Глава 16. Неприятные вопросы, бесполезные ответы

Из дневника Арины Керейры

Меня поведут на смотрины. К принцу. Он, видите ли, заартачился и не желает покупать кота в мешке. Винт проболтался, что мой суженый слишком щепетилен по отношению к женщинам. Договорной брак для него норма, вынужденный — мерзость.

Я должна вести себя тихо, мило и воспитанно. Надо убедить папашиного партнера, что он — предел моих мечтаний. Потерпеть до свадьбы, а потом… Керейра уверен, что после дня Х принц будет ходить на задних лапках, причем без импланта.

В чем же смысл? В магии?! Но я — обычная! Даже домой вернуться не могу! У меня нет никаких способностей!

Правда, безмозглая дрянь в переднике однажды сказала, что я — воплощение Ньепы. Это что-то вроде местного злого духа, который охотится на королей. Не понимаю… Папуля думает, что когда-нибудь я убью принца?

***

Долинея

Шаер стукнул кулаком по столу, заставив папки подпрыгнуть, а листы — разлететься.

— Прошу прощения, сир, — дознаватель не выглядел испуганным, — но это должно было произойти рано или поздно.

— Это катастрофа.

— Нет, сир. Это недоразумение, которое мы используем для поднятия вашего авторитета.

— Кано, если этот снимок что-то где-то и поднимет, то точно не мою репутацию, — процедил сквозь зубы Рикадор. — Все вышло из-под контроля. На этот раз тихо замять происшествие не получится.

Замять?! Я вскинулась, едва не оттяпав шаеру пол-лица. Они делают вид, будто Рика вообще не существует? Какая наглость! Он реален! Реальнее, чем все в этом чертовом дворце! У него есть сердце и чувства, а не только долг перед обществом. Могу поспорить, он был отличным шаером!

— Тогда устроим шумиху. — Дознаватель и не посмотрел в мою сторону, сосредоточив внимание исключительно на Рикадоре. — Все подтвердим, а когда скандал уляжется, незаметно раскаемся. Так делали и до вас, сир. Всегда срабатывало.

Боюсь, после этого совета у меня слегка снесло крышу. В чем они собирались каяться? В чем, черт побери?!

— Вы убили Рика? — Я схватила шаера за лацканы и дернула изо всех сил. — Это правда? Он мертв?! Из-за какой-то дурацкой фотографии?.. Да я… Да мне… Клянусь, вы заплатите за это!

Меня переполняло отчаяние. Мир крутился перед глазами, в голове царила необычайная легкость, внятные мысли отсутствовали. Хотелось крушить все вокруг и кричать, пока хватит сил. Рвать бумаги, шторы, Рикадора… Забить его до полусмерти телефонной трубкой, прижать к полу и получить ответ на элементарный вопрос: «Почему?!». Что такого страшного сделал Рик? Показался на людях? Он живой человек и у него есть права!

Горло сдавило, и я сипло дышала шаеру в лицо, не в состоянии выразить словами то, что бушевало в душе.

Он сжал мои руки и медленно отцепил их от своего пиджака.

— Немедленно переоденьтесь, Ання, — его тон был на удивление обескураженным. — Это приказ.

— Фигушки! — В тот миг меня не интересовали приличия.

— Давайте обойдемся без силовых методов, — и вновь Рикадор проявил чудеса понимания.

— Рик тоже это говорил, правда? — Под защитой невидимой брони я чувствовала себя носорогом и перла напролом. — И где он теперь? Где?!

Шаер вздохнул и посмотрел на меня с неприкрытой грустью.

— Уверен, он будет вечно жить в ваших воспоминаниях, — сообщил без издевки. — А пока вернитесь в реальность. Вам необходимо сменить одежду и…

И до меня дошел смысл сказанного.

— Его и правда убили?! — Я не замечала, что комкаю лист с испанским текстом. — За что?!

— Успокойтесь, Ання.

Я швырнула смятую бумагу Рикадору в физиономию и пожалела, что к прозрачным доспехам не прилагается прозрачный автомат.

— Рик жив и здоров…

Меня едва кондрашка не хватила от облегчения.

— …до тех пор, пока вы ведете себя пристойно, — продолжал шаер, криво усмехаясь.

— Я хочу его увидеть!

— А я хочу заняться лыжным спортом, но мы оба — заложники своего положения. Мною управляет Долинея, а вами… Ну же, кто управляет вами?

— Тот, кто целится в Рика, — угрюмо пробормотала я.

Отлично. Бунт подавлен в зародыше. Истерика и слезы отменяются, потому что сейчас они — роскошь, которую я себе позволить не могу. Пусть шаер ухмыляется сколько влезет. Рик имел для меня значение. Не знаю, какое, но от мысли о его смерти разум напрочь отказывался работать.

Рикадор согласно кивнул.

— Надеюсь, мы поняли друг друга. Обновите свой гардероб, Ання.

— Не получится, — мстительно отрезала я.

А что? Силовое поле мне не подчиняется. Форс-мажорные обстоятельства. Я не виновата.

— Причины?

Почему бы не продемонстрировать свои новые способности? Самое время показать, что щит прогрессирует. Авось впечатлятся и объяснят, что, по их мнению, я такое.

Я подобрала с пола скомканный лист и эффектным движением провела по чешуе снизу вверх.

— И?..

И это был провал. Невидимые покровы канули в неизвестность.

— Оно пропадает в вашем присутствии?! — Я не понимала, что происходит. — Вы потому и шаер, что можете убирать чужую защиту?

Рикадор повернулся к дознавателю.

— Кано?.. — произнес не столько вопросительным, сколько угрожающим тоном.

— Шаерон Элидий, сир. Он провел очень жестокий эксперимент.

— Насколько мне известно, сейчас отец в коме.

— Совершенно верно, сир. Это был неудачный опыт.

— То есть она уже…

— Да, сир. Уже.

— О.

Снова это многозначительное «О»! Я бы отдала годовую стипендию, лишь бы узнать, что оно означало!

Шаер смерил меня пристальным взглядом, будто изучая под микроскопом. На его лице не отражались эмоции, однако мне показалось, он испытывает беспокойство. Затем этот равнодушный чурбан приблизился и неловко обнял меня, даже по спине потрепал сочувственным жестом.

Супер. С другой стороны, я же не рыжая Валери, мне высокородное внимание не положено. Отработанная улыбка и показушная опека — вот и все, чего я заслужила.

Почему-то это обижало. Я не привыкла быть для кого-то пустым местом. Впрочем, раньше среди моих знакомых правителей не водилось. Не удивлюсь, если в их среде лицемерие — норма.

— Судя по нашей дружеской встрече с шаероном Элидием, чешуя у вас в роду встречается часто? — спросила я, отгоняя неприятные раздумья. — Вы так умеете? А шаерон Викард? Насчет Эндера не спрашиваю — он явно не монс… Не одарен.

— Не чешуя, а силовое поле биологического происхождения, — педантично уточнил Рикадор. — Так называемый силовой щит. Эта способность — не редкость в роду рие Нордесов.

— Хотите сказать, я — ваша родственница?! — слетело с языка прежде, чем я успела закрыть ладонью свой болтливый рот.

Шаер отшатнулся.

— Упаси Единый, — пробормотал потрясенно. — Нет, Ання, вы не принадлежите к правящей династии. У трети долинейцев в той или иной мере проявляются гены предков. Не настолько сильно, как у моего отца, шаерона Элидия, но даже в самой захудалой деревушке можно найти человека с, как вы выразились, чешуей.

— То есть с вашей точки зрения во мне нет ничего необычного?!

Он колебался. Посматривал на дознавателя и сохранял невозмутимый вид, но я-то видела: вопрос попал в цель. Понять бы еще, в какую!

— Не трудитесь придумывать ложь, — я решила облегчить задачу. — Шаерона Викарда мои… э… силовые поля потрясли, шаерон Эндер обалдел настолько, что бросился на меня с кочергой. Для них я не была обычным человеком. А кем? Мифическим отродьем Ньепы? Но у вас же прогресс мчится вперед!

Шаер в задумчивости провел рукой по моим волосам, даже наклонился, чтобы рассмотреть их поближе. Меня аж передернуло при мысли о том, что случится, вернись корона в этот миг. Бр-р… Он не знал, что такое опасность. Или действительно мог «отключать» чужую защиту?

— Крашеные, да. — Я отстранилась, выдрав с корнем зацепившуюся за пуговицу на его рукаве волосинку. — Уже начинают отрастать. Это проблема?

— Неестественно чистые, — влез с пояснениями Кано. — Без пыли и щепок, которые осыпались на вас во время недавнего недоразумения. Как вы, возможно, заметили, ваше силовое поле отличается от привычных в Долинее. То есть принцип работы один, а вот особенности не идентичны.

— Считаете, меня похитили в детстве из этого мира, модифицировали и вернули обратно? Какая чушь!

«Вообще-то мне двадцать три, и ластонцы пришли в Долинею двадцать три года тому назад», — абсурдная идея прочно засела в голове.

— Абсолютная чушь, — с содроганием подтвердил Рикадор. — У вас слишком буйная фантазия.

— Ну так откуда же я появилась?!

Он с независимым видом отошел к окну и уставился вдаль, скрестив руки за спиной.

— Если желаете, Роксинэль прочтет вам лекцию по половому воспитанию, — заметил ровным тоном.

Я сочла, что это шутка, и выдала саркастическое:

— Ха-ха.

Пока мы играли в молчанку, Кано принялся неуклюже собирать разлетевшиеся листы. Я почувствовала неловкость и присела, чтобы ему помочь. Взгляд сразу же наткнулся на кусок картона с кириллическими буквами.

«Опальная принцесса» — эту надпись я помнила даже на ощупь.

— Откуда это?

Дознаватель выпрямился и положил подобранные записи обратно в папку.

— Оттуда, откуда и все остальное. Из Ластонии.

— Но почему именно принцесса? Опальная принцесса? Рик говорил, принцесса — это алие, а не шаерона. У вас уже нет принцесс. В чем смысл? Ой!

Я и не заметила, когда шаер оказался рядом. Его беззвучное перемещение здорово меня напугало. Н-да, с нервами надо срочно что-то делать…

— Смысл в том, что во времена Дракона-основателя принцесс хватало, — проговорил он, изучая картонку. — А наши ластонские друзья слишком много внимания уделяют истории и легендам. Кстати, насчет легенд… Пойдемте, Ання. В одной из них вы будете участвовать.

Я вздрогнула. Что еще за новости? Меня собираются принести в жертву во имя Дракона Нордеса и славного долинейского прошлого? Почему-то ничего хорошего сообщение Рикадора не обещало.

Но он направлялся не в пыточную и даже не в лабораторию.

— Это же мой этаж, — заметила я, выйдя из лифта.

— И ваши комнаты. — Шаер прошествовал к «Соблазнению Дракона» и нажал на руку Ньепы. — Поторопитесь. Судя по тому, что нам известно о вашем подвиде силового поля, нормальная одежда вам не подойдет. Постарайтесь выбрать максимально облегающий закрытый наряд.

«Трико в моем гардеробе нет», — но я уловила направление его мыслей и прошла в открывшийся проход.

— Вы действительно способны подавлять эту невидимую штуку? — Не то чтобы мне не верилось в сверхспособности шаера, но одно дело — строить десятки теорий, и другое — услышать подтверждение либо опровержение одной из них.

— А у вас проблемы с логикой? — буркнул он. — На вашем месте любой бы догадался.

«Покажите мне хоть кого-то, кто побывал на моем месте!» — едва не огрызнулась я.

Но реагировать на бездушный характер Рикадора не имело смысла. Тем более, я обещала вести себя хорошо. Ради Рика. Моего Рика. Того самого Рика, что заслонил меня от пули. Кто ценит мое общество. Для кого значение имею я, а не выгода для Долинеи/Ластонии.

Я мечтала обнять его и понимала, что этого никогда не случится. В отличие от «идеального мужчины», который был фантомом, Рик существовал на самом деле, но наша «биология» не оставляла надежды на отношения. Разве что держать при себе шаера… Ха-ха. Рикадор не оценит эту идею.

«И с Риком ты больше не увидишься. Он мешает властям. Его существование — угроза для нынешнего правителя. Тебе могут обещать что угодно, это ничего не значит», — вякнул внутренний голос.

Он у меня реалист. Режет правду-матку без сожалений. Ненавижу его!

— На каком расстоянии это работает?

Рикадор оторвался от созерцания стены.

— Вы еще здесь? Неужели слово «поторопитесь» слишком сложное для вашего восприятия?

— Подавление! Как оно работает?! На каком расстоянии от объекта?

Он пожал плечами.

— Через две минуты я уйду, и вы сможете проверить это экспериментально. Когда вернусь через недельку, поделитесь наблюдениями. До тех пор будете заперты здесь. Полторы минуты, кстати.

Я захлопнула дверь в спальню и бросилась к шкафу. Кожаные штаны, джинсы или лосины в стиле восьмидесятых? Все остальное — либо широкое, либо выше колена. Даже юбки сплошь мини! Ну какой идиот собирал эту коллекцию?! Поправка: какой идиот счел эту коллекцию подходящей для Долинеи?

С верхней частью наряда тоже засада: три четверти вещей если не «бронелифчики», то всевозможные топики. Из более-менее подходящего — черная маечка, светло-голубая рубашка и тонкая летняя блузка с рюшами.

— Тридцать секунд, — донеслось из гостиной.

Я выбрала джинсы и рубашку. Самое нейтральное, разве нет? Повседневный стиль, никаких ярких цветов и спорных деталей, ничего прозрачного и двусмысленного…

— Вы отлично выглядите, Ання, — охарактеризовал мой внешний вид шаер.

— Правда? — Я не поверила ему ни на миг.

— Разумеется. Да и ничего лучше Долинея предложить не может. Разве что цирковое трико, однако прессе это не придется по вкусу. Лучше уж вам прослыть эксцентричной и раскованной, чем ненормальной.

«А наши мысли порой совпадают», — отметила я.

Рикадор оглядел меня с ног до головы.

— Вам точно нравится этот наряд? — уточнил дотошно. — Вы не считаете его мерзким, противным, вызывающим отвращение?

— Боитесь, что мое подсознание сочтет одежду мусором и разрушит прямо перед камерами? — Благодаря Рику я более-менее понимала, как действует силовое, чтоб его, поле. — Да, я в курсе насчет рисков. Не волнуйтесь, вас не опозорю. Белье с меня точно не исчезнет. Гарантирую. Оно просто супер, претензий никаких.

Последнюю деталь уточнять не стоило. Физиономия шаера не дрогнула, но могу поклясться: Рикадор мысленно схватился за голову и раздумывает, не обойтись ли в своих неведомых планах без моего участия.

— Буду молчать, — пообещала я. — Честно.

Он едва заметно поморщился и направился к двери.

— Пойдемте, Ання. — Нажал на рычаг. — Кано объяснит, что от вас требуется.

Я рванула за ним слишком резво. Носок туфли зацепился за складку на ковре, и меня понесло вперед, прямо на шаера.

Мы столкнулись с изяществом поскользнувшихся в грязи бегемотов. Он покачнулся, задел стену. Его зубы лязгнули, затылок прошелся по мозаике, с губ сорвалось шипение. Я повисла на нем, не в силах выпутать ногу из длинного ворса ковра. Мимолетом подумала, что шедшая по коридору горничная таращится на нас чересчур пристально, потом ощутила под ребрами нечто твердое и возликовала.

Это был мой день! Я покаянно взглянула Рикадору в глаза, забормотала весьма трогательные извинения и попыталась незаметно вытащить из его кармана фотоаппарат Жаклин Сон.

Горничная пискнула, споткнулась и растянулась на полу. Отлично! Шаер не мог не отвлечься на ее крики.

Мои пальцы медленно двинулись по пиджаку. Крупная пуговица, шов… Наконец-то!

Я схватила… Черт! Я схватила руку Рикадора.

— В детстве у меня была ручная обезьянка, — без капли эмоций выдал шаер. — Она проделывала этот фокус намного ловчее. Потом ее отдали Эндеру, а у меня появился попугай. Он умел излагать свои желания словами. А для вас это слишком сложно?

«Не обращай внимания», — приказала я себе.

Рикадор рие Нордес правит страной, ему грубить разрешено на законодательном уровне. Тем более, все справедливо. Промашка вышла. Я не справилась с элементарным заданием. Мартышка бы так не прокололась!

— Вы видели снимки?

Он вернул мне вертикальное положение и, не ответив, подошел к стенавшей горничной.

— У вас лодыжка вывихнута, — сообщил ровным тоном. — Не двигайтесь. Через несколько минут вас осмотрит врач.

Затем коснулся настенной Ньепы, закрывая мою гостиную, и направился к лифту, не оглядываясь.

Я догнала его, когда створки уже смыкались, и вновь едва не расшибла нос. На этот раз меня выручил лифтер. В отличие от Рикадора, он уделил мне максимум внимания. Мировой парень! Надеюсь, его не уволят за пару добрых слов.

Мы вышли на первом этаже.

— Снова к дознавателю? — Я выучила этот маршрут наизусть. — Ему вы о фотоаппарате не говорили, правда? Почему? Видели снимки?

— А не должен был? — наконец-то изволил ответить шаер.

— Отличное качество, да? Хотите получить такой аппарат?

— Еще один? Не стоит беспокоиться, с меня хватит этого.

— А?..

Я порядком растерялась. Он что, прикарманил себе ластонский девайс? Превратил улику в вещь для личного пользования?

— Что за непонятный интерес, Ання? Вам любопытно, узнали ли мы о следующей цели ластонских воров?

— О Драконе-основателе? — Я затаила дыхание.

— О коллекции печатей Дракона Нордеса. Она под надежной охраной. У вас другие сведения? Полагаете, собираются выкрасть останки Дракона?

«Вообще-то встретиться с Драконом. Жаклин считает, он жив до сих пор, и вы его скрываете», — я смотрела на Рикадора и старалась понять, что на самом деле прячется за его показушным безразличием.

— Да, — вырвалось у меня. — Разве вас это не насторожило?

— Среди снимков ни один не указывал на осквернение захоронения.

— Но…

Я прикусила язык. Шаер проглядел фотографии и пропустил видео? Слабо верилось. Этот человек слишком дотошен, чтобы не разобраться во всем до конца.

— Хотите что-то добавить? — прозвучало с вызовом.

— Хочу. — Я глубоко вздохнула. — Могу стереть видеозапись, и тогда вы сможете отдать фотоаппарат Кано, не компрометируя шаерона Викарда.

Рикадор остановился в двух метрах от кабинета дознавателя. Задумчиво сунул руку в карман и уставился на меня с пугающим любопытством.

— Считаете себя очень умной? — выдал короткую усмешку.

— Не считаю дураком вас, — не осталась в долгу я. — Там простой интерфейс, но чтобы что-то удалить, надо уметь читать по-нашему.

Фотоаппарат неожиданно появился у меня перед носом.

— И снимки Валери, будьте любезны, — оскалился шаер.

— Стереть? — В первый миг я не поверила собственной удаче и растерялась. — То есть хорошо… А давайте притворимся, что этого видео не существовало? Не будем расстраивать шаерона Викарда, ладно? Готово. И Валери… Кстати, насчет Валери…

— Валери — не ваша забота, Ання.

Пренебрежительный тон задел некую струнку в моей душе и не позволил молча завершить задание.

— Моя забота — этот человек! — Я ткнула Рикадору под нос снимок, на котором его обожаемая рыжевласка беседовала с Патриком. Ну или с Петром, моим идеальным мужчиной, хотя вряд ли оба имени имели отношение к его настоящей личности.

— Вы умеете опознавать людей по затылкам? Поздравляю, у вас открылся серьезный дар. В полиции его оценят.

— Я умею опознавать людей по одежде. — С каждой минутой терпеть такое отношение становилось все труднее. — В обед этот костюм разговаривал с Валери Айронс, а вечером клялся в любви Арине Керейре. По-вашему, за полдня он сменил владельца?

— По-моему, вы лезете не в свое дело.

Да что за упрямец такой? Готов избавиться от улики, лишь бы уязвить посильнее! Или?.. Погодите-ка! На меня ему плевать, тут сомнений никаких. Получается, он защищает Валери? Вот же ж… Зря я считала его бесчувственным чурбаном. Но лучше бы он влюбился в кого-нибудь менее подозрительного.

— Разрешите встретиться с Риком, и я ни слова не скажу Кано о вашей подружке.

Вместо ответа шаер протянул руку, требуя фотоаппарат обратно.

Я попятилась.

— Телефонный звонок. Всего один. Пожалуйста!

Его губы скривились, однако улыбкой я эту гримасу не сочла.

— Я не шучу. Позвольте поговорить с Риком.

Он насмешливо поднял бровь.

— Уверен, Рик не успел по вам соскучиться.

— Разве я прошу так много?!

За спиной ощутился поток воздуха. Я резко обернулась. Так и есть — дознаватель, привлеченный шумом, открыл дверь своего кабинета и наблюдал за нами с безграничным терпением.

— Кано, можно мне увидеть Рика?

— Рика? — он запнулся. — Увидеть? Э… Не сомневаюсь, вы его еще встретите. Когда-нибудь.

— Сейчас. Разрешите хотя бы телефонный звонок! Я удостоверюсь, что он жив, и не буду волноваться. Ну же! В ваших же интересах, чтобы я пребывала в хорошем настроении! Журналистам нужна улыбка, а не унылая рожа.

Пока я сверлила Кано умоляющим взглядом, шаер воспользовался моментом и отобрал фотоаппарат.

— Звонили из лаборатории, сир, — дознаватель мигом переключил внимание на Рикадора. — Они смогли получить изображение человека, угрожавшего Валери. Нам повезло, что на ней были солнцезащитные очки с зеркальными стеклами. Его опознали. Это Патрик Макалистер, ластонец. Тот самый Патрик, что манипулирует Айрой Керейрой.

— Хорошая работа, Кано.

Под внимательным взглядом шаера я почувствовала себя неуютно. Он играл со мной… Подлец! Прикидывался неосведомленным, чтобы выведать, не знаю ли я чего полезного. Ну как поладить с таким человеком? У него все и всегда схвачено, а мы с Риком — не более чем пешки.

— Мне нужен Рик. — Я скрестила руки на груди и требовательно задрала подбородок, не представляя, надолго ли хватит моего запала. — Это не обсуждается.

Шаер насмешливо фыркнул и переступил порог кабинета.

— Кано, пожалуйста! Я же была полезна! И буду!

Дознаватель принялся что-то бормотать о правилах, законах, указах… Я не слушала. Смотрела грустными глазами и мысленно приказывала повиноваться.

Не сработало, конечно же. Он провел меня внутрь, вновь завел старую песню о невозможности некоторых планов…

— Я согласен, — вдруг заявил шаер. — Кано?..

— Сир?

— Устройте нам беседу с Риком.

Дознаватель ушел, прихрамывая заметнее, чем обычно. Рикадор вытащил из ящика стола телефон и дождался звонка.

— Это вас, Ання. — Снял трубку и передал мне.

Я схватила ее, подозревая очередной обман.

— Рик? — произнесла вопросительно.

— Я так рад наконец услышать твой голос! — донеслось из телефона.

Несомненно, это был он. Я ни с кем бы его не перепутала!

— Рик! Как ты? Где тебя держат? У тебя все хорошо?!

Рядом кашлянул шаер, подсказывая, что вопрос некорректен.

— Вы собираетесь подслушивать?! — возмутилась я. — Это же мерзко!

Он ухмыльнулся и сел в кресло.

Ну и ладно. Его присутствие волновало меня меньше всего. Главное: я добилась своего. Рик жив, а остальное — просто политика.