Глава 87

Воздух рядом со мной сгущается, наполняясь мягким золотистым свечением. Снежинки, не долетая до камней, тают в этом тепле, и вот уже плавно выступает изящный силуэт.

Лиса.

Такое чувство, что она стала какой-то ещё более настоящей. Её огненная, сотканная из чистой магии шерсть, переливается, янтарные глаза горят разумом и древней силой. Она грациозно потягивается, вставая рядом со мной, и тихо фыркает.

Кайра ахает, отступая на шаг, Коготь инстинктивно перехватывает топор поудобнее, а Рох потрясённо выдыхает:

- Великие боги, это ещё что за чудо?

Они видят её. Все до единого.

Дух рода напитался твоей силой, Мейя, - глубоким эхом отзывается в моей голове голос Ашкая, в котором звучит торжество. - Твоя кровь и магия Утёса слились воедино. Теперь Хранительница плотна в этом мире и зрима для каждого. Она - прямое доказательство того, что ты истинная хозяйка Севера.

Лиса гордо вздёргивает морду и обращает взгляд к небу, и я смотрю туда же.

Битва в облаках кипит с первобытной яростью. Эрвейн бьётся насмерть. Его чешуя блестит, как сталь, а когти с лёгкостью вспарывают плоть имперских ящеров, но их больше.

Внезапно один из трёх драконов, с чешуёй цвета запёкшейся крови, выходит из боя. Он делает резкий вираж и устремляется прямо к Серебряному Утёсу. На его шипастой спине я отчётливо вижу фигуру всадника.

Лаэрд понял, где скрывается его главная добыча. Его лицо искажено злобой, полы развивающегося плаща хлопают на ветру. Уверена, он не рассчитывал на подобное сопротивление, и наша битва закончится лишь когда одного из нас не станет.

- Сжечь барьер! - доносится его усиленный магией вопль. - Уничтожить их всех!

Красный дракон с рёвом обрушивается на наш купол. Из его пасти вырывается не просто пламя, а гудящий, ослепительно-белый поток концентрированного огня. Голубой щит Утёса идёт рябью, искрит, сдерживая невероятный напор. Земля под ногами мелко дрожит.

Поднимаю глаза выше. Два имперских дракона зажимают Эрвейна в клещи. Мой муж яростно рычит, отбрасывая одного мощным ударом хвоста, но второй вцепляется клыками ему в плечо. Чёрная драконья кровь, дымясь, капает на белый снег.

Сердце сжимается от боли и страха за него. Я больше не буду просто стоять и смотреть. Я не жертва, прячущаяся за стенами.

Падаю на колени, прямо на очищенные от снега древние плиты, и с силой прижимаю к ним обе ладони. Голубая магия бурлящим потоком устремляется по моим венам прямо в сердце Серебряного Утёса, уходя глубоко-глубоко в промёрзшую почву. Я чувствую каждый камень, каждый корень, каждый нерв этой суровой земли.

- Услышь меня! - кричу я, и мой голос разносится над долиной, заглушая рёв пламени и грохот битвы. - Это моя земля! Защити нас!

Север слышит и Север отвечает.

Голубые руны на стенах Утёса вспыхивают с ослепительной яркостью, но самое невероятное начинается за пределами барьера. Земля под моими руками издаёт низкий, вибрирующий гул, который пробирает до самых костей.

Воздух резко уплотняется. Я меняю само притяжение, превращая землю вокруг замка в колоссальный магнит, настроенный на подавляющую магическую мощь крылатых ящеров.

Драконы в небесах внезапно издают панические, сдавленные крики. Невидимая, неодолимая сила цепляется за их массивные тела, безжалостно дёргая вниз, словно они вдруг стали сделаны сплошь из свинца. Красный ящер Лаэрда отчаянно бьёт перепончатыми крыльями, пытаясь сопротивляться. Он изрыгает пламя, силится набрать высоту, но ничего не выходит. Сила притяжения неумолима. С грохотом он рушится на заснеженное плато перед замком, а Лаэрд с воплем слетает с его спины и теряется в сугробах.

Остальные имперские драконы тоже падают один за другим. Гравитация вдавливает их в промёрзшую почву, прибивая к ней с такой силой, что они не могут даже приподнять головы или расправить крылья для удара. Их рёв теперь полон не ярости, а животного ужаса.

И в этот момент из леса, откликаясь на зов ослабевшей добычи, вырываются десятки сотканных из мрака и льда теней. Крахты несутся к поверженным врагам со всех сторон.

Но моё сердце внезапно замирает от ужаса. Магия земли слепа, она не отличает своих от чужих. Моего мужа тоже тянет вниз!

Эрвейн яростно ревёт в небесах, борясь с невидимым прессом, мощные мышцы перекатываются под его стальной чешуёй, но тяжесть Севера побеждает. С глухим стуком, взметая тучи снежной массы, он тяжело обрушивается на камни поодаль от имперцев.

- Эрвейн! - кричу я, вскакивая на ноги и разрывая связь с землёй. Не раздумывая ни секунды, выбегаю за пределы безопасной зоны Серебряного Утёса. Я должна его защитить!

- Лекарка! - ревёт позади Камнелом.

Но ни он, ни остальные не остаются в укрытии, они тут же бросаются вслед за мной, торопясь успеть.

Перед Утёсом разворачивается кровавая битва. Прибитые магнетизмом к земле имперские драконы абсолютно беспомощны. Северные монстры - крахты - наваливаются на них стаей, безжалостно рвут их плоть ледяными клыками и когтями. А люди, мои друзья, бьются с ними плечом к плечу. Это невероятно: дикие твари Севера и ссыльные объединились, чтобы уничтожить общую угрозу. Коготь с размаху опускает топор на шею одного из красных ящеров, пока крахты терзают его крылья. Рох и Камнелом добивают второго, что, пытается отползти от обезумевших монстров.

Я же бегу к мужу, не обращая внимания на творящуюся вокруг бойню. Несколько крахтов, одурманенных запахом свежей крови, уже подбираются к тяжело дышащему Эрвейну, крыло которого кровит. В этих ледяных тварях нет разума, только первобытный инстинкт убивать.