15

Первое за что я взялась – это письмо маме. Раз уж Карл сказал, что она «отошла», надо срочно этим пользоваться. Тем более что добавился еще один весомый повод. Конкурс. Почему бы не спросить у матушки совета, что такого «интересненького» придумать для развлечения гостей? В этом она была настоящим профи. Пока папа проводил дни на работе, мама устраивала бесконечные светские приемы. Это было ее основное хобби. Помимо шопинга, разумеется. Кроме того, у мамы был особый дар – нюх на таланты. Нет, правда, она могла найти бриллиант даже в самых бесперспективных местах. Однажды, случайно попробовав выпечку у никому не известного пекаря на окраине столице, – одни Боги знают, каким чудом ее туда занесло, – она устроила дегустацию его продукции у себя на приеме. Для матушки – бесплатные круассаны, для пекаря – реклама в высшем обществе. Так вот, через неделю его булочки уже продавались по запискам от знакомых по баснословной цене. Может, и для моего конкурса у матушки найдутся идеи или даже новые таланты, которые она «выпишет» мне из столицы. На последнее я, конечно, рассчитывала мало. Но почему бы не спросить. Я села за письмо, в котором подробно, в ярких красках расписала «милейший, аутентичный городок», где мне посчастливилось стажироваться, который под моим руководством собирается участвовать в конкурсе. Цель благородная – деньги на благоустройство парка. Маму должно такое вдохновить! Я перечитала письмо и осталась довольна. Оно звучало достаточно мило, чтобы растопить мамин лед, да еще и с просьбой такого рода, которые матушка очень любила. После того как это письмо было отправлено, я села за новое. Пора было написать Оливеру. Сколько можно откладывать? Я взяла ручку и… моя рука зависла над бумагой. Что же ему написать? Снова спросить про его вечеринку? И так уже все знаю. Рассказать про Прислонь? Ему это абсолютно не интересно. Написать, как сильно скучаю? Я прислушалась к своему внутреннему миру. Нет, не скучаю. О чем вообще мы с ним говорили все вечера напролет? Я задумалась вспоминая. О том, какой шампунь лучше подчеркивает объем на его волосах. О том, как сложно найти гель, который фиксирует их, но не перегружает. О том, как в последний раз портной пошил штаны «не так, как надо и не подчеркнул бедро, которое у него уникальной формы». Почему-то сейчас, из Прислони – крошечного городка без блеска столичных витрин, без модных салонов и бесконечных приемов и вечеринок, – все то, о чем мы болтали вечерами с Оливером, показалось мне несусветной чепухой. Пустым шелестом слов, не стоивших и выеденного яйца. Письмо я все же написала. Оно вышло в пять раз короче, чем мамино, хоть и писала я его в пять раз дольше, пыхтя над каждой строчкой. Подписавшись «твоя Ева», я облечено выдохнула и тут же отправила его с чувством выполненного долга. Словно сдала скучный реферат по документообороту. Все. Личная корреспонденция отправлена, пора было за работу. Я взяла чистый лист, вдохнула полной грудью и с новообретенным энтузиазмом уставилась на него. Нужно было придумать текст для объявлений. Не просто текст, а подобрать такие слова, чтобы горожане вдохновились конкурсом, пожелав присоединиться к нему. – Начнем, – торжественно заявила я в пустоту. – Мрр, – ответил Чао с подоконника. Кажется, он собрался курировать этот процесс. – Итак «Дорогие горожане…» – продиктовала я, старательно выводя буквы. – Совсем скоро состоится конкурс лучших малых городов Северной провинции… – Мфф, – недовольно буркнул Чао. Видимо, по его мнению, фраза звучала слишком занудно. – Ладно… – я задумалась. – Как насчет… «Скоро наш чудесный, очаровательный и самобытный город станет центром веселья, задора и вдохновения». Чао снисходительно кивнул. – «Если вы умеете красиво читать стихи – вам к нам!» – Мрр, – поддержал меня кот довольно, будто лично выиграл три поэтических конкурса. – «Если вы умеете рассказывать истории – мы с радостью вас ждем!» Чао согласно моргнул. – «Вы умеете жонглировать, танцевать, петь, играть на ложках или водить хороводы – приходите!» Тут кот зевнул. Кажется, он не был любителем народного творчества. – «Давайте покажем, что Прислонь – город, где живут талантливые люди. По всем вопросам обращаться в приемную к бургомистру». Под самый конец Чао устал и, прикрыв глаза, задремал лапами кверху. – А так все хорошо начиналось… Я еще раз переписала текст идеальным, каллиграфическим почерком. А потом с помощью заклинания сделала несколько копий. Осталось развесить их в разных концах города, и процесс уведомления горожан можно считать запущенным. Я уже наметила себе маршрут, где и что повесить, взяла объявления, прихватила клей и кнопки, и собиралась выскользнуть за дверь, как вдруг по коридору раздался бодрый и надо сказать, весьма торопливый топот каблучков. Через секунду в кабинет влетела цирюльница Мари. Она оглядела помещение с таким воодушевлением на лице, словно ожидала увидеть здесь бал дебютанток. Ну, и судя по тому, как она была одета, готовилась она явно к чему-то подобному. Но не обнаружив ожидаемого, моментально сменила выражение на трагически-скорбное. – А где Жорж? – спросила она, буравя меня взглядом, словно я лично его спрятала где-нибудь под столом. – Уехал по делам. – Как уехал? Его магомобиль стоит на улице. – Точно, – я дежурно улыбнулась. – Ушел по делам. Пешком. Мари подозрительно прищурилась, словно стараясь понять – не обманываю ли я ее. Я, тем временем, не без интереса рассматривала ее наряд. Казалось, она старалась побить рекорд по количеству кружев. Даже мое оранжевое платье, несмотря на цвет, смотрелось рядом простым и будничным. На Мари было дорогое платье насыщенного винного оттенка с пышной юбкой, корсетом и еще более открытым декольте, чем в прошлый раз. Честно говоря, я не была уверена, что в нем вообще можно дышать. Не говоря уже о возможности наклониться. – Жаль… – наконец, разочарованно протянула Мари, – я надеялась поговорить с ним, а его никогда нет на месте. – Если ты про крыльцо, то денег на него нет. Мари томно дернула плечиком. – И все же я должна донести до Жоржа важность этого вопроса. – Я обязательно передам, – дипломатично пообещала я. – Хочу лично! – с упрямством, достойным трехлетнего ребенка, заявила Мари. Мысленно я посочувствовала Жоржу. Похоже, ему вновь придется выслушивать монолог о прогнивших досках и цвете вывески. Хотя, глядишь, так и найдутся деньги от какого-нибудь «тайного мецената» только чтобы не слушать это вновь. Мари хотела еще что-то добавить, но вдруг заметила в моих руках стопку бумаг. – А ты куда собралась? – любознательно поинтересовалась она. – Развешивать объявления о конкурсе. – Что за конкурс? Я быстро, но достаточно подробно рассказала про мероприятие и идею вовлечения жителей. – Как считаешь, как на это отреагируют горожане? – поинтересовалась я, скрывая неподдельную тревогу в голосе. Признаться, я всерьез переживала: вдруг никто не откликнется? И я останусь один на один с никому не нужным конкурсом. Мари задумчиво смотрела на меня несколько мгновений. – А Жорж? Что говорит Жорж? – Спросила она внезапно. – О, Жорж рад! – возможно, даже излишне оптимистично заверила я. – Вот как раз сейчас он занимается подготовкой. Пошел собирать истории, байки, местные сказания – все, что может пригодиться. – Протараторила я нашу с Жоржем легенду. – Вот как… – казалось, Мари была удивлена. Она слегка нахмурилась, будто что-то взвешивая про себя. Но уже через секунду ее лицо расплылось в широкой улыбке. – Ну если Жорж поддерживает конкурс, то тогда, уверена, все остальные жители подключатся. Даже я готова! Приму участие лично! – Ты? – А почему бы и нет! – И что ты будешь делать? – осторожно спросила я, опасаясь услышать что-то в духе «участвовать в конкурсе на лучшее платье». Мари ненадолго задумалась, изящно склонив голову набок. Затем ее лицо просияло: – Ну, допустим… я буду бесплатно стричь всем желающим мужчинам бороды. А потом, среди участников, мы устроим конкурс на самую красивую бороду. Голосовать смогут все. А победителю… – Мари снова задумалась, прищурив глаза. – Победителю достанется пирог от моей тетушки Афины. Вишневый. Или инжирный. Я невольно приободрилась. А ведь и правда неплохая идея! На секунду я была даже готова заключить Мари в объятия. Нашелся первый участник! Если все жители города будут такими активными, то у нас есть все шансы на победу! – Спасибо! – искренне поблагодарила я. – Мне нравится твоя идея! – Не за что. Надо будет еще продумать детали. – Обсудим! Сегодня вечером мы собираемся в столовую к твоей тетушке. Если будут еще идеи и предложения – приходи. – Приду! – Мари подарила мне свою фирменную, чересчур ослепительную улыбку. Уже у самой двери она обернулась и с довольным видом добавила: – И Жоржу обязательно передай, что я в деле! И, покачивая бедрами, вышла из кабинета. С развешиванием объявлений я справилась быстро. Даже провела беседу с несколькими зеваками, которые заинтересовались, что это я там клею. Вернувшись домой, покормила Чао и перекусила сама. И как раз заканчивала с мытьем посуды, когда рядом со мной опустилось магописьмо. Интересно от кого? Торопливо промокнув руки вафельным полотенцем, я развернула лист. Точнее – листы. Ого! Меня ждало несколько страниц убористого подчерка Карла. Значит, ему удалось что-то нарыть… Я уселась за кухонный стол и погрузилась в чтение. «Привет, сестренка! Ты просила, я копнул. Должен сказать, дело оказалось интереснее, чем я ожидал. Итак, шестьдесят лет назад в Прислони был составлен официальный рапорт о серии весьма странных смертей. Семь человек. Все разного возраста и пола. Никакой связи между ними не нашли. Ну, кроме того, что все они проживали в Прислони. Все они умерли в один день. И даже один час. У всех наблюдались одинаковые симптомы: вялость, бессонница, потеря аппетита и сил. Примечательно то, что на вскрытие поставили общую для всех причину смерти «старческое истощение организма». Органы выглядели так, как будто им всем за девяносто. Очень странная и пугающая картина. Отдельным пунктом в деле – кражи. Тоже семь. Все пострадавшие жаловались на пропажу каких-то незначительных вещей. Нож для писем, трость, серебряная ложка, пара галош, зеркальце, ваза и кулон. Сначала дела не связали, но потом обнаружили, что кражи были у тех, кто умер. Совпадение? Едва ли. Была еще одна фигурантка Грета Мельштейн, вдова, сорок лет. Считается, что она была восьмой жертвой, хоть ее тело не было найдено. Но она пропала, оставив годовалую дочь, которую потом удочерили соседи. Грету тоже записали в жертвы. Но тут уж, как знать… А дальше началось самое интересное. Жители, как водится, быстро списали все на темную магию и ритуалы. Группа добровольцев даже нашла место, где этот самый ритуал проводился. Даже два. Приехали полицмейстеры и все зафиксировали. Первое оказалось возле болота. Там нашли деревья с выезженными на них символами. В отчете их описывают, как дугообразную линию с семью точками. Очень похоже на закрытый глаз с ресницами из семи точек. Местные клялись, что эти знаки появились с началом краж. Было и второе место. Уже не на самих болотах, а в лесу, метрах шестистах севернее, на небольшой поляне. Там на деревьях был обнаружен похожий набор символов. Но все же слегка отличный от предыдущего места. Он состоял из двух дугообразные линии, словно глаз открылся. Внизу все так же семь точек. Но появилась и восьмая, жирная, между этих дуг. Словно зрачок. Там же на поляне был найден пепел. В нем обнаружились куски тех самых украденных вещей. Например, лезвие того самого ножа для писем и остатки трости. Следствие решило, что первая часть ритуала проводилась на болотах, так как символы на нем выглядели старее. А вторая часть, с сожжением – была финальным этапом. В общем, дело мутное и странное. Действительно, попахивает черной магией. К слову, что это был за ритуал, так и не удалось установить. Я нашел еще один отчет десятилетней давности. Хотели возобновить это дело. Кажется, где-то в другом месте, произошло нечто похожее. А может, даже не однажды. Но когда приехали в Прислонь, то не нашли тех деревьев с символами. Местные сказали, что их срубили от греха подальше. Так что следов не нашлось. Так вот, сестричка. История весьма темная. Ритуал, если он и правда был, остался загадкой. Надеюсь, тебе это действительно нужно для конкурса, а не для чего-нибудь более… опасного. Береги себя. Целую, Карл». Я дважды перечитала письмо. Первый раз– бегло и жадно. Второй – вдумчиво и внимательно. Одно предложение особенно меня зацепило. «Местные клялись, что эти знаки появились с началом краж». Значит, если кто-то и правда проводит ритуал заново, символы должны появиться вновь. Или… уже появились. Стало быть, самое время сходить на болото и все хорошенечко там осмотреть. Пока еще светло. Воодушевленная, я вскочила на ноги и под удивленным взглядом Чао, стремительно побежала в спальню. Вот и дождались своего часа кожаные непромокаемые ботинки! Не зря вчера на них глянула с мыслью: «Понадобятся!» Я шустро переодела обувь и выскочила из дома. И тут, в буквальном смысле, столкнулась нос к носу с Жоржем.