Глава 14
- Джованни, выйди через ход и присмотри за братом. - задумчиво произнес римский папа, а Джованни наскоро поцеловав Ванцотту в щеку, вышел через балконную лестницу, - Ванцотта, дорогая, нам нужно поговорить.
- Я все еще твоя дорогая, Родриго? - ледяным голосом проговорила “мама”, но и он предательски дрогнул. Она старалась не смотреть на работорговца, который решил сбагрить меня замуж.
- Ты всегда ей останешься, -миролюбиво произнес Родриго и подойдя к Ванцотте обнял ее. поцеловав в висок. Ванцотта закрыла глаза и улыбнулась. - Скажи мне, Лукреция поправится к свадьбе?
- Да, мой милый, она будет здорова, - проговорила Ванцотта, мечтательно улыбаясь. - Чезари, как кардинал, его Высокопреосвященство, проведет церемонию замужества. И мы вместе будем наблюдать, как она пойдет к алтарю. Счастливая, в подвенечном платье, навстречу своему счастью.
- Об этом я и хотел поговорить, моя дорогая, - как-то замялся Родриго, а у меня все похолодело. Они все решили за меня! Не спрашивая моего мнения! - Сфорца семья знатного происхождения. И их требования: приданное Лукреции в четыреста тысяч дукатов и никаких не знатных особ на церемонии.
Чезари уже скрылся за поворотом, сказал, что отдаст приказ слугам, а я как приросла, не в силах двинуться с места.
- Ты хочешь сказать, - Ванцотта плакала, скинув с себя руки Родриго, - Что я не смогу видеть, как моя единственная дочь пойдёт к алтарю Святого Петра? Сейчас? Когда я потеряла одного из своих сыновей?
- Я тоже потерял сына, Ванцотта, - все так же спокойно ответил Родриго, предприняв попытку обнять ее снова, но “мама” не позволила, бросив на него обжигающий ненавистью взгляд. - Ты знаешь в каком мы положении и тебе лучше смириться с этим. Весь Рим знает о твоем прошлом! Куртизанка - мать святой дочери! Сфорца расценят это как оскорбление! Поэтому тебе лучше лишний раз не светиться на людях. Так будет лучше для нашей Лукреции.
Ванцотта ничего не сказала, заплакав, она выбежала через открытые двери, ведущие, кажется, в сад.
- Идем, юная принцесса, - проговорил Микелетто, а я подпрыгнула от неожиданности, совершенно забыв о его присутствии, - Хозяин сказал собираться. Я провожу тебя до покоев.
- Спасибо, я сама. - тяжело сглотнув, пытаясь переварить информацию проговорила я, неуверенно направляясь к лестнице.
- Хозяин поручил мне твою безопасность, - все так же спокойно, без единой эмоции проговорил Микелетто, настырно следуя за мной, - Нравится тебе это, принцесса, или нет.
Мы дошли до моей комнаты. Бесцеремонно отодвинув меня от двери, убийца прошел первым и закрыл дверь. Я опешила, стоя в коридоре, не зная, что там. По лестнице тяжелой и уверенной поступью поднимался Чезари.
- Ты почему мнешься за дверью?- стараясь не показывать как он зол, произнес кардинал, а я ему сказала, что там Микелетто. - Сейчас посмотрим.
Чезари вытащил стилет и, распахнув дверь, вошел внутрь, так же заперев за собой дверь. Я припала ухом к двери, но звуков различить не смогла.
- Душа моя, можешь заходить, - открыл Чезари, чуть не двинув меня дверью, - Лукреция, я сколько раз просил не подслушивать под дверью? А…. Прости, меня. Я забыл. Идем.
На негнущихся ногах я прошла в комнату. В кресле, возле кровати сидел наемник брата и вытирал окровавленный меч белым ажурным платком. На полу были кровавые разводы, но тел нигде не было.
- Делла Ровере? - дрожащим голосом произнесла я, вспоминая еще одну фамилию. Того, кому меня продают. - Сфорца?
- Орсини, - усмехнулся убийца, не отрываясь от своего занятия. Да, тут для врагов должен был отдельный блокнот. Пора заводить! Иначе запутаюсь! - Хозяин, принцессе необходимо переодеться в дорожное платье. Я останусь с ней.
Чезари понял тонкий намек и поцеловав меня в лоб вышел из комнаты. Микелетто, казалось, вообще не замечал меня.
- Ты так и останешься? - поинтересовалась я, понимая, что бегать голой перед чужим мужиком мне не хотелось, - Я могу одеться сама? Ну, или на крайний случай… Я не знаю.. Служанка?
- Мы больше не самая богатая семья. Все деньги мы просадили, чтобы усадить одну старую задницу на трон Ватикана. У твоей матери не осталось ни одного украшения, а у твоего отца - совести. Так что слуг можно не ждать. Последнюю служанку, за попытку отравить тебя повторно, я убил сегодня ночью, - все так же спокойно и невозмутимо произнес Микелетто. Убийца продолжал чистить свой меч, внимательно разглядывая его, как будто впервые видит. - К тому же, принцесса, ты не справишься одна с корсетными застежками. Одевайся, позови, как будешь готова.
Сопя и злясь на всех, я полезла в шкаф в поисках этого “дорожного платья”, но они все были одинаковые! Только разной расцветки! И какое из них нужное? Я стояла и втыкала в шкаф, пока не услышала шаги за своей спиной… Опять он!
- Вот нужное платье, принцесса, - показал мне огромную коричневую палатку Мик, вручая в руки, - Это нижняя юбка, дорожные чулки и сапоги. Украшения в волосы ты найдешь на прикроватном столике.
Загрузив меня доверху одеждой, он вернулся к своему мечу. Нянька - убийца? Меня пугал этот человек. Делая вид, что одеваюсь, а сама несколько раз оборачивалась, чтобы поймать Микелетто за подглядыванием, но он не обращал на меня никакого внимания. Сейчас он мыл пол, размазывая по мозаичным плитам алую воду. Он еще и санитарка! Мамочки!
- Микелетто, - робко позвала я, разворачиваясь спиной к убийце, держа на груди корсет платья, - Помоги пожалуйста.
- Сначала нижние юбки, принцесса, потом платье, - со знанием дела произнес он, а у меня начался процесс с начала. Промучившись еще минут тридцать я снова повернулась спиной к наемнику. - Вот теперь верно.
Я чувствовала себя так, словно, пробежала марафон! Вся вспотела, тяжело дышала, раскраснелась, а мне еще предстояло прическа! О, ужас! Какое страшное время - это средневековье! Микелетто сжалился надо мной, видя в каком я состоянии, и предложил забрать волосы просто жемчужной сеткой. Так я и сделала, выдыхая с облегчением.
- Она готова? - раздался из приоткрытой двери голос Чезари, - Экипаж готов. Спускайтесь.
По коридору раздавались гулкие шаги моего кардинала. А я умоляюще посмотрела на убийцу, как ребенок смотрит на маму со словами :” Мам, а давай не пойдем в школу?”. Убийца усмехнулся, убрал меч в ножны и показал на дверь.
- Меня просто продают,да? - поинтересовалась я у Микелетто, когда мы вышли из комнаты и направились по коридору, - Есть ли шанс избежать свадьбы?
- Боюсь, что нет, принцесса. - задумчиво произнес Микелетто, а потом добавил все так же спокойно, - Хозяин очень любит тебя и сделает все, чтобы ты была счастлива.
Я хотела спросить еще, но на лестнице нас перехватила растрепанная Ванцотта, обнимая меня и целуя. Лицо “мамы” было опухшим от слез, она целовала меня и просила, чтобы я не забывала ее и просила почаще Чезари привезти меня к ней. Она, похоже, знала, что я слышала их разговор. Последнее, что она сказала мне, перед тем, как Микелетто увел меня : “Ты - Борджиа, дочь. Будь сильной и не позволяй никому издеваться над тобой. Месть - вот ждет любого, посмевшего обидеть семью Боржиа”. Кто бы знал тогда, что руководствуясь этими словами, я перепишу историю почти полностью.
- Ты долго, - подал мне руку Чезари, помогая забраться в экипаж. Я так поняла, что Папа Римский решил ехать отдельно, в белом экипаже, усеянным драгоценными распятиями. Ну конечно! Он же папа! Кто мы такие, по сравнению с ним? Чез высунулся из экипажа и крикнул. - Трогаемся!
Нас качнуло, и мы двинулись в Ватикан. Ехали мы в полном молчании, Чез вчитывался в какие-то документы, а я понимала, что участь меня ждет незавидная. Что будет, если я не справлюсь? Меня заберут обратно? Или убьют и пришлют новую? Надо будет узнать у Люцифера. Я высунулась сильнее в окно и увидела, как сзади нас, на лошади, едет Микелетто. Подскочив на кочке я чуть не выпала на брусчатку, Чезари вовремя поймал меня за подол платья.
- Ради Дьявола, Лукреция! - заорал он, переводя дыхание, а по всему полу валялись бумаги, с которыми он работал, - Сиди смирно! Возле меня!
- Ты не веришь в бога, дорогой брат? - удивилась я, глядя на огромный крест с рубинами, гармонирующий с алой рясой святого кардинала.
- Если бы я в него верил, любовь моя, - начал Чезари, собирая документы, а я расплылась в счастливой улыбке, - То наш папа не стал бы папой Римским, а я кардиналом. Сильно устала?
Я отрицательно покачала головой, подползая под руку кардиналу, и честно мешая ему работать. Меня чмокнули в макушку и, поняв, что я не отстану, терпеливо отложили бумаги.
- Поспи, милая сестра, - шептал мне “старший брат”, а я закрыла глаза, - До Ватикана еще пара часов.
Открыла я глаза уже в какой-то комнате. Резко сев на кровати, и приготовясь паниковать, как вдруг увидела улыбающегося Чезари в кресле напротив, и выдохнула. Он здесь, значит, паниковать рано!
- Я здесь, душа моя. Не бойся. Видишь дверь позади меня? Это - моя комната. Я всегда буду рядом, - с улыбкой произнес кардинал, поигрывая на столе стилетом. Какой знакомый жест, но не могла вспомнить где я его видела. Стресс дал осложнения на память, - Лекарь стоит под дверью, вместе с Микелетто. Ты готова?
Я кивнула, а Чезари, не вставая с кресла кинул в дверь что-то похожее на орех, который лениво достал из вазы на столе. Дверь тут же отворилась, а наемник буквально втащил несчастного лекаря. Надеюсь, лекаря потом лечить не придется…
- Герцог Дэ Катанеи, - склонился врач перед Чезари, а у меня отвисла челюсть.
- Кардинал Борджа, - поправил его Чезари, усмехаясь, - Или просто Ваше Высокопреосвященство. Приступайте.
Лекарь кивнул и подошел ко мне. Он щупал мне лоб, осмотрел горло, показывал какие-то картинки перед глазами, спрашивал какие цвета на них. Странная у них медицина. Прямо, как у нас в районной поликлинике.
- Ну, что могу сказать, кардинал Борджа, - развернулся врач к нему, а я замерла в ожидании того, что он скажет. - Последствий яда нет. Я бы даже сказал, что у Вашей сестры организм настолько сильный, что следов яда я просто не обнаружил. Она просто переработала его. Поразительно!
- Она впитала яд с молоком матери. Не удивлен, - выдохнул Чезари.
- Что касается потери памяти… То, после лихорадки это возможно. Не могу точно сказать, восстановится она или нет. В любом случае, дочери наместника Святого Петра ничего не угрожает. Я могу идти? - с надеждой спросил лекарь, косясь на кинжал в руках самого святого человека из тех, которых я знаю.
Чезари махнул рукой, отпуская врача и, подойдя ко мне, поцеловал меня в лоб.
- Вот видишь, все хорошо, - обрадовал меня мой кардинал, а у меня похолодели ноги, пока я слушала заключения врача, - Мне нужно обсудить с папой кое-какие вопросы, а вечером мы прогуляемся. Кстати, во дворце особый гость, который хочет с тобой познакомиться. Мы с Микелетто не против. Надеюсь, что вы подружитесь.
С этими словами Чезари вышел за дверь. Стоило мне откинуться на подушки и задуматься над своей дальнейшей жизнью в мире со знакомой медициной и пугающей родней, как в дверь постучали. Микелетто в комнате не было, а мне стало страшно. То, что я видела за прошедшие сутки, просто пригвоздило меня к кровати. А вдруг там еще какой убивец? Стук раздался еще раз, а потом дверь открылась в нее просунулась голова Микелетто, пропуская ко мне… турка? Кто это? Откуда он здесь?
- Привет, Лукреция, - на ломаном итальянском произнес он с жутким акцентом, - Я гость в Ватикане, наследный, как вы говорите, прынц Османской империи, султан Джем. Я правильно все сказал?
Приветливый юноша искренне улыбался и даже принес цветы. Я покосилась на Микелетто.
- Хозяин дозволил, - кивнул нянька - убийца, а я успокоилась и улыбнулась в ответ “прынцу -султану”.
- Я хочу с тобой… дружить - почти по слогам произнес турок, чем рассмешил Микелетто. - Простите.. Прынц… То есть… Я! Да! Хочет с тобой дружить! Итальянский сложен.
- Для меня теперь тоже, - рассмеялась я, забирая цветы и ища глазами вазу, куда их можно поставить. Микелетто, видя мое замешательство, открыл дверь комнаты и что-то громко рявкнул. Практически тут же прибежала служанка, неся вазу с водой.
- Я хотеть.. хочу… хотел пригласить. - натужно выдал Джем, утирая пот со лба, вспоминал нужные слова, - Тебя на еду. Ой… Убед.
Я уже хотела согласиться, как увидела недовольный взгляд Чезари, что стоял в дверях.