Глава 30

Кирилл Хожу из стороны в сторону, делая тягу за тягой и выпуская дым, летящий по морозному ночному воздуху сизым облаком. Адреналин шпарит по венам, не давая расслабиться и хотя бы на время выдохнуть. Сегодня тот самый день, когда ничего нельзя будет отыграть назад. Черт. Он наступил ещё пару недель назад, когда Плаха подписал себе смертный приговор, похитив Еву. А теперь я должен принести его в исполнение. Потёр костяшкой пальца переносицу, стараясь хоть немного перезагрузить голову и не думать о последствиях, которые неминуемо накроют после. Теперь я собственноручно усугубил ситуацию. Возможно, это и к лучшему… Но только легче от этого в груди не становится. И напряжение, бегущее по венам, лишь нарастает. Картинки прошлой ночи намертво въелись в сознание. Прикосновения, ощущения, стоны Мии и то, какой сладкой она была, мне уже не забыть. Мог я представить, что эта девчонка так прочно проникнет мне под кожу, что она станет всем, о чем я думаю в любое время дня и ночи. А после того, как поддался чёртовой похоти, сдался малолетке, волком готов выть от того, насколько погано себя ощущаю, потому что знаю, на этом все. Одна ночь. Больше это никогда не повторится, и пора смириться с этим. Но как, сука, если все нутро выворачивает от того, как представлю, что больше не увижу её. Или ещё хуже, что с ней будет другой. Блядство! От одной мысли об этом зверею и хочется бежать к ней, схватить в охапку, спрятать еще дальше, еще надежнее и оставить себе навсегда. Ведь она теперь моя… Была. И больше никогда не будет. Черт! Поправил в штанах эрекицю, стараясь гнать из головы неуместные образы того, как ласкал её, как после принимал с ней душ и снова боготворил её идеальное тело. Таких, как она, больше нет. Но я не могу сделать это с ней и лишить нормальной жизни. Как не могу пойти против тех, с кем прошёл огонь и воду, кому обязан жизнью. Да и оставить в живых ублюдка Плахотина все равно что спонсировать его ебучий бизнес. Нет. Хотя, возможно, теперь, когда его не станет, Мия сможет жить нормальной жизнью. Встретит хорошего парня, не имеющего отношения к кровавым деньгам ее папаши и его окружения, и способного позаботиться о девочке по-настоящему. А со мной… У нас нет будущего. Это факт. – Готовы? – спрашиваю парней, запрыгиваюших в салон машины. – Погнали, – отвечает Вано. – Надо было Тоху направить на дело, – бормочет он, пока я тушу окурок об урну и отправляю его в мусорку. – Он в этих делах спец. – Поэтому он должен оставаться на месте, – я не могу подставлять своего самого надежного человека, как не могу оставить Адама на кого-то другого. Мне надежнее, когда Панкратов под присмотром того, кому доверяю как себе, да и не только по этой причине. – Подозрения сразу падут на Адама. И нужны посторонние руки. – Да… С его послужным списком первый будет под подозрением, – нахмурился Ваня. – Машина готова? – спросил сидящего позади Андрея. – Да. Гоша ждет там, где и договаривались. – Хорошо, – старался не показать, что мне снова страшно. Будто, блядь, опять на поле боя нужно. Или же все оттого, что своим поступком я собираюсь сделать больно Пуговке? За такое продолжать любить она меня явно не станет. Доехав до нужного места, спрятали машину в лесу и пересели в другую тачку. Наша задача – дождаться звонка от исполнителя, и, если все будет разыграно как по нотам, тогда спокойно вернемся назад. Но если план даст осечку, придется выступать самим и довести начатое до конца. Никто не будет ожидать двойного покушения. Как никто не узнает, что люди Панкратова находились здесь в это время. Частные аэродромы тем и хороши, что сложно отследить пассажиров. А исполнитель заказа давно точит зуб на Плахотина. Но не дурак совсем. Откровенно подставляться не хочет и сделает все максимально аккуратно. Доехав до оговоренного заранее места, заглушили мотор в одном из дворов, спрятанных в окружении старых панельных домов, дожидаясь новостей. Через тридцать минут в воздухе раздался взрыв. Сигнализации на машинах сошли с ума, подняв одновременный вой и оглушая пространство. Вскоре послышался вой сирен, и на мой телефон пришло видеосообщение, на котором охранник Плахи проверяет автомобиль Алика, после чего Плаха садится в автомобиль. Но как только водитель тачки поворачивает ключ зажигания, машина взлетает на воздух. Выезжаем из укрытия, проезжая мимо оцепленной ментами территории, и уезжаем из города. Новость о подрыве кандидата в депутаты, бизнесмена и мецената в течение часа облетает все новостные каналы, поднимая шумиху в наших кругах. В ближайшие сутки налетят стервятники, желающие отхватить кусок от загнивающего наследства Плахотина. Но мне плевать. Главное лишь то, что все прошло идеально. Да и наш исполнитель ушел с места преступления незамеченным задолго до появления Алика, снимая происшествие с помощью робота. Оставалось самое сложное. То, к чему я совсем не готов. Независимо от того, как много раз я буду повторять себе обратное – о том, что нам не по пути, я все равно не хочу с ней прощаться. И если бы я только знал, во что выльется ответное похищение дочери врага моего начальника, то ни за что не примерил бы на себя роль тюремщика. Мысленно рассмеялся над этой ложью. Кого я пытаюсь обмануть? Я не отдал бы ее никому другому. Стоило Мие лишь раз посмотреть на меня своими глазами-блюдцами, как все стало предопределено. Теперь же… Пришло время отпустить её. Пусть Адам намекнул на то, что и дочь Плахи следует устранить, чтобы не болтала. Но наша связь и без того станет для нее унижением, о котором девчонка явно не станет трепать по сторонам. А я… сумею забыть легкое приключение с вражеской дочкой. Её чистые как озера глаза, открытое для любви и ласки сердце и идеальные формы…