хотите, и распишитесь.

Тот поставил подпись, даже не читая. Стражники подняли его на ноги и повели в камеру. А следователь, писарь и защитник принялись еще раз изучать показания.

– Знакомое описание, – задумчиво произнес адвокат. – Надо поспрашивать, кажется, кто-то из довольно известных дворян.

– Будем вам признательный, коллега, – заметил следователь. – Что ж, господа, я отправляюсь с докладом в департамент. А вы можете отдыхать. Думаю, скоро работы нам ощутимо прибавится.

***

Лорд Крамер метался по кабинету. Все, что можно было уничтожить, было уничтожено. На ковре разлилась лужица чернил. От нее во все стороны шли следы. Возле двери лежала разбитая бутылка. Над осколками начали кружиться мухи, привлеченные запахом алкоголя. В оконном проеме красовалась дыра – лорд выбросил пустой стакан.

За дверью, ведущей в кабинет, затих Дон. Он понимал, что внутри сейчас опасно, но и уйти нельзя. Если хозяину придется ждать его больше двадцати секунд, может случиться новая вспышка гнева, и камердинеру не поздоровится.

Когда все, что можно было разбить, разбилось, а все, что можно сломать, сломалось, лорд Крамер остановился и огляделся. Слугам предстоит много работы. Что-то придется выбросить. Тот же ковер уже не отчистить. Да и ремонт в помещении необходим. Чернила с паркета уже не вывести, а обои испорчены пятнами от алкоголя. Но ему было с чего прийти в ярость. Сначала он получил весть об аресте лекаря. Пусть тот не знал его имени, можно было не сомневаться, трус расскажет все, что сможет вспомнить. А потом слуга принес конверт с запиской. Маленький клочок дешевой бумаги, на котором корявым почерком было всего несколько слов: «Думал, что избавился от меня? Нет, так просто я не сдохну. Сначала расскажу все, что знаю о твоих делишках. Роб».

Лорд думал, что тело убийцы уже давно кормит рыб где-то на дне реки или, вообще, его унесло в море. Но он каким-то образом выжил. Кто выполнял его распоряжение? Нет, не вспомнить. Так бы сейчас он не поленился найти их и лично объяснить, что происходит с такими растяпами. Но поздно. Они, скорее всего, сразу сбежали из города, если не из страны.

И теперь надо думать, что делать ему самому, раз остался в столице, а не уехал, как собирался. С лекарем все довольно просто. Можно сказать, что он не так понял требование, или перестарался, выкрутится любым способом. С Робом все много хуже. Он много лет выполнял определенные распоряжения, может с легкостью рассказать, кого, как и когда устранил, где искать тела.

Выдохнув, лорд задумался. Надо срочно что-то решать. По-хорошему, следует как можно быстрее покинуть столицу. Но он боялся. Необходимость бросить все и пуститься в бега пугала. Это герцогу Вайсу открыты все двери. Аристократ, обвиненный в нескольких убийствах, сочувствия не встретит.

Немного пометавшись по разгромленному кабинету, он уже собирался позвать камердинера и отдать распоряжения об отъезде, как в окно увидел черный экипаж. Гадать, кому он принадлежит, долго не пришлось. Такие черные кареты принадлежали только одному ведомству.

Лорд медленно пошел к двери кабинета, прислушался. Потом вышел. Дон, дежуривший рядом, тут же вытянулся в струнку.

– Свободен, – коротко распорядился хозяин, после чего прошел через весь первый этаж к служебному выходу, старательно избегая встречи со слугами. Удалось.

Выйдя из дома, он огляделся. Вроде в саду никого. Осторожно, то и дело пригибаясь, надеясь, что никто не заметит его из окон, лорд Крамер добрался до выхода для слуг. Снаружи никого не было. Он осторожно вышел, аккуратно закрыл калитку и пошел по переулку. Чтобы, свернув на улицу, наткнуться на черный экипаж и стоящих рядом стражей.

– На ловца и зверь бежит, – приветствовал его один из мужчин. – Лорд Крамер, просим вас, садитесь.

– На каком основании? – попытался потянуть время, а то и сбить с толку стражей. Но это были не те люди, с которыми пройдут разговоры.

Подхватив лорда под руки, они просто затолкали его в экипаж. Стражники устроились кто где. Щелкнул кнут. Лошади потянули карету.

Лорд Крамер с тоской смотрел сквозь забранное мелкой сеткой окно на улицу. Куда-то спешили люди, бросая равнодушный взгляд на черный экипаж. Две девушки что-то обсуждали, попутно рассматривая товары в витрине. Дети играли с котенком. Старушки на лавочке возле фонтана тихонько сплетничали. Все это постоянно окружало его, но только сейчас, оказавшись в руках правосудия, он заметил других. Людям не было дела до того, что творится в стране. Им было не важно, кто сидит на троне: король Фредерик, или его брат, герцог Вайс. До тех пор, пока не затронуты их интересы, им все это не важно. Они будут платить положенные налоги и спокойно жить дальше, оставив политику в стороне.

Губы лорда непроизвольно скривились. Все напрасно. Остается надеяться, что король будет милостив к его жене и детям. Самому ему, скорее всего, уже определили место на каторге.