Глава 10

Леонид

«Миллениум» оказалась именно тем, чего я ожидал: приглушенный свет, клубы дыма, басы, от которых вибрировало в груди, и женщины, которые стоили больше, чем казалось на первый взгляд. Михалыч, владелец клуба и мой давний знакомый, встретил нас в VIP-зоне — просторной нише с мягкими кожаными диванами и отдельной барной стойкой.

— Ратников! Воскрес из мертвых! — Михалыч, тучный мужчина с неизменной кубинской сигарой, хлопнул меня по плечу. — А мы уж думали, тебя крокодилы съели!

— Почти, — усмехнулся я.

— Да ладно ворошить прошлое! — вмешался Игорь, уже слегка навеселе. — Давайте лучше выпьем за возвращение блудного сына!

С благодарностью принял бокал виски. Не то чтобы я был большим любителем выпить, но сегодня мне явно требовалось что-то покрепче, чтобы выбросить из головы образ Мирославы.

Черт, я даже не могу посидеть с друзьями, не вспоминая о ней. Диагноз: клиническая зависимость от голубых глаз и обнаженных плеч.

— За встречу! — произнес Михалыч, и мы дружно выпили.

Виски обожгло горло, разлилось теплом в груди. Хорошее начало. Еще пара таких, и, может быть, я перестану думать о женщине, которая спит в моей постели. Без меня.

— Как бизнес? — спросил Игорь, подзывая официантку для следующего раунда.

— Не жалуюсь, — ответил уклончиво. — А сам как?

— Да, наконец-то развелся, — он рассмеялся. — Лучшее, что случилось за последний год.

— Все женщины — змеи, — философски заметил Михалыч, выпуская колечко дыма. — Сначала греешь их на груди, а потом они вонзаются в самое сердце острыми зубами.

Моя бывшая, например, предпочла нанять киллера вместо того, чтобы развестись. Что может быть романтичнее? Хоть роман пиши.

Кивнул, не желая углубляться в эту тему. В моем случае метафора Михалыча была слишком буквальной — шрам на скуле и след от пули рядом с сердцем тому подтверждение.

Компания подобралась знакомая — кроме Игоря и Михалыча, здесь были еще пара старых сослуживцев, которые теперь работали в разных сферах безопасности. Никто не приставал с расспросами о моем годичном отсутствии, в наших кругах умеют уважать чужие тайны. Или делать вид, что уважают.

Через час и несколько порций виски я почувствовал, что напряжение спадает. Музыка казалась не такой громкой, шутки — более смешными, а девушки, танцующие на небольшой сцене в углу зала более привлекательными.

— Тебе кого? — спросил Михалыч, заметив мой взгляд. — Блондинку, брюнетку?

— Рыжую, — ответил, намеренно выбирая противоположность Мирославе.

Может, если найду полную противоположность, наваждение пройдет.

Через десять минут рядом со мной уже сидела роскошная рыжеволосая девица с кошачьими глазами и телом, созданным для греха. Она представилась Алиной, но я был уверен, что это не настоящее имя. Впрочем, какая разница? Мне нужно было не ее имя, а ее тело.

— Что будешь пить? — спросил я, придвигаясь ближе.

— То же, что и ты, — она улыбнулась, обнажив ровные белые зубы. — Люблю виски и сильных мужчин.

Банально до зубной боли. Но сегодня я пришел не за оригинальностью.

Заказал еще выпивки. Алина оказалась неглупой, рассказывала какие-то забавные истории, смеялась в нужных местах, умело делала вид, что ей безумно интересно все, что я говорю. Профессионал.

Постепенно она перебралась ко мне на колени, обвила руками шею. От нее пахло дорогими духами и немного сигаретами. Положил руку ей на бедро, скользнул выше. Она поощрительно улыбнулась.

Просто, как в аптеке. Заплати — и получи удовольствие. Без обязательств, без эмоций, без привязанностей. Идеально.

Игорь подмигнул мне с другого конца стола, где он тоже устроился с какой-то блондинкой. Михалыч раскурил очередную сигару, наблюдая за публикой в зале. Музыка грохотала, алкоголь приятно затуманивал сознание, а горячая девица на коленях обещала забвение на одну ночь.

Только вот ее глаза были не такого голубого оттенка, кожа — не такой фарфоровой.

Я попытался отогнать мысли о Мирославе, сосредоточившись на рыжей бестии, но тут мой взгляд зацепился за фигуру в дальнем конце бара.

Высокий, подтянутый мужчина с зачесанными назад волосами. В элегантном костюме, с дорогими часами. Он стоял вполоборота, но я сразу узнал этот профиль по фотографиям из досье.

Виталий Князев.

Бывший муж Мирославы. Тот самый, кто угрожал ей. Тот, кто был связан с Рудиным и, возможно, с моим бывшим другом.

Я мгновенно протрезвел. Отстранив Алину, уставился на Князева. Рядом с ним стоял еще один мужчина — среднего роста, с гладко выбритой головой и острым внимательным взглядом. Они о чем-то говорили, периодически оглядываясь, проверяя, не наблюдает ли кто за ними.

Слишком много совпадений для одного вечера.

— Что случилось, милый? — Алина попыталась привлечь мое внимание, положив руку мне на грудь.

— Извини, работа, — отодвинул ее, встал. — Мне нужно отойти.

Не дожидаясь ответа, направился к бару, стараясь держаться в стороне. Князев и его спутник были полностью погружены в разговор, не замечая ничего вокруг. Я видел, как лысый достал что-то из внутреннего кармана — небольшой конверт — и передал Князеву. Тот быстро взглянул на содержимое и кивнул.

Что там? Информация? Деньги? Документы? Наркотики?

Опустил взгляд, чтобы достать телефон и сделать фото, а когда поднял его, Князев уже шел к выходу. Лысый последовал за ним.

Черт! Нельзя их упустить.

— Эй, куда ты? — Алина пыталась удержать меня, хватая за руку. — Мы же только начали!

— В другой раз, — бросил, стряхивая ее руку.

Игорь удивленно посмотрел на меня, но я лишь махнул рукой — мол, потом объясню. Я протиснулся сквозь толпу к выходу, но Князева и его спутника уже не было видно. У входа я схватил охранника за плечо:

— Мужчина в сером костюме только что вышел. Куда?

— Так много мужчин в костюмах, босс, — пожал плечами охранник. — За всеми не уследишь.

Выскочил на улицу. Моросил мелкий дождь, отражаясь в неоновых вывесках и лужах. Оглядевшись, я заметил у тротуара черный «Мерседес» с тонированными стеклами, который тронулся с места.

Он там? Или нет?

Я бросился к своей машине, но понял, что слишком пьян для погони. К тому же «Мерседес» уже свернул за угол и скрылся из виду.

— Черт возьми! — с силой ударил кулаком по капоту.

Упустил! И все из-за чего? Из-за рыжей девки на коленях и виски в крови.

Вернулся в клуб, но настроение было безнадежно испорчено. Игорь попытался вернуть меня в компанию, но я отказался. Алина тоже подошла — обиженная, но готовая продолжить вечер. Сунул ей несколько купюр и отправил восвояси.

— Что случилось, Ратников? — спросил Игорь. — Ты как будто привидение увидел.

— Почти, — ответил честно. — Извини, но мне пора.

— Ты изменился, — заметил он, пристально глядя на меня. — Стал… жестче? Холоднее?

— Пуля в грудь меняет человека, — тихо сказал и вышел, оставив его с открытым ртом.

Домой я вернулся в паршивом настроении. Возбуждение, вызванное рыжей девицей и выпивкой, еще не прошло, но теперь оно смешивалось с адреналином от упущенной встречи с Князевым и растущим беспокойством за Мирославу.

Нужно было следить за ним. Узнать, что в конверте. Понять, что он замышляет.

Уснул только под утро, измученный алкоголем, адреналином и несбывшимся желанием. И, конечно же, мне приснилась она.

Мирослава в моей квартире. В моей рубашке, едва прикрывающей бедра. Она ходит по комнате, держа в руках чашку кофе. Подходит к окну, смотрит на город. Солнце очерчивает ее силуэт сквозь тонкую ткань.

Подхожу сзади, обнимаю ее за талию. Она не сопротивляется, наоборот, прижимается ко мне спиной. Кладет голову мне плечо, подставляя шею для поцелуев. Целую нежную кожу, вдыхаю аромат ее волос. Руки скользят выше, к идеальной груди. Соски твердеют под ладонями.

Она убирает чашку с кофе на столик, поворачивается в моих объятиях, обвивает руками шею. Ее глаза теперь темно-синие в полумраке спальни, смотрят в мои без страха, без колебаний. Одним движением я подхватываю ее на руки и несу к постели.

Рубашка падает на пол. Она выгибается навстречу моим губам, тихо стонет, царапает кожу ногтями. Я возбужден, член стоит, и когда я вхожу в нее, мир вокруг нас перестает существовать.

Есть только она, ее глаза, ее стоны, ее тело, обвивающее мое. Мы двигаемся как единое целое, и в этом совершенном ритме я нахожу то, чего мне так долго не хватало.

Освобождение наступает внезапно, сокрушительной волной…

Я проснулся, тяжело дыша, с колотящимся сердцем и мокрыми от пота и спермы простынями. Как подросток, черт возьми. Как гребаный школьник после первого эротического фильма.

Поздравляю, Ратников. Ты официально одержим. Сука!

На часах 5:47 утра. За окном занимался рассвет, заливая комнату тусклым серым светом. Голова гудит от похмелья и недосыпа, в паху все еще пульсировало отголосками удовольствия.

И я знал, то, что происходит со мной, это катастрофа. Потому что влечение к Мирославе уже не было просто физическим. За ним скрывалось что-то большее, что-то опасное. То, что однажды чуть не стоило мне жизни.

Спасибо, Лена. Твое предательство научило меня главному уроку: никогда не доверять женщинам. Особенно блондинкам с холодными глазами.

Но, глядя в потолок ранним утром, я понимал, что уже начал забывать этот урок.