17

Утро началось с надрывного «мряу» под дверью. Видимо, Чао снова решил поиграть в будильник. Только сегодня в его серенаде, мне слышалось что-то вроде: «Срочно просыпайся! Мир в опасности!» Я впустила настырного кота, привела себя в порядок и поспешила вниз. Если Чао бодрствует, то, значит, Жорж уже проснулся и колдует на кухне. И я не ошиблась. Снизу донесся голос. Женский. Я замедлила шаг и навострила уши. Кто же там с Жоржем с утра пораньше? – Нет, этого просто не может быть! – восхищался голос. – Такой воздушный омлет! Никогда еще не встречала мужчин, которые умеют готовить. Я тряхнула головой. Мои светлые волосы, которые я еще не собрала в приличную прическу, рассыпались по плечам. Замерла на лестнице, вцепившись в перила. Нет, этого просто не может быть! Этот город, этот дом и… этот голос? Они несовместимы! Я на всякий случай даже ущипнула себя, чтобы убедиться, что не сплю. И тут же зашипела от боли. Кухонный порог я пересекала с нерешительностью. За столом с чашкой кофе сидела… – Мама? – Ева! – воскликнула матушка и тут же вскочила со стула. Несмотря на ранний час и, очевидно, долгую дорогу из столицы, выглядела она безукоризненно. На ней было идеальное кремовое платье без единой складки, и это притом, что мама не владела магией! Волосы, как и всегда, уложены в замысловатую прическу. Щеки румяные, глаза сияют, и последним штрихом был шлейф дорогого парфюма. – Ева! Доченька! – Мама подалась вперед и ловко ухватилась одну из моих прядей. – Что с твоими волосами? Где прическа или хотя бы кудри? – Мама! – я тут же выдернула прядь у нее из рук. – Что ты вообще здесь делаешь? – Как это что? Ты же мне написала письмо, попросила о помощи! И вот я здесь! – Пресвятая Тирана… Да, написала, но я ожидала, что у письма будет ответ. И уж точно не ожидала увидеть тебя здесь собственной персоной! – Ты что, не рада своей матери? – мама приложила ладонь ко лбу, как будто собиралась рухнуть в обморок. – Мама! Не начинай! Конечно, я рада! Просто это было неожиданно! – Иди обними меня, доченька! – она театрально распахнула руки, жестом будто за спиной у нее вот-вот должен появиться хор скрипачей. Мы обнялись. Я скосила глаза на Жоржа. Он с абсолютно невозмутимым видом продолжал хозяйничать у плиты. Словно ничего необычного на его кухне не происходило. Наконец, мне удалось вывернуться из цепких маминых рук. Я плюхнулась за стол. Жорж тут же молча вручил мне чашку со свежесваренным кофе, за что получил от меня взгляд, полный благодарности. Он понимающе кивнул и тепло улыбнулся. Матушка величественно опустилась напротив. – Как ты вообще меня нашла? – спросила я, отхлебывая напиток и блаженно морщась. – О! Это было несложно. Я вышла на центральную площадь и подошла к двум милейшим старушкам-близняшкам. Сказала, что моя дочь Ева приехала сюда недавно на стажировку. И они сразу, без колебаний, сообщили, где тебя искать. Прелесть, правда? – Угу, – буркнула я. – И все-таки зачем ты приехала? – Я начала писать тебе ответ. Написала страницу, другую… И поняла, что такие вещи нельзя объяснить на бумаге. Столько мыслей, идей, такой прилив вдохновения! У меня уже даже есть пяток великолепных вариантов для украшений улиц. Я уже не говорю о… – Мама! – быстро перебила я, нескончаемый поток идей. – Сразу скажу, у города нет денег. – Хорошо, – задумчиво произнесла матушка. – Значит, я остановлюсь на вариантах попроще. – Нет, – твердо сказала я. – Не попроще, а бесплатно. Нужно что-то абсолютно бесплатное. – Что? Совсем все бесплатно? Ты не упоминала об этом в своем письме! – Я не думала, что ты рванешь сюда, – буркнула я, сделав еще глоток кофе. Мама задумчиво нахмурилась, прикусила губу и, наконец, изрекла: – Ладно. Будем импровизировать. У меня, к счастью, богатый опыт создания впечатляющего из ничего. Как-то в юности я украшала зал только из пуговиц и обрезков ткани. Получилось гениально! Тем временем Жорж закончил с омлетом, ловко разложил его по тарелкам и расставил его перед нами. Омлет действительно получился воздушным, с румяной корочкой. – Ева, – пропела матушка, подцепляя вилкой кусочек и кидая на меня многозначительный взгляд. – Ты почему-то в письме скрыла, что у тебя такой замечательный начальник. – Да, мне с ним повезло, – искренне ответила я, скользнув взглядом по Жоржу. Он сидел по правую руку, чуть взъерошенный, с небрежно закатанными рукавами и расстегнутым воротом на светлой рубашке. Прядь упала на его лоб, и он рассеянно откинул ее назад, поднимая на меня глаза. На секунду наши взгляды встретились, и сердце почему-то пропустило удар. – Не перехвали меня, – он улыбнулся одним уголком рта. – Начальник я так себе. – Жорж, что ты вообще думаешь по поводу этого конкурса? Какие у тебя пожелания, как у градоначальника? – уточнила мама, пока я выравнивала отчего-то сбившееся дыхание. Жорж пожал плечами. – Признаться, я не силен в этом. Я больше по административной части. И очень надеюсь, что Ева возьмет на себя основные хлопоты. – Так и будет, не переживай! – бодро отозвалась мама, отставляя чашку. – Мы с Евой справимся. Я возьму ее под свой контроль. Какое громкое заявление! – Кстати, – как бы между прочим уточнила я, – а когда ты обратно? На вечернем паровозе? Матушка округлила глаза, словно я сморозила несусветную глупость. – Ну, конечно, нет! Ты что думаешь, я сумею тебе за один день все рассказать и помочь? Я планирую задержаться здесь минимум на неделю. Я закашлялась, чуть не поперхнувшись омлетом. – На неделю? Нет, это… невозможно! – И тут же поспешно добавила, боясь, что отказ прозвучал слишком грубо. – Здесь нет ни одной гостиницы! А у Жоржа обе спальни заняты. Мы же не будем с тобой ютиться в одной комнате? Я знала, что мама на такое не согласится. Она ценила личное пространство. Они даже с отцом спали в разных спальнях. – О, это не проблема, – легко отмахнулась матушка. – Те милейшие старушки-близняшки сказали, что у них есть свободная комната, где я могу жить у них, сколько пожелаю. Там и остановлюсь. Я растерянно моргнула. Ох, уж эти Вилли И Милли. Они оказались слишком дружелюбными. – У них есть замечательный козлик, – воодушевленно добавила мама. – Уверена, мне у них понравится! – О, госпожа Брон, вам чрезвычайно повезло, – сказал Жорж, насмешливо глядя при этом на меня, – со слов Евы в нашем городе проблема найти комнату. Я уставилась в окно, делая вид, что не поняла, на что это он так выразительно намекает. – Вот и я решила, что повезло! – Ну что ж! – резко поднялась я, меняя тему. – Пора за работу. – За работу! – с энтузиазмом подхватила мама, поднимаясь вслед за мной. Жорж ушел, успев перед уходом сообщить мне свои планы на день. Он собирался наведаться на болото чтобы проверить, не появилось ли новых символов и съездить в библиотеку соседнего городка, – что побольше, – и поискать там что-нибудь про ритуалы. – Вдруг мой знакомый мне не ответит. – Удачи, – улыбнулась в ответ. Хотя я очень сомневалась, что информация с запретными ритуалами может оказаться в публичном доступе. Мы с мамой переместились в кабинет. Первым делом я показала я ей письмо с условиями конкурса. – Список с рекомендациями весьма скромный, – заявила матушка, перечитав письмо. – Конечно, мы подготовим все эти пункты. Но нужна более обширная развлекательная программа, чтобы выделиться на фоне остальных городов. В этом я была с ней полностью согласна. – Я уже договорилась с цирюльницей, она устроит конкурс на лучшую бороду. – Неплохо, – согласилась мама, – но этого мало. И еще нужно… праздничное оформление улиц. И центральной площади, где будет проходить ярмарка. Комиссия должна оказаться в атмосфере праздника. – Ты сказала, что у тебя есть кое-какие мысли на этот счет? – Есть, это я беру на себя. Правда, мне будут нужны помощники, желательно кто-нибудь из местных. – Думаю, мы сможем уговорить кого-нибудь из жителей помочь. Словно в ответ на мои слова, в коридоре раздались шаги. Мы с мамой переглянулись. После деликатного стука в дверь, в комнату вошла женщина средних лет с кроткой улыбкой и корзинкой в руках. Она так долго здоровалась, кланяясь, что мне стало неловко. – Да вы садитесь, – я указала на стул. – Вы по поводу конкурса? – Да, – женщина опустилась на самый краешек. – Я травница. Много лет собираю в поле травы и делаю сборы. Для сна, от головной боли, для желудка. Рецепты от моей прабабки достались. Можно мне участвовать с ними в ярмарке? – С надеждой в голосе спросила она. – Конечно, можно! – воскликнула я и потянулась за чистым листом. – У нас как раз формируется список участников. Запишем вас. Я аккуратно вывела: травница, сборы. Едва за ней закрылась дверь, как тут же появился следующий гость – молодой мужчина с широкими плечами, в поношенном кожаном фартуке. – Я плотник, – сдержанно представился он. – В свободное время развлечения ради мастерю деревянные игрушки. Лошадки, кукольные кроватки, лабиринты, свистульки. Все сам, вручную. Можно и мне в ярмарку? – Еще как можно! – воскликнула мама. – Смотри-ка, Ева, у нас уже два участника! И какие интересные. – Записываю, – кивнула я, радуясь, что так быстро пошел отклик. Я едва успела поставить точку, как на пороге показалась еще одна фигура, а за ней еще и еще. Нескончаемая вереница из жителей. Они входили по одному, а иногда целыми группами. Были и старики, и молодые мамочки. Многие приходили со своим товаром, чтобы продемонстрировать его лицом. Кто-то держал банки с вареньем, кто-то мешочки с сушеными фруктами, кто-то образцы с вышивкой. – Я яблоки свои могу принести, – бодро вещал пожилой садовник. – Сорт старинный, только у меня в саду остался. – А я куклы шью. Травяные, с лавандой. Очень милые! – Всплеснула руками девушка в платке. – А мы можем в конкурсе поучаствовать? – робко спросили две молодые женщины. – Правда, мы ничего не умеем и для ярмарки у нас товаров нет. Но очень хотим помочь городу! – Прекрасно! – оживилась мама, записывая их адрес. – Ваша помощь будет неоценима в украшении улиц. Женщины переглянулись и довольно закивали. – Кажется, мы на пути к полноценной ярмарке, – пробормотала я, записывая еще одного участника. – И пока лишь всего один развлекательный номер. И тут вошла пожилая дама с прямой осанкой и суровым взглядом. – Я Марта, работаю в школьной библиотеке. Но сейчас в летнем отпуске. – Представилась она. – Хочу предложить себя как гида. Я отлично знаю историю Прислони. У нас, между прочим, даже как-то жил великий поэт! Ну как жил… Переночевал пару ночей. Но все равно! Прислонь нашла место в его творчестве. – Чудесно! – воскликнула я и поставила жирную галочку в списке задач. – Марта, мы очень на вас рассчитываем. Библиотекарь сдержанно кивнула и с достоинством удалилась. К обеду наш список товаров на ярмарку выглядел уже весьма впечатляюще. Вязанные коврики, фруктовые и рыболовные сети, даже авторские соусы. Жители Прислони и правда оказались рукастыми. А вот с графой «развлечения» дело обстояло… поскромнее. Конкурс бород и экскурсия. Но вскоре у нас появился еще один кандидат. В кабинет вошел худощавый старичок с живыми глазами. – Хочу читать стихи великого поэта! – заявил он. – Не того, что жил в Прислони? – уточнила я, вспоминая, что что-то про какого-то поэта сегодня уже слышала. – Его самого! – старичок активно закивал, а потом, приложив руку к груди, торжественно начал читать стих. Получалось у него действительно весьма неплохо. Даже у мамы по рукам побежали мурашки, а ее уже давно редко трогали театры, которые она посещала с завидной регулярностью. – Чудесно! – хором похвалили мы, когда старичок закончил. – Записываю вас! – добавила я. Думала, он после этого откланяется. Но нет, старичок с тем же напором начал читать второй стих. Весьма и весьма длинный, надо заметить. Когда второй закончился и начался третий, мы с мамой озадаченно переглянулись. Стихи малоизвестного великого поэта, конечно, были замечательными, но не слушать же нам их теперь весь день. Когда старичок вдохнул полной грудью, делая паузу, мы догадались, что сейчас начнется четвертый. Я резко подскочила. – Спасибо! Это было незабываемо. Будем ждать вас на конкурсе. – Я еще один прочитать могу! Про весеннее половодье и соседку Лауру… – Мы обязательно послушаем их на конкурсе, – заверила я, распахивая перед ним дверь. Старичок поклонился и вышел бормоча. – Эх, жаль, не послушали, там такие метафоры… Такой слог… Когда дверь за ним закрылась, мы с мамой в один голос выдохнули. – Но стихи и правда хорошие… – задумчиво произнесла мама. – Очень, – согласилась я. Чао, все это время сидевший на подоконнике, с видом главного помощника по приему горожан, вдруг громко мяукнул. – Ага, время обеда! – догадалась я. Мой живот сразу с этим согласился тихим урчанием. Я потянулась. – Мам, пойдем перекусим. Мама с достоинством поднялась из-за стола, с присущей ей грацией расправила каждую складочку на платье, поправила замысловатую прическу и только потом уточнила: – Куда идем? – Есть тут одна неплохая столовая. Глаза у матушки округлились. – Сто-ло-вая? – переспросила она, отчеканивая каждый слог, с таким выражением, словно само это слово пахло кислой капустой. Я усмехнулась. Надо же, а ведь сама была такой всего несколько дней назад. – Не переживай. Интерьер там простенький, но кормят отлично. Тем более надо познакомиться с кухаркой и обсудить конкурс выпечки. Мама недовольно поджала губы, но кивнула. – Ладно, если это нужно для дела, тогда идем. Мы покормили Чао, оставили на двери объявление, что у нас обед, и отправились в «Ложки и Вилы».