Глава 31

Мне снились картины пережитого ужаса. Всё казалось таким реалистичным и ярким, что это просто вспарывало сознание. Мой страх был острым. Моя паника была сумасшедшей. Я ощущала чужие прикосновения на своей коже и меня от них просто всю трусило. Этот жуткий сон был когда-то реальностью. Липкой, вязкой реальностью.

Я закричала и резко проснулась от собственного крика. В ушах зазвенело. Я заметалась по постели всё еще до конца, не придя в себя. Но страшный сон рассеялся, и я поняла, что нахожусь в доме Барона. В его спальне, в его кровати. Кажется, я отключилась прямо в машине. Когда паника схлынула, я почувствовала себя совершенно опустошенной. Мои веки налились тяжестью, и я заснула.

Всё тело ныло, а в горле першило после моих натужных криков и рыданий. Я на несколько секунд закрыла глаза, пытаясь подавить в себе те мысли, что возвращали меня на склад. Не хочу об этом думать! Всё закончилось. Всё закончилось! Но тут я вспомнила о той старушке, которую убили. Убили из-за меня! Вспомнила и Мишу, который на несколько мгновений превратился в безжалостного палача. По спине прошелся колючий мороз.

Дверь в спальню тихо открылась. Я испугано распахнула глаза и увидела Мишу. Впервые с момента нашего первого поцелуя, я его снова по-настоящему начала бояться. Я натянула одеяло до подбородка и прижалась спиной к изголовью кровати. Миша всё понял и это осознание вызвало у него горькую едва заметную улыбку.

— Как ты? — он не предпринял попытку подойти ближе.

— Всё болит, — честно призналась я. — Они меня не тронули, — добавила после небольшой паузы, чтобы этот момент больше не возникал между нами.

— И не тронут, — сквозь зубы процедил Миша и сжал руки в кулаки.

— Я… Я это уже поняла. Как ты меня нашел?

— У меня по всему городу есть глаза и уши, — Миша закрыл дверь и привалился к ней спиной.

— Ты спас меня… Снова, — я невесело улыбнулась.

— Ты попала в неприятности именно из-за меня.

— В первый раз я сама их нашла.

Между нами повисло тяжелое молчание. Я не знала, что еще сказать. Что вообще нужно говорить, когда тебя так до смерти напугали и едва не изнасиловали? В мыслях всё перевернулось, рассыпалось на микрочастицы. Я была так потрясена произошедшим, что всё еще не могла окончательно взять себя в руки. Зубы безжалостно терзали нижнюю губу. Я остановилась только тогда, когда почувствовала боль и привкус собственной крови во рту.

— Тебе нужно принять душ, — заявил Миша и оторвался от двери.

Только сейчас я заметила, что вся грязная и пыльная. Волосы грязными сосульками спадали на лоб. Ребра немного ныли, и левая рука тоже болела. Сложилось такое впечатление, что по мне проехался асфальтоукладчик. Причем несколько раз.

Я аккуратно встала с кровати, ко мне тут же подошел Миша. Теперь он снова был прежним. Его зверь, его голодный волк вновь вернулся в свою берлогу. Он защищал меня, защищал, никого не жалея, не щадя. Я это понимала, но очень не хотела, чтобы тёмная сторона Миши проявлялась так отчётливо.

Мы прошли в душ. Кожа от пыли уже вся чесалась. Я намерено не смотрела на себя в зеркало. Всё равно ничего хорошего там не обнаружу. Хотела снять платье, но руки совсем не желали меня слушаться.

— Я помогу, — твёрдо заявил Миша и став передо мной, быстро избавил от порванного куска ткани, что вряд ли уже можно назвать платьем.

— Спасибо.

Черту стыда и неловкости мы, к счастью, уже давно преодолели. Рядом с Мишей я не стеснялась обнажаться. Когда была с Даней, постоянно пряталась, потому что он насмехался над моими острыми коленками и плоской задницей. В глазах Миши я видела восхищение. Ему определённо нравилось мое тело. Но уж точно не сегодня. Во всяком случае я так считала. А как может нравиться женское тело, усыпанное синяками и ссадинами?

Миша тоже разделся и легонько подтолкнул меня в просторную стеклянную душевую кабину. Я никогда не принимала с кем-то душ. Мне это казалось немного диким и слишком интимным процессом. Миша отрегулировал воду и ее температуру. Я прижалась лбом к холодному стеклу и глубоко вздохнула. Голова всё еще немного гудела.

Горячая вода коснулась моей измученной кожи, и это было настоящее блаженство. Каждая моя мышца плавно начала избавляться от тяжелого напряжения. Я медленно, но верно стала расслабляться.

Миша стоял позади меня. Несколько долгих мгновений он ко мне не прикасался. Я ощущала его присутствие, сейчас оно мне было крайне обходимо. Затем широкие горячие ладони медленно опустились ко мне на талию. Я вздрогнула. Но не от страха, а от удовольствия. Я уже была готова начать мыться.

— Я сам, — тихо заявил мне на ухо Миша. — Сам.

Что? Мне не послышалось? Барон будет мыть меня? Мужчина, которого боятся, который может убить любого, кто прикоснётся к его женщине будет меня мыть? Это был совершенно новый опыт.

Мужской гель для душа с ярким ароматом морской свежести и мягкая мочалка в руках Миши превратились в изысканные инструменты удовольствия. Он аккуратно вымыл мою спину, стараясь сильно не надавливать на синяки. Вымыл поясницу, ягодицы. Опустился на корточки, чтобы уделить особое внимание моим ногам.

Мое измученное сердце, кажется, начало оживать. Никто и никогда до встречи с Мишей не заботился обо мне. Исключением служили лишь воспитательницы. Вот так посмотришь на этого мужчину и никогда в жизни не подумаешь, что он на самом деле чуткий и внимательный.

— Повернись, — попросил Миша.

Я послушно повернулась и привалилась спиной к стенке. От горячей воды стеклянная кабина почти сразу же запотела, отгораживая нас от всего внешнего мира. Миша выпрямился, добавил еще геля и принялся мыть мои плечи, ключицы, шею, плавно спускаясь к груди. Я внимательно наблюдала за ним, его взглядом. Столько сосредоточенности и совсем немного мрачности.

Когда мочалка коснулась моих твёрдых и чувствительных сосков, я охнула. Миша продолжил свое занятия, спустившись к животу. Омыв его, он снова присел на корточки, уделив особенное внимание внутренним сторонам бёдер. Я опустила ладони на широкие напряженные плечи Миши.

— Поставь одну ступню мне на плечо, — велел он.

Я беспрекословно выполнила. Мочалка скользнула вверх к колену, к бедру. Мое дыхание сбилось. Не знаю, как это у Миши так виртуозно получается сконцентрировать всё мое внимание на нем. Смыв пену, он повесил мочалку на крошечный крючок и поцеловал мою острую коленку. Затем поцеловал бедро, его внутреннюю сторону, выше.

Мои пальцы запутались в его мокрых густых волосах, когда горячий язык коснулся клитора. Это было для меня совсем иное ощущение. Более острое и одновременно немного щекочущие. Хотелось и остановить, и умолять продолжить эту пытку.

Закрыв глаза, я откинула голову, сильней ухватившись за волосы Барона. Его язык сводил меня с ума. Я никогда не могла подумать, что такая форма ласки может ни капли не уступать по ощущениям сексу.

Пальцы на ногах подогнулись, когда я почувствовала, что несколько пальцев плавно проникли в меня. Что же он творит со мной?! Миша не планировал растягивать процесс. Он буквально атаковал меня, стремительно подталкивал к краю. В ушах шумело. Вода заливала глаза. Дышать нормально получалось лишь через раз. Я забылась, затерялась в собственных ощущениях. Это то, что мне было сейчас крайне необходимо — забыться.

Задушенные стоны один за другим вырвались из моего горла. Отчаянно хотелось свести бёдра, но Миша продолжал доводить меня. Я зажмурилась, а когда открыла глаза, кажется, увидела чей-то силуэт за стеклом душевой кабины. Сердце испугано трепыхнулось и в этот момент меня настиг один из самых сильных оргазмов, что вспышками взорвался внизу живота.

Силуэт быстро ретировался. Кажется, это был мужчина. А кто еще может так свободно разгуливать по дому Миши? Шрам… Кажется, он прекрасно понял, чем мы здесь занимались. И как долго Шрам наблюдал за нами?! И главный вопрос — зачем?!