Глава 9
Леонид
Я смотрел на экран ноутбука уже двадцать минут, но не видел ни черта — только мелькающие цифры квартального отчета.
Вместо них перед глазами стояла другая картина: растрепанная Мирослава в дверном проеме спальни, в тонкой сорочке, сквозь которую просвечивало все, что следовало бы скрыть. Эта картина преследовала меня с самого утра, когда я оставил ее в своей квартире.
Поерзал, поправляя стояк в штанах.
Идиот. Просто безмозглый идиот. Привез женщину к себе домой, как будто щенка подобрал.
Потер висок, где уже начинала пульсировать головная боль. Кофе не помогал, холодный душ тоже. Проблема была не в усталости и недосыпе, а в чертовой блондинке, которая сейчас хозяйничала в моей квартире. Наверняка она уже изучила все полки и ящики, сделала выводы о скудности моего быта.
И что она там найдет? Стерильную пустоту? Пару костюмов и пистолет в сейфе?
Мысль о том, что Мира будет спать в моей постели, вызвала такие фантазии, что мне пришлось сделать глубокий вдох. Я представлял ее обнаженное тело на темно-синем белье, платиновые волосы, разметавшиеся по подушке, изгиб шеи, когда она поворачивает голову…
Твою мать, Ратников! Соберись! Она клиентка, а не претендентка на роль любовницы.
В дверь постучали, и я мысленно поблагодарил судьбу за вмешательство. Но благодарность испарилась, когда в кабинет вошла Катя — моя новая секретарша, заменившая Анну, отправленную в отдел кадров. Это была та же проблема, только в другой упаковке: не декольте, а мини-юбка; не блондинка, а рыжая бестия с огромными зелеными глазами.
Из какого борделя кадровики набирают персонал?
— Леонид Викторович, вам пакет документов от юристов, — произнесла она с улыбкой, подходя ближе, чем требовалось. — И еще звонил господин Демидов, просил напомнить о совещании.
— Спасибо, Екатерина, — я взял документы, стараясь не замечать, что при наклоне ее юбка задралась еще выше. — Что-нибудь еще?
— Да, — она замялась. — Я хотела извиниться за Анну… за ее поведение… Мы с ней подруги, и иногда она бывает слишком… настойчивой.
Заебись. Теперь у меня секретарша — подруга секретарши, отправленной в отдел кадров. Скоро весь женский коллектив будет обсуждать, почему босс не клюнул ни на одну из них. Я уже вижу заголовки корпоративных сплетен: «Ратников — импотент или гей?»
— Екатерина, давайте сразу расставим точки над «i». Я ценю профессионализм, а не… другие качества, — он посмотрел ей прямо в глаза. — Надеюсь, мы поняли друг друга?
— Конечно, — она кивнула с серьезным видом, но в ее глазах промелькнуло что-то вроде «поживем — увидим».
Господи, дай мне сил не превратить этот офис в филиал монастыря. Хотя, возможно, именно это и нужно.
Когда она вышла, я откинулся в кресле и закрыл глаза. Перед моим мысленным взором снова возникла Мирослава — ее тонкая шея, выступающие ключицы, почти прозрачная кожа, под которой, казалось, можно было разглядеть голубоватые вены. И эти соски, чертовы соски, торчащие сквозь шелк ночной рубашки…
Ратников, если ты сейчас же не перестанешь думать о ее сосках, тебе придется ехать на встречу с клиентом, пряча стояк за папкой с документами. Как гребаный школьник.
Резко встал, подошел к окну. Москва жила своей жизнью — люди спешили по делам, машины стояли в пробках, строители вечно что-то чинили. Все было по-прежнему, но для меня мир изменился. Впервые за долгое время я испытывал что-то помимо холодной ярости и жажды мести.
И это что-то было опаснее любого врага.
Телефон на столе завибрировал. Сообщение от Артема:
«Доставил клиентку в бутик. Периметр чист. Она расспрашивала о вас»
Я напрягся. Расспрашивала? О чем конкретно?
«Подробнее»
«Интересовалась, где вы были год назад, правда ли, что вы были в тибетском монастыре. Спрашивала о вашей жене».
Черт. Остра на язык, остра на ум.
«Что ты ответил?»
«Ничего конкретного, босс. Сказал, что это личное»
Хорошо. Хоть кто-то в этой истории знает, где проходит граница личного.
Отложил телефон и попытался сосредоточиться на документах. Но мысли снова возвращались к Мирославе, к ее голубым глазам, к этому дерзкому, вызывающему взгляду.
Она не была похожа на женщин, с которыми я привык иметь дело, ни на услужливых секретарш, охотящихся за богатым мужем, ни на холодных бизнес-леди, для которых секс был просто очередной сделкой.
В ней чувствовалась порода. Глубина, которая манила и пугала одновременно.
Может, дело в ее аристократическом происхождении? В том, как она держит спину, как поднимает подбородок, как смотрит — словно оценивает, достоин ли ты ее внимания?
Нет, дело было не только в этом. Что-то в Мирославе Орловой цепляло меня на более глубоком уровне. Может быть, схожесть наших историй? Оба были преданы теми, кому доверяли. Оба выстояли. Оба научились держать дистанцию.
Но сейчас эта дистанция сокращалась с опасной скоростью.
К концу рабочего дня напряжение достигло критической точки. Я каждые пять минут смотрел на часы, представляя, как Артем везет Мирославу в мою квартиру, как она будет принимать там душ, как ляжет в мою постель…
Стоп! Так нельзя. Нужно что-то делать.
Словно в ответ на мои мысли, зазвонил телефон. На экране высветилось имя Игоря Веселова — старого друга по службе, который теперь занимался консалтингом в сфере безопасности.
— Ратников слушает, — ответил, радуясь отвлечению.
— Леня! Какого хрена ты пропал на год, а потом вернулся и даже не позвонил? — в голосе Игоря звучало искреннее возмущение.
— Были причины, — ответил сухо.
— Да плевать на причины! — рассмеялся он. — Главное, что ты вернулся. И сегодня мы это отметим.
— Что именно?
— Мой развод, твое возвращение, конец света — выбирай любой повод! — Игорь был в своем репертуаре. — Короче, мальчишник у Михалыча в его новом клубе. Только для своих. Бухло, девочки, все такое.
Я хотел отказаться. Сослаться на дела, на усталость, на что угодно. Но вдруг понял, что это именно то, что мне нужно. Выпить, расслабиться, может, даже снять какую-нибудь красотку на ночь… Что угодно, лишь бы выбросить из головы образ Мирославы в шелковой сорочке.
— Во сколько?
— В десять у «Миллениума», — Игорь явно обрадовался. — Не опаздывай, Ратников! И приготовь печень — будет жарко!
Печень переживет. А вот мозг может не выдержать, если я продолжу думать о своей клиентке в том ключе, в котором думаю сейчас.
План был прост: выпить, найти женщину, выпустить пар. Даже если это будет светловолосая голубоглазая красотка, что с того? Главное, чтобы она не была Мирославой Орловой.
Я набрал Артема:
— Как дела у нашей… гостьи?
— Все в порядке, босс. Только что доставил в вашу квартиру. Двое наших дежурят внизу, я останусь в машине напротив подъезда.
— Хорошо, — я помедлил. — Сегодня я буду… недоступен. Если что-то случится, звони Кравцову.
— Понял, босс, — в голосе Артема не было и тени удивления. — Все будет под контролем.
Да, все будет под контролем. Кроме моего либидо, которое вышло из-под контроля в тот момент, когда я увидел эту чертову аристократку в полупрозрачной сорочке.
Закрыл ноутбук и собрался уходить. На выходе из офиса я столкнулся с Катей, которая тоже собиралась домой. Она была не так уж плоха — стройная, яркая, с хищным блеском в глазах. Раньше я бы, возможно, клюнул на такую. Но сейчас я смотрел на нее и видел лишь заменимую деталь офисного интерьера.
Интересно, у всех ли так бывает? Когда встречаешь женщину, которая затмевает собой всех остальных?
Я отогнал эту мысль. Нет никакой «той самой» женщины. Есть только желание, которое нужно удовлетворить. И сегодня вечером я именно этим и займусь.
По дороге домой, чтобы переодеться перед клубом, я поймал себя на странной мысли: а что, если Мирослава еще не ушла из моей квартиры? Что, если она там, принимает душ, переодевается, расхаживает полуголая?
Тогда тебе конец, Ратников. Потому что, увидев это снова, ты уже не сможешь остановиться.
Я набрал Артема еще раз:
— Мирослава Андреевна точно в квартире?
— Да, босс. Только что видел свет в окнах. Хотите, чтобы я проверил?
— Нет, — ответил слишком быстро. — Просто уточняю.
Замечательно. Теперь мои люди будут гадать, почему я так беспокоюсь. Может, сразу разослать всем служебную записку: «Босс запал на клиентку, но пытается делать вид, что все в порядке»?
Заехал в другую свою квартиру, более скромную, но достаточно удобную. Переоделся в джинсы и темную рубашку, выпил виски для храбрости и поехал в клуб. Всю дорогу пытался настроиться на вечер: выпивка, музыка, случайный секс.
Ничего особенного, просто лекарство от навязчивых мыслей о Мирославе Орловой.