Глава 10

Я ожидала увидеть бесконечные ряды шкафов, уходящих в темноту, но архив оказался совсем другим. Невысокие стеллажи стояли полукругом вдоль стен, а в центре располагались несколько широких рабочих столов, над которыми плавали магические светильники с удивительно мягким, почти солнечным светом. Воздух здесь пах не столько старыми книгами, сколько свежими чернилами, пергаментом и чем-то едва уловимо металлическим, словно сама магия, заключённая в сотнях рукописей, за долгие годы успела приобрести собственный запах.

— Здесь нельзя разговаривать громко, — предупредила Эмилия почти шёпотом. — Архив чувствует сильные магические колебания. Если сработает защитный контур, дверь сразу заблокируется, а дедушка получит уведомление.

Я мгновенно перестала даже дышать слишком шумно, а Эмилия уверенно направилась к дальнему стеллажу.

— Королевские исследования находятся здесь, — указала она.

Второкурсница пробежала быстрым цепким взглядом по корешкам, вытащила один том, потом второй, третий… Я заворожённо наблюдала за тем, как книги буквально сами находят её. И едва сдержала ликование, едва она протянула мне первую книгу. На потемневшей кожаной обложке золотыми буквами было выведено: «Элиан Торвейн. Биография». Вторая книга оказалась журналом исследовательских отчётов. Третья — перепиской с Королевской канцелярией. Четвёртая…

— Вот, — сказала Эмилия, осторожно кладя на стол особенно тонкий том. — Последний зарегистрированный исследовательский проект.

Я почти перестала дышать. Рэйнар молча придвинул ко мне светильник. Я благодарно кивнула и осторожно открыла первую страницу. Несколько минут в архиве слышался только шелест старого пергамента. Я быстро перелистывала записи, машинально выхватывая взглядом знакомые слова: «Резонанс…», «Стабилизация…», «Психоэмоциональный отклик…», «Потенциал…»

Я нахмурилась.

Перевернула ещё несколько страниц. Потом ещё. И ещё.

И… ничего!

Я не нашла ни одного упоминания приворотной магии, ни одного любовного плетения, ни одной схемы, хотя бы отдалённо напоминавшей рисунок, который я успела увидеть на поверхности найденного артефакта.

Я медленно закрыла книгу.

— Нет… — выдохнула беззвучно.

— Что? — тихо спросил Рэйнар.

Я подняла на него совершенно растерянный взгляд.

— Здесь нет ни слова о приворотах…

Рэйнар нахмурился.

— О приворотах?

Ох, точно…

Я же так и не сказала ему, и он до сих пор не знает, к какому выводу я пришла за последние дни.

— Понимаешь… — я медленно закрыла книгу, — когда мы нашли тот артефакт…

— Понимаю, — вдруг перебил меня с мрачной усмешкой Рэйнар. — Ты решила, что наш неизвестный артефакт — приворотный, и теперь всеми силами пытаешься это доказать?

Я тяжело вздохнула и кивнула.

— После того как ты его коснулся… ты изменился, — начала пояснять.

На его лице появилось искреннее недоумение.

— Изменился? — прищурился Рэйнар.

— Очень, — повторно кивнула я.

— Каким образом? — не понял меня он.

— Кардинальным, — сказала, как есть.

Я на мгновение замолчала, пытаясь подобрать слова, которые не прозвучали бы совсем уж безумно. Получалось откровенно плохо.

— Раньше ты только и делал, что спорил со мной, запрещал мне как минимум половину того, что я собиралась сделать, бесконечно читал лекции о технике безопасности и смотрел так, будто заранее ждал очередного взрыва.

— Потому что ты действительно постоянно что-нибудь взрываешь, — согласился со мной Рэйнар, но исключительно по-своему.

— Не постоянно, это было всего лишь одиннадцать раз! — возмутилась.

— Одиннадцать — довольно внушительная цифра, — парировал он.

— Не перебивай, — фыркнула я.

— Хорошо, — вдруг отличился покладистостью боевой маг.

Я снова вздохнула.

— Но после того, как ты нашёл тот артефакт, всё изменилось. Ты принёс мне завтрак, потом ещё и пообедать заставил. Где ты вообще, кстати, взял те пирожки, и откуда знаешь, что я именно такие люблю? А помнишь, как ты бросился спасаться меня даже тогда, когда никакой опасности не было…

— Опасность была, — всё-таки перебил Рэйнар. — Лесной гронд…

— Рэйнар!

— Молчу, — вздохнул он.

— Спасибо, — вежливо кивнула я.

И заново собралась с мыслями.

— А твоё приглашение на летний бал? — вернулась к основной теме нашего разговора.

Эшвуд едва заметно прищурился и медленно, неохотно кивнул.

— Что с моим приглашением на летний бал? — поинтересовался.

— Ты. Меня. Пригласил, — обозначила очевидное.

— Да, — не стал отрицать боевой маг. — И?

— Ты вообще понимаешь, что на летний бал просто так не приглашают? — начала раздражаться от его непонимания я.

И ещё больше, когда услышала от него в ответ лишь отстранённое:

— Понимаю.

— И при этом продолжаешь делать вид, что ничего необычного не происходит? — процедила я уже сквозь зубы.

Теперь он нахмурился. Да и вообще стал выглядеть мрачнее грозовой тучи. Не менее мрачно прозвучал и его следующий вопрос:

— Талвин, я всё ещё не понимаю, причём здесь приворот?

Каюсь, на мгновение я даже растерялась.

— Как это… причём? — округлила глаза.

— Ты перечислила мои поступки. Но не объяснила, почему решила, что их причиной обязательно является приворотная магия, — постановил Рэйнар.

Несколько следующий секунд я просто молчала. Потом медленно указала рукой на лежащие перед нами книги.

— Потому что ни один нормальный человек в подобных нашим обстоятельствах не начинает вести себя настолько… настолько…

Подходящего слова почему-то не находилось, хотя я очень старалась.

— Небезразлично? — неожиданно подсказал Рэйнар.

— Вот именно! — взмахнула рукой я.

Он… удивлённо моргнул.

И только!

— Это должно меня убедить? — посмотрел на меня уже задумчиво.

— Конечно! — подтвердила со всей готовностью я.

И чуть не взвыла спустя две секунды, едва он, ещё чуть поразмыслив, вдруг ни с того ни с сего решил:

— Не убедило.

Я шумно выдохнула.

— Рэйнар, ты же никогда раньше…

И вдруг осеклась. Потому что неожиданно поймала себя на очень странной и вместе с тем элементарной мысли. Откуда я вообще знаю, каким он на самом деле был раньше, чтобы ему об этом сейчас говорить? Тот Рэйнар Эшвуд, которого я прежде видела в Академии, был строгим, собранным, постоянно раздающим приказы и до мозга костей правильным.

Но возможно, это только я воспринимала его так?

С другой стороны, тогда пришлось бы признать, что всё происходящее вообще никак не связано с артефактом, а это противоречило абсолютно всему, что я успела увидеть собственными глазами.

— Нет, — сказала уже увереннее, покачав головой. — Всё равно нет. Всё это началось сразу после активации артефакта. Совпадений такого масштаба не бывает.

Рэйнар внимательно посмотрел на меня, потом перевёл взгляд на раскрытый журнал Торвейна.

— Но здесь ведь прямо написано, что он никогда не занимался приворотной магией, — указал.

— Значит, академический архив неполный, — не сдалась я.

— Тея…

— Не перебивай. Кто из нас артефактор, в конце концов? — снова наклонилась над страницами. — Мы уже знаем, что полевые записи Торвейн уничтожил сам. Значит, часть исследований вообще никогда не попала сюда. А если он работал по приказу короны… — медленно подняла голову.

Мысль оформилась неожиданно быстро.

— Точно. Королевский архив.

— Что? — вопросительно посмотрела на меня Эмилия

— Основные материалы хранятся ведь не здесь. Здесь только разрешённые Королевской канцелярией копии. А если он занимался чем-то, что не подлежало огласке? — осенило меня.

Теперь уже нахмурилась и она.

— Думаешь?

— Почти уверена.

Я быстро перелистнула ещё несколько страниц, окончательно убеждаясь, что ответа здесь действительно нет.

— Если Торвейн создавал что-то настолько важное, что предпочёл сжечь собственные записи перед смертью, значит, полная документация наверняка осталась во дворце, — я захлопнула книгу. — Нам нужен королевский архив.

Моего оптимизма по поводу расширения поисков стоящие рядом почему-то не оценили. Но ни один из них ничего не выразил вслух. А всё потому, что, стоило мне замолчать, как в этот момент где-то за пределами комнаты отчётливо щёлкнул дверной замок.

Эмилия мгновенно побледнела. Ещё секунду назад она спокойно перебирала лежавшие на столе документы, а теперь вся подобралась, напряжённо прислушиваясь к происходящему за дверью.

— Дедушка… — едва слышно прошептала она. — Он вернулся.

Замок щёлкнул дважды. В наступившей тишине этот звук прозвучал так отчётливо, словно кто-то ударил колоколом прямо у меня над головой.

Мы всё-таки попались!

За тяжёлой дверью действительно послышались неторопливые шаги. Именно так обычно ходят люди, которые совершенно не подозревают, что прямо сейчас в подконтрольном им архиве прячутся трое студентов.

Я лихорадочно огляделась по сторонам. Рядом стояли аккуратные стеллажи, широкие рабочие столы, высокие шкафы с документами и… полное отсутствие мест, где можно было бы незаметно спрятаться!

— Здесь есть второй выход? — негромко спросил Рэйнар.

Эмилия виновато покачала головой.

— Если он увидит меня, — быстро заговорила девушка, — я ещё смогу что-нибудь объяснить. Скажу, что пришла за книгами по его давнему поручению, — перевела взгляд сначала на меня, потом на Рэйнарa и обречённо закончила: — А вот вас… уже нет.

Перспектива была не только более чем справедливой, но и удручающей. Я уже собиралась предложить совершенно безумную идею вроде «давайте притворимся книжными шкафами», но Рэйнар оказался быстрее. Ему хватило одного короткого взгляда, чтобы оценить помещение.

— Сюда, — уверенно взял меня за запястье и утянул за собой к самому дальнему стеллажу, который почти вплотную примыкал к каменной стене.

Между шкафом и кладкой оставался лишь узкий проход, настолько тесный, что даже одному человеку пришлось бы протискиваться.

Вдвоём…

Я предпочла об этом не думать.

— Быстрее, — велел Рэйнар.

Возражать было уже поздно. Я первой шагнула в узкое пространство и почти сразу почувствовала спиной холодный камень стены. Через мгновение ко мне присоединился Рэйнар. Он прильнул ко мне настолько вплотную, что между нами не осталось свободного места, затем слегка развернулся, полностью закрывая меня собой со стороны прохода.

Короткая вспышка, и маскирующее заклятье высшего порядка надёжно скрыло нас от посторонних глаз окончательно.

В ту же секунду дверь архива открылась.

— Странно… — раздался ворчливый голос Арчибальда Кроу. — Мне послышалось, будто здесь кто-то разговаривал…

Я инстинктивно задержала дыхание. Сердце застучало так громко, что казалось, его сейчас услышит не только библиотекарь, но и вся Академия.

Библиотекарь тем временем неторопливо ходил по архиву. Где-то совсем рядом зашелестели страницы, затем послышался скрип открываемого ящика, лёгкий стук дерева о дерево и тихое царапанье пера по бумаге. Каждое движение звучало будто бы настолько близко, что мне становилось всё труднее заставить себя не шевелиться. Хотя, вполне вероятно, моя проблема заключалась вовсе не в данных действиях и звуках.

Я впервые настолько остро ощущала чужое присутствие.

От Рэйнара пахло прохладным ночным воздухом, кожей и чем-то древесным, едва уловимым, но удивительно приятным. Его ладонь осторожно придерживала меня за плечо, а вторая рука упиралась в стену чуть выше головы, словно маскирующего заклятья недостаточно и тем самым он инстинктивно пытался окончательно отгородить меня от всего мира.

А потом произошло то, из-за чего моё ошалело бьющееся сердце, кажется, и вовсе решило выпрыгнуть из груди!

Что-то внушительное и твёрдое неожиданно упёрлось мне в бедро через ткань его брюк. Я мгновенно застыла. Щёки вспыхнули так резко, что, если бы в архиве было чуть светлее, их наверняка заметил бы даже Арчибальд Кроу.

А стоило медленно поднять взгляд на боевого мага, так и вовсе…

Он почти сразу понял, о чём именно я сейчас успела подумать. И на его лице появилось настолько искреннее смущение, что я впервые увидела командира боевого полевого отряда совершенно растерянным.

— Демоны… — выругался беззвучно Рэйнар.

Будь моя воля, я бы выругалась гораздо красноречивее. Но ругаться вслух было нельзя, а про себя — не особо интересно.

Единственное, что я могла, отодвинуться.

Что и сделала уже через секунду, как отошла от шока.

Жаль, не особо помогло. Удалось лишь совсем чуть-чуть вжаться в стену, с учётом, как мало у нас имелось в наличии пространства.

— Рэйн… — зашипела я едва слышно.

— Тихо, — легла на мои губы его ладонь в качестве ответа.

Спасло ли это ситуацию? Вот уж ничуть!

Через пару мгновений всё только ещё хуже стало. Сразу, едва Рэйнар, явно понимая, что иначе объяснить происходящее уже невозможно, очень осторожно убрал руку от моего лица и медленно запустил вторую в карман своих брюк. Через секунду в его пальцах появилась небольшая тёмно-синяя бархатная коробочка, а сомнительное давление чего-то внушительного и твёрдого на моё бедро незамедлительно исчезло.

Каюсь, несколько мгновений я просто смотрела на ювелирный футляр, не веря собственным глазам, потом снова перевела взгляд на Рэйнарa, потом опять на коробочку. И прежде, чем он успел хоть что-нибудь сделать, предпринять или пояснить, молча выхватила её из его руки.

Ну а что? Там же Кроу рядом, нам сейчас не до объяснений!

Не давая и себе времени задуматься, насколько неприлично выхватывать у другого человека вещи, которые он явно не собирался тебе показывать, я тут же приподняла крышку. Бархатный футляр раскрылся, и на несколько долгих секунд всё вокруг будто перестало существовать.

Ещё бы!

На тёмно-синей подкладке лежало тонкое кольцо, украшенное затейливым переплетением древних рун. В самом центре мерцал полупрозрачный камень, внутри которого медленно переливалось крошечное сияние, похожее на запечатанный под гладкой поверхностью кусочек закатного неба. Даже не будучи специалистом по ювелирным артефактам, я сразу поняла, что это не обычное украшение, купленное в первой попавшейся лавке. Кольцо выглядело слишком старым, слишком искусно выполненным и, главное, хранило едва уловимый отголосок родовой магии, которой обычно наделяли вещи, передававшиеся из поколения в поколение. И пока я смотрела на это великолепие, которое каким-то недоразумением судьбы вдруг сразу захотелось примерить, в голове с неприятной стремительностью соединились — недавняя встреча Рэйнара с отцом, внезапно появившаяся у него коробочка и тот факт, что фамильные кольца обычно не носят в кармане без какой-либо конкретной цели.

Я вернула внимание к лицу боевого мага, всё ещё стоявшего настолько близко, что от одного движения опять касалась его всем телом.

— Только не говори, что это мне! — зашевелила губами едва различимо, но всем своим видом выражая категоричность, понадеявшись, что зверское выражение моего лица с лихвой компенсирует недостаточность звука.

Понадеялась, кстати, не зря. И в то же время лучше бы этого не делала.

— Это тебе, — отозвался боевой маг.

— Ещё скажи, что я любовь всей твоей жизни, — съехидничала, окончательно расстроившись.

Рэйнар… ничего не ответил. Просто продолжил смотреть на меня с тем странным выражением, в котором смешались смущение, напряжение и какая-то совершенно непонятная мне решимость. Кажется, именно тогда я окончательно перестала понимать происходящее. Сначала смена его поведения, потом приглашение на летний бал, а теперь ещё и фамильное кольцо, которое он зачем-то взял у отца и принёс с собой на незаконное проникновение в закрытый архив.

Если неизвестный артефакт действительно действовал как приворотный, то его влияние развивалось пугающе быстро!

Ещё немного, и Рэйнар Эшвуд, чего доброго, начнёт интересоваться свободными датами в ближайшем храме…

О чём, собственно, я и решилась ему сообщить. Даже уже открыла рот, собираясь заодно потребовать хоть какого-нибудь объяснения, когда совсем рядом снова послышались шаги. На этот раз Арчибальд Кроу направлялся прямиком к нашему стеллажу, и по размеренному звуку его приближения становилось ясно, что останавливаться заведующий библиотекой не собирается. Рэйнар мгновенно подобрался и потянулся ко мне, намереваясь снова заставить соблюдать тишину, но в этот самый момент с противоположной стороны архива раздался громкий стук, за которым последовал шелест осыпавшихся на пол листов.

— Ой… — донёсся до нас растерянный голос внучки библиотекаря.

Шаги оборвались.

— Эмилия?

— Прости, дедушка, — отозвалась второкурсница. — Я, кажется, уронила каталог.

Арчибальд несколько секунд молчал, и даже из нашего укрытия легко было представить, с каким выражением лица он сейчас смотрит на собственную внучку.

— А что ты вообще здесь делаешь посреди ночи?

— Искала словарь по древним рунам. У нас завтра семинар, а нужного издания не оказалось в открытом зале.

Мне пришлось прикусить губу, чтобы случайно не рассмеяться и не погубить героические старания Эмилии. Лгать она, судя по всему, не умела совершенно, однако делала это с такой самоотверженностью, что я немедленно прониклась к ней ещё большей симпатией.

— Поэтому ты решила самостоятельно войти в закрытую секцию, не предупредив меня? — отозвался недовольно Кроу.

— Почему сразу не предупредив? — возмутилась встречно Эмилия. — Я собиралась предупредить тебя.

— Когда? — уточнил её дедушка.

Эмилия немного помолчала.

— Как только найду словарь, — явно на ходу придумала.

По архиву прокатился тяжёлый вздох.

— Эмилия…

— Я знаю, дедушка.

— Сомневаюсь. Если бы знала, не стояла бы сейчас посреди архива в окружении разбросанных каталогов.

— Я всё соберу, — заверила девушка.

— Утром, — смилостивился над внучкой Арчибальд.

— Но словарь…

— Тоже утром.

В голосе Арчибальда прозвучала такая непреклонность, что я сразу поняла, что спорить дальше не станет даже она. Эмилия, впрочем, своё дело уже сделала. Шаги библиотекаря удалялись в противоположную сторону, туда, откуда раздавался её голос, а спустя несколько мгновений послышался скрип открывшейся двери.

— Идём, — распорядился Арчибальд. — Пока твоё внезапное рвение к знаниям не нанесло библиотеке ещё больший ущерб.

— Уже иду, — покорно согласилась второкурсница.

Дверь закрылась не сразу. Ещё некоторое время до нас доносилось тихое ворчание Кроу, которому Эмилия изредка отвечала короткими, на редкость послушными репликами. Наконец их шаги окончательно стихли, а архив снова погрузился в глубокую ночную тишину. Я облегчённо выдохнула и только тогда поняла, что всё ещё держу открытую коробочку с кольцом. Медленно закрыв крышку, я вложила футляр обратно в ладонь Рэйнара, стараясь при этом не смотреть ему в глаза, потому что один только вид старинного украшения заставлял все мысли путаться ещё сильнее.

— Это всё артефакт… — едва слышно прошептала я, скорее пытаясь убедить в этом себя, чем сообщая что-то ему.

Другого объяснения у меня всё равно не было. Никакой человек не станет за несколько дней переходить от взаимной неприязни к фамильному обручальному кольцу. Особенно Рэйнар Эшвуд, который раньше скорее согласился бы в одиночку обезвредить целое поле древних ловушек, чем добровольно признать во мне хоть одно достоинство. Именно поэтому я сделала осторожный шаг в сторону, собираясь наконец выбраться из тесного пространства между шкафом и стеной, но Рэйнар не отступил. Напротив, его пальцы мягко сомкнулись на моём запястье, останавливая, и это простое прикосновение неожиданно заставило меня снова замереть.

— Эшвуд… — начала я, уже не понимая, собираюсь ли потребовать объяснений, напомнить о действии артефакта или просто попросить его отпустить меня.

Да и не пришлось. Он тоже ничего не сказал. Только притянул меня к себе ближе, а затем поднял другую руку и осторожно коснулся выбившейся из пучка изумрудной пряди. Его пальцы скользнули по моей щеке, убирая волосы за ухо, и от этого почти невесомого движения по коже мгновенно пробежало тепло. Сердце забилось быстрее, совершенно не считаясь ни с разумом, ни с обстоятельствами, ни с тем, что всё происходящее наверняка являлось лишь очередным следствием неизвестной магии, сотворённой Элианом Торвейном. Я чувствовала шероховатость его пальцев, слышала тяжёлое дыхание и видела знакомые золотистые искры, снова замерцавшие в глубине серых глаз. Расстояние между нами и без того оставалось слишком маленьким, но теперь Рэйнар начал сокращать и его.

Я должна была отступить. Или хотя бы напомнить ему, что он находится под воздействием артефакта и совершенно не понимает, что делает. Вот только холодная стена вновь неотвратимо упиралась мне в спину, а все возможные слова почему-то предательски застряли в горле, стоило его взгляду медленно опуститься к моим губам.

— Рэйнар… — успела выдохнуть я.

Но и только. Боевой маг наклонился и поцеловал меня.