Глава 66

Мия Под немыми взорами десятков охранников Макара меня ведут мимо рядов деревянных ящиков и коробок. Никто не реагирует на мои слезы и вообще на мое присутствие. Все делают вид, будто меня просто нет. Из-за бешено колотящегося сердца я не слышу ничего. Рассеянно осматриваюсь по сторонам, надеясь увидеть хоть малейший намек на спасение, на то, что все будет хорошо. Но меня заталкивают за тяжелые раздвижные металлические двери. Вижу в огромном помещении груды металлических деталей и несколько станков. Как только мы заходим внутрь, включается механизм и слышится визг металла. Охранник Макара проводит меня через все помещение и заталкивает за дверь, где находятся ступени, ведущие вниз. – Куда мы идем? – в ответ я слышу только тишину. Меня подталкивают вниз, и я иду, лишь надеясь на то, что могу спасти Кира. Дойдя до самого низа, проходим по темному коридору. Под потолком разводка труб, а в воздухе стоит запах затхлости и сырости. Вижу тусклый свет чуть поодаль. Коридор расширяется, и мы оказываемся в просторном помещении. Стоит окинуть взором пространство, как я вскрикиваю. Подвешенный за руки на трубы, на цепях болтается Кирилл. Мне хватает одного взгляда на него, чтобы мной овладела истерика. – Кирилл, – бросаюсь к нему, но меня удерживают на месте. В этом избитом мужчине, покрытом гематомами и струйками крови, с трудом можно узнать моего любимого человека. Его торс обнажен, но сейчас он не вызывает никаких эмоций, кроме жалости. Стоя поодаль, я даже не могу разглядеть, дышит ли он. – Кир! – зову его, тут же затыкая ладонями, вырывающиеся рыдания. Он не реагирует, и мне кажется, что все потеряно. – Что с ним? – кричу с надрывом. Вместо ответа Воронов кивает одному из своих людей, что дожидались его тут, охраняя беспомощного пленника. Охранник берет ведро и подходит к бездыханному телу моего мужчины, выплескивая на него воду. Кир с шумом делает глубокий вдох, приподнимая голову, и я чувствую облегчение. – Кирилл! – зову его. Расфокусированным взглядом он пытается отыскать меня. – Я здесь! – межды всхлипами кричу ему, чтобы он знал, что со мной все в порядке. – Мия… – едва слышно вырывается из его рта. – Это все, конечно, очень трогательно, – вмешивается Макар и обходит меня стороной. Я вижу, как он стягивает пиджак и отдает одному из своих людей. А затем расстегивает манжеты. – Кажется, у нас был уговор, – закатывает он рукава. – И самое время выполнить его условия. Вижу, как в этот момент взгляд Кира проясняется, и он, поднимая голову, смотрит на Воронова. – Как видишь, Мия. Твой ебарь жив. Пусть и не совсем здоров, но он выживет. Возможно, – добавляет он. В голосе Макара сквозят холод и презрение. – Теперь твоя очередь, выполнять условия сделки. Обдает меня холодом от его слов. – Мия, о чем он? – хрипло спрашивает Кирилл. – Знал ли ты, Кирюша, что наша девочка настолько тебя любит, что выменяла твою жизнь в обмен на себя? – все еще возится с манжетами Макар, останавливаясь напротив поверженного соперника. – Нет! – оживает Кирилл. – Не слушай ее. Оставь ее в покое. Меняю ее на себя. – Вот как! – переводит взгляд с пленника на меня и обратно. – А у нас тут клуб самопожертвования ради любви, – его губы изгибаются в какой-то холодной, зловещей усмешке. – Неужели правда любовь? Но его вопрос остается без ответа. Я же слежу за его действиями и не могу понять, что он задумал. Но все мое существо замирает в ожидании чего-то страшного. По тому, как немеют от страха пальцы и останавливается сердце, понимаю. Сейчас произойдет что-то, после чего я больше никогда не буду прежней. – Макар, оставь девочку, прошу. Она ни в чем не виновата. Это только моя вина. Я соблазнил, задурил, хотел тебе насолить. – Но она поддалась на твою уловку, – замечает Воронов и кивает охраннику. Мои запястья тут же обхватывают и заключают в наручники. Душа уходит в пятки, а сердце ухает куда-то вниз живота, так и не достигая дна. Затем мои руки прицепляют к цепям и подвешивают под батареей напротив Кирилла. – Что ты с ней собираешься сделать? – впервые слышу панику в голосе мужчины. – Она же еще совсем девчонка. Жизни не знает. Оступилась девчонка. Урок усвоила. – Нет, Кирюш. Верность, она воспитывается с пеленок. И ты делаешь осознанный выбор – держать данное слово или следовать блядской натуре, – равнодушно замечает Макар. – Наша девочка свой выбор сделала, прекрасно зная о последствиях. – Она не собиралась тебя предавать. Это все я! Я не мог ее отпустить, не хотел, чтобы она ушла к другому. – И поэтому подвел ее к такому финалу, – протяжно вздохнул Воронов. – Как глупо. В помещение заходит еще один из людей охраны Макара, передав в руки боссу сумку. Воронов тут же ставит ее на небольшой стол, стоящий у стены, и расстегивает молнию. – Что ты задумал, Ворон? – спрашивает его Кир. Слышу, как он обеспокоен. – Заткни его, – говорит Макар своему охраннику, и Кириллу в рот пихают шарик на широких ремешках, что затягивают у него на затылке. Он пытается сопротивляться, но все его звуки тонут за кляпом. – Свободны, – говорит своим бойцам, и они тут же покидают помещение. – Что я задумал … – задумчиво произносит Воронов и поворачивается к нам. В его руках блестят ножницы с длинными лезвиями. – Я воспользуюсь щедрым предложением Мии и буду делать с ней все что захочу, – останавливается напротив меня и, схватив край юбки, разрезает ее до пояса.